День 3
5 сентября 2023 г., 18:30
На третье утро, вновь девушка.
На взгляд самой Лилии: похожа на мраморную статую. Белые волосы, розовые зрачки, прямая осанка с до скрипа соблюдаемым этикетом только усиливает это ощущение.
Она напоминает о лекарствах перед занятиями, так, словно это нужно самой Даме червей.
Третий клон не спрашивает, а сразу же направляется в здание училища. Лилие приходится следовать за фальшивкой.
Та контрастирует с трефовой ещё и тем, что сама привлекает внимание к себе.
Сегодня рисование портрета с натуры. Лилия стеснялась, но ей всегда хотелось нарисовать этого человека.
Модель заболела.
Дама упрашивает учителя о замене её собой, что ей и удаётся.
Лилия принимает подобное.
Но портрет не выходит. Сколько она не пытается нарисовать черты фарфорового лица, оно ей не нравится.
Отчего, раз за разом, повторяются одни и те же действия:
Нарисовать.
Закончить.
Стереть.
Нарисовать.
Стереть.
Ей плохо.
Переподователь просит её остановиться на наброске.
Лицо на холсте ощущается неправильным.
Приходиться выпрашиваться, а после осознавать, что лицо уже в слезах.
Никто не смотрел на неё.
Не пытался с ней поздороваться. Словно её и не было. Тогда почему она в истерике?
Беловласая находит её у раковины, ожидает пока девушка успокоится.
Классный руководитель говорит ей о том, что бы пропустить оставшиеся занятия, попросив справку у фельдшера. Она не хочет спорить с этим.
Когда они оказываются в общежитии копия не спрашивая, идёт ставить чайник, а она сама без сил падает на матрац. Кажется, она пролежала бы в таком состоянии почти вечность. Но из пледа её освобождает деликатная просьба выпить чай с вареньем.
Она испытывает облегчение от тишины, не прерваемой руганью соседок со своими знакомыми, ни звонками в телефон от матери с пассивно-агрессивной заботой. Ей хорошо уже от того, что на неё не давят.
Белокурая девушкасадится на стул рядом держа в руках другую чашку. Кажется на фоне играет эмбиент из какой-то игры, которую она часто переслушивает.
— Спасибо.
Розовые глаза выражают больше, чем должны глаза обычного человека. Лилие всё равно, главное — это тишина, больше не сьедающая и без того искаженный рассудок.
