Мачеха

…Мачеха, что царица, в грязных, как пекло, туфлях ступает по чистым полам, что выскоблила не она. «Матушка, погодите, разуваться нужно вон там». Она изгибает бровь. И отвратно грязную воду выливает мне на пол вновь, обдав меня мерзким плеском: «Не вздумай поднять шум-гам – тебе лучше знать свое место, не то пойдешь прямо к Яге». Мне в лицо бросается кровь, ярость клокочет во мне. Перед нею любой был тщедушным, был нищим и был нагим – вынужден был плясать, творя представление, танец; натирая посуду до блеска, ее развлекать словно мим. …Проломить бы ей голову с треском. Она жеманно бездушна. И угодлива для дочерей, услаждая любые капризы. Как забыла – дом этот чей?! – в своей наглости простодушна, своей власти рисует эскизы. Ожерелья фамильного злата, взятые в разоренном гнезде, украшают куцые патлы. …Она будет болтаться в петле. Я до блеска начищу латы. Я замкну ее пасть в узде. Ее бесит, что я послушна – она молча уходит во вне. Жму зубы – тупое оружие, склоняюсь над грязной тряпкой, желать завершения дня… …забираюсь в свою коморку, морщу лоб, к стене прислоня, прижимаю мамину куклу, не страшась понатыканных игл. Мама, мамочка, что же – мне? Я с вами томлюсь в разлуке, я одна на огромной земле. Лишь пока я в уютной норке. Что за счастье в грядущем дне?.. …Я хочу затолкать ее в топку. Свалить сверху ее дочерей. Чтоб они там взвыли, как волки, чтоб их резала стая мечей, чтоб их жарило сто печей, чтобы резкий злой казначей выдрал золото из шевелюры, выдрал серьги из их ушей, – если б воля была моей! – вернуть матери и отцу, что почили, оставив мир; нерожденным сестрам и братьям, что могли стать всесильной ратью в сплетении кровных уз, – все отнятое отдать им!!! – так грежу я наяву, с груди скинуть пытаюсь груз. …Посылала меня на конюшни, на тупые работы, отнимала родное, с трудом добытое, с потом; посылала потом еще измерять ногами чащобы – добывать какое-то, где-то, что-то – насытить ее утробу!.. Посылала в печь Бабы Яги без особых причин, якобы, «огонек, что б у нас был свет, а то нам не зажечь лучин». Я не могла сказать «нет». …Научить не успела мама – я могла лишь по куклам лечить, очень многого я не знала. Спят родные в сырой земли – за что же такое стало?.. Силой игл бы вас воскресить. …Иль всадить эти иглы ей!.. Перед нею плясать, словно мим – как же это невмоготу!.. Прижимаю к груди куклу мамы, не страшась понатыканных игл. Я злой и горестный тигр. Рыком всхлипываю в темноту и клыки точу, как мечи. …Кто-то шепчет мне тихо в ночи: «Не надо, не плачь, моя деточка, помолчи, месть твоя грядет, держись. Ты прекрасно научишься кукол творить, нужно взять лишь уроки Яги. Ты столько терпела, чтоб ярость в себе взрастить – как придешь в ее дом, умоляй ее: помоги! Слушай, слушайся, падай ниц, последний раз потерпи – пускай мертвых нельзя воскресить, своей яростью сможешь любого сломить, сможешь всаживать в кукол сто игл, хоть двести спиц, и любой, кто захочешь, будет расплясывать словно мим. … Добудь лишь волосы мачехи и сестриц.