Бесконечность и лиминальность

С каждым днём мои «апартаменты» всё больше и больше обрастали бутылками и жестяными банками с соком памяти. Теперь изготовление этого закулисного источника эйфории стало моим основным занятием. Банки и ёмкости я легко добывал из тех же самых автоматов, выливая газировку в одну из соседних комнат вне моего жилья. А если там была миндальная вода, то так уж и быть — оставлял. Конечно, тех червей мне хватило ненадолго. Однако, мне повезло. Видимо, я жил в какой-то аномальной местности, так как регулярно недалеко от жилья ползали эти самые черви, и каждый условный день начинался с охоты на них. Дефицита миндальной воды тоже не было. В некоторых бутылках из автомата находилась миндальная вода, да и кулер в моей спальне был совсем немаленький. Словом, у меня были идеальные условия для варки сока памяти. В день я выпивал не менее одной большой бутылки этого напитка. Полбутылки, когда просыпался, полбутылки, когда ложился спать. Иногда мог выпить ещё в течение бодрствования. Даже не иногда, а всегда, так как в процессе варки я обязательно варил дозу и для того, чтобы выпить сразу. Чувствовал я себя прекрасно, даже великолепно. Но в этом и была загвоздка. Как только я отказывался от «утреннего» или «вечернего» потребления, всё рушилось. Я становился ужасно агрессивным, мне хотелось разбить и уничтожить всё на своём пути, либо же впадал в сон, который никогда не был приятным. А если я продолжал трезвые часы, то начинала ужасно болеть голова, быстро увядали силы, да так, что даже от еды не было никакого проку. Одна из самых неприятных вещей — психологический дискомфорт, я чувствовал себя незащищённо, уязвимо. Приходилось снова возвращаться за сок памяти. Это был настоящий замкнутый круг, но он приносил мне неимоверное удовольствие. Я не мог отказаться от сока памяти. Я одержим им. Его вкус, его табачный аромат ночной холодной горечи, его эффекты сводят меня с ума. Сок памяти стал для меня смыслом жизни. С ним «дни» летели незаметно. Возможно, я сидел тут уже месяц, а возможно и всего пару часов. Но полностью освоился и привязался к такой жизни, а состав крови уже не был прежним. И вот, я снова сижу у себя в «прихожей» и варю очередную кастрюльку. Огонь в моей комнате почти не гас, а если и гас, то от случайного дуновения ветра. Всё моё жильё уже напрочь пропахло гарью, смешанной с табаком и запахом палёной синтетики. Проще говоря, в комнатах штилем стояло зловоние, однако я его не чувствовал. А если и чувствовал, то только после краткой прогулки. Всё как обычно. В стеклянной таре кипятится уже почти готовый сок памяти. Под потолок вздымался пар, смешанный с дымом и брызгами будущего сока памяти. В этот момент запах табака становится особенно сильным, особенно душистым, ведь эта стадия варки является пиковой. Видимо, именно в этот момент происходят главные химические реакции. Я не теряю время — глубоко, прикрыв глаза, вдыхаю пар, что исходит от чудо-варильни. Он слегка едкий, поэтому чуть жжёт мне нос, отчего рука невольно тянется к нему и делает несколько грубых трений. Такой ритуал я проводил каждый день моего бытия здесь. Рутина, что на удивление доставляла мне удовольствие. Наконец, в воздух выльется запах табака, и я сниму кастрюльку с огня. С каждым приёмом сока памяти я стал уменьшать время варки, в этот раз даже не довёл до кипения, чтобы крепкость была большей — так намного интереснее. Даю немного остыть, изо рта почти что текут тягучие, невероятно густые слюни. Да, я стал одержим этим. Определённо. Для меня больше не важны путешествия по уровням, их исследование и получение от этого каких-то ощущений. Оно того не стоит. Ведь намного проще сделать пару глотков сока памяти, чем сотни тысяч шагов, при этом имея шанс стать жертвой какой-то твари. Я как всегда прогоню субстанцию через ткань, как всегда вскипячу сок памяти снова, опять наслаждаясь дымом. Дышать становится тяжело, грубый, неотесанный и тяжёлый пар тщательно заполняет скомкавшиеся лёгкие, сильно нарушая газовый обмен, из-за чего и вдохи, и выжоки становятся тахикардичными. Но это не останавливает меня. Я стащу