Я люблю тебя, Арчер Паркер…

      После душещипательной истории все разошлись. В больнице остались только Даниэль, Итан и отец Арчи. Мать Кристиана пригласила его с Кейт в палату к Арчи. Его семья тоже рвалась туда, но женщина сказала, что пока он находится в её больнице, они могут на это даже не рассчитывать.       Даниэль понял, что уничтожил Арчи. Просто сломал, забрал у него единственное, что делало его счастливым. Блондин знал, что парень, которого он так сильно любил, был счастлив рядом с ним. Он забрал у него себя — Арчи больше не хотел жить. И это было страшнее всего. Он не знал, что с этим делать. Что вообще можно сделать, когда ты предал его, чёртов дурак? Он думал, что лучшим решением будет уехать, но где бы Даниэль не находился… Он бы забрал его с собой, даже если не физически… Арчер жил теперь в его сердце. Даже хуже, он теперь и есть его сердце. Каким Даниэль был дураком. Это произошло давно, очень давно, когда он чувствовал переизбыток ненависти, смотря на Арчи. Если бы кто-то тогда ему сказал… Ненависть и любовь. Любовь и ненависть. В этом и был ответ: он бы полюбил его, несмотря ни на что. Потому что уже чувствовал, не было разницы любовь была это или ненависть. Чувства были яркими и настоящими, благодаря Арчи, парень чувствовал себя живым. Как теперь всё исправить? Он стоял в холле и понимал, что все люди, которые тут находятся, теперь ему чужие. У него больше нет семьи. Он бы хотел, чтобы Арчи был частью его семьи, но это было бы несправедливо. Он должен за всё заплатить. Даниэль чувствовал себя панацеей, которая, великодушно продлив чьё-то жалкое существование, в конце концов убивает. Он должен уехать.       Блондин не выдержал и подошёл к Итану. Он чувствовал необходимость хоть с кем-то поговорить.       — Итан, почему это так чертовски больно?       — Знаю, мой хороший. Дани, ты его любишь, я знаю. Я не злюсь на тебя, — с доброй и грустной улыбкой сказал старший.       — Что мне делать? — задался вопросом Дани.       — Поговори с ним. Нужно дождаться, когда Арчи станет лучше, он хороший человек и обязательно тебя простит.       — Он не захочет. Вот ты бы захотел меня слушать?       — Дани, дорогой. Он пошёл против своего отца из-за тебя. Он отказал Оливеру из-за тебя, зная, что навсегда теряет друга. Ты спал с его другом, но даже за это он простил тебя. Он злился. Ему было невыносимо больно, он страдал. Но скажи честно, Дани… Ты думаешь, он хоть раз думал отплатить тебе той же монетой? Нет, не думал. Ты привёл тогда ночью Оливера в дом, думаешь, ему не было больно? Думаю, он просто не хочет видеть тебя сейчас, он не хочет, чтобы ты был с ним из жалости. Ты эгоист, Дани. Ты не думаешь о том, что сделал больно ему. Для тебя всё это было несерьёзным: твои отношения с ним ничего для тебя не значили. Твои поступки причинили ему настоящую боль.       — Я не хотел с ним так поступать, но думал, что у меня нет выбора. Мама тогда так плакала и умоляла отца остаться. Он хотел его найти, из всех своих любовников именно Арчи, — защищая себя, говорил блондин.       — Как ты узнал, что это был Арчи?       — Знакомый вычислил. Я хотел просто посмотреть, какой он. Хотел узнать, почему отец выбрал его. Я был в ахуе, что это сын того самого Майкла. Я думал, что достаточно отомстил им, когда почти переспал с тобой. Итан, я правда не хотел всего этого.       — Прошлое нельзя исправить, Даниэль. Ты можешь распоряжаться только будущим.       — Погоди, дослушай меня. Тогда, в аэропорту, когда я его впервые увидел… Я сразу понял, что попал. Я возненавидел его, я мстил ему, потому что люблю, — блондин горько рассмеялся. — Он же даже не был в этом виноват. Я сделал всё для того, чтобы он полюбил меня в ответ. Я так виноват перед ним. Я исчезну из его жизни, обещаю. Как только ему станет лучше, я уеду, — уверенный в своих словах и будущем поступке сказал Даниэль.       — Ты правда думаешь, что это именно то, что нужно моему сыну? — в разговор вмешался Майкл.       — Да… — он опустил голову.       — Моему сыну нужен ты.       — Я не хочу об этом говорить, — Даниэль всё уже для себя решил. — Майкл, почему мать Кристиана так много знает о нашей семье? — блондину не давал покоя этот вопрос.       — Она был подругой твоего отца и моей одноклассницей. Она познакомилась с ним в Далласе. Мы с ней тоже были друзьями, я приехал к ней в гости, там был Джеймс. Она нас с ним и познакомила. Агата была прекрасным другом, но однажды всё изменилось.       Агата вышла из палаты Арчи очень вовремя. Женщина переводила сочувствующий взгляд на Даниэль и отца Арчи.       — Что с ним? — обеспокоенно спросил Майкл.       — Он хочет видеть Даниэля, — ответила женщина.       — Я не могу туда войти, извините, — с горечью ответил ей блондин.       — Тебя бы никто и не пустил. Я сказала, что ты не пришёл в больницу.       — Спасибо.       — Ты вот так просто откажешься от человека, которого любишь? — женщина хотела добавить, что он такой же упёртый, как его отец.       — У меня нет выбора, — парень действительно так думал и верил в это.       — Выбор есть всегда, — дала надежду женщина.       — Почему тогда вы выбрали больше не присутствовать в жизни моего отца?       — В то время я не могла бороться с твоей матерью. Она попросила оставить твоего отца и не вмешиваться в его жизнь, — Агата поняла, что должна раскрыть ещё одну правду о его матери.       — А с Майклом почему вы перестали общаться?       — Тоже по просьбе твоей матери.       — А с ним-то почему вам нельзя было общаться?       — У неё были свои планы.       — Перестаньте говорить загадками, давайте раскройте уже сразу все карты. Не могла такая женщина, как вы, просто так послушать мою мать.       — Твоя мать умеет убеждать, — женщина попыталась натянуто улыбнуться. — Она изначально хотела, чтобы Итан и Майкл сблизились, чтобы у Джеймса больше никогда не было возможности вернуться. А я могла поспособствовать их перемирию. Я больше всего на свете хотела, чтобы они боролись за свою любовь.       — Почему же вы отступили? — Даниэль хотел знать всю правду, он больше не хотел оправдывать поступки своей матери. — Итан, а ты знал? — парень перевёл на него разочарованный взгляд.       — Даниэль, твой дядя Итан был спасением для Майкла. Твоя мать просто сумела рассмотреть эти чувства раньше всех. Итан ничего плохого не сделал.       — Почему вы так уверены?       — Он бы не смог столько лет притворяться, — заявила уверенно женщина. — Майкл, прости. Прошло много лет, сейчас я готова рассказать. Я отвернулась от вас с Джеймсом, потому что тогда у меня действительно не было другого варианта. Нора чуть не убила Кристиана, я выбрала защиту своего сына. Я не могла позволить этой женщине навредить ему, — женщина развернулась и быстрым шагом направилась в свой кабинет.       — Агата! Ты не можешь уйти, ничего не объяснив, — возразил женщине Майкл.       — Я уже и так достаточно сказала, — она больше не могла продолжать этот диалог.       Женщина понимала, что затронула запретную тему, но продолжать говорить об этом не могла. Она помнила всё очень ярко, будто всё это произошло буквально вчера. Они с маленьким Кристианом вышли погулять, и на них налетела машина, за рулём сидела Нора. Она плевалась ненавистью и говорила, что если она не усвоит урок, то жизнь её сына будет в большой опасности. Как любая любящая мать, она выбрала своего ребёнка.       — Я даже боюсь представить, что ещё сделала моя мать, — прошептал Даниэль, парень ненавидел себя за поступки своей матери.

