Плейлист для секса

– Почему ты ушёл, так быстро, когда я просил остаться на ещё чуть-чуть. Тебе было сложно побыть для меня своеобразным радио? – мило бормочет возмущения Минхо, стоя в своей комнате около открытого шкафа в нижнем белье, чтобы найти чистую домашнюю одежду после ванны, когда к нему заглядывает Хёнджин. – Не хотел, чтобы ты там продолжал развлекаться в одиночку. – Хван издевательски дёргает бровью, предполагая свой последующий шаг, – Вот скажи, какая тебе именно песня понравилась, что у меня играла на лайве? Неожиданный вопрос загоняет в ступор, и Минхо действительно понимает, что попался. При просмотре в его ушах звучал лишь мелодичный голос младшего и пошлые мысли как тот сексуально выглядит, когда каждый раз проходится языком по своим пухлым губам, когда хмурится и сосредоточенно водит карандашом по листу бумаги, неустанно одаривая комплиментами глаза и губы Ли. Хёнджин улыбается тишине в ответ. Не в первый раз проходили насколько старший может быть невнимателен при просмотре лайвов Хвана, откровенно залипая лишь на нём и его манерах поведения. Скучает и томится в ожидании встречи со своим бойфрендом, после слишком порнографичных образов, мелькающих в голове. Но также он знает, что старший просто так сразу не признает своих оплошностей. Постоянно сначала играется как котёнок с красной точкой лазера, извиваясь и пытаясь ухватиться за ведущую роль в спорах, такой уж он вредный, но самый драгоценный. – Хочешь быть приготовленным су-вид*¹ как можно быстрее, раз это тебе предпочтительнее духовки*²? – Минхо сужает глаза и заинтересовано склоняет голову набок. – Приглашаешь меня в ванну вместе сходить?*³ – Дурак, – он качает головой, прерывая их зрительную перепалку, и краснеет, когда Хён хватает его за запястье и наконец тянет на себя. Расстояние невозможно мало. – Зато самый любимый дурак. Минхо не осознано приподнимается на носочки, страстно желает столкнуться с дьявольски привлекательными губами Хван Хёнджина, но его резво разворачивают, спиной прижимая к груди. Шею обдаёт горячее дыхание, а в задницу через ткань одежды упирается чужое возбуждение. – Котёнок, не забывай, что здесь только ты в итоге будешь жариться при 180 градусах или в су-вид, как тебе угодно. Ли тает от властности Хвана. Он опрокидывает голову на чужое плечо, как никогда сейчас хочется настолько вжаться в тело позади, чтобы стать неотъемлемой его частью, слиться воедино. Как бы не казалось иначе, но отдаваться во власть младшему это личная слабость Ли Минхо. Одним взглядом он способен выбить из головы все остальные мысли, а его касания вместе с кровью стекаются по венам вниз живота, собираясь тугим комом. Он начинает гулять руками по оголённому телу. Массирует область паха через ткань трусов. Ли прерывисто втягивает раскалённый от их близости воздух. – Ты уже достаточно напряжён, – томно выдыхает Минхо, выпячивая пятую точку назад, и трётся о бугорок. – Позволь, я раздену тебя, а то как-то не честно получается. Я лишь в одних боксерах перед тобой. Парень позади шипит от действий хёна, продолжает блуждать по мускулистому телу, задевая соски от чего тот выгибается. Отпускать столь великолепное творение из своих рук не хочется ни на шаг. – Давай. Сделай это для меня. Объятия всё же слабеют. Минхо вновь разворачивается лицом к блондину. Встречается с омутом сладострастных очей. Они сейчас словно два пламени свечи, что пылают, питаясь ласками и теплом друг друга, но стоит только им объединиться, пожар будет широких масштабов. Первой на пол беспрепятственно спадает рубашка, под неукоснительным контролем чужих рук. Пальчики проворно пробираются под футболку. Хёнджин вздрагивает от щекочущего эффекта, но стойко ожидает пока Ли наиграется, с победной ухмылкой наблюдая как старший облизывается, когда наконец скидывает следующий элемент одежды. Хвана хочется вылизать с головы до ног и Хо припадает губами к белоснежной коже, оставляет мокрые поцелуи, прокладывая дорожку вниз, и опускается на колени. В груди жжёт наслаждение, а мышцы сокращаются от слабых поглаживаний кончиками пальцев. Да, Хёнджин боится щекотки и старший не упускает момент наслаждаться каким образом он тоже может держать парня в своей власти, ведь насколько бы тому не было щекотно, он ни за что не прекратит томные пытки. Хван слишком вызывающе закусывает нижнюю губу, а тёмный взгляд следит за