Два незатейливых понятия - жить и выживать.

      Постепенно солнце сменилось луной, а облака стали собираться в одну большую тучу. На местности стали мелькать тусклые огоньки светлячков. Мир на этот раз погрузился в тишину. — Прекрати психовать. И хватит идти так быстро. Феликс! — девушка с каждой секундой всё больше отставала от своего напарника, но, тем не менее, она старалась догнать парня. Ази лишь бросалась звонкими репликами, слегка наморщив нос. — Не молчи, когда с тобой разговаривают! — Может, сама закроешь свой рот? До Девятого сектора идти три дня, это беспрерывно. Мы в Седьмом и у нас только два варианта: путь через Семнадцатый сектор или через лес. Через Семнадцатый мы никогда в жизни не пойдём, так что если хочешь остаться в живых, будь тише, приготовь оружие и зажги фонарь, — сухо отчеканил Феликс, не останавливаясь ни на секунду. Его взгляд злобно смотрел вглубь леса, казалось, что всё попадающее под него прямо сейчас вспыхнет красным пламенем. — Давай вернёмся на берег, там безопасно и тепло. У тебя мокрые волосы и одежда, заболеешь же. Тем более идти долго, а свободная ночь бывает лишь раз в году. Давай отдохнём! — Азалия достала небольшой каркас фонаря, который хоть и выглядел новеньким, но его подобия точно использовались прямиком в девятнадцатом веке. Об этом так же кричала свеча, которая ставилась внутрь и зажигалась, дверца каркаса закрывалась, и теперь у них был фонарь. Свеча могла быть задута, но пока всё спокойно и это никого не волнует. — Нет, лучше пройти эту ночь по лесу, потом мы дойдём быстрее. А может, нам повезёт и мы наткнёмся на эльфов. — Разве это не плохо? Они не любят людей и чужаков, в общем, убьют быстро. — Не парься, есть план, а сейчас лучше не шуми, к смерти мы ещё не готовы, — парень снизил темп и сравнялся с подругой. — Ладно, поняла, ты только не дуйся, — Азалия стала идти вперёд чуть увереннее, стараясь освещать как можно больше территории.       Хоть рассматривать вокруг было нечего, но кому бы ни хотелось знать, кто наблюдает сейчас за ним? Впереди была непроглядная мгла, самая тёмная которую только можно было видеть в этой местности. Возможно, где-то там густые заросли странных, вьющихся растений. Лозы, пока на них не падает тусклый, тёплый свет, кажутся зловещими и очень грозными.       Перед глазами так и вырисовывается яркая картинка того, как обычного мальчишку за ногу цепляет чёрная лоза, прежде не подававшая признаки жизни, и утаскивает бедного парня глубоко в лес.       Но всё, что оставалось тусклому свету, так это освещать заросшую тропинку. Вокруг не было слышно ни единого звука.       Природа словно замерла в ожидании чего-то ужасного. Такое бывает, когда рядом с бедными, невинными жертвами дышит кровожадный хищник, который сидит где-то в кустах, выбирая свой будущий ужин. С ходу, конечно, не поймёшь этого, ведь в такое смутное время кто угодно станет свирепым хищником, что возглавляет пищевую цепочку, или слабой жертвой, не способной защитить себя самостоятельно.       Как же трудно это осознавать, как бедным человеческим детям, что так и не увидели мирную землю, так и взрослым, которым теперь приходится лишь в своих воспоминаниях оставаться в далёком, светлом прошлом.       В этом прошлом всегда было чистое небо, зеленеющая трава и лёгкий ветерок, гуляющий средь листвы молодых берёз. Тогда территория делилась лишь на страны, отличающиеся своей политикой, менталитетом и темпом жизни. Старики постоянно жаловались на убитую экономику, а молодёжь вовсю довольствовалась своей жизнью.       «— Это было десять лет назад…» — пронеслось в голове блондина, когда он пытался вспомнить все счастливые моменты жизни, дабы отогнать от своего разума все негативные мысли. Но всё, что он мог вспомнить это моменты, случившиеся до так называемого апокалипсиса.       