***

      Через неделю Арчи стало лучше, и к нему начали пускать посетителей. Все ходили тише воды ниже травы — никаких лишних движений. Агата честно говорила, что его эмоциональное состояние очень сильно её беспокоит.       Всё это время Даниэль находился в больнице. Он перестал есть и спать. Стоял возле палаты Арчи и не решался войти. Агата видела боль мальчика, но сделать выбор за него она не могла. Женщина видела, как застывала рука мальчика на ручке дверей. Как этот маленький ребёнок сидел возле двери и рыдал. Как Итан пытался хотя бы заставить его поесть, но тот отказывался. Однажды женщина всё-таки не выдержала.       — Ты делаешь хуже себе и ему. Хватит себя жалеть, ты должен поговорить с ним.       — Что я ему скажу?       — Правду о своих чувствах к нему.       Парень не стал с ней спорить. Он наконец-то решился на разговор с Арчи. Как только он посмотрел в глаза своему любимому, ему захотелось сбежать, исчезнуть из жизни этого парня. Его Арчи больше не было, была лишь оболочка. Даниэль осознал одну вещь: он больше никогда не хотел влюбляться. Он не хотел ревновать его к каждому столбу, к прошлому, которое связывала Арчи с его отцом. Не хотел больше переживать и плакать из-за той боли, которую причинил ему. Ему надоело ждать и надеяться на что-то хорошее. Он начал считать себя слабым. Он думал, что если разрешит себе остаться с Арчи, то снова его уничтожит. В его любви к нему нет ничего хорошего.       Арчи смотрел на Даниэля и не мог соединить мысли воедино. Он каждый раз будто терял суть и себя в них. Он не нашёл ничего в своей голове и смог сказать лишь:       — Я люблю тебя…       — Сочувствую, — безразлично ответил блондин на признание.       Даниэль думал, почему Арчи после всего, что он сделал ему, говорит именно эти слова. Нужно было сказать, что он тоже его любит, но это бы значило, что он себя простил. Он не мог с ним быть и лучше закончить всё прямо сейчас.       — Что ты творишь? — Агата была в шоке от происходящего.       Даниэль вышел из палаты, его плечи тряслись. У парня началась истерика, он хотел просто исчезнуть. Чтобы всё, что было у них с Арчи, оказалось сном.       — Почему ты это делаешь, Даниэль? — женщина была в замешательстве.       — У меня будет всё, но не будет его. Вот чего я заслуживаю, — прошептал блондин. — Я должен за всё ответить. Я начну сходить с ума без него — это будет лучшим наказанием, — парень даже не посмотрел на женщину и рванул прочь.       — Если бы ты на самом деле его любил, то переступил бы через свою гордость. Просто признай, как он мало значил для тебя, — крикнула женщина ему вслед.

***

      После уезда Даниэля началось самое страшное. Как только Арчи узнал об этом, всё окончательно рухнуло. Его душа погибла, и осталось лишь тело.       Однажды в его палату удалось попасть Оливеру, его бывший друг пытался просить прощение. В этот момент как раз вошли Кристиан и Катарина.       — Что ты тут делаешь? — Катарина была в бешенстве.       — Я пришёл извиниться, — пытался оправдаться Оливер.       — Такое не прощают, — небрежно бросила девушка парню.       — Кейт, не нужно, — прошептал Арчи. — Он ведь так тебя назвал, — безразлично сказал парень. — А знаешь, так даже лучше звучит, — Катарина бросила на Арчи взволнованный взгляд.       — Ты снова о нём думаешь? — девушка сразу осознала, о чём говорит её друг, точнее, о ком.       — Думаю? — спросил Арчи, усмехаясь. — Я живу им, Кейт, — в голосе парня не было никаких эмоций.       — Оливер, — позвал парня Арчи. — Верность — это слишком дорогой подарок, который не стоит ожидать от дешёвок вроде тебя, — всё также равнодушно произнёс парень.       — Тебе тут не рады, уходи, — сказала Катарина Оливеру.       — Вам, кстати, тоже, — девушка не могла поверить в то, что Арчи сказал это им.       — Ты сейчас это говоришь мне и Кристиану? — удивлённо спросила Кейт.       — Всем вам. Тебе и этим двоим. Убирайтесь.       Девушка не понимала, за что он так с ними. Кристиан на это никак не реагировал, спокойно вышел из палаты и, кажется, даже не расстроился.       — Тебя это не задевает? — девушка не переставала удивляться реакции друга.       — Мама говорит, что это только начало, — Крис посмотрел девушке в глаза. — Пока что он отрицает отсутствие Даниэля, но как только поймёт… Он сорвётся, понимаешь?       — Он… Он будет как Сэм?       — Он не твой брат, Кейт. Не нужно их сравнивать. Да, у него биполярное аффективное расстройство. Да, у него, чёрт возьми, депрессия, ему не станет лучше за один день. Но это не значит, что он обязательно должен умереть. Мы должны за ним присмотреть. Его скоро выписывают, нужно забрать его к себе. Психиатрическая клиника для нас не вариант, так?       — Он может жить у меня.       — Кейт, нужна абсолютно свободная комната. Ничего лишнего, он будет вынужден жить как в тюрьме. Когда мама рассказывала, какие нужны ему условия, меня накрыло.       — Если это будет для него лучше, то мы так и сделаем.

