Ширма

Изуми, стоя около деревьев, пыталась высушить мокрые из-за погружения в воду волосы. Школьницы, тоже решившие провести время на этой стороне берега, спешно ушли в другую сторону. Видимо, им было не менее неловко от ситуации. Шуджи, сняв с себя влажную футболку, сидел и молча смотрел на воду. Изуми бросила взгляд на свою рубашку — та никак не хотела высыхать. Становилось неловко. Волосы девушки были слишком короткими для того, чтобы прикрыть ими хоть что-нибудь. Одзаки неуклюже подошла к Ханме и села чуть позади него. Парень сразу же обернулся на девушку, которая, сложив руки на груди, сидела с надутыми щеками. Он усмехнулся и тут же потянулся рукой к лицу Изуми. Она, нахмурив брови, посмотрела на Шуджи, не понимая, чего он хочет. Парень же, не убирая с лица улыбки, ущипнул девушку за щёку. Она мигом ударила его по руке и отодвинулась чуть в сторону. — Мне холодно, — проворчала Изуми, отводя взгляд. Шуджи, оглядевшись, заметил свою куртку от формы «Вальхаллы». К счастью, она была сухой. Встав, парень взял её и кинул ту девушке. Она бросила на него непонимающий взгляд, а затем посмотрела на саму вещь. — Держи. Можешь либо сверху рубашки накинуть, либо снять рубашку и надеть куртку. Изуми задумалась над предложением Шуджи. — А как же ты? — Мне не холодно. Девушка кивнула головой, всё так же дрожа. Встав, она отошла к деревьям и, обернувшись к парню, крикнула ему: — Отвернись! Я собираюсь переодеваться. — Окей-окей, — усмехнулся Шуджи, — только застегнуться не забудь. Одзаки закатила глаза и, внимательно следя за тем, чтобы Ханма не подсматривал, быстро сняла рубашку. В один момент парень немного двинулся, из-за чего девушка мигом прижала куртку к себе. Она догадывалась, что он специально делал это, а потому злилась. Наспех одевшись, Изуми попробовала засучить рукава — они оказались чересчур длинными. Подойдя к парню, она неловко переминалась с ноги на ногу. — Тебе идёт. Шуджи, встав со своего места, внимательно посмотрел на Изуми. Она, уперев руки в бока, смотрела куда-то вниз. — Юбка мокрая, но это ничего… — смущённо произнесла девушка. — Прости, брюки не отдам. Они у меня тоже ещё не высохли. Изуми тут же рассмеялась, из-за стеснения легонько ударяя парня кулаком в грудь. Былая скованность мигом сошла на нет. — Я и не просила! Дурак. И спасибо за куртку вообще-то. — Сними рубашку с плеча. А то и куртка влажной станет, — заметил Шуджи. — Точно, — Изуми мигом схватила вещь в руки, соглашаясь с парнем. — Чего разнервничалась? — заметил он, чуть наклоняя голову. — Ничего я не нервничаю. Просто немного неловко, — Одзаки бросила взгляд на оголённый торс Ханмы. Он же почесал затылок, не понимая, что не так. — Вернёмся что ли к городу? Чай купим тебе, — предложил Шуджи, видя, что Изуми по-прежнему дрожит. — Хорошая идея. Парень, схватив свою футболку, мигом надел её на себя. К сожалению, она до сих пор не высохла, но Ханма был уверен, что, побыв немного на солнце, положение станет лучше. Одзаки с ним согласилась и, сложив свою мокрую рубашку, осторожно спрятала её в школьной сумке. Шуджи подошёл к байку и сразу сел на него. Изуми последовала за парнем. Немного поёрзав, она смогла устроиться поудобнее, но длинные рукава ветровки по-прежнему мешали. — В следующий раз на Одайбу поедем. С запланированным погружением под воду, — Шуджи посмотрел на Изуми через плечо и улыбнулся. — Помню, Майки хотел давно ещё. Главное успеть до окончания сезона. — Я имел в виду вдвоём. Но допустим, — усмехнулся парень. — Это уже слишком, — проворчала Изуми, прижимаясь щекой к спине Шуджи. Парень, сильнее ухватившись за руль, не спешил двигаться с места. Вновь посмотрев назад, он сказал: — До Минато ближе будет доехать. Там найдём что-нибудь. — Окей, — коротко ответила Изуми. В её же голове мигом появились воспоминания с той самой вылазки в Роппонги и подпольный клуб. Сморщив нос, она подумала, что всё равно не сможет избегать этот район. Дорога заняла немного времени — до Минато и правда оказалось не так уж и далеко. Остановившись возле небольшого кафе, Шуджи огляделся. Изуми же сразу встