Последний курс

Сегодня они припозднились. Позже пришли в институт, и теперь огромная толпа была возле гардероба. Если бы они пришли, как обычно, то такой кучи людей не было бы. Но что ж поделать. Переобувшись и сняв верхнюю одежду, посмотрели на очередь перед гардеробом. Сан предложил отнести вещи на следующей перемене, а пока с собой взять. Мун согласился. Взяли вещи, и сразу пошли в актовый зал. Зашли в помещение и огляделись. Все сосредоточено читали сценарий. Ребята тоже это делали, но и параллельно общались. Сан и Мун подошли к ним, они заняли малую часть первого и второго ряда, и побросали вещи на свободные места. Точнее Воскресенский бросил, а Ярков аккуратно положил. Компания состояла из обычного состава. Монти, Рокси, Чика, Бонни. Иногда с ними бывает Вернер, но это происходит по вопросам связанные со спектаклем. Парни тоже достали листы. Только стали повторять, как Чика стала рассказывать недавнюю историю. Слишком запоминающееся события было. Все отвлеклись, внимательно слушая. — Давно старину Фредди не видел. Может, в воскресенье соберёмся вместе, как в старые добрые? — Монти поставил локоть на подоконник и деловито всех оглядел. — Хорошая идея! — Чика аж с места подскочила. — Давно мы не собирались. — Рокси тоже поддержала эту идею. — Я пас. Работаю завтра. — Бонни положил руки на спинку кресла, где сидит Монти, поставил подбородок на тыльную сторону ладони. Последовал разочарованный вздох. — Печально. Когда же выпадет день, когда все свободны? — Чика грустно скорчила лицо. Ещё немного и слезу бы пустила. Но драма не великого масштаба, поэтому ограничилась печальным выражением лица. — А вы голубки? — Монти сказал это чуть тише, чтобы другие не услышали, и оглядел Муна и Сана. Первый недовольно стал смотреть из-за того, как он их назвал. — Не смотри на меня так, старик. — М-да. От этого ситуация явно лучше не стала. Он прищурил глаза, с ещё большим недовольством смотрел на друга, и поджал губы. Выражал максимальное негодование по поводу клички. А Гатору нравится бесить Воскресенского этим. — Твоя седая голова когда в последний раз на улицу выходила? Свежий воздух полезен для организма. Тем более для твоего… — Всë, Монти, успокойся. — Рокси прикрыла рот рукой, чтобы скрыть улыбку. Через пару секунд отняла ладонь, и лицо было с лёгкой улыбкой. — Потом ещё жалуешься, что получил, хотя сам начинаешь. — Гатор развернулся к Бонни, чтобы ответить на его слова. Ему прилетел щелбан в лоб. Чика и Сан прыснули от смеха из-за выражения лица Монти. Такого он не ожидал и притупленным взглядом смотрел на парня. Рокси и Мун только улыбнулись. — Г-рр, проехали. — невозмутимо сел в нормальное положение и снова посмотрел на Яркова и Воскресенского. — Сможете завтра? — Нет. Я работаю. — блондин пожал плечами и взял блок листов в руки. — Ура! Я хоть не один мученик в выходной работать. — Бонни вскинул руки над головой, выражая радость, и широко улыбнулся. — Это да. — Сан выдохнул, откидываясь на спинку кресла. — Уже минус двое. А ты? — Чика привстала и приблизилась к Муну. — Это получается, вы парам будете, а я как пятый лишний? — Воскресенский вскинул бровь и улыбнулся. — Ты вообще молчи на эту тему. Теперь у вас у всех есть пара, а я, как лох, один. — Бонни сложил руки на груди. — Нас хотя бы было трое таких, а потом вы с Саном стали встречаться. — Ты тоже успокойся. — Мун потянулся к нему, чтобы щёлкнуть по носу, но Бонни откинулся назад. Брюнет поднял руки, мол, сдаётся. — Бонни, мы хоть имеет отношения с человеком из компании, но не сосредотачиваемся на этом, когда все вместе. Для этого есть другие дни. — Рокси потянулась и положила ему руку на плечо. — Да и тебе нечего не мешает найти девушку. — Монти развернулся к нему полу боком. — Так что не переживай. Отвлекать исключительно на партнёра не будем. — Чика сидела рядом с ним. Поэтому могла его обнять, что и сделала. — И так в итоге, Мун, что? — Монти развернулся к брюнету. — Наверное, да. — Воскресенский подпер кулаком щеку. — А по увереннее? — А по увереннее не могу. У меня всё же завтра дела имеются. — Сан посмотрел на него. — Какие дела? — Дорогой мой, я тебе буквально вчера оповещал о них. Память, как у рыбки, три секунды? — Мун повернулся к нему, а до этого смотрел на Монти. — Мне завтра надо на квартиру, которая сдаётся в аренду. Что-то там у жильцов случилось. Ещё счета оплатить надо. — блондин сделал понимающий вид и сел в обратное положение. — Короче, закончишь и присоединишься. Или давайте договоримся заранее. — Предлагаю часов в три или два. — предложила Рокси, а остальные согласились. В этот момент в актовый вошёл запыхавшийся режиссёр. Бонни посмотрел на часы, удивившись. Тот опоздал на пятнадцать минут. Удивительно, потому что он никогда не опаздывал. По крайней мере, за время их совместной работы. Он бросил рюкзак на сиденье и стал впопыхах говорить. Одногруппники скучковались возле него. Наши ребята тоже. Парень говорил о сегодняшних планах. Он достал сценарий и хлопнул в ладоши, показав жестом, что они начинают репетицию. *** Парни вступили на порог дома. Уставшие после учебного дня. Зато уже можно выдохнуть, ведь завтра выходной. Сумки были брошены на пол возле комода, где храниться обувь. Рядом Сан поставил пакет с продуктами. По мелочи закупились. Они сняли верхнюю одежду, повесив на крючки, а шапки и шарфы сбросили на низкий комод. Мун первый поплелся в гостиную, после развалившись на диване. Устало выдохнул и расслабился. Гоняли их всю неделю. Отрабатывали спектакль все шесть дней. Сан прошёл в гостиную, потягиваясь. Голова немного болела, вместе с этим и ноги еле волочил. Развалился на диване рядом с Муном, запрокинув голову назад и выдохнув после. Ему на плечо опустили голову, прикрыв глаза. — Ты сегодня весь день спишь на ходу. Не выспался что ли? — Сан положил руку на его волосы, слабо погладив. Воскресенский в любой удобный момент дремал. В перерывах между парами, после репетиции сцены. И сидя, и стоя засыпал. И в принципе был вялым. — Угу… — пробормотал и облокотился об спинку дивана, открыв глаза и потерев их руками. — После смены во сколько приехал? Когда спать лёг? — задавая вопросы, подсел к нему ближе. — Как обычно приехал и сразу спать пошёл. Просто