Но тут всплыло одно воспоминание. Момент этот был смутен и неясен, но запомнился на всю жизнь. Это было летом, в одну из холодных ночей, мальчишка не успел опомниться, как перед глазами вспыхнул огонь. Как он не понял тогда, что то был костёр, до сих пор оставалось загадкой, но от него шло такое нежное тепло, словно объятия родной матери.       Погрузится в них, не дала девчонка, совсем ещё кроха. Волосы её были огненно—рыжие и торчащие во все стороны, по всему телу разбросаны тысячи веснушек, а выглядела она лет на семь. Ах, это то самое тёплое воспоминание, когда в жизни ребёнка вновь вспыхнуло пламя. Не то, которое обжигает изнутри, а то, которое нежно греет. Да что тут у ребёнка, уже взрослый Феликс хотел бы ощутить те эмоции вновь.       Однако, к его сожалению, приходится лишь смахнуть слезу и двигаться дальше. Улыбка даже не успела всплыть на его лице, как более серьёзные мысли мигом перехватили контроль над разумом парня. Это пробуждение заставило Феликса резко остановиться и начать оглядываться вокруг себя, будто бы забыв, где находится. — Эй, Фел, чего застыл? — спросив, обернулась Азалия, которая тут же заметила отставание своего напарника. —Да так… Ничего. Задумался немного и вспомнил про карту… — устало промямлил ели разборчивое предложение, но реакция подруги не была такой сонной и вялой. —Вспомнил про… Карту?.. Только сейчас вспомнил про карту?! Ты в своём уме?! Мы всё это время шли вслепую?! — грубо обратилась Азалия, выплёскивая свои эмоции на их «руководителя», но её манера речи в данный момент была полностью оправдана. — Разве мы не идём здесь всего лишь десять минут? — Я не знаю, как ты так выпадешь из реальности, а потом просыпаешься, но нет! Мы идём примерно полтора часа! Давай, сверяйся по своей карте и если мы будем вынуждены идти обратно, ты понесёшь меня, а я буду спать! — Прости, просто слегка устал. Нам не придётся возвращаться, я смогу найти путь, пусть он и будет дольше, — Феликс раскрыл потрёпанную карту, нарисованную когда-то от руки, кем бы то ни было, и стал искать глазами Седьмой сектор. — Ну-ну, удиви меня. — Так.… Ну… Я уже примерно вижу, где мы идём.… Кстати, пошли дальше.… И тут около четырёх километров до Пятого сектора, что и хорошо и не очень… И… — Слова Феликса плыли и никак не могли собраться в одно большое предложение. Он постоянно щурился, ведь тусклого света было недостаточно, и только уже достаточно поздно он заметил одну маленькую деталь. — Здесь через несколько метров должна быть небольшая пропасть, её можно будет легко обойти, только надо смотреть в оба, я думаю.… А зачем ты свет убрала? Аз? — Сейчас, подожди, у меня шнурки развязались! — Девушка крикнула где-то издалека, показывая, что отстала она не только что, а Феликс заметил недавно. И тот, пытаясь услышать всё чётче, развернулся спиной к точке назначения. — Хорошо, но я пройду дальше, просто иди прямо! — Парнишка сделал шаг, развернувшись в нужную сторону, но удача тут же покинула его и земля буквально ушла из-под ног.       Феликс полетел вниз, в ту самую «легко обходимую» пропасть. В глаза бил быстрый поток воздуха, много пыли, от чего они лишь слезились, а паникующий юноша не имел возможности посмотреть вниз. Кричать бесполезно, он лишь сорвёт голос, напарница всё равно не услышит.       В голове возникло внезапное воспоминание из далёкой начальной школы:       «— Если вы падаете, распластайтесь в воздухе, чтобы при падении удар распределился равномерно на всё тело» — говорила молодая учительница маленьким детям, смирно сидящим за партами.       Самое время проверить данный совет на деле и Феликс, зажмурив глаза, отдался судьбе.       