The Blacks

       Каждый мой день в течение последних недель начинается одинаково. Люциус будит меня в девять утра, так как не присутствовать на завтраке я не могу - в поместье сейчас живёт Он, а если леди Малфой не спустится к трапезе, Он может счесть это оскорблением.        Обычно я просыпаюсь от прикосновения к своей щеке. Я заранее знаю, что увижу сперва - платиновые волосы и знакомую ухмылку. Потом Люциус скажет мне «Доброе утро, Цисси» и начнётся новый день. Сперва - завтрак с Лордом, во время которого разве что Белла чувствует себя непринуждённо, Люциус делает вид, что не напряжён, как и гости, которые иногда у нас появляются, а я сижу и давлюсь, так как мне кусок в горло не лезет под взглядами Милорда и его Пожирателей. Я даже не знаю, кого боюсь больше. Я вообще всего боюсь, как постоянно говорит Белла.        Наверное, на первом месте Тёмный Лорд. От Его взгляда мурашки по коже, и я на грани обморока, когда Повелитель вспоминает о моём существовании, что бывает, к счастью, весьма редко. Даже если Милорд жестоко шутит, - почти единственный знак внимания, которого я удостаиваюсь, - так как у него отменный чёрный юмор, меня всё равно трясёт от страха. Я знаю, что Он пару раз применял Круциатус и к Люциусу, а к остальным и подавно, и одно это заставляет меня чувствовать липкий страх. Только Белла пока что не получила Круцио Лорда, хотя и находится в его рядах около трёх или четырёх лет. Если учесть то, как Он обходится со своими Пожирателями и понаблюдать за Его общением с Беллатрикс, невольно начинаешь верить в сплетни о том, что они спят вместе. Её Он почти никогда не высмеивает, в отличие от других, в том числе, и меня. Когда я нахожусь рядом с Милордом, у меня перед глазами рябит от страха, такой от Него веет силой и могуществом. Но Он, к счастью, обращает на меня не больше внимания, чем на домового эльфа, в основном обмениваясь загадочными взглядами с моей сестрой, выслушивая доклады слуг или безжалостно наказывая кого-то неугодного.        За второе место могут посоревноваться Люциус и Белла. Я замужем всего месяц и поэтому всё ещё не могу смотреть Малфою в глаза по утрам, смущаюсь его хищных взглядов и боюсь нечаянно вывести его из себя. А Люциус в гневе - это страшно. Хотя я всё ещё слегка побаиваюсь его и в спокойном состоянии. Такой холодный, далёкий, постарше меня, безусловно, очень красивый, властный и сильный, могущественный маг. Он не терпит возражений или непослушания ни в чем. Если я не достаточно раболепно поведу себя с Милордом, выставлю себя смешной в обществе или сделаю что-нибудь, что он запретил… Нет, думаю, Люциус никогда не ударит меня, но поставить синяк на запястье или повести себя грубо в постели он может, что уже доказывал. Леди Малфой должна быть идеальной, и помогите мне Мерлин и Моргана, если я таковой не буду.        Беллатрикс. Моя старшая и, несмотря ни на что, любимая сестра. Она всегда слегка пугала меня почти в той же степени, в которой и притягивала. С ранних лет меня учили быть похожей на неё - совершенной аристократкой, воплощением чистокровной ведьмы, символом рода Блэк… Никогда не могла с ней тягаться. Белла всегда была лучшей во всём, куда уж мне… Беллатрикс была сильнее, выносливее, она была умна не по годам, обладала истинной аристократической красотой и огромным магическим потенциалом. В тёмной магии сестре не было равных среди ведьм, да и многих волшебников она могла положить на лопатки. Ещё бы, индивидуальные занятия с самим Милордом! Любимая дочь отца, гордость семьи, она унаследовала больше чисто Блэковских черт как внешности, так и характера, чем мы с Медой вместе взятые. Чёрные