Где-то далеко...

Солнце ярко светит, припекая плечи юноши. В небе поют птицы, заливая всю окрестность своим прекрасным щебетанием. Прохладный ветерок треплет волосы паренька, лишь слегка путая их. Самый разгар лета… Камадо усердно тренируется, буквально на износ. Его еще молоденькие руки покрыты мозолями, ссадинами, царапинами… Но он счастлив… Да… Он уверен, что счастлив… По его телу пробегают мурашки, когда он чувствует на своем торсе чьи-то холодные небольшие руки. Мурашки быстро сменяются приятным теплом в груди и умиротворенность, которую он чувствует так редко. Руки Цукико всегда успокаивали его, а особенно приятными они стали когда навсегда отпустили меч… Не сосчитать сколько раз Танзиро видел всю израненую Цуки, измотанную Цуки, да и просто уставшую от всего… Трудно передать насколько счастлив он был когда Цукико бросила должность охотника и стала простой девчушкой. Теперь он может не волноваться за ее жизнь, не молиться за ее жизнь каждый вечер перед сном. Девушка, обняв его своими еще влажными после мытья посуды руками, сказала чтобы тот шел в дом и наконец отдохнул. Юноша хотел было отказаться, но узрев взгляд своей возлюбленной, тут же согласился. Дом наполнен приятными ароматами, щекочущими нос Танзиро. Юноша мило чихает, и пользуясь этим, Цуки целует его в щечку, после довольно улыбаясь. Не успевает Танзиро и опомниться, как Цукико уже накладывает ему покушать. Она всегда любила готовить, но работа истребителя не позволяла ей заниматься своим любимым делом. Сейчас же она могла посвятить всю себя готовке. Танзиро мило улыбается, глядя на свою любимую. Камадо всей душой любит и боится потерять Цукико, а вместе с ней и ту душевную теплоту, что она ему подарила. Такие нежные руки Цуки осторожно ставят тарелку с супом на стол, после чего девушка с улыбкой смотрит на юношу. Танзиро, сразу поняв намек, садится за стол и приступает к еде. Суп очень горячий и Камадо нечаянно обжег свой язык. Сам того не осознавая, парень высунул его, слегка прищурив глаза, и глядя на это, Цуки усмехнулась и лениво встав из-за стола, подала Танзиро воды. Юноша выпил воды и, благодаря, улыбнулся. Поев, и девушка и парень вышли на крыльцо. Усевшись как можно удобнее, Камадо обнимает свою возлюбленную, на, что та как бы в ответ кладет голову на плечо Танзиро. Уже вечер. Холодок проходит мурашками по коже, солнце потихоньку уходит за горизонт, забирая с собой теплые лучики. Юноша чувствует, что его половинка начала замерзать, и помогая ей встать, заводит в дом, закрывая дверь. В доме тепло и уютно. Время близится к ночи и Камадо укладывает их обоих спать. Укутав Цукико в одеяло, Танзиро и сам ложится рядом, обнимая девушку. Произнеся на последок: «люблю тебя…», засыпает. Счастье и благодать… Но где-то далеко… Где-то за пределами этого прекрасного сна… Где-то где Цукико так и не ушла из истребителей… Он еще долго будет винить себя в смерти любимой, каждый день приходя на могилу и вымаливая прощения…