Такой поворот событий создал больше вариаций будущего и Феликсу достался самый удачный. Он влетел в торчащий из стены камень, что тут же выбился из щели и так же полетел вниз. Парень сломал пару рёбер и потерял сознание, получив болевой шок. Это и было его спасением, он упал на выросший мох, что хоть и не сильно, но смягчил падение. Рядом с ним приземлилось его оружие, карта и небольшие часы.       Время шло, и Феликсу пора было проснуться. Каково было удивление, когда парень осознал, что выжил по неведомым причинам. Шок постиг его снова, ведь вокруг не было образовавшихся давным-давно скал, мутировавших растений и лужи крови. Всё было совсем по-другому.              Он сам находился в просторной комнате, под потолком было небольшое окно, из которого падал тусклый лунный свет. Напротив кровати стоял камин, в коем трещал огонь, обогревая всю комнату.       Сам Феликс лежал на кровати, на мягкой перине.       Место напоминало королевские покои, но некая скромность всё же присутствовала.       Полупрозрачная тюль покрывала всю кровать, когда-то она служила защитой от насекомых и мелких животных в жарких странах, сейчас играет роль оберега от различных тварей.       Рядом с кроватью находился небольшой столик, на котором лежала отреставрированная карта, карманные часы, лук со стрелами и аптечка. Все эти вещи принадлежали Феликсу.       Решив приподняться, юноша почувствовал неладное, после странного предвкушения последовала глухая боль, а с губ парня совался тихий хрип. Грудь его была плотно обмотана бинтами, что предотвращали смещение сломанных костей, да и левая рука также поддавалась компрессу из палки и бинтов. «— Сломал при падении…» — установил у себя в голове Фел. Ему оставалось лишь осматривать всё лёжа, от чего шея быстро устала, и парень вновь расслабился, уставившись в точку закрепления тюли. — Проснулся, а поинтересоваться где он находится, не хочет, какая жалость. Бедолага, ты что, помимо переломанных костей умудрился и язык проглотить? — манерный, но явно мужской голос послышался около входной двери, Феликс и не пытался увидеть этого господина, спасшего его от тупой смерти. — Я… Я ничего не буду спрашивать и говорить о себе, пока вы не покажетесь и сами всё не объясните, — устало промямлил раненый герой. — Ох, мне стоило учесть, что ты недоверчив. Мне, конечно, не сложно, прошу любить и жаловать. — будто из тени появился высокий мужчина. Волосы его были очень сильно выбивающимися из образа. Если одежда этой персоны была будто из девятнадцатого века: к примеру, пышная белая рубашка с рукавами-фонариками и разными узорами идеально сочеталась с тёмно-коричневыми рельефными брюками и с классическими мужскими туфлями, то причёска оставляла больше вопросов. Прямые волосы были тёмно-розового оттенка и едва доставали до плеч, лишь чёлка, словно специально перекрашенная в светло-розовый цвет, пышно вилась, словно после укладки. — А… Что насчёт… Имени?.. — Конечно, я представлюсь, не торопи меня, крошка. Ты можешь звать меня мистер Ромео, Романо, Рома, Ром, но можно и менее пафосно — Ромео. Приятно познакомиться, Феликс, — мужчина убрал пару локонов за ухо, поправив короткие перчатки без пальцев на руках. — Вы знаете моё имя… Но откуда? — Ты просыпался уже, мой дорогой, но ты не помнишь, хи—хи, скоро, наверное, опять заснёшь, тебе всё равно двигаться нельзя. Я тебе, конечно, помогу, но ты же потом заплатишь? — Да… Да, конечно, если позволите мне найти мою спутницу, то конечно расплачусь валютой этого сектора. — Славно, тогда в ближайшее время я свяжусь с ведьмой, она тебя в два счёта подлатает, а твоя спутница… Хм, ты про ту рыжую девчонку, которая полночи ходила и искала тебя? Если это так, то подружка у тебя верная, спустилась в то ущелье, в которое ты провалился, обошла там всё и пошла искать тебя дальше. Отважная девушка, она уснула недавно где-то неподалёку отсюда, ещё бы чуть-чуть и нашла бы моё пристанище, но силы кончились. Кстати да, это ущелье, а не какая-то там пропасть, исправь на своей карте. — Ази… Почему ты… Вы не забрали её себе, как и меня? — Это не твоего ума дела, малец. — Ладно, не буду пытаться выпытать это, есть куда более важные вопросы. — Верно.       