глаза, волосы цвета вороного крыла, надменность и буйный нрав - она была любимицей всех родственников, так как до мозга костей была Блэком. Я же имела только черты Розье - голубые глаза и золотые кудри. Вдобавок к этому я исключительно труслива и покорна, что являет собой противоположность всем стереотипам о моём роде. Всегда казалась белой вороной в семье, инфантильной девчонкой, за которой вечно ходил отряд нянек и домовиков, которую все члены семьи считали ребёнком, нуждавшимся в заботе…        Белла же с детства казалась старше своих лет. От чрезмерной ли агрессии или от того, что она слишком рано впитала в себя все жестокие черты Блэков. Странная девушка. Меня она в обиду никогда не даст, в школе всегда защищала, но если ей покажется, что я неуважительно отношусь к Милорду или позорю честь семьи… Белла никогда не скупилась в лёгких пыточных, хотя потом и вымаливала прощение сладостями и грубоватыми объятьями. Иногда мне даже кажется, что она слегка не в себе, что-то типа раздвоения личности или иного в этом роде. Но всё-таки мы обе Блэк, так что я знаю, что моя Белла всегда прикроет меня и вытащит из самых страшных передряг. Хотя бы для того, чтобы потом самолично убить.        Так вот, завтрак проходит в компании этих троих, поэтому я только и делаю, что давлюсь и под предлогом мигрени убегаю к себе, чтобы приказать домовику принести завтрак в спальню. До обеда либо Люциус, либо Белла ругают меня за непочтительность к Тёмному Лорду и обещают проклясть, если я ещё раз сбегу раньше конца трапезы. На обед я напрашиваюсь к матери или подругам, если удастся, в противном случае опять давлюсь под убийственно тяжёлым взглядом Милорда. Как же я хочу под тёплое крылышко к мамочке, как же я не люблю менор...        До вечера меня никто не трогает, я предоставлена самой себе, что уже хорошо. Люциус, Милорд и Белла чем-то заняты, а последние двое частенько пропадают на пару часиков в неизвестном направлении. Вечера я обожаю больше всего. Я могу читать, вышивать, учить новые женские заклинания для объема ресниц или завивки волос, вычитанные в Ведьмополитене или в Косметической Магии Сегодня… В общем, я почти счастлива, насколько может быть счастлива птичка в золотой клетке.        Ближе к десяти, если я не хочу ледяных замечаний, я прихожу в спальню. Люциус может пропадать где угодно и прийти как в десять, готовый к подвигам в постели, так и в час, уставший и слипающимися глазами дочитывая какой-то пергамент, так и к трём, раненый и полуживой, так и к пяти, пахнущий женскими духами. Ночь - самая разнообразная часть суток, когда ты замужем за Пожирателем Смерти. Я не имею права ставить мужу в вину то, что он сам чаще всего не знает, куда его может занести приказ Лорда посреди ночи. Мне не полагается делать Люциусу выговоры за ночи, проведенные вне менора. Зато если меня не окажется в спальне к его приходу, Малфой может разозлиться. Правила Люциуса всегда нужно соблюдать.        В общем, жизнь в Малфой-меноре шла своим чередом и совершенно не менялась. Разве что последние дни меня тошнило, но это я списала на «шуточки» Беллатрикс. Были и хорошие изменения - я даже почти научилась не заикаться, обращаясь к Милорду и не краснеть, как помидор, глядя в глаза Люциусу, что было моими личными достижениями. Ничто не предвещало изменений, и жизнь обещала оставаться такой же тихой и мирной, если бы не наличие у меня ещё одной сестры. Андромеды. Пожалуй, один из самых страшных и одновременно счастливых дней моей жизни начался именно с неё. - Чёртова Блэк… - Меня разбудил раздражённый до предела голос мужа.        