***

      После того, как Арчи выписали из больницы, он жил в доме Катарины. Он не хотел видеть свою семью. Каждый раз, когда Арчи их видел, у него случался срыв. Первый раз это случилось, ещё когда он находился в больнице, увидев в палате своих бабушку с дедушкой. Арчи посмотрел на них и начал тихо всхлипывать, задыхался в немом крике. Он еле как прошептал им: «Уходите». Через пару дней пришёл его отец с Итаном. Тогда у Арчи случился второй приступ, только он уже не плакал. Он начал орать на всю палату, кидал по ней всё, что мог. Ударил своего отца. Кричал, что ненавидит его. Говорил, что тот никогда его не любил. Обвинял его в том, что он никогда не говорил ему правды. Его отец ушёл молча, и Катарина понимала. Его отцу очень больно. Она тоже его ненавидела за то, что они скрывали от Арчи правду, но также она понимала: Майкл тоже был жертвой этого апокалипсиса. Апокалипсиса, который устроила семья Уокер.       Когда Арчер начал жить у неё дома, всё стало ещё хуже, чем было. Мать Катарины наняла ему сиделку, чтобы за ним присматривали. Роберт больше не был водителем Катарины — он сидел на стуле возле двери и тоже охранял Арчи. Когда Роберт уходил на выходные, сиделке Арчи было приказано не оставлять его ни на одну секунду без присмотра. Через неделю отец Арчи снова уговорил мать Катарины увидеться с сыном. Он был его отцом, и они не могли отказать ему. И тогда случилось самое страшное. Третий приступ. Катарине было очень страшно: она чувствовала, как умирает вместе с Арчи. Как только Майкл зашёл в комнату, Арчи повернулся к нему. Боже, он начал отходить от своего отца, будто боясь обжечься. Отец позвал его по имени. Арчи снова начал кричать. Он сел на пол и начал выдергивать себе волосы. Он начал царапать свои руки. Арчи перестал орать — он начал скулить, из его глаз текли слёзы. Он будто пытался достать ту боль, которая жила в его сердце и душе. Катарина начала плакать. В комнату зашла её мать. И первое, что сказала её мама, лучше бы она никогда этого не говорила: «Кейти, дорогая, тебе нравится видеть живого мертвеца. Кейт, мне кажется, вы зря его спасли тогда, прости. Его спасение в Даниэле. Даниэля — нет, а значит, и Арчи — нет». Её мама предложила ей единственный вариант. Эвтаназия. Она сказала, что Арчи нужно увезти в Швейцарию. Она сказала, что сможет об этом всём позаботиться. Сказала, что они сообщат людям. Скажут, что он умер от остановки сердца, чтобы семью Арчи ни в чём не обвиняли. Но как… Как Катарина могла позволить этому произойти. Она не для этого спасала его жизнь дважды, чтобы однажды дать Арчеру умереть.       В этот же день она встретилась с Крисом. Он тоже был против такого варианта. Они решили поехать к отцу Даниэля, девушка попросила Кристиана поговорить с ним. Она не могла заставить себя разговаривать с этим человеком. Он был не виноват в её нежелание с ним говорить, но она винила себя. Если бы не её любопытство, всего этого бы сейчас не происходило. Джеймс пытался отследить местоположение Даниэля, но смог узнать лишь, что его сын уехал в Англию. В Бостоне жила его тетя Шейла. Он оплатил билет, больше карта Даниэля нигде не светилась. Катарина бы хотела разрыдаться, но ей было нельзя. Ради Арчи нужно быть сильной. Она оставила матери записку и просила подождать. Она сказала, что обязательно найдёт Даниэля. Её мать написала ей СМС, в котором было написано: «Я надеюсь, что это поможет. Но также я знаю, что это может и не помочь. Надеюсь, Даниэль правда сможет вернуть тебе друга». Катарина предпочла исключить такой вариант. Крис поддерживал её, хотя она знала, что ему тоже трудно. Трудно было вообще признать, что это всё происходит именно с ними. Они искали Даниэля грёбаных двенадцать дней. Каждый день девушка просила мать скинуть фото и видео с Арчи. Она не верила сейчас никому. Даже своей матери. Она сходила с ума вместе с Арчи. Ей было нужно видеть, что Арчи правда до сих пор жив. Она не обращала внимание на то, как он выглядел на тех видео и фото. Она повторяла себе: «Главное, что он всё ещё жив, Кейт». Она надеялась, что, когда они вернутся и привезут Даниэля, с Арчи будет всё хорошо. Она уже не будет в порядке. Но всё потом. Сейчас главный приоритет в её жизни — Арчи. Она будет ходить к психологам, ей обязательно помогут.       