Разговор сильно затянулся, Ромео не был настолько старше Феликса, чтобы уже быть мужчиной средних лет, но и младше он уже точно не был. Общих тем не нашлось, всё время разговора занимали наводящие вопросы, ведь неизвестно, сколько ещё блондину придётся пробыть здесь, а он даже и не знает своего точного местоположения.       И весь их разговор имел некую напряжённость, Феликс постоянно чувствовал странную грань, которую не переходил Ромео, но явно ходил по лезвию ножа. — Ты случайно оказался там, где я провалился, или следил за мной?.. Просто странно, что после такого падения я выжил… В скалах растительность вся дохлая, она меня никак бы не спасла, а вот ты… Всё будто подстроен-… — Не бери в голову, иногда случайности происходят, кто же виноват, что ты такой везучий! — Ромео быстро перебил гостя, но интонация выдавала этого лжеца. — Уверен? — после слов Феликса послышался стук в окно, кому понадобилось лезть к нему, чтобы просто постучать? — Конечно! Слышишь? Это для тебя, говорил же, что с ведьмой свяжусь, вот и она! И не задавай больше неуместных вопросов, каждый мой шаг продуман наперёд, — Ромео тут же отдалился от кровати и неспешно подошёл к стене с окном. Только сейчас Феликс разглядел там что-то вроде верёвки с ручкой-наконечником, за которую и потянул Ромео. Окно открылось, и в комнату залетела сова, чем ближе к полу она была, тем больше её окутывал чёрный туман.       Через пару секунд по диаметру прошлась красивая высокая девушка, чьи синие волосы небольшой промежуток времени развивались, словно на ветру.       Чёрное платье облегало фигуру песочные часы, туфли лодочки едва поднимались при контакте с полом, а образ дополняло главное украшение— ведьмовская шляпа. — О, мой великий господин, какое солнышко! Ромео, где ты раздобыл этого зайчика? Какой чудесный мальчишка! — девушка сразу стала тискать своего пациента, а ведь на вид она была гораздо серьёзнее. — Клео, прекращай мучить его, он мой. Твоя задача вылечить его, свою долю я тебе уже отдал. — Ромео явно питал все самые ужасные и негативные чувства к молодой ведьме, которые только есть на белом свете. Пока она восхищалась их общим гостем, он стоял где-то в стороне, перекрестив руки, и терпеливо ждал, когда она уже удалится из его хором. — Какой сладенький пирожочек! Да такого и за бесплатно не жалко вылечить, но договор есть договор. Котик, ты сможешь потерпеть? Целебный раствор будет немного горьким, но я обязательно оставлю тебе чего-нибудь сладенького! — Ах… Да, конечно, спасибо, вы так добры, — Феликс не понимал, как реагировать, он лишь смущённо отвечал на вопросы и не знал чего стоит ожидать от загадочной незнакомки. — Чудненько, подожди чуть-чуть, — ведьмочка стала рыться в своей сумке, которую Феликс изначально не заметил. На полу теперь был разложен небольшой лоскут ткани, несколько колб, что содержали какие-то непонятные ингредиенты, и небольшая тарелочка. — А вы бы не могли прокомментировать то, что собираетесь делать?.. — робко спросил он. — Конечно, милый. Я собираюсь для тебя сварить «Костерост» — зелье-лекарство, заставляющее расти заново исчезнувшие кости, либо просто ускоряющее их рост, в твоём случае второе. Из ингредиентов мы имеем: селезёнку летучей мыши, касторовое масло, экстракт бадьяна и глаза угря. Не думаю, что тебе будет интересно само приготовление, так что пару минут посидеть в тишине придётся, — Клеопатра сразу отвлеклась от разговора и принялась за работу. На лице Феликса читалась паника, ему придётся пить или есть какую-то жижу из крайне подозрительных компонентов, тут бы живым остаться, а не чудесным образом выздороветь.       