за окном то кто-то приехал, то собаки лаяли, то мужчины что-то орали. И вот это мешало уснуть. В итоге поспал только час. — снова положил голову ему на плечо, а его приобняли за бок. — Бедненький мой. — Мун усмехнулся и поставил подбородок на плечо, посмотрев в глаза Сана. Потянулся и поцеловал в щеку, потом вернулся в прежнее положение, только ещё обнял парня. — Сегодня пораньше предлагаю лечь спать. Хорошенько отдохнуть после этой недели. И чтобы мне быть бодрым, как огурчик, на работе. — Хорошо. — Воскресенский выпрямился, но продолжал обнимать его. Сан приблизился к лицу и кратко поцеловал в губы. После этого брюнет начал говорить. — Чай будешь? — Буду. — Вот и мне сделаешь. Я пока продукты разложу, и линзы сниму. — хитренькая улыбочка появилась на лице и он выпустил Сана из объятий, поднявшись с дивана. Пошёл в коридор, оставляя блондина одиноко сидеть в гостиной. Парень поднялся на ноги, пошёл на кухню ставить чайник. Пока греется, достал две кружки и положил в одну чайный пакетик. На кухню зашёл Мун с пакетом. Поставил целлофан на стул и раскрыл его. Сан сел на стул в ожидании закипания чайника. Брюнет доставал продукты и клал каждый на своё место. Скомкал после пакет и засунул его в пакет к другим пакетам. Потом направился в ванную. Менять линзы на очки, а Ярков решил пока переодеться в домашнюю одежду. Войдя в комнату, включил свет первым делом. Подошёл к кровати со своей стороны и достал из-под подушки вещи. Снял кофту и рубашку, которая была под ней, и положил на кровать. Надел футболки и стал расстёгивать пуговицу и ширинку на брюках. Дверь в комнату открылась. Сан подскочил с места и посмотрел на вход. В приёме был Мун. Он зашёл, закрыв за собой дверь. На миг остановился, оглядывая блондина, и подошёл к стулу. У него на спинке мебели висят вещи. Быстро переоделся, как в армии, снова набросал вещи на стул и вышел из комнаты. Ярков снял брюки, надевая после штаны, и пошёл за ним. Мун сидел за столом и что-то в телефоне печатал. Плита была выключена. Видимо, чайник вскипел. Даже не удосужился чай разлить. Подошёл к кухонному гарнитуру и обернулся, чтобы взять полотенце, но Воскресенский уже его протягивал одной рукой, а другой всё ещё что-то печатал в гаджете. Принял ткань и набросил её на ручку чайника, только после этого взялся за него. Налил кипяток в кружку, где был чайный пакетик, потом переложил в другую и залил горячей водой. — Тебе молоко добавлять? — взял посуду в руки и поставил на стол. Одну перед Муном, а другую перед собой. — Нет, спасибо. И за чай спасибо. — он приподнялся, поцеловал в лоб, и потом встал полностью. — В знак благодарности достану из холодильника шоколадку. — Какая щедрость. — Сан улыбнулся. — Ещё молоко тогда достань. Спасибо. — Мун сел обратно, пока Ярков открывал бутылку с молоком и добавлял в чай. Потом Воскресенский взял бутылку и себе в напиток добавил. Решил всё же разбавить, чтобы чай горячим не был. Брюнет снова взял телефон. — Что делать будем? — он всё так же был прикован к экрану. Ищет что-то? Или общается с кем-то? — Сериал дальше смотреть будем? — Сан раскрыл упаковку шоколада и отломил один квадратик. Откусив половину, отпил чай и посмотрел на телефон в руках Муна. — Угу… — согласился он, но на него так и не подняли глаза. — Что у тебя там? — блондин выпрямился, чтобы посмотреть, чем он там занят. — Секунду. — поднял указательный палец, говоря этим жестом, чтобы немного подождали. Опустил ладонь и на что-то нажал на экране. — Помнишь, анализы сдавали? Так вот… — теперь он положил телефон перед Саном. Был открыт документ с результатом. — Я чист и бел. Ярков посмотрел таблицу, изучая еë. Кратко пробежался. Везде результат отрицательный. Посмотрел на него, такого бледного, и потом достал свой телефон из кармана. Сдавали они в один день, значит и ему должны прийти. Зашёл в свою почту. И да, есть сообщение с результатами от клиники. Открыл и прошел внимательно глазами по буквам. Тоже всё отрицательно. Гаджет повернул экраном к Муну, показывая ему документ. Воскресенский снял очки, вытер линзы об чистую часть футболки и надел снова. Немного приблизился лицом к телефону, оторвав спину от спинки стула. Глянул и откинулся на мебель. — Тогда предлагаю сериал продолжить завтра, а сегодня… — на губах появилась лёгкая улыбка. Его перебили. — Нет. Не сегодня. Я, конечно, хочу, но нет. — Сан откусил шоколад и запил чаем. Воскресенский остался в неком недоумении. — Почему нет? — Ну, есть причина. — Ярков похлопал глазками. — Глаза у тебя красивые, но не отстану. Деваться тебе все равно некуда, если только на улицу уйти, но там похолодало к вечеру. — брюнет пододвинулся со стулом к нему и посмотрел в глаза. — Ладно. Мне просто хотелось, чтобы мы дома были одни. — Воскресенский закатил глаза и вернулся к чаю. Ничего не ответил. А Сан решил немного дополнить. — Ну и раз уж мы заговорили об этом, то предупрежу, что я немного брезгливый. Это значит, что до, что после, обязательно в душ. — он немного повернул голову, отведя взгляд от него и прикусывая нижнюю губу. — Без проблем. Мне кажется, это само собой разумеющееся. — Мун залпом допил чай. — Ну и напомню, что когда захочет, то скажешь. Никаких намёков. — он посмотрел на его смущённый вид. Выдохнул и сказал. — Пойдём смотреть? Блондин не ответил. Молча поднялся. Убрал оставшуюся плитку шоколада в холодильник. Поставил кружку в раковину. Рядом оказалась вторая. Только хотел взять губку и включить воду, но Мун его оттащил от раковины. Так ещё на руки взял и понёс в комнату. Сан мотал слегка ногами и так же легонько в грудь ударял ладонями, прося отпустить. Его продолжали нести. Подошли к двери и брюнет остановился. Руки у него заняты. Ярков успокоился, одну руку ему на шею забросил, а другой ручку двери дёрнул. Парень пнул дерево и зашёл в комнату. Подошёл к выключателю и снова Сан пришёл на помощь. Он нажал на выключатель, и комната озарилась белым светом. Потом Мун закрыл дверь, снова пнув еë. Яркова опустили на кровать и потом отошли к столу. Взяв ноутбук, вернулся к постели, где Сан уже организовывал удобное местечко им. Подушки прислонил к спинке кровати, одеяло к себе всё стянул. Мун забрался на кровать и подполз на коленях, попутно