происходящим. Минхо доходит до ремня, начинает руками, затем останавливается, намеренно возвращается к пряжке, только цепляясь зубами за кожаный материал, и смотрит в глаза человека сверху. В них плещется нетерпение, стремление овладеть этим прекрасным созданием, что стоит перед ним на коленях. Хёнджин понимает насколько сильно сходит с ума от такого Ли Минхо. Тот выглядит как дикая пантера, необузданный, готовый выпустить коготки в любой момент, без желания подчиняться, но тайно жаждущий внимания и заботы. Тающий, как масло на горячей сковороде, когда Джин прикасается к нему нежно и аккуратно, затем сжимая грубее. Тем временем маленькие ладошки проходятся вверх и вниз по торсу, спуская уже расстёгнутые джинсы вместе с боксерами к лодыжкам. Взгляд до последнего был обращён в затуманенные глаза Хёнджина, после одаривая вниманием возбуждённый орган, что пару раз подпрыгивает, от грязных мыслей наполняющих блондинистую голову парня. Факт того, насколько Минхо отлично умеет управляться с его членом, кружит голову и Хван уже готов кончить с первым касанием старшего, но затем на смену приходит картинка как же прекрасно внутри Ли, поэтому собирается с силами, их совместный оргазм вызовет ещё больший восторг, если проконтролировать свои эмоции до нужного момента. Хёнджин возвращается в реальность с неконтролируемым стоном, вырывающимся из его груди. Минхо юрким язычком облизывает красную головку и заглатывает наполовину, демонстративно медленно вытаскивая обратно. Вид жаждущего угодить блондину парня заставляет включить последние запасы терпения, поэтому Хёнджин протягивает тому приглашающий жест подняться с колен для последующего перехода к действиям. Одна рука Минхо остаётся слабо двигаться по члену, а другая принимает помощь. Губы сливаются в сладком поцелуе. Хван засасывает нижнюю, захватывая зубами, пока ладони трепетно сминают две половинки Минхо. Тот стонет сдержанно, прижимается пахом к стояку Хёнджина и покачивается, создавая трение. – Мне, кажется, тебе что-то мешает, – выдыхает Хван в губы, оттягивая резинку белых боксеров и запуская под ткань ладони. – Ох, я же только из ванны. – Минхо хочет казаться капризным ребёнком. – Я потом вымою тебя ещё лучше, чем был, – шепчет на ушко, а рука уже по-хозяйски стаскивает с задницы бельё. Минхо ведёт от шёпота, лёгкие электрические потоки проходят от макушки до пят, вместе с собой выпуская стоном "Ловлю на слове". У них обоих есть слабости по отношению друг к другу и как же хорошо использовать их вкупе с остальным процессом физического удовлетворения, как бы доводя друг друга до пика не простым воздействием на общеизвестные возбуждающие места, а большей частью неистовым желанием определенного партнёра, испытывать тягу прикоснуться к любимому человеку и умелым использованием знаний о его индивидуальных эрогенных зонах. Минхо подводит Хёнджина к краю кровати и толкает на неё, седлая его бёдра, но и здесь не торопится, короткими ноготками ведёт от плеч вниз, оставляя розоватые линии. От скребущих прикосновений к соскам Джин приподнимает таз, упираясь старшему в зад взбудораженным органом. Тот посмеивается на реакцию к чувствительной груди. – Хей, всегда хотел сказать, что ты наглый врунишка. Хёнджин обращает вопросительный взгляд на Хо. – Твой пресс словно высечен из камня. Ах, как проявляются кубики. – он игриво обводит пальчиком каждый рельеф, с придыханием возносит хвалебные восклицания. – Хочешь посчитаем их количество, чтобы перестал врать про его качество? На лице расцветает заговорщицкая улыбка, когда Ли склоняется к подкаченному торсу младшего, зубами захватывает кожу, оттягивает и отпускает. Пока Хван вырисовывает кончиками разнообразные узоры на нежной коже бёдер любимого. – Здесь один. – затем парень кусает чуть выше. – А это второй. – каждый раз как зубы смыкаются на прессе, зажимая меж собой разгорячённую плоть, пальцы младшего всё больше впиваются в бёдра Хо, а дыхание становится более прерывистым, – Айщ, мистер Хван, будьте поаккуратнее с ручками, может штаны и скроют покраснения от вас, но я вам могу это долго припоминать. Продолжим. – как ни в чем не бывало, Минхо возвращает энтузиазм со счётом. Паршивец дразнит умелыми действиями, словно и правда наказывает за то, что ушёл раньше с эфира, не принимая во внимание его просьбы остаться. Хватает каждый выделяющийся кубик мышц зубами, немного