кастрюлю прямо с огня, прямо раскалённый, такой наваристый и свежий сок памяти начинаю пить залпом, получая ожоги в мягкой слизистой горла. Но это не преграда для удовольствия. Чувство высоты намного лучше и ярче чувствовалось, чем боль. Но я употребляю сок памяти не только в роли питья. Вдыхал его летучие пары, такие мелкие и незаметные с теми, которые вытягиваются в процессе приготовления. А чтобы улучшить трип, приблизить приход и получить даже некоторые галлюцинации, задерживал какое-то количество сока памяти под языком, тем самым употребляя сублингвально. Вещество быстро выпитывалось через эпителиальную ткань в кровь, насыщая все органы. Этот способ был хорош, но не настолько эффектным и фееричным, как вдыхание паров. Кроме того, в один день я решил сделать эксперимент — выпарил сок памяти до состояния порошка. Оторвал из журнала кусок бумаги, свернул трубкой, сделал косяк… Способ тоже неплохой, но после этого невыносимо, почти до блевоты жгло нос, да и порошка получается совсем немного. Я также хотел бы попробовать употребить этот универсальный опьянитель внутривенно, однако у меня не было ни шприца, ни чего-то похожего. Обидно, досадно, но ладно. Спасибо Закулисью хотя бы за то, что оно мне предоставило огромное количество для варки сока памяти. Были, конечно, ещё нюансы. Проблемы с памятью. Мой мозг то варился, то скручивался бантиком, то работал настолько активно, что иногда это сбивало меня с толку. У меня то стирались воспоминания, то всплывали старые, о которых я даже и не думал до падения в Закулисье. Порядок в мыслях был нарушен. Но кто вообще будет на это обращать внимание? Были и полезные детали. Так, я вспомнил о тех событиях, что происходили за несколько месяцев (или дней?) до того, как моя жизнь разделилась на до и после. Как оказалось, я и раньше имел дело с миром интересных веществ. Возможно, именно они и затащили меня в Закулисье. Я начал вспоминать, как ел пачками таблетки для получения особого сознания, так как мне не хватало денег даже на самые дешёвые штучки. Иногда я воровал деньги у родителей, бывало, что даже на них сбережений не хватало. Однажды лекарственные увлечения привели к совсем нехорошему исходу. Я получил интоксикацию, настолько сильную, что ехал на скорой. Я помню укачивающую сирену, резкие движения автомобиля и людей вокруг лежащего меня. Казалось, что я и тогда уже начинал чувствовать то самое дежавю, которое происходит в Закулисье. Хотя, нет, психическое воздействие Закулисья куда более уникальное. Я даже не могу подобрать термин, который в полной мере бы его описывал. Родители пытались контролировать меня, но им это не удалось. Запреты, указы, ограничения, домашние аресты — как же мне это надоедало. Если меня и раньше презирали в обществе, то сейчас говорили прямо. Правда, не мне. Однажды я подслышал разговор из своей комнаты. На первом этаже к матери приехала её давняя подруга, женщина миловидная, ко мне относящаяся вполне хорошо. — «… , у тебя сын наркоман. Больной, неуравновешенный, психованный… Такого надо отгородить от всех! Он ненормальный и агрессивный. » И это был далеко не первый случай. Задолго до этого все относились ко мне, как к какому-то животному, пускай не вербально, но явно выставляя своё презрение напоказ. Хотя, похожее отношение наблюдалось ещё и до первого употребления. Была травля. Я не нравился им всем : меланхолией, высоким ростом, "дрыщавым" телосложением, малой общительностью и интроветнностью. И это началось ещё со средней школы, когда меня перевели в другое заведение. Всё это ранило меня. Мне нужна была помощь. И я нашёл её в веществах. Но я уехал втайне от всех в соседний маленький городок, да в такое место, где бы меня ни за что не нашли. Жил под чужим именем в комнате в общежитии, обшарпанной, но разве это было важно? Главное, что мне никто не мог помешать. Башка превратилась в котёл, мозги плавятся. Под рёбрами всё взныло, кровь, к которой напрочь привязалась формула сока памяти, крутилась в теле по-особенному быстро. Думать тяжело… Снова теряю память. Кажется, в этот раз я немного перебрал с дозировкой червей.

А стоит ли оно того?