включая ноутбук. Сел рядом и положил устройство к себе на ноги. Искать сериал не пришлось. Вкладку он не закрывал. Развернул на весь экран изображение и нажал на пробел. Не прошло и пяти минут от начала серии, как они на время прервали просмотр. Свет мешает. И поэтому решили его выключить. Сан героически поднялся с кровати, подошёл к выключателю и нажал на него. Комната погрузилась во тьму, и только свет, исходящий от экрана ноутбука, был источником освещения. Ярков вернулся, словно пулей пролетел от стены до кровати. Сразу к Муну прижался. Его закутали в оставшуюся половину одеяла и снова нажали на пробел. Сан положил голову ему на плечо, а его обняли, положив ладонь на плечо. Свободную руку брюнета взяли в свою и сжали. Прошло чуть больше часа. И за это время посмотрели две серии. На третьей уже стало в сон клонить. По крайней мере, Мун сидел с закрытыми глазами и только слушал. Хотя не особо слушал. Слышал диалоги, но не пытался вникнуть. Сан поднял глаза на него. Провëл руками по лицу и выпрямился, облокотившись на подушку. Воскресенский сел так же. Блондин поставил серию на паузу и выключил ноутбук. Поднялся с кровати, сказав, чтобы Мун пока ложился, подошёл к столу. Быстро оставил ноутбук и спешно вернулся в кровать. Брюнет лежал к нему спиной. Аккуратно лёг рядом с ним, чтобы несильно беспокоить, и обнял его. Уткнулся носом в шею и закрыл глаза. *** Тёплое солнце заливало кухню. Под лучи попадали частички пыли, создавая какую-то свою уютную атмосферу. Сан напевает мелодию танца из их спектакля себе под нос, параллельно мешает крупу. Валасий посмотрел на него, прислушиваясь к тихим звукам. Возникло чувство дежавю, что как будто он это где-то слышал. Вот только где. Пока он ломал голову, пытаясь вспомнить, Сан ложкой немного набрал каши и подул на неë, чтобы попробовать на готовность. «Ещё немного и готово будет.» — отложил столовый прибор. Развернулся спиной к плите и посмотрел на задумавшегося Валасия. Тихонько к нему подошёл и помахал рукой перед лицом. Не получив никакой реакции, пощелкал пальцами перед глазами. — О чëм задумался? — Пытаюсь кое-что вспомнить. Мелодию, которую ты только что напевал, откуда? Кажется знакомой, но не помню, где слышал. — юноша провёл по своим волосам и поднял глаза на Сана. — В спектакле один из танцев под эту мелодию исполняется. И Мун часто дома репетирует. Наверное, услышал, когда он отрабатывал движения. — Воскресенский свёл глаза к потолку и задумчиво хмыкнул. — Вроде да. — Валасий лег на стол, поставив подбородок на сложенные друг на друга руки. — Сможешь через пять минут выключить плиту? Я пока отойду твоего братца поднимать. Не спать же весь день. — юноша кивнул, и Сан направился в спальню. Добрался до комнаты и тихонько приоткрыл дверь. Мун ещё спал. Лежал на боку, завёрнутый в одеяло, только голову и было видно. Волосы немного закрывали лицо, остальная копна прядей была на подушке. Сан вошёл в комнату и на носочках подкрался к кровати. Навис над спящим парнем, полюбовавшись им. Заправил тёмные пряди волос за ухо и после пальцы прошли по скуле. От этого Мун поморщился, но не открыл глаза, прибивая в полудрёме. Теперь Сан сел на корточки, чтобы лица были друг напротив друга. Положил руку ему на щеку и сказал, чтобы тот просыпался. Пробурчав что-то нечленораздельное в ответ, приоткрыл глаза. Блондин погладил большим пальцем по щеке, дожидаясь, когда Мун встанет. Он лежал, но всё же через пару минут принял сидячие положение. Сан сел рядом, на край постели, и полез с объятиями. Этим действиям не сопротивлялись. Но и не отвечали. Пока ещё не проснулся до конца. Ярков его стискивал в объятиях. — Доброе утро. — чмокнул в кончик носа. — Доброе… — одна рука обвила шею, а другой провёл по лицу и по волосам. — Сколько времени? — Полдесятого. — немного отстранился, но из кольца рук не выпустил. — Тебе к десяти? — теперь и второй рукой обнял за шею. — Да. Так что вставай и идём завтракать, а потом я пойду собираться. Сан встал на ноги и взял за руки, потянув его на себя. Мун поднялся и стоял перед ним. Отпустив ладони, развернулся к двери. Перед уходом напомнил, что кто встал последним, тот заправляет кровать. Воскресенский присвоил к выполнению уговора, а Ярков пошёл на кухню. Там уже Валасий всё сам приготовил. То есть на стол накрыл и плиту выключил. Сейчас второй Воскресенский подойдет, и сядут всем этим семейством за завтрак, а потом Яркое нужно будет в темпе вальса собираться на работу. *** — Это какой кошмар. Я устала до жути. — Теона приложилась лбом об прилавок, то ли устало выдыхая, то ли всхлипывая. — Задрали уже со своим диплом в институте. Тут ещё приходят хамы, портившие настроение. — И не говори. — Сан развалился на стуле, сжав пальцы в замок, и положил руки на живот. Девушка грузно опустилась на соседний. — Сегодня снова садиться за диплом. Вот бы кто-нибудь пришёл и забрал меня куда-нибудь, лишь бы не возвращаться в квартиру, где ноутбук с этой фигнёй. — она подняла глаза в потолок. Тихо захныкала. — Кстати, а у вас как проходит итоговая работа в конце курса? — Спектакль ставим. — Ярков посмотрел на неё, а она в ответ. — И ничего не пишите?! Повезло. — девушка закинула руки за голову. Стала размышлять. — Хотя учить кучу текста тяжело, а с моей памяти хватит только на несколько предложений. И, наверное, могут быть какие-то… Типо на подобии трюков. Это ведь нелегко. — Везде есть плюсы и минусы. — парень сел нормально, потому что уже спина стала болеть от полулежавшего положения. — Это да. Что будешь делать после окончания учёбы? Куда подашься? — Теона села так же, как и он. — В театр какой-нибудь. А ты? На юриста? — Сан сложил руки на груди, поводов плечами, потому что и они немного ныли из-за неудобного положения тела. — Нет. Я только сейчас поняла, что мне это никуда не уписалось. Разонравилось. Закончу в этом году и, если получится, хочу поступить на другую специальность. — девушка улыбнулась и прикрыла глаза. После распахнула веки, поднимая глаза на часы. — Ещё полтора часа здесь торчать… Где мой принц на белом коне, который заберёт меня после смены? — Мой «Принц» ещё где-то ходит, наверное. Он говорил, что возможно поздновато будет. — Теона хохотнула, но ладонью прикрыла рот