Итадори, только другая его версия

– Начина-а-аем! – звучный голос Сатору Годжо разносится над площадкой для бейсбола. С первым свистком Маки Зенин бросает мяч в сторону ученицы киотской школы Мивы Касуми и Итадори Юджи. Да уж, интересные в этом году соревнования получаются. В первый день воспитанников обоих магических техникумов чуть не растерзало проклятие особого уровня, а во второй… бейсбол. Наверняка проделка Годжо-сенсея. Речь только про второй день соревнований, разумеется. Мегуми располагается на скамейке в привычной расслабленно-отчужденной позе. Происходящее на поле его мало волнует, поэтому взгляд парня упирается в фигуру полностью поглощенного игрой Итадори. И пускай лица кэтчера не видно, Фушигуро знает наверняка – Юджи настроен только на лучший результат. Таков уж его характер. Мегуми едва заметно улыбается. Итадори Юджи покорил его своей храбростью в первый день знакомства. Правда, храбрость эта граничит с отчаянным безумством. Безумством… да, только безумец мог съесть проклятый палец ради спасения других людей. А уж каким образом у Итадори получилось выжить и укротить в себе сильнейшее проклятие – вообще никому известно. Фушигуро бы так точно не смог. Впрочем, храбрость – не единственная черта характера Юджи, которая удивляет Мегуми. Упорность, настойчивость, открытость, доброта, доверчивость и честность – сочетание таких человеческих качеств встретишь нечасто. До знакомства с Итадори Юджи подросток был уверен, что такие люди нежизнеспособны в алчном, лживом и жестоком мире, но целеустремленный парнишка доказывал своему другу обратное изо дня в день. Знай Мегуми Фушигуро только эту личность Итадори, он бы не колебался в своих чувствах к нему. Юджи хороший парень, а значит отличный друг. Но Фушигуро пришлось столкнуться с Двуликим проклятием лично, и эта встреча перевернула в голове парня всё с ног на голову. Сукуна был… сильным. Мегуми и раньше встречал сильных людей, но конкурировать с ними ему не казалось проблемой. Двуликий же одним своим острым взглядом подавлял волю любого живого существа, вызывал в теле неконтролируемую дрожь. Будучи объектом его интереса, у жертвы возникает только одна мысль: «Беги или умри». Другого исхода быть не может. Но Фушигуро нашел в себе силы бороться. Сукуна властный, алчный, коварный и жестокий нарцисс – полная противоположность Итадори Юджи. Было в его образе что-то такое, что не давало Мегуми Фушигуро покоя со дня их битвы. Тело подростка, но глаза… глаза выражали не только жажду крови, хаоса и разрушения. В них читалась тысячелетняя мудрость, непоколебимость духа, невероятная мощь. И если бы Сукуна не пытался убить Мегуми, он был бы не против утонуть в этих глазах. Как странно. Фушигуро едва качает головой, словно отгоняя наваждение. В тот день подросток пережил смерть друга, который умер практически у него на руках. И тогда Мегуми возненавидел Двуликого всем сердцем, но думать о нем не перестал. Что это за чувство? Неужели влюбленность? «Никогда не испытывал ничего подобного раньше». Мегуми Фушигуро тосковал по Итадори всё время, пока его не было. По искренней улыбке Юджи, по его заливистому хохоту, растрепанной прическе, по его доброте, открытости и даже наивности. Однако и образ сильного, мощного, властного, высокомерного Сукуны часто приходил к нему во снах. Фушигуро считал проклятие своим врагом номер один, но установка никак не помогала отвергнуть благоговение перед Двуликим. «Так в кого ты все-таки влюбился, Мегуми: в своего лучшего друга или в злейшего врага? Да уж, один выбор хуже другого», – злится на самого себя подросток, прикусывая губу. Как такое могло произойти? Неужели Фушигуро настолько слабак, что не может определиться? «На самом деле я влюбился лишь в выдуманный мной образ. По сути, мне нравится Итадори, но только его более властная версия. Та, которая заставляет меня чувствовать себя слабым. Та, которая вызывает трепет во всем теле, чувство свободного падения в пропасть. Та, которая остается сильной несмотря ни на что. Та, которая способна меня укротить, но при этом рядом с которой мне захочется расти над собой, становится лучше с каждым днем! Да, мне нравится Итадори… только другая его версия. Может, чуть более взрослая. Лет эдак на тысячу», – приходит к заключению Мегуми, и с облегчением выдыхает. Ему точно не может симпатизировать безумное проклятие Сукуна… ведь правда? Фушигуро моргает и фокусирует взгляд на поле. То место, где стоял Юджи, уже давно занимает Тодо Аой. Пора бы сосредоточиться на игре. «Если мы проиграем из-за меня, Итадори расстроится. А я не люблю, когда он грустит.»