tattoo

Ты просишь у нее ключ от лаборантской, чтобы не пересекаться взглядами в ее аудитории рядом с ней. Выискиваешь момент, когда она выходит из кабинета. И смелость подойти. Или не смелость, а сбавление оборотов собственной гордости. И ее тупого поведения. Без вопросов сует тебе в ладонь ключ, не глядя на тебя, и уходит по своим делам. А тебе не больно и хотелось вести с ней диалог. Хотелось, но не сейчас. И не сегодня. Когда-нибудь потом. Когда вы снова вернетесь к нормальному общению. Заходишь в кабинет, рассчитывая время ее отсутствия. Могла бы сказать, что все-таки хотела, чтобы она пошла с тобой. Ведь знает, зачем ты здесь. Или не хотелось… Из-за ее непостоянства твое мнение о ней тоже чересчур не постоянно. Но одно остается неизменным. Только вслух ты эту фразу не произнесешь никогда. А ей тем более. Подготавливаешь все необходимое, поднимая водолазку до груди. Но понимаешь, что нужный обзор закрыт. И лучше бы она все-таки помогла, потому что возиться одной — это слегка проблема. Но не знаешь, что хуже: вспоминать ее руки на своем теле или безразличие. Громко выдыхаешь, спуская халат с плеч, и кладешь его на стол рядом. А за ним водолазку, оставаясь в одном белье. Цепляешься за край халата бедром, и вещи летят на пол. Ругаешься про себя и вслух, не замечая открывающуюся дверь. — Какие слова, — фыркает она, будто раньше не слышала мат. А ты испуганно поворачиваешься к ней, забывая про свой вид. — Неплохо, — комментирует женщина, а ты не понимаешь, о чем она, отворачиваясь от нее. — У вас ведь были дела. — Решила проконтролировать тебя, — она медленно подходит к тебе сзади, оставляя сумку рядом с твоей, и поднимает твои вещи с пола. — Я не маленькая, чтобы меня контролировать. Да и зачем? Вы лучше сразу матери позвоните. — Будешь язвить — позвоню. Ты закатываешь глаза, нервно выливая жидкость на ватный диск. И не понимаешь, от чего трясутся руки. Вроде, хотела, чтобы она была здесь еще вчера, но сегодня что-то поменялось. И вы обе знаете, что именно, но она даже не понимает, скорее всего, насколько могла задеть тебя своими словами. Насколько сильно всегда задевает тебя, но не обращает на это внимания. — Дай сюда, — она буквально вырывает у тебя баночку, разворачивая к себе лицом. — Тебя всему учить придется? — Смотря о чем вы, — натянуто улыбаешься, понимая, как глупо выглядит сейчас перед ней твоя нервозность. — Обо всем. Я пока твой преподаватель, если ты забыла. — Со вчерашнего дня все помню и помню. Как такое забыть? Вы ведь столько для меня сде… — Стой молча, — она перебивает тебя, протирая свои руки антисептиком. — И подойди ближе. Ты ничего не отвечаешь и делаешь, как говорит она, следя за ее действиями. Если бы она появилась здесь в пятницу — встреча была не такой напряженной. Но в нынешних реалиях, все ее действия кажутся тебе бессмысленными и наигранными. — Сними его. — Что? — не понимаешь ты, осматривая свое тело. На тебе только джинсы и лиф, и снять она явно просит второе. — Сними его, — разделяя каждое слово, произносит снова. Но когда видит, что ты не двигаешься, сама заводит руки за спину, щелкая застежкой. — Вы что делаете? — ты инстинктивно прикрываешь грудь, с которой еще не успел упасть лифчик, не понимая, зачем она так поступает. — Он мешает. Снимай. — Мешает? Я не на сосках тату сделала, чтобы он мешал. Она закатывает глаза, убирая твои руки вниз, и все-таки снимая его. Ты громко сглатываешь, заливаясь румянцем. Женщина, которая тебе не безразлична, сейчас смотрит на твою обнаженную грудь и считает это нормой. Видимо. Ты была бы не против, будь вы в других отношениях. И в другом месте. Она проделывает те же действия, что и ты ранее, обрабатывая нужное место и касаясь груди. Прикусываешь губу и отворачиваешь голову, когда она случайно(?) задевает твой сосок кончиком пальца, и громко выдыхаешь. — Посдержаннее, пожалуйста. — Ты издеваешься? — сама не замечаешь, как обратилась к ней, не считая это проблемой в данную минуту. — Блять, ты меня раздела и… Посдержаннее?! Ты вообще могла не приходить. — Я видела, как ты справляешься сама, — она подняла голову, смотря на тебя. Убрала ватный диск и заправила за ухо выпавшую прядь, опуская руку тебе на ключицу. — Да хватит меня трогать! Ты не заметила, как она притянула тебя к себе, накрывая твои губы своими и опуская руку на грудь, проводя ногтями по соску. Ты издала тихий стон, позволяя ей тем самым углубить поцелуй. Аккуратно обнимая ее за талию, ощущая напряжение ее тела, подняла руку выше, накрывая ее грудь. Действовала по ее схеме, не получая возражений. И тебе это нравилось больше, чем ваши недопонимания. Она подняла твою руку выше, когда ты накрыла пальцами ее пуговку на джинсах, незаметно для себя позволяя тебе касаться ее тела под одеждой. Она сдерживала себя, не позволяя тебе услышать ничего, кроме ее сбитого дыхания. Но тебе хватило и этого, чтобы все понять. — Можешь быть свободна, — тихо произнесла она, когда ты задела ее сосок сквозь кружевную ткань. Она убрала руки с твоего тела, после — твои со своего. Быстро вернула на тебя одежду, сунув в руки халат. — Вот так и все? — Нет, не все, — она сглотнула, пытаясь скрыть свое волнение и не смотреть тебе в глаза. — Встретимся после пар. — Здесь же? Она улыбнулась, слегка сжимая твое плечо в своей руке. — Это как получится. Ты уже собралась уходить, когда она окликнула тебя. — Что-то еще? — Поправь помаду. Ты рассмеялась, кивнув ей в ответ.