рукой, чтобы приглушить это. — А где это он? — девушка заинтересованно посмотрела на него. — Куда-то с общими друзьями пошёл. Не вдавался в подробности, все равно бы не смог пойти. Работа ведь. — Сан достал телефон из кармана, посмотреть на наличие уведомлений. — Хотя бы поинтересоваться, где твой возлюбленный ошивается? — Тео запрокинула голову назад, закрывая глаза. — Утром немного не до этого было. А так могу спросить, когда домой приду. — оба приподнялись, посмотрев на дверь, так как зазвенели колокольчики, говоря, что пришли клиенты. — Помнишь, я только что говорила про принца и коня? Как жаль, что принц занят. — она состроила печальное лицо, но тут же изменилось на хитрость. — Забираю принцессу. — она подскочила и выбежала из-за прилавка, накидываясь на Оксану. — Тише-тише! Теона, убьëшь же. — девушка мягко рассмеялась. — Ты чего здесь? — Теона подняла полные радости глаза на неë. Она немного ослабила объятия, но не отпустила. — Мадам, я бы хотела вас пригласить в кино на поздний сеанс. Вас не затруднит принять моё приглашение? — Оксана поправила светлые волосы, заправив их за уши. — Как я могу отказать такой красотке? Конечно! — Тео обняла еë. Девушка в ответ. Обнимая подругу, подняла глаза на парней. — А вы чего вылупились? — Мы в ахуе. — Мун! — Сан сложил руки на груди, хмурясь, а брюнет глянул на него через плечо. — Простите меня за отсутствие манер. Мы находимся в полном недоумении от происходящего. — блондин закатил глаза и покачал головой, но улыбнулся. — Чудик. — он упёрся животом в прилавок и, насколько это возможно, потянулся к Муну за объятиями. Одна рука легла на плечо, а другая разместилась в области чуть ниже груди. Пальцы коснулись волос, заправив за ухо. — Почему без шапки? — На улице не так холодно. — Сан вскинул брови. — Не так холодно. — спародировал его слова, делая голос и интонацию максимально похожей. — Ишь какой. — Хе-хе. — он запрокинул голову назад, пытаясь посмотреть на парня. Сан убрал руку с плеча, переложив ниже подбородка Муна. — Ты домой когда? — пока они разговаривали на свои темы, девушки немного отошли и между собой шептались, иногда хихикали. — Через час. — Ладно. Я сейчас в магазин пойду. Тебе что-то надо? — Зачем? Вчера же ходили. — Мне кое-что нужно. — Мне ничего не надо. — Хорошо. А теперь отпускай меня. Шея уже болит и тебе работать ещё. Его отпустили. Он наклонял голову то назад, то вперёд, то в разные стороны. Разминал шею. Оксана сидела, внимательно слушая собеседницу. Теона сидела рядом с ней и говорила, и говорила. Замолкла, когда Мун к Оксане обратился, говоря, что им пора. Сказав, что потом дорасскажет, вернулась за рабочее место. Сан присоединился к ней. Отпустив людей восвояси, они снова остались одни. — Ещё час… И только потом свобода. — Теона скисла, скатившись со столу немного, развалившись на мебели. — Шестьдесят минут и всё! Смена окончена. Так что давайте, не кисни. — Сан её потряс немного за плечи, чтобы та взбодрилась. — Шестьдесят минут звучит ужаснее и дольше, чем час. — она села, облокотившись спиной об спинку стула. Сан же поднялся с места, так как прошёл клиент. *** — Чай или кофе? Может воды? — Мун достал две кружки из шкафчика и после обернулся к Оксане. — Чай. — девушка оглядывала кухню. — Давно в этой квартире не была. Изменилось многое. — Ремонт когда-то мама делала. Какой чай? Есть чёрный, зелёный, фруктовый… — он достал коробочку с чайными пакетиками. — С какими-то цветочками… — потянулся к следующей упаковке. — Когда успело у тебя столько чая появится? Раньше ассортимент состоял из кофе и чёрного чая. — девушка усмехнулась. — Наугад доставай. — Я живу с ценителем чая. Он пьёт его всегда и, мне кажется, литрами. — Мун потянул руку к коробочкам. Посмотрел на вытянутый предмет. — Чёрный с малиной. Подойдёт? — Наливай. — Оксана поставила локоть на стол, подперев ладонью щëку. — Кто этот любитель чая? Валасий или Сан? — Сан. — парень хмыкнул. — Кстати давно тебя не видел в институте. Где пропадаешь? — он развернулся к столу. В руках было кружки, от которых шёл почти невидимый пар. Их поставили на деревянную поверхность стола. — Взяла академический отпуск. Играю небольшую роль в театре одном и почти весь день провожу за репетициями. — Оксана подула на горячий чай, отпив его после. Посмотрела на край, где остался след от губной помады. Она постаралась стереть рукавом черной кофты. — Все равно следы будут, пока чай пьешь. Оставь. — Мун отпил из своей кружки. — Я за тебя рад, что ты практикуешь на сцене театра. Может после окончания учёбы работу там предложат. — он улыбнулся. Оксана ответно улыбнулась и поднесла кружку к губам, снова оставляя розоватые следы. — Возможно. Если так будет, то можно не беспокоиться о месте работы. Вот только будут ждать они больше года. — девушка закинула ногу на ногу и откинулась на спинку стула. — Можно, наверное, совмещать. — Да, но у меня есть подработка, так и в следующем году экзамен будет. Нужно туда силы в репетиции вложить, чтобы хорошо закончить. — она снова начала пытаться стереть помалу с кружки. Только размазала по белой керамике. Подняла неловкий взгляд на него. — Что там? — Мун взял кружку, посмотрев на розовый след. — Я помою. — Оксана аккуратно взяла посуду из его рук и подошла к раковине. Парень только посмотрел ей в спину и продолжил пить чай. Закончив с отмыванием кружки, она повернулась к Муну. — Я могу в ванну сходить, губы подкрасить? — Да, конечно. — пока девушка ушла поправлять макияж, он ещё налил тёплого напитка. — Ещё налить? — спросил только что вошедшую Оксану. Вернулась довольно быстро, хотя Мун помнил, как она подолгу может прихорашиваться. Зато потом результат шикарный. — Нет, спасибо. — она села, поставив локти на стол, немного приблизилась к Муну, насколько это выходило. — У тебя что в жизни происходит? А то только про мои новости. — Ничего. Живу, дышу, в институт хожу. Готовимся к спектаклю. — На спектакле только экзаменаторы и преподаватели будут? — По-моему нет. Можно прийти как зритель. Так давно ведь делают, чтобы почувствовать себя, как будто на настоящей сцене. — Мун пока отставил пустую кружку. Потом помоет. — А ты ведь один раз играл на сцене театра, вроде, на втором курсе. — Да. Даже