Именно из-за пугающих до жути мыслей, две минуты для Феликса превратились во все два года. Но вскоре прозвучало бодрое: «— Готово!» — и Феликс приготовился к пытке. К его рту поднесли тарелочку, и он всё выпил до дна с большим трудом. Остался привкус ряски, травы и ещё чего-то уж очень похожего на мыло. После ему дали воды и во рту вновь воцарилось спокойствие. — Хэй, Клео, а сколько это… Ждать надо? — Десять минуток, моя прелесть, я с тобой посижу, чтобы скучно тебе не было. Места переломов могут сильно болеть, но это естественно, костям просто придётся срастаться в ускоренном режиме. — Хорошо, понятно, — весь выделенный промежуток времени девушка делилась историей своей жизни, Феликс же своей, не обошлось и без грустных моментов, но юмористических и весёлых было только больше с каждым новым словом.       Вскоре боль прекратилась, и юноша спокойно встал и избавился от бинтов, неприятный осадок оставался, но главное, что теперь он полностью функционирует и не остался инвалидом на всю жизнь.       После длительных объятий со своей целительницей, Феликс стал перебирать свои вещи, а Клео о чём-то договаривалась с Ромео. И вышло так, что он услышал не то, что нужно. — Ты точно отдал мне ту девчонку легально? А то она сопротивлялась, кричала и звала на помощь, я так не хотела её связывать, а пришлось, — говорила Клео с некой предъявой к Ромео. — Как её зовут хоть, а то она ничего мне не говорит. — Азалия. Всё, выметайся к себе. Проваливай. — Ладно, пока-пока! — Клео, вновь перевоплотившись в птицу и сделав пару лёгких взмахов крыльями, покинула тесное для неё помещение.       Ромео же подошёл к Феликсу, который, заметив движение в свою сторону, быстро вернулся к бессмысленному перебиранию вещей. Сейчас бы не сболтнуть лишнего, как это бывает в самый неподходящий момент. — Ну что, оплата же будет в силе? Знаешь, я не люблю слова, брошенные на ветер, — Ромео натянул не очень дружелюбную улыбку. На его последнем утверждении Феликсу даже привиделся небольшой оскал. — Да, конечно… Я могу прогуляться по твоему… Пристанищу? Хочу… убедиться в… В своей безопасности… Да, так… — Конечно, не зажимайся так. Пока ты здесь, будь как дома, сладкий. Развлекайся, если что, ты легко меня найдёшь, — Ромео, бросив неодобрительный взгляд на гостя, удалился из комнаты, кажется, даже понимая, что он намерен сделать.       Феликс, только Ромео скрылся за дверьми, сразу собрал все свои вещи в руки и стал думать, насколько сложно может быть выстроен этот дом.       Минут десять спустя тот шмыгнул за дверь и сам, при этом постоянно дёргаясь от каждого шороха, боясь увидеть рядом с собой хозяина этого места. Сам дом не был чем-то шикарным. Не было ни высоких потолком, ни винтовых лестниц, ни красных дорожек.       Но и скромностью здесь не пахло, это не была какая-нибудь избушка из сомнительной древесины, а довольно неплохой для их времени дом. Стены чисто белые, будто мраморные, но явно такими не являются. На них висят странные картины, которые никто и никогда до этого не видел.       Такой же белый и блестящий пол покрыт не красной, а розовой ковровой дорожкой, по её краям стояли горшки с цветами, которые больше напоминали вазы. Лестница находилась слева от паренька, не такая уж и длинная, вела прямиком к выходу, без неё тоже можно было обойтись, она — лишь украшение. Но если не пойти по ней вниз, а пройти прямо по длинному коридору, то там точно будет кухня, кладовка, кабинет и комната самого Ромео.       