Я не хочу быть Человеком

Закованный в кандалы из материала, похожее на чистое золото, он стоял в центре места, где проводились суды над такими как он. Оно было похоже на амфитеатр. Около узника стояли стражники в белых доспехах, напоминающие людей, только несколько больше и вместо головы на их плечах был лишь полупрозрачный сгусток, походящий на кусочек облачка. Их приставили, чтобы в случае чего немедленно казнить этого “человека”. Он же, в свою очередь, стоял в непринуждённой позе, показывая своё безразличие к происходящему акту. Впрочем, он это только показывал. На самом деле юноша, щурясь, с интересом рассматривал диковинных существ, находящихся на трибунах. Все они будто сошли со страниц книг и холстов картин, изображающих и описывающих разных невиданных тварей. Среди них виднелись и люди. Или же просто принявшие их форму. Это действо шло, наверное, уже около часа. И всё это время ничего не происходило. Только далёкий шелест на трибунах как-то разбавлял медленно идущее время. Все ожидали Судью, что никак не появлялся. Наконец, буквально из ничего, материализовался тот, на чьих плечах лежала ответственность за судьбы приговорённых. Этот Судья предстал большой сферой, что была подобна головам стражников. “Неужели родственники” — подумал парень. Но и с появлением летающего золотистого шара процессия не сдвинулась с места. Смотрящие утихли, ожидая чего-то. Охраняющие всё также стояли горой. А вот что делал Судья, оставалось загадкой. “Человек” стоял и смотрел этот шарообразный сгусток, что был прямо перед ним в двух метрах. Спустя какое-то время он принял скучающий вид, ибо ожидание действительно утомляет. Хотел было посмотреть наверх, но тут же опустил голову из-за света солнца. Слишком яркие цвета для глаз, что обратили когда-то свой взор во тьму. И вот пространство разразили звуки. Они исходили от Судьи и уподобились неумелой игре на флейте. Он точно хотел заговорить, но никак не получалось. Через несколько неудачных попыток всё же раздался голос, не похожий ни на один, что закованный когда-либо слышал. Его звучание было пустым и бесформенным. Не женский и не мужской, не детский и не старческий, но истинно чистый. Для “человека” он был слышен, но понять этот чудный стон ему не представлялось возможным . Шар это, похоже, заметил, и через секунду от него отделилась частичка и направилась в сторону юноши. Она просочилась в него, расползлась по всему сознанию и начала вырисовывать слова в его голове, которые говорил Судья: - Осознаёшь ли ты, почему здесь оказался, человек, родившийся в светлом? Адресат вопроса постоял в раздумьях, переваривая ситуацию, и спокойно ответил: - Да, вполне осознаю. - Осознаёшь ли ты, что своими руками сотворил, человек, слившийся с тёмным? “Человека” этот вопрос заставил впасть в воспоминания. Он припоминал своё прошлое. Такое тёмное и мрачное. И в этой мгле ночи то и дело сочился невероятной белизны свет. И он ответил, теперь уже будто опустевшим голосом: - Да, осознаю. - Осознаёшь ли ты, что ждёт тебя, человек, ставший тёмным? — Продолжал задавать вопросы Судья, желая то ли побыстрее закончить, то ли побольше спросить. - Могу себе представить. - Прекрасно, человек, прекрасно. Однако же, ты можешь выбрать одну из двух стезей, что предложу тебе я: мгновенная вечная смерть или провести вечность в Эрефе. - Прошу прощения, но что такое “Эреф”? - Место, где секунды идут днями, а часы годами. Там нет ничего, кроме непроглядной чери и лишь мысли твои будут с тобой. - Коротко и по делу. Благодарю за пояснение. Юный, на вид, узник ушёл в себя. Ему предстояло сделать выбор, от которого, если подумать, мало что поменялось бы. Вечность в одиночестве — вещь крайне неприятная. От него можно сойти с ума. А ещё это скука похуже смерти. Именно поэтому он выбрал вариант, предвещающий самое точное определение свободы. Но прежде, чем дать ответ, он решил немного поболтать с Судьёй. У него внезапно появилось чувство, предсказывающее что-то. Парень всегда слушал своё чутьё, ведь оно никогда не ошибались, и попробовал выиграть время, терять всё равно было нечего. - Но знаете, прежде чем дам ответ, позвольте рассказать историю об одном человеке, захотевшем изменить мир. Признаться честно, однажды хотел я стать писателем, ведь у меня было столько интересных и захватывающих идей. Но не сложилось, как вы видите. — “Человек” глупо усмехнулся и опустил глаза, словно после неудачно сказанной шутки. Воспоминания всё никак не прекращали лезть в голову, вскрывая старые раны, которые так хотел залечить. От их тяжести он совсем поник. Но эта надежда давала ему желание продолжать жить. - Хоть напоследок исполню мечту давних времён. Да и часы нас не торопят никуда. Судья умолк. Какое-то время он не издавал ни звука. Шар просчитывал варианты, по которым душа перед ним могла попросить отсрочку своего приговора. И, верно, не найдя подходящего, сказал: - Что же, время и впрямь не ограничено. Можешь передать свою историю. - Ах, вот спасибо. — Скрывая радость от удачи, сказал он, точно забыв, что секунды назад хотел окончить свой путь. — Я начну её не с настоящего начала, но с верного. Там берёт начинание исток. Именно такой она мне запомнилась. Что ж, а теперь оставим прелюдии, и начнём…