два. Ещё на третьем. — Волнуетесь все перед предстоящим экзаменом? — Я тебя умоляю, какой он предстоящий? До него ещё далеко. — парень сложил руки на груди и усмехнулся. — Меньше двух месяцев осталось. Мне кажется, этого мало. — она поджала губы и вскинула брови. — Кому как. — развёл руки в стороны и пожал плечами. Прошло немного времени, и Оксана стала собираться, чтобы Теону встретить. На прощание обнялись, и она сказала, чтобы тот хотя бы писал иногда, а то ни слуху ни духу от него. Девушка ушла. Мун остался один со своей ломкой к сигаретам. Но она не такая сильная, как в первые дни. Тогда прям с ума сходил и один раз сорвался. Сейчас старается держать до последнего и получается. Он подошёл к двери балкона, взяв пачку сигарет. Вытащил оттуда зажигалку и пошёл выбрасывать. Только дают соблазн. Надо было сразу выкинуть. Сигареты бросили в урну. Их там шутки четыре оставалось, поэтому не жалко. Зажигалку положил пока возле плиты. Развернулся, чтобы сходить на балкон за пепельницей. Накинул куртку и вышел. Взял предмет из стекла. Сходил высыпать пепел и окурки в мусорный мешок и вернул на место. Он остался на балконе. Открыл окно и немного высунулся. Вдохнул прохладный воздух, оглядывая двор. Вот Сан к подъезду подходит. Ярков поднял глаза на балкон и ему помахали. На него вроде как посмотрели, но проигнорировали. Может Мун обознался и это сосед какой-нибудь. Он скинул куртку с плеч и вышел из балкона. Повесил вещь в коридоре и сел на низкую тумбочку, дожидаясь Сана. Все же была уверенность, что это он. Несколько щелчков замка и входную дверь открыли. Мун прижался частью лица, что ниже глаз, и смотрел на входящего человека. Сан закрыл за собой, и его рука потянулась к выключателю. Свет зажёгся. От этого Мун зажмурился. Блондин снял шапку, бросил рюкзак на пол. Развернулся к высокому комоду, чтобы положить вязаную вещь и ключи. — Твою мать! — Ярков отскочил назад, прижавшись спиной к стене и положив ладонь на сердце. — Ты чего пугаешь? — на облегчённом выдохе сказал, когда понял кто это. — Прости, пугать не хотел. — Мун поднялся, поднимая руки, сдаваясь. — Ладно, проехали. — он ещё раз глубоко вдохнул и отклеился от стены. — Где Валасий? Когда шёл не видел, что бы в его комнате горел свет. — Сан сбросил с плеч куртку, повесив на крючок. — Ушёл к друзьям на ночь. — Мун обнял его со спины. На губах появилась игривая ухмылка, которую Сан не видел. Но он мог услышать его тон, которым Воскресенский как будто хочет намекнуть. — Завтра в школу же. — блондин положил свою ладонь поверх его рук, а другой потянулся к его волосам. — Сказал утром зайдёт за вещами. И не надо волосы трогать. Они грязные. — Мун отклонил голову от руки. — Ужинать будешь? — Нет. Несильно есть хочу. — Воскресенский отстранился от него и пошёл в гостиную. — Как хочется. — он развернулся и направился к небольшому коридору. — Я в душ. Сан проводил его взглядом в спину. После пошёл на кухню. Поднёс руку к чайнику. От него исходит тепло, значит ещё горячий. Сначала хотел налить чая. Только потянулся за чашкой, но остановился. Передумал. Поставил на место и облокотился об столешницу, думая, чем заняться. Сейчас сценарий полистает, освежить память так сказать. Потом Мун выйдет и, как обычно, засядут за продолжение просмотра сериала. Так они почти каждые выходные проводят. Или… «Вот паразит.» — он осознала его намёки, когда тот говорил про Валасия. Блондин оторвался от столешницы и пошёл в комнату. — «Сам говорит, что без намёков, а он… Тьфу на него.» Вступил на порог спальни. Сперва включил свет. Подошёл к столу, взяв в руки сценарий. Развернулся к кровати, завалившись на неё. Лёг животом на постель. Стал читать текст. Но его одолело легкое волнение. Вроде пытается сосредоточиться на предложениях, но думал совсем о другом. Намёк Муна понял. Осталось только сделать шаг Сану. Как бы сказать? Показать намеками, чего хочет, как и он? Или не усложнять жизнь и сказать прямо? Пока остановился на втором. В голове продумывал вариации диалога. Становилось неловко от вариантов. Мотнул головой и вернулся к сценарию, решив, что подумает над этим потом. Максимально сосредоточился на бумагах. Даже не обратил внимания на вошедшего Муна. Только когда перевернулся на спину, заметил фигуру. Парень аж подскочил. Воскресенский накинул на мокрые волосы полотенце, просушивая им. Сан выдохнул и поднялся. Сценарий оставил на кровати. Подошёл к Муну, который что-то искал в ящике. — Что ищешь? — он обнял его со спины. Полотенце, которое висело на плече Воскресенского, убрал, повесив на спинку стула. — Фен. — произнёс он, продолжая копошиться. — Ясно. — Сан провёл пальцами от шеи до груди, но Мун на это и не отреагировал, продолжая своё занятие. Он взял себя в руки. И смело сказал. — Я в душ. — и после этого отстранился от него. Быстро взял домашнюю одежду и бельё из шкафа, вылетел из комнаты. Сан закрыл дверь и прижался к ней спиной. Вздохнул, подходя к ванне. Вещи положил на стиральную машину и включил воду. Стягивая одежду с себя, сразу убрал их в корзину и забрался в ванну. Встал под струи тёплой воды. Они приятно грели кожу, что позволило расслабиться. Напряжение в мышцах ушло. Смог сейчас спокойно обдумать, настроиться. Придерживая волосы, чтобы не намочить, продолжал просто стоять под водой. После нескольких минут приступил к мытью. Тщательно всё делал и поэтому закончил нескоро. Отодвинул штору и вылез, сразу взявшись за полотенце. Вытирая кожу от капель воды, продолжал размышлять над своими словами. Оделся в чистые вещи и вышел из ванной. Сначала заглянул в комнату, но там никого не оказалось. Мун сидел в гостиной на диване. С полной уверенностью и решимостью сел рядом. Оглядел его. Он читал какую-то книгу. Присутствие Сана заметил, но решил не отвлекаться. Парень набрал воздуха в лёгкие. — У меня есть предложение. — Сан уверенно начал. Пожелаем ему продолжать в том же духе. — Какое? — Мун положил книгу на журнальный столик. Поставил локоть на спинку дивана и посмотрел на него. — Ну… Это… — и стоило Воскресенскому посмотреть ему в глаза, как его решимость ветром сдуло. — Фильм посмотрим? Спать ляжем? Ужинать пойдём? — парень издевательски улыбнулся, прищуривая глаза. — Нет. Погоди секунду. — Сан