Феликс, взяв всё в свои руки, быстрыми шагами ринулся к выходу, надеясь, что быстро сориентируется на местности. Дверь легко поддалась, и парень вновь оказался на улице. Была ночь, но уже далеко не та, в которую юноша лишился сознания, кто знает, сколько закатов и восходов уже встретила земля? Точно не Феликс, он живёт дальше, вот что важно. Его задача вытащить самого дорогого для него человека из опасности, в которой она оказалась исключительно из-за Феликса.       Он не побежал, он пошёл, это было глупо, но чего не сделаешь, когда ощущаешь на себе пристальный взгляд. Ромео дал уйти гостю, но пострадавший точно поплатиться за свой побег в будущем.       Феликс шёл, долго шёл. Он не знал, в каком секторе находится, в каком секторе дом ведьмы, и вкакую сторону идти. Он был во многих местах почти каждого сектора и его единственной надеждой было найти свою метку территории. Неизвестно сколько пройдёт времени. Месяц, неделя, пару дней, а может весь год? Места в лесах все как под копирку и увидеть различия в климатах разных секторов было довольно трудно, если ты не биолог или географ, то вряд ли это выйдет у тебя так просто. Парню придётся идти долго, или же он мог использовать свои маленькие секреты?       В кармане штанов тот смог нащупать небольшой пучок можжевельника. Толку от него никакого, высох. Но заботило Феликса не это, а только то, что его раньше у него не было.       «— Ведьма…» — вспомнил юноша, осматривая полученный артефакт. Пряный аромат окутывал руки мальчишки. Запах такой волшебный, луга, леса, свежесть — это всё, что ассоциировалось с прекрасным благовонием. Молодая волшебница и впрямь обещала оставить что-нибудь сладенького от своей доброй души.       Будь это сами шишкоягоды растения, они бы имели смысл. Горький, смолистый, пряный, сладкий вкус этой ягоды и вправду необычен, не всем придётся по вкусу, но для небольшого перекуса сгодились бы.       Будь связка свежее, словно недавно собранной воедино, был бы специальный предмет для ритуального очищения и сгодился бы когда-нибудь, но не сейчас.Веточки сухие, ни на что не годные, зачем они ему. Но хитрость есть всегда. Не зря парнишка жил в такой остановке на земле довольно долгое время.       Феликс ловко превратил в пыль сухие веточки и распылил её на местности. Перед глазами, словно на мониторе, возникла картинка из тысячи пылинок. Карта, полная карта местности, показывающая точку её активации и точку местонахождения её создательницы. — У тебя есть ключевое слово… Хотя, судя по поведению твоей хозяйки его может и не быть, но активировать то тебя надо… Хм… Ладно, допустим. Веди меня, — карта резко вспыхнула, и вместо неё появился огонёк, что тут же полетел в нужную сторону. Феликс помчался за ним. Но понять, что бежать долго надо перед длительной пробежкой, а не во время неё. — Стой!.. Подожди! Я… уже выдохся!.. Мы минут двадцать без остановки бежим… Стой же… Там наверное много осталось… Давай передохнём и отправимся дальше через пару минут… Я… Оу… Короткий путь? Или опять, какие-то фокусы?.. — запыхавшийся Феликс медленно остановился перед поляной, освещённой лучами раннего солнца.       Огонёк рассеялся, значит, они были на месте назначения. Непонятно быстро, но задаваться вопросами парень не стал. Лишь скинул всё на проделки ведьмы. Вместо долгого размышления, Феликс решил передохнуть и осмотреться.       На поляне стоял небольшой деревянный домик из светлого дерева. Все окна и двери плотно закрыты в целях безопасности. Рядом с ним росло огромное количество подсолнухов, жёлтых тюльпанов, ещё не зацветших одуванчиков и много других цветов, которых объединял их яркий жёлтый свет. Высокая трава колыхалась на ветру. Будь она не на этой поляне, в ней точно бы сидели мелкие твари, способные внести в кровь какую-нибудь заразу. Но здесь их нет, а есть лишь чистая трава.       