Спросонья я ещё не поняла, что случилось, но по несдержанному, - что для Люциуса большая редкость, если вообще не нонсенс, - тону я догадалась, что случилось что-то крайне неприятное. Разлепив глаза, приподнявшись на локтях и отведя с лица локоны, я увидела Малфоя, мечущегося по комнате. В такт размашистым шагам пружинили платиновые волосы. - Люциус? Что-то произошло? - с волнением поинтересовалась я, садясь. - Да, Цисси, произошло! - едва сдерживаясь, отозвался мужчина, повернувшись на каблуках.        Серые глаза горели таким яростным огнём, что я невольно задрожала, судорожно вспоминая, не натворила ли чего. - Твоя сестра! - выплюнул Малфой.       Они с Беллой иногда цапались по работе, так как каждый стремился занять место повыше, но, в общем-то, придерживались если не тёплых, то хотя бы дружеских отношений. Что должна была вытворить Беллатрикс, чтобы так взбесить Люциуса? - Что сделала Белла? - едва слышно спросила я. - Белла? Не знаю, вероятно, сейчас она носится по стране с отрядом дружков и ищет вашу третью сестрицу, разнося в пух и прах мелкие деревушки, попадающиеся под горячую руку. А вот Андромеда… - Он перевёл дыхание, чтобы немного взять себя в руки, прикрыл глаза на минутку. - Она сбежала с магглом! - Что? - тупо переспросила я. - Андромеда ночью выскользнула из особняка Блэков и сбежала в неизвестном направление с грязнокровкой Тонксом, прихватив с собой бумаги Сигнуса, на которых были планы захватов домов авроров и некоторых министерских чиновников. Беллатрикс в бешенстве, Лорд рассержен и убеждён в том, что ты знала о предстоящем побеге, - на одном дыхании выдал супруг.        Я несколько раз открыла и закрыла рот, в ужасе глядя в мечущие молнии серебряные глаза и пытаясь осмыслить такой объём ужасной информации. - Почему? Я… я не… Я не знала об этом! Люциус, я клянусь! С чего Милорд вообще взял это?        Малфой сел на край кровати и запустил тонкие бледные пальцы в свои волосы. - Твоя сестрица додумалась оставить прощальное письмо, в котором предъявила Блэкам кучу претензий. Полюбуйся. Пятый абзац. - Мужчина протянул мне пергамент, который до этого сжимал в руке.        Мои глаза забегали по строчкам. Я сразу узнала почерк Меды - каллиграфический, но без лишних украшений, совсем не похожий на мои завитушки или сумасшедшие каракули Беллатрикс. Пятый абзац… Ага, вот он…        «И в вашей семье нет никаких тёплых и доверительных чувств! Я никогда не могла ни с кем поговорить по душам! Даже когда я сказала родной сестре о своих чувствах к Теду, она в ужасе умоляла меня больше никогда не заводить эту тему! Неужели любовь столь противна…»        Дальше я не стала читать, так как всё поняла. «Сказала родной сестре о своих чувствах к Теду»… В понимании Лорда это звучит примерно так: «Сказала Нарциссе, что сбегу с отвратительным грязнокровкой, опорочив честь семьи, Пожирателей Смерти, чистокровных магов в целом и, возможно, прихватив ценные бумаги с собой». Предательство, как решит Повелитель. Да, я знала о влюблённости Андромеды, но не доложила об этом родителям. И наверняка Он считает, что именно поэтому они не предотвратили побег сестры на сторону врага с важными пергаментами подмышкой. - Нарцисса, лучше сразу скажи мне всё, что ты знала. Тогда мне будет легче тебе помочь, - выдавил очень бледный Малфой. - Она упоминала, что влюблена в Тонкса! Но она не говорила, что сбежит! Я ничего не знала! Люциус, я не знала! Что Он теперь со мной сделает!? Он меня накажет!? Ты должен меня защитить! - я была на грани истерики, и не на пустом месте. Даже отважилась просить помощи у Люциуса, с которым раньше боялась заговорить. Из двух зол я выбрала меньшую.        