затих и Мун тоже. Последний провёл ладонью по лицу и выдохнул. — Так сложно сказать три слова? Это даже можно уместить в два слова. — Воскресенский вскинул бровь. — Да. Мне сложно. Раз ты понял, давай без этого цирка и дальше пойдём. — он неловко улыбнулся, приблизился к нему. Руку положил ему на щеку, другую — на талию. Мун закатил глаза. — Когда-нибудь я услышу от тебя эти три или два несчастных слова. — и рывком приблизился к его лицу и впился в губы, прижимая его к себе за талию. Сан опустил ладони на бёдра и с неким облегчением выдохнул. Не прошло и минуты, как Мун отстранился. — Ты уверен? — он заправил светлые волосы за ухо и поцеловал в шею. — Да. — после ответа Воскресенский поднялся с места. Сжал ладони Сана в своих и протянул наверх, чтобы и он встал на ноги, а потом на себя. Он утянул его за собой в спальню. Мун снял очки, положив их на тумбу, и уселся на край кровати. Откинулся немного назад, облокачиваясь на руки, и с ожиданием посмотрел на Сана, который стоял и ответно смотрел на него. Он стал медленно подходить к нему. Преодолев это короткое расстояние, сел на его колени, опустив руки на плечи. Воскресенский легко улыбнулся и заправил золотые пряди за другое ухо, приблизившись к лицу. У Сана сердце забилось в бешеном ритме от простого действия, ведь сейчас оно воспринимается совершенно в другом свете. Руки обвили шею, и он потянулся к бледным губам. Аккуратный и трепетный поцелуй. Мун внёс в это и свою лепту, сделав соприкосновения губ более напористым и страстным. В Сане бушевали лёгкое волнение и нарастающие возбуждение. Воскресенский поднялся. Ярков разорвал поцелуй и вцепился пальцами в майку, сжимая помимо ткани ещё кожу, скрестил ноги на бедрах. Его уложили спиной на постель. Стали покрывать сначала веснушчатое лицо, а потом шею нежными поцелуями. Ладонями провел по груди и животу поверх ткани, остановившись на бедрах. Пальцами оттянул воротник футболки, продолжая оставлять поцелуи на открывшейся ключице. Сан был обескуражен от этого, просто лежал под Муном, никак не реагируя на ласку. Он напрягся, сжав в кулак одеяло. Рука брюнета заползла под ткань одежды, проведя подушечками пальцев по боку. Посмотрел на Яркова, который и на него ответно смотрел. Глаза выражали небольшой страх, да и тело об этом говорило, находясь в «подвешенном» состоянии. Вытащил ладонь, переложив еë на лопатки, и приподнял его, прижимая к себе. Просто обнял, поглаживая по спине. Успокаивая и подбадривая. Сан положил ладони на лопатки, крепко сжимая его. Носом уткнулся в ключицу. Старался дышать глубоко, чтобы расслабиться. И ещё немного успокоиться. Тело в руках Муна обмякло и пришлось приложить усилия, чтобы удержать его. Ярков отстранился, а потом снова прижался, впиваясь в тонкие губы. Воскресенский опустил его вновь на кровать, не разрывая их контакта. Руки расположились по обе стороны от блондинистой головы. Ладони Сана сминали майку, изредка оттягивая еë. Они опустились ниже, намереваясь вообще избавиться от вещи на его теле. Мун разорвал сладостный поцелуй, выпрямляясь. — Только без засосов. — Сан томно выдохнул, наблюдая за происходящим. — Хорошо. — взялся за нижний край одежды, потянул вверх. Воскресенский отбросил майку и навис над Ярковым. Приблизился к уху, целуя за мочкой. — Можешь делать с моим телом, что хочешь. — прошептал бархатным голосом, растягивая слова. Сан на мгновение дышать перестал, чтобы уловить каждое слово. Его ладонь легла на спину, опускаясь вниз от шеи, и хищный взгляд скользнул по груди. В ухо кратко выдохнули, опыляя дыханием. Выдох, граничащий с полустоном. Руки Муна бесстыдно забрались под футболку парня, задирая еë до груди. Губами касался шеи, пока руки медленно прошлись до живота. Ловким движением ладони заползли под спину. Попросил Сана приподняться. Когда он это сделал, Мун снял футболку, отправив еë к майке на пол. Машинально руки Яркова легли на плечи, скрещиваясь, пытаясь закрыться. Воскресенский не спешил их убирать, дожидаясь, когда он сам это сделает, а пока снова склонился над шеей. Покусывал. Целовал. Руки разместились на животе, потом перешли на бёдра, оглаживая их поверх ткани. Сан заробел. Поджал губы от смущения. Думаю, про лицо говорить не надо. Оно пунцовое. Но он не может отрицать, что происходящие ему нравится и вызывает приятные ощущения. Тело как будто полыхает и изнутри, и внешне. Ласки возбуждают ещё сильнее. Наконец-то он оторвал ладони от своего тела и переложил их на Муна. Но все равно оставался скованным. Неуверенно повёл руки по груди. Медленно двигался ниже, остановившись в итоге на резинке штанов. Сжал ткань и робко потянул вниз. Воскресенский усмехнулся и помог избавиться от этой детали одежды, бросая куда-то за спину. Наклонился к лицу и впился в губы со всей страстью и любовью. Сан вцепился пальцами в тёмные пряди, немного оттягивая их. Другая рука легла на поясницу, то слегка надавливая, то прикладывая чуть больше силы. Зажатость в теле блондина ушла, и теперь он лежал расслабленно, жаждал больше прикосновений и поцелуев. Здравый рассудок на время покинул голову Яркова, отдаваясь ощущениям и чувствам. Ощущал себя прекрасно. Лёгкая дрожь в теле. Учащённое сердцебиение. С губ срываются приглушённые тихие стоны. Языком Мун прошёл между губ. Пирсинг стучал по зубам, упирался в язык другого. А Сану нравится играться с украшением. И сейчас не упустил такой возможности. Перехватил инициативу на себя. Поцелуй стал более властным по прихоти блондина. Брюнет и не против. Отдал руководство ему. Он пока продолжил его доводить до высшей степени возбуждения. Одна ладонь ласкала грудь, сжимая или проводя лёгким касанием. Другая ушла ниже, нагло забираясь под одежду. Сан ногтями впился в кожу, оставив полосы, которые вскоре покраснеют. Он вздохнул, а Мун провёл по внутренней стороне бёдра, медленным и нежным движением. Парень потянул за волосы чуть сильнее. Воскресенский оторвался от его губ, поднимая на него томный взгляд. Сан ослабил хватку, а потом и вовсе отпустил, оставляя руку на затылке. Брюнет опустился к телу. Начал целовать ключицы, иногда покусывать. Потом припал к груди, оставляя хаотичные поцелуи. Сквозь сжатые зубы Ярков шумно выдохнул. А когда Мун стал посасывать