Феликс прошёл к домику, постоянно осматриваясь назад, хоть теперь беспокоиться было не о чем. Пара стуков в дверь и она открылась через несколько секунд. В дверном проёме оказался как раз тот, кого и ожидал увидеть Фел. — А я ждала, заходи, пирожок. Как путь? Ни на кого не наткнулся? Я, конечно, расчистила для тебя дорожку, но с твоим-то везением мало ли что… Я же сказала, заходи скорее! — девушка, зажевав большую часть слов, сумела пригласить полюбившегося мальчишку в свой дом.       Он ожидал увидеть тёмные артефакты, дом, заставленный разными зельями и растворами, мёртвые тушки животных и свою пленную подружку, но мир вновь играл по своим правилам. Дом почти ничем не отличался от обычного жилья. Кровать, источник тусклого освещения и прочие житейские штуки. Было много трав и пробирок, артефакты были, но не настоль мощные, как ожидалось.       Феликс достаточно быстро всё это переварил, но глаза не переставали искать спутницу, но и здесь его обломали.       Азалия сидела за столом попивая ромашковый чай, на столе лежала пара кусочков сладкого хлеба. — Стоп… Я же точно слышал… Она… Ты… — Ты такой милый, когда тебя заводят в заблуждение, не хочется даже пояснять. Видишь ли, это не я работаю с Ромео, это он работает со мной. Да, то, что ты покалечил себя — чистая случайность, но то, что подобрал тебя Рома, а подлатала я, моя работа. Так же и его плата, Ази, ради тебя — так же мои чётко спланированные действия. Вы люди порой такие глупые. — Так ты не человек? Разве ведьмы — это не просто люди, обученные тёмной магии или типа того? — Конечно я не человек. Я, как и большинство существ здесь, воплощение карты. Трефовая дама, если быть точнее. Существую я достаточно недолгое время, как всё началось, так и появилась я, десять лет как живу себе в этом мирке. Все причины, по которым я не человек это то, что моя карта повреждена. Вот так, странно, что ты не знал, — Клео слегка усмехнулась, пожав плечами, и отошла куда-то в сторону.       Их с Азалией взгляды долго впивались друг в друга. Взгляд Феликса так и веял растерянностью, сожалением и непониманием. Взгляд же Ази был спокойный и расслабленный, она уже давно не волновалась.       Из всего этого Феликс делал вывод, что он единственный здесь, кто так поздно осознал происходящее. Молчание длилось минуту, но ощущалось, как обычно, вечность.       Тишина не прерывалась, Азалия лишь молча, протянула другу его дневник. Феликс, всё ещё заторможёнными действиями быстро пролистал его, остановившись на странице с заголовком:       «2522 день» и лёгким движением руки вырвал её, после смяв, убрал в карман. — Сугубо моя ошибка, прости, — не переводя взгляда на собеседницу, промолвил парень. — Ты меня, конечно, напугал, после меня похитили и только потом всё объяснили, но не беспокойся. Опять твоя глупость привела нас к странным приключениям. Как обычно, дурашка — Азалия как бы в шутку обратилась не самым приятным прозвищем и сама немного хихикнула. Но единственное что она не учла, это чувства Феликса. — Да-да, я уже понял, что единственный, кто здесь настолько сильно заблуждался, но это не значит, что стоит мне говорить это прямым текстом. — Фел, я же знаю тебя, знаю, чем всё это закончится, посиди, успокойся. Не хочу даже с тобой говорить, когда ты такой. — Какой? — Такой, как обычно, когда что-то идёт не по твоему плану. Ты психуешь, взрываешься, навлекаешь на себя неприятности, а потом всё сваливается на меня. Я тебя лечу, я тебя вытаскиваю, а взамен редкие… М… Даже не знаю что. — Тебя не устраиваю я? Столько лет жили вместе, столько прошли, а сейчас ты мне заявляешь, что со мной что-то не так?! — Опять ты всё воспринимаешь не так. Я не буду с тобой разговаривать, пока ты не успокоишься. — Да… Да… Да иди ты к чёрту! — Парень мигом вылетел из дома, не смотря ни на кого. — Он вернётся, — ответила рыжая на вопросительный взгляд Клеопатры.