I still love you

Ну, здравствуй, Тэхён.

Я наконец-то решился написать тебе это письмо. С тех пор, как тебя не стало, прошло три года, а я до сих пор вспоминаю тот роковой момент, когда мне позвонили и сообщили, что тебя больше нет. В тот момент рухнул весь мой мир, и я не верил, что такое могло произойти. Ты не мог умереть, просто не мог. Врачи ведь твердили, что ты совсем скоро пойдешь на поправку, неужели они обманули? Неужели они не смогли тебе помочь?

Я прошёл четыре стадии принятия твоей смерти.

Первой стадией был шок.

Во многих фильмах, когда персонаж узнаёт о смерти кого-то из близких или любимых, начинает играть грустная музыка на фоне, а сам персонаж начинает рыдать и биться в истериках, но в жизни на таких моментах не заиграет музыка, передавая драматичность и боль момента. В такие моменты ты перестаешь дышать и думать «а не ослышался ли я?». Ты не понимаешь до конца, что человек, которого ты так сильно любил, умер. У тебя шок, и как говорила Элизабет Кюблер-Росс, это некая форма защиты, которая смягчает неожиданное потрясение и позволяет человеку собраться с мыслями. После шока наступает вторая стадия — отрицание. Ты отрицаешь произошедшее, уверяя себя, что всё это сон, что через несколько часов ты проснешься и человек, который является смыслом твоей жизни, жив. Я засыпал, веря, что вот проснусь, а ты лежишь рядом, смотришь на меня и улыбаешься своей лучезарной улыбкой, но просыпаясь, я натыкался лишь на пустующее место рядом с собой, которое давным-давно уже остыло и больше не пахло твоим гелем для душа.

Третьей стадией стал гнев.

Я корил себя за то, что не смог тебя уберечь. Ненавидел себя, не сумевшего спасти тебя, врачей, которые не смогли тебе помочь, друзей, пытающихся помочь мне оправиться после твоей потери, всех остальных, просто потому, что они все повторяли одно и то же — «сожалею», «нам очень жаль», «твоя боль скоро пройдет, потерпи». Я ненавидел нашу квартиру, которая предательски пахла тобой, напоминая мне о тебе. Я ненавидел абсолютно всё и срывался на всех, не контролируя себя. Без тебя всё пошло под откос.

Четвёртая стадия — депрессия.

Мысли заполняли мою голову, не давая спокойно жить существовать. Я часто думал о прошлом, часто вспоминал нашу первую встречу, первый полёт заграницу вместе, все поцелуи, все бессонные ночи, проведённые за разговорами. Я сожалел, что так мало времени проводил с тобой в последние дни перед тем, как потерял тебя. Тэхён, если бы можно было всё вернуть, повернуть время вспять, то я обязательно бы это сделал, чтобы сказать о том, что ты самое главное в моей жизни, самое родное. Ты человек, подаривший моей жизни насыщенных красок, но забравший их своим уходом, оставив после себя лишь воспоминания, которые я стараюсь все сохранить в памяти, чтобы те не стали пустым лишь словом. После твоей потери я перестал нормально питаться и спать. Юнги частенько шутил, что ещё недолго и я отправлюсь к тебе, остальные на это недовольно шикали, а я усмехался, кивая. Тогда я выглядел словно мертвец и практически не выходил из дома, дабы не пугать людей своим ужасным видом. Кстати, я начал курить. Ты бы это не одобрил и, думаю, начал бы недовольно бормотать, говоря, что эта хрень вредит здоровью. Я с тобой бы согласился, и, если бы ты был жив, то я никогда бы не начал курить, но тебя нет, и поэтому приходится затмевать твоё отсутствие этой хренью. Курение расслабляет и помогает в какой-то степени.

Я чертовски скучаю.

Самой последней, пятой стадией стало смирение.

Я смирился с мыслью, что теперь никто не встретит меня дома после работы с яркой улыбкой на лице, смирился с тем, что каждую ночь я засыпаю и просыпаюсь в одиночку, смирился с тем, что тебя больше нет. Чтобы смириться и отпустить, мне потребовалось два года. Представляешь, целых два года. Что со мной только не случилось за это время. Я перепробовал абсолютно всё, чтобы забыться и отпустить, но ничего не помогало. Тебя невозможно вытравить из меня никакими силами. Несколько раз я даже пытался покончить с собой, но каждый раз меня спасали. Если честно, мне очень стыдно перед ребятами. Я вёл себя как полная мразь, думая только о себе. Они вытаскивали меня из всякой херни, в которую я попадал, откачивали, когда я наглотался таблеток, были рядом, когда я выть был готов. Если бы не они, то я вряд ли бы справился. Мне очень жаль, Тэхён. Жаль, что не смог уберечь тебя, не смог осуществить твою заветную мечту, не смог сам себе помочь после того, как потерял тебя. Прошло три года с тех пор, как мне позвонили и сообщили, что ты умер, а я всё никак не могу забыть тебя, твои слегка волнистые волосы, которые я любил перебирать пальцами, пока ты лежал у меня на груди, твои глаза, в которых жила целая вселенная с россыпью миллиардов звёзд, твои губы, которые я безумно любил, и смех, который грел мою душу.

Мне чертовски тебя не хватает рядом и я чертовски сильно скучаю.

Все время думаю о том, как ты там, хорошо ли тебе. Намджун как-то сказал, что многим людям там хорошо и спокойно, что там они обретают гармонию. Наверное, он прав. Я надеюсь, что там ты счастлив. Многое поменялось с тех пор, как тебя не стало. К примеру, Чимин и Юнги начали встречаться, представляешь? Я уж думал, что эти двое никогда друг другу не признаются. Хосок открыл свой приют для бездомных животных и начал заниматься благотворительностью, а Намджун и Джин, устав от повседневности Сеула, решили слетать в Нью-Йорк на месяц. Намджун, чтобы посетить выставки и мероприятия, связанные с искусством, а Джин, чтобы покорить рестораны Нью-Йорка. Он заделался чем-то вроде ресторанного критика. Забавно, правда?

Нам тебя не хватает. Вот бы ты был рядом..

До скорого, моя любовь! Думаю, писать тебе письма, которые ты никогда не прочитаешь, станет моей новой привычкой. Я люблю тебя, Тэхён. Надеюсь, что сейчас ты счастлив. Навеки твой Чонгук.