и кусать сосок, другой лаская пальцами, зажимая между и оттягивая, парень простонал. Довольно громко, от чего тот удивился. Тяжело вздохнул, сжимая губы. На такую реакцию игриво улыбнулись, продолжая свои действия. Сан вздыхал томно, мычал, изредка срывались стоны с губ. Приложил тыльную сторону ладони ко рту, заглушая любые звуки. А Воскресенский пошёл дальше. Оставлял поцелуи на животе. Как Сан просил, засосы не оставлял. Дошёл уже до резинки домашних штанов. Мун снял их вместе с бельём. Сан свëл колени вместе и закрыл лицо руками. Не только щеки горели от стыда, но и плечи и уши. Воскресенский хитро прищурился, кокетливо провёл пальцами по шеи до груди. Парень вздрогнул от прикосновения. Он ощущал на себе изучающий взгляд, который пробегает по телу. Посмотрел сквозь пальцы на него. Радужки как будто сияли из-за попадания на них лунного света. Глаза скользнули ниже, оглядывая часть бёдра, обтянутую хлопком. Переборов смущение, что далось не сразу, убрал руки и расслабил мышцы ног. Мун наклонил голову в бок и довольно улыбнулся. Сан пересел на колени, поднимая взгляд на него, а он наоборот опустил. Бесстыдно продолжил рассматривать тело. Поставив руки перед собой, закрываясь. Кажется, пуще прежнего запылали щëки. Он мялся. Нерешительно встал на коленях, сделав руки по швам. Ладони сжал в кулаки. Повëл плечами, чтобы хоть как-то сбросить напряжение. Разжав пальцы, положил руки ему на талию. В глаза не смотрел от смущения. Стены у них в комнате и вправду красивые. А пол какой… Мун обхватил подбородок и повернул его голову в свою сторону. Но Сан продолжал избегать зрительного контакта. А вот контакта через прикосновения — нет. Руки сошли с талии на бёдра, цепляя большими пальцами край белья, и утянули вниз. Кинул вещь на пол к другим. Повёл не спеша ладонями вверх от сгиба в коленях, остановившись на ягодицах. Чтобы не встречаться с Муном глазами, наклонился к груди. Начинал с неловких поцелуев, перетекающие в жадные. Пальцы впились в кожу. Ладони легли на плечи Сана, и до ушей донёсся стон хриплым голосом. У Яркова растянулась лёгкая улыбка. Стал двигаться выше. Теперь терзал зубами и губами шею, ладони поднялись к спине. Двумя пальцами надавил на копчик и повёл вверх вдоль позвоночника, пока другая рука перешла на живот, с лёгким нажимом тоже поползла выше. Только на секунду их взгляды пересеклись, но Сан вцепился в губы, разорвав контакт. Мун обнял его за шею. Парень продолжал водить руками по спине, по более уязвимым местам брюнета, от чего он сжимал плечо покрытое веснушками. Ярков обнял за талию, прижимая к себе ближе, и аккуратно потянул его за волосы. Поддался вперёд, наваливаясь на парня. Но упасть на кровать не дал. Придерживал его. Прикусив нижнюю губу, опустился к шее. Оставил несколько хаотичных нежных поцелуев и после опрокинул парня на постель. Сжал запястья, прижимая их к матрасу. Воскресенский задëргался, пытаясь освободить руки. — Отпусти, пожалуйста. — произнёс это шёпотом. Сан отпустил запястья, проведя пальцами до локтя, потом выпрямился, садясь на бёдра. Руки поставил также на бёдра, перед собой, прикрывая тело. Он не спешил что-то делать. Только смотрел на Муна. Оглядывал желанным взглядом его обнажённое тело. Несильно широкие плечи. Изящные руки, которые так и оставались лежать в том же положении, как Сан их прижал к постели. Грудная клетка медленно вздымалась и опускалась. На животе имелся лёгкий рельеф пресса. Ниже пояса не позволял опускаться глазам. Поэтому вновь и вновь приходился по телу, задерживая взгляд на некоторых частях. Детально всë рассматривал. У него дух захватывало. Иногда на мгновение переставал дышать. Любовался им. Нет. Восхищался им. Только от взгляда на него, в его теле как будто стало полыхать сильнее. Муну уже наскучило просто лежать. К губам поднёс свою ладонь и приложил два пальца. Лизнув их от основания до подушечек, повёл плавно вниз. По подбородку, шее, груди, животу… Длинные пальцы коснулись члена, проведя по нему вдоль. Ярков оторвал взгляд в смятении. Мун самодовольно усмехнулся. Переложил ладонь на живот парня, когда тот склонился над ним. Но Сан схватил его за запястье, прижимая к одеялу. Сразу освободил и навис, поставив ладони по бокам от головы. — Нет-нет. Ты просто лежи. — костяшками прошёл по щеке, приблизившись к уху. — Расслабься. — прошептал это и прикусил мочку возле серьги. Выпрямился, снова усаживаясь на бёдрах. Но рука лежала на животе Муна, а другая нависла над лицом. Два пальца легли на губы. Двинулись вниз. Задевая нижнюю губу, мельком прошёлся по подбородку, перейдя на шею. Пальцы прошли так, что кадык был между ними. На уровне ключиц уже добавил оставшиеся пальцы, пройдя по груди еле касаясь. Ближе к животу коснулся всей ладонью. Наклонился к шее. Оставил пару поцелуев и перешёл к ключицам. Резцами терзал кожу. Оставил небольшое красноватое пятнышко. Мун задышал тяжелее. Прикусил нижнюю губу в предвкушении дальнейших действий Сана. Он опустился к груди. Ладони положил на рёбра, проводя большими пальцами по шрамам. На коже оставлял красные отметки. Обхватил губами сосок, прикусив его. Руками забрался под спину. Проводя по лопаткам и позвоночнику, заставив Муна выгнуться и громко вздохнуть, языком обошёл ореол. То посапывал, то кусал, то целовал сосок, продолжал водить ладонями по спине. Ещё оставив на груди несколько отметин, губами последовал дальше. На животе оставлял хаотичные поцелуи и засосы, а пальцами перешёл к бёдрам. Тело под ним вздрагивало. Было полностью расслабленно. Мун стискивал пальцами одеяло. Упирался затылком в матрас, протяжно постанывая. Сан отстранился, оглядев его тело. Осмотрел проделанную работу на его коже. Ему нравилось доминировать над ним. Чувство некой власти. Хищно облизнув пересохшие губы, снова навис. Приблизился к губам, но оставил пару сантиметров. Опылял дыханием, не спешил дальше что-то предпринимать. Посмотрел ему в глаза. На него подняли затуманенный взгляд. Мун ждал и ждал, но в итоге взял всё в свои руки. Запустил ладонь в светлые пряди, резко сокращая расстояние. Впился в губы, перехватив инициативу на себя всецело. И положив руки на плечи, сбросил с себя, укладывая спиной на кровать. После отстранился. Встал с кровати, подошёл к тумбе. Сан сел, наблюдая через плечо за ним. Потом перевёл взгляд на окно. Мун бросил на кровать смазку и презервативы, встал за Ярковым. Проведя по шее ладонью, заставил того запрокинуть голову и посмотреть на него. Улыбнулся и отпустил, обходя кровать. Забрался на неë и подполз к парню. Обвив талию, посмотрел на него с любовью. Сан положил ладони на щеки и притянул за поцелуем. Его уложили на спину, выпуская из объятий. Взял за руки, сплетая пальцы, прижав их к постели. Ярков смог отвлечься и расслабиться, но зажатость оставалась. Потом Мун его отпустил, ложась на него, а руки находились у Сана над головой. Сан поместил ладони на лопатки, немного царапая кожу ногтям. Не разрывали длительный сладостный поцелуй. Воскресенский приподнялся, переместив руки на тело парня. Продолжая целовать, огладил грудь. Под пальцами чувствовал, как колотиться его сердце. Учащённо. Сан повёл рукой по спине, от чего брюнет выгнулся. Мун опустил руку ниже, разместив ниже живота. Провëл по головке полового органа. Ярков промычал в губы, сжав кожу. Остался покрасневший след от руки. Воскресенский, совершив свою шалость, потянулся к коробке с презервативами. Пошуршал упаковкой, вскрывая еë. Пальцы обтянул латексом. Сан оттянул его за волосы и переключился на ключицы. Мун не поскупился на смазку, выдавил большое количество. Блондин покусывал кожу. От движения парня дёрнулся всем телом и с силой впился зубами в ключицу. Разжав челюсть, откинул голову назад. Поджал губы и вцепился пальцами в плечи. Брюнет проскулил от боли, скривившись. — Больно? — Воскресенский свободной рукой погладил по щеке и поцеловал в лоб. Старался не обращать внимание на ноющую боль. — Нет… Просто непривычно. — он глубоко дышал и ещё пытался понять свои ощущения. Мун выжидал, когда он расслабится. Пока не двигался. Ободряющее гладил по голове, целовал беспорядочно по лицу. Сан обнял за шею. — Обними меня. Брюнет обвил шею, склоняясь над ухом. Шептал что-то ласковое. Ярков прикрыл глаза, утыкаясь носом в ключицу. Ладонью забрался в мягкие волосы. Принюхался к приятному фруктовому запаху, исходящему от прядей. Потом ткнулся кончиком носа в шею, выдохнув. Дискомфорт ушёл, но и приятно пока что не было. Странные смешанные ощущения. Сан переложил руки на плечи и расслабил мышцы. И вот теперь Мун продолжил. Пальцем вошёл до основания. Через пару минут добавил один. Потом ещё один. Сначала Сан зажимался, хмурился. А после наслаждался и, казалось, что на этом и наступит финал для него, так и не перейдя к основному действию. Воскресенский вынул пальцы, выпрямляясь. Руки блондина упали на постель вдоль тела. Старался отдышаться. Пока парень открывал другой презерватив и надевал на член, Ярков с помутневшим сознанием пытался переварить произошедшее. Мун отбросил бутылку со смазкой и за бёдра притянул ближе. Сан вздрогнул, сжимая и утягивая одеяло. Над ним склонились. Коснулись нежно, одновременно властно губ. Воскресенский плавно вошёл только головкой члена. Ярков от этого на мгновение напрягся, а потом снова расслабился, шумно вздыхая. Разорвал поцелуй и запрокинул голову, упираясь в матрас. Мун сжал руку, сплетая их пальцы. Сначала половина, после небольшая пауза, и потом весь половой орган. Снова длительный перерыв. Сан то ослаблял хватку, то с новой силой вонзался пальцами в ткань. Чувствовал себя вполне прекрасно. Блаженно. Тело охотно отвечало на ласку. Воскресенский начал медленно двигаться, приправляя ещё поглаживаниями по коже, от чего Сану было до безумия приятно. Не стеснялся громко стонать. Все равно дома одни, так что можно не сдерживаться. Ещё пара толчков и Сан пришёл к финалу. На животе растеклось тёплое семя, а сам обмяк на кровати. Прибывал в эйфории. Чувство радости и удовлетворения накрыли с головой. Мун тоже через несколько минут закончил. Проведя ладонью по слегка намокшим волосам от пота, развалился рядом. Прибывал в таком же состоянии, что и Сан. Оба глубоко дышали, чтобы восстановить дыхание. Ещё немного полежали, и Воскресенский поднялся с кровати, подходя к урне. Выбросить использованный латекс и упаковки от него. Ярков продолжал лежать, пока к нему не подошли. Переведя взгляд с потолка на парня, посмотрел на предмет в его руках. Коробочка с сухими салфетками. Принял протянутый предмет, поблагодарив. Вытащил парочку и промакивал ими сперму. Скомкал и оторвался от матраса. Мун любезно протянул руку, предлагая выкинуть. Но он и сам прекрасно справился. Прицелился и бросил, попадая прямо в корзину. Лёг обратно, пока Воскресенский удивлённо смотрел. Щурился, чтобы точно быть уверенным, что тот попал. После минутного изучения убедился и завалился рядом, переворачиваясь на бок. Оглядел его тело. Нормально можно рассмотреть, пока Сан не зажимается. Подперев щёку кулаком, поставил два пальца над пупком и стал медленно шагать выше. Блондин опустил взгляд и хмыкнул. Схватил за запястье и приложил к губам костяшки. Поцеловал каждую и потянул его на себя, прижимаясь с объятиями. Мун ответ обвил руками талию, уткаясь носом в темя. Затянули друг друга в сладкий поцелуй. Понежившись ещё немного вмести, пошли в ванную. Уже после, вытирая капли воды полотенцем, Воскресенский посмотрел в зеркало. — Ахуеть… — Мун отложил полотенце и ближе подошёл, облокачиваясь об раковину. К нему подошли со спины, кладя ладони на грудь. Ярков водил пальцем от засоса к другому. — Ты сам говорил: «Делай, что хочешь». — Сан поставил подбородок на плечо, посмотрев на него через зеркало. — Я помню, но не думал, что… Что ты так увлечёшься. — пальцами парень коснулся синяка на ключице, в смятении оглядывать истерзанную кожу. Ярков положил ладонь поверх ключицы. Поцеловал в шею и развернулся к двери. Оторвавшись от зеркала, последовали за ним. Блондин прошёл в комнату. Мун же врезался в дверной косяк. Без очков мало что мог отличить в темноте. Промычав недовольно, на ощупь зашёл. Его взяли за руку, подведя к кровати. Не давая ему ещё во что-нибудь врезаться или спокнуться. Они легли, забираясь под одеяло. Сан поцеловал в покрасневшее пятно на лбу и синяк на ключице, после отворачиваясь от него. Воскресенский прижался щекой к спине, обнимая его. На руки положили ладонь, сплетая пальцы.