Мужчина сильно сжал мои плечи и заставил посмотреть на него. - Успокойся! - приказал он. - Чётко и ясно, что говорила твоя сестра?        У меня начиналась истерика от страха, в глазах собирались слёзы. Я могла только судорожно сжимать камзол мужа и смотреть на него огромными глазами размером с галеоны. Почему мне так не везёт!? Перспектива одного разговора с Тёмным Лордом пугает меня до чёртиков, а если Он решит, что меня нужно покарать… О Круциатусах Лорда слагают легенды, я помру от страха когда Он только палочку поднимет. - Люциус, мне страшно! - прохныкала я. Обычная холодность и почтительность слетели с меня, наверняка, я жутко раздражала Малфоя таким недостойным для леди Малфой поведением и демонстрацией слабости, но ничего не могла с собой сделать. В конце концов, пусть лучше он меня придушит, чем Милорд запытает!        На секунду в серых глазах промелькнул гнев, и я едва не отшатнулась от мужчины, но тот только притянул меня к себе и на удивление нежно обнял, хотя я готова поклясться, что несколько мгновений он обдумывал возможность меня ударить. - Цисси, пожалуйста, перескажи мне спокойно весь ваш разговор с Андромедой. Тёмный Лорд вот-вот прикажет тебе прийти к нему, мы должны решить, какой линии поведения придерживаться, а для этого я должен знать всё, - Люциус мастерски изобразил участие, скорее всего для того, чтобы я хоть немного успокоилась и внятно изложила беседу с Медой. - Она не говорила, что сбежит с бумагами! Андромеда как-то спрашивала… - я замялась, вполне допуская то, что перед тем, как получить пыточное от Милорда, буду награждена минимум парой пощёчин от благоверного. - Ну же, Цисси. Мне ты можешь всё сказать, - он всегда умел быть самим обаянием и располагать к себе людей. - Спрашивала, любила ли я когда-нибудь… - я отвела глаза, смущаясь. - А потом сказала, что влюблена в маглорожденного волшебника! Но на этом всё, я ничего не знала! Я сразу сказала Меде, чтобы она и думать о нём забыла, иначе я скажу отцу, и сестра пообещала, что выкинет эти глупости из головы!       Люциус как-то обречённо на меня посмотрел. - Цисси, почему же ты не сказала родителям? - Они бы строго наказали её, - начала оправдываться я, - и я взяла с Меды слово, что она забудет грязнокровку. А если бы узнала Белла, Андромеда стала бы калекой по меньшей мере! О, Моргана, как я была глупа, нужно было выдать её!        Малфой довольно долго молчал, уставившись в одну точку и размышляя. Я же от страха тихонько плакала, мысленно кляня Андромеду. Как она могла меня обмануть?! Из нас, трёх сестёр Блэк, только я иногда не сдерживала слово. Белла железно держала все обещания, если, конечно, они не могли навредить Милорду. Андромеда и вовсе никогда не нарушала клятв. Проклятье, нужно было взять с неё Непреложный Обет! - Послушай, Нарцисса… - осторожно заговорил мой супруг, тщательно подбирая слова. - Сейчас ты приведёшь себя в порядок, успокоишься и будешь готова, когда тебя призовёт Он. Ты не будешь рыдать или заикаться, будешь абсолютно спокойна. Постарайся очистить сознание и, главное, не вини себя в произошедшем мысленно, иначе Тёмный Лорд точно сочтёт тебя виновной в измене. Не говори ничего лишнего. Просто скажи, что однажды предательница крови (обязательно этими словами) случайно проговорилась, что ей нравится грязнокровка. Добавь, что ты долго ругала её, и в итоге Андромеда пообещала, что больше не будет думать о такой мерзости. Ну и, конечно, попроси прощение за то, что никому не сказала об этом. Если Он будет спрашивать тебя о чём-то, взвешивай каждое слово, а ещё лучше жди, пока отвечу я. Поняла? - Меня тошнит, - кинула я перед тем, как броситься в уборную.