На тринадцатый день они нашли Даниэля в баре, он работал там. Когда она увидела его, то подошла к нему. Девушка обняла его, сказала, что не ненавидит его, но он единственный, кто может сейчас помочь Арчи. Рассказала ему про него. Сначала Даниэль подумал, что она шутит. Не может быть такого. Не может быть такого, чтобы Арчер Паркер вот так вот из-за него страдал. Он же наделялся, что после его ухода Арчи станет лучше. Она показала видео и фото, которые её мать скидывала ей все эти дни. Даниэль сжимал телефон в руке и злился на себя. Он, не раздумывая ни секунды, согласился вернуться в Мидленд. Вернуться домой к Арчи. Арчи и был его домом.       Когда они вернулась в Мидленд, Кейт снова стало страшно, это была её последняя надежда. Последняя надежда, что с Арчи будет всё хорошо. К Арчеру их сразу не пустили. Дома уже ждал психолог Арчера. Женщина попросила их рассказать всё про срывы. Ей нужно было узнать, с чего всё началось. Женщина сказала им, что сейчас на Даниэля ляжет всё самое сложное. Объяснила, как ему нужно будет себя вести. Сказала, что, вероятнее всего, Арчи захочет его выгнать. Сказала, что Даниэль должен обернуть всё так, будто он опять сам уходит от Арчи. Это должна было помочь Арчи вернуться. Если это сработает, он захочет остановить Даниэля. Как только он захочет его остановить, Арчи снова обретёт смысл жизни. Даниэль спросил: уверена ли она, что это сработает. Женщина ответила, что на сто процентов она не может быть уверена. Сказала, что другого варианта сейчас у них всё равно нет. И Даниэль с Катариной согласились.       — Даниэль, если всё получится, не бросай его никогда, — попросила девушка.       — Я никогда его не брошу, Кейт. Он самое лучшее, что со мной случалось. Я был так глуп. Я сделал столько ужасных вещей, Кейт. А он… он… Арчи… Он же даже ни с кем не спал всё это время, да? — спросил Дани.       — Боже. Тебя сейчас правда это интересует? — спросила Кейт.       — Нет, Кейт. Я спрашиваю это не для того, чтобы самоутвердиться. Просто он даже не пытался сделать что-то на зло мне. Он просто страдал и даже не показывал мне этого. А я даже не думал о том, что он может так страдать…       — Он ни с кем не спал. С самого того дня, как ты приехал в этот город, — перебила его девушка.       — Катарина, это так больно. Больно осознавать, что я испортил жизнь любимому человеку. Когда я всё понял… Я не знал, как жить дальше. Не знал, как я смогу себе позволить посмотреть ему в глаза. Я понял, что потерял его тогда навсегда. Меня разрывало на части от понимания того, что я всё разрушил. Мой разум твердил мне: «Он больше не принадлежит тебе, Даниэль. Теперь это по-настоящему, Даниэль». Я думал, что больнее мне уже не будет, но как же я был не прав, чёрт. Думал, будет лучше, если я уйду. Но кому лучше? Каждый день без него казался мне адом. Тогда я подумал, что вот я достиг пика испепеляющей меня боли. Но я снова ошибся. Боль, которую я испытываю, сейчас смертельна, Кейт. Я чувствую: ещё чуть-чуть и я захлебнусь в ней. Ещё чуть-чуть и Арчи не просто прогонит меня. Он не просто забудет меня и будет жить дальше. Его просто больше не будет. Я буду жить, но никогда не смогу даже просто его увидеть. Я буду жить, зная, что причина его смерти была во мне. Вот это действительно больно.       — Не говори так, — попросила девушка, она просто не могла об это слышать.       — Спасибо, Господи, Катарина. Спасибо, что нашла меня. Спасибо, что была рядом с ним всё это время. Спасибо, что ты вообще есть у него. Я рад, что вы у него есть. Кристиан ведь тоже тогда спас ему жизнь. Арчи очень повезло с друзьями.

