Бритьё

— Нашёл старую, папину, — Чонгук читает этикетку пенки, поправляя отклеившийся край. Он заходит в ванную комнату, показывая Тэхёну. — У неё срок не истёк? — Ким щурится, смотря на этикетку тоже, наклонившись к бутылочке. — Надеюсь, не умрёшь, — Чонгук улыбается, устраиваясь впереди него, между ним и раковиной. Он встряхивает пенку, открывая крышку. Тэхён внимательно смотрит на него. Он заключает парня в замок, опустив руки по бокам шкафчика раковины, тем самым перекрывая Чонгуку пути к отступлению. Да и как будто он хотел бы выбраться. Чонгук смотрит на него в ответ, но рассматривает подбородок. — Наклонись, неудобно, — тихо говорит. — Когда ты был ниже меня, было прекраснее, — шепчет Тэхён. Он наклоняется, но обхватывает ноги Чонгука, слегка приподнимая, чтобы усадить на край раковины, придерживая. Чон держится за его плечи. — Ещё вымахаю, сам за поцелуем тянуться будешь, — Чонгук коротко показывает язык, начиная растирать пенку по лицу. До этого он предварительно прощается с любимой щетиной, целуя подбородок под негромкий смех Тэхёна. — Когда уже на работу начнут принимать при любой растительности на теле? — тихо возмущается Чонгук, наклоняясь за бритвой позади Тэхёна. Ким целует в уголок губ, пачкая пенкой и лицо Чонгука. — Мне в рот попадёт, — толкает в грудь. — Закончи побыстрее. Хочу поцеловать. Тэхён завороженно следит за каждым движением губ Чонгука. Тот вздыхает, прикусывая нижнюю, пока осторожно проводит бритвой по лицу Тэхёна. — Ты знаешь, как я сильно люблю тебя? — Самое время спрашивать об этом, хён. Я тебе сейчас подбородок отхреначу, — Чонгук щурится, но заметно краснеет. — Знаю, — коротко улыбается. Убирает бритву. — Готово. Умойся. Я пойду костюм поглажу, — Чонгук спускается, коротко чмокнув в плечо. Он идёт к выходу. — Я гладил вчера. Ещё раз погладишь? — спрашивает Тэхён, наклоняясь к раковине. Он вытирает после умывания лицо полотенцем, выходя из ванной. Чонгук читает инструкцию по использованию утюга, тарабаня пальцами по гладильной доске. Тэхён обнимает его со спины, целуя в шею. Чонгук мычит от уже забывшихся ощущений гладких касаний. Не то чтобы с щекочущими чувствами от щетины было приятнее, но сейчас будто охватывает что-то чужое. Но это всё ещё Тэхён. А Чонгук всё ещё готов покарать всю комиссию, если его парня не примут на работу после таких жертв.