Чак вздёрнулся б от зависти, поверь мне,
Прочтя наш увлекательный рассказ.
…Твои слегка искусанные губы
Я вновь целую словно в первый раз.
Мы выучились лгать на сто процентов,
Но здесь вранья не будет ни на грош.
…Я так скучал. Ужасно. Ближе, детка,
Ты просто удивительно хорош.
И что с того, что мы по краю ходим,
По тонкому прозрачнейшему льду?
Готов поклясться, это не проблема —
Ты стоишь больше сотни лет в аду.
Плевать на сплетни. Пусть себе болтают
И, всё равно ведь, что ни говори,
Аттракцион-то не для слабонервных:
Тут или трахни, или же — умри.
Что происходит за закрытой дверью,
То только нас касается. Двоих.
Ты создан для горячих поцелуев
И для укусов тоже. Для моих.
Сейчас уже, пожалуй, будет глупо
Переживать о линии границ.
…Зато уместно выстелить дорожку
Как любишь ты — от уха до ключиц.
Вот так, ага… Всё будет, как ты хочешь
Я хрена с два кому отдам своё.
…Твои очешуительные бедра
Ещё скрывает нижнее бельё?
Хоть сдохну — не забуду обалденных,
Невероятно длинных стройных ног.
Взывают люди к небесам и бездне,
А я молюсь тебе. Ведь ты — мой бог.
Сказать скромнее? Ты же — совершенство,
Восьмое в мире из семи чудес.
В постели нашей есть лишь мы с тобою:
Без мамы с папой, без огня и Джесс.
Да, знаю. Дальше будет только хуже.
Хотя…когда бывало нам легко?
…Я увезу тебя в такое место,
Чтоб было очень-очень далеко.