зализывая языком, каждому определяя свою цифру. – И шесть. – с последней цифрой откидывается назад, упираясь руками в матрац, и прогибается в спине, покачивает бёдрами на каменном члене. – Надеюсь, теперь ты запомнишь их число. Грудь Хёнджина тяжело вздымается, а стояк готов взорваться, если не окажется в обволакивающей теплом дырочке Ли. – Напоминай мне почаще и я не буду забывать. – выскуливает в ответ, подёргивая бёдрами вверх, дабы найти большего соприкосновения. Минхо нравится, как младший всегда подхватывает его игры. Безмерное счастье и любовь расползается по организму липкими щупальцами, даря умиротворение и готовность утонуть в этих чувствах. Сейчас старший понимает, что радость без печали не бывает. Тот момент, когда они стали настолько сближаться пришёлся именно на рест Хёнджина из-за скандала. Их тренировки усиленно продолжались, когда младшему пришлось уйти на импровизированный отдых, подчёркнутый причиной перевоспитания и осмысления своего поведения. Но не смотря на загруженность, Ли любил проводить свободное время с Хёнджином, выслушивать его философские мысли, что нещадно копились в голове, иногда возникая, как озаряющая истина, что прошибает током при понимании. Перебирал пушистые волосы, когда после глубоких разговоров они засыпали на одной кровати в обнимку. Или тихо наблюдал за ново приобретённой страстью к рисованию. Минхо никогда ответно не грузил его своими проблемами, от тяжёлых перегрузок во время подготовок к выступлениям, так получалось, что Хван просто стал понимать его на ментальном уровне и лишь безмолвно усаживал на свои колени, когда видел омрачённое заботами выражение лица под конец дня, прижимаясь головой к груди старшего, слышал все переливы сердца в этот момент и чувствовал точно такие же под своими рёбрами. В один из таких интимных моментов они определили конец их дружбы и начало отношений, перестав сдерживать желание зацеловать каждый шрам друг друга и перекрыть серые пустоты яркими красками. – Давай перейдём к самому главному, – Хо заигрывающе дёргает бровями и тянется к прикроватному ящику за баночкой со смазкой и презервативами. Разогревает в руках небольшое количество, смазывая пенис Хвана и проход, затем разбираясь с маленьким квадратиком, легко и быстро опускается полностью, не встречая особого сопротивления, лишь слегка притормаживая к концу, чем вызывает ошеломление на лице Хёнджина. – Так вот зачем тебе надо было прочитать ещё три комментария, времени не хватило на растяжку, – младший усмехается, давит на поясницу Ли, чтобы он точно опустился на всю длину и сам закатывает глаза от этого действия, внутри него невероятно, а разработанность самое то, для приятного чувства окутывающего плоть мягкими стеночками, без траты лишнего времени на подготовку. Минхо начинает подмахивать бёдрами вверх вниз, упирается в чужую грудь руками, дабы дополнительно поддержать уже разогретое желанием тело, но после всё же укладывается сверху на Джина, позволяя тому продолжить толчки самостоятельно властно, живо и слегка грубовато, так чтобы член входил по самое основание, отдаваясь пошлыми шлепками по комнате. Пусть они в безумии теряли руководство над ситуацией, но сегодня благо младшие всё ещё не разошлись по комнатам, занятые поздним перекусом в гостиной перед телевизором, поэтому не услышат лишнего, хотя все и без этого знали об их отношениях и что за закрытыми дверями могут происходить не только обычные, безобидные разговоры. Темпы набирают обороты. Минхо жмётся к парню, на последних мгновениях впиваясь ногтями в плечи Хвана и протяжно скулит. Перед глазами обоих ураганом мелькают цветастые пятна, в головах густой туман блаженства с искрами фейерверков, а на кровати перепачканные простыни, свидетельствующие о горячих чувствах, что нашли свой выход, как вулканы после долгого прогрева земной коры. Два тела прерывисто дышат, крепко держась друг за друга словно боятся потерять, если отпустят. После бурной разрядки их слегка потряхивает, а слабость накатывает с новой силой. Хёнджин оставляет невесомый поцелуй на виске, затем на плече парня, потирается носиком о влажную кожу за ушком. – Ради этого стоило закончить лайв раньше. – Я тебя сейчас ударю. – Котёнок, для тебя я готов устроить музыкальный концерт по заявкам. Один на один. Мой телефон и я всегда к твоим услугам, включай что хочешь. – У тебя есть плейлист для секса?