***

      На следующий день Даниэль пришёл в дом Катарины. Они поднялись в комнату к Арчи. Возле комнаты стояла мать девушки.       — Как он? — спросил Даниэль.       — Сейчас увидишь всё сам, — женщина открыла дверь, пропуская всех внутрь.       — Арчи… — тихо и как-то очень испуганно позвал его Даниэль.       Арчер сел на кровать, смотрел на него испуганно и непонимающе. Он отчаянно потянул руки в сторону Даниэля. Блондин подошёл к своему любимому, и тот начал его ощупываться, будто не веря, что это действительно он.       — Дани… — ломающий голос прошёлся по комнате.       Даниэль опустился на кровать рядом с ним, взял его руки в свои, не сводя с него полных боли глаз. Блондин начал целовать кончики его пальцев.       — Я здесь… Я больше не уйду, — тихо шепнул Дани.       Даниэль сжал пальцы Арчи сильнее, давая понять, что сейчас он говорит правду. Потянул его на себя и обнял, Арчи доверчиво приник к нему. Прижался так, будто блондин был единственным шансом на жизнь. А тот обнял его, запуская пальцы в волосы и перебирая прядки волос.       — Зачем ты вернулся? — бросил Арчи и попытался выбраться из объятий.       — Ты мне нужен, и я люблю тебя больше жизни, — с особой нежностью произнёс блондин.       — Сочувствую, — холодно произнёс Арчи. — Ты мне больше не нужен, Даниэль.       Больно, очень больно. Его же предупреждали: он не может сейчас уйти. Он должен за них бороться, как всегда боролся за них Арчи.       — В прошлый раз ты говорил, что любишь меня, — наигранно спокойно проговорила блондин.       — Значит, мы оба солгали, — всё также холодно ответил парень. — Я не тебя любил, а человека, которым ты притворялся. Извини, что понял это слишком поздно. У меня нет чувств к тебе, и ты мне не нравишься, — казалось, парень сам был в шоке от своих слов.       — Ты не веришь мне. Знаешь, в этом ты даже прав. От человека, которого я любил, в тебе только тень, но я даже такого люблю тебя, — задумчиво произнёс блондин. — Я собираюсь остаться с тобой навсегда и не говори, что это невозможно.       — Мне не нужно твоё «навсегда», прости.       — Прости… — произнёс Даниэль очень тихо, сейчас им предстояло сыграть последний раунд. — До сегодняшнего дня я верил, что получится всё изменить. Но сейчас я понимаю, что пора это прекратить, — парень пытался скрыть дрожь в голосе. — Прощай, Арчи Паркер. Был рад познакомиться. — парень направился к выходу.       Даниэль молился в душе, чтобы Арчи пошёл за ним. Если не получится, то какие ещё у них есть варианты?       — Стой, пожалуйста, остановись, — Даниэль услышал за дверью истеричный крик.       Даниэль думал: можно ли уже входить в комнату — плач Арчи становился звериным, пропитанным болью. Нельзя, нельзя больше его так мучать. Блондин открыл дверь и подошёл к Арчи.       — Каждую ночь ты мне снился, Даниэль. Я не знаю, как жить без тебя. Без твоих рук, улыбок, губ… — Арчи запнулся. — Это можно продолжать бесконечно.       Даниэль обессиленно сел на кровать рядом с Арчи. Протянул руки вперед и, словно боясь, что его остановят, принялся кончиками пальцев изучать лицо Арчера. Касаясь так нежно и невесомо, что тому казалось, что это шёлк, а не кожа. Но под этими лёгкими касаниями растворялась память, уходила куда-то вглубь боль, с которой он так и не смог свыкнуться. Арчи закрыл глаза, наслаждаясь лаской, а Даниэль смотрел на него, не отрываясь. Арчер… Человек, спасший его душу, даже сам не зная об этом.       — Мы можем начать всё сначала? — пальцы Даниэля замерли, он боялся услышать ответ. — Я не говорю тебе, что ты должен меня простить. Просто дай мне ещё один шанс, — умолял блондин.       — Я давно тебя простил, — сказал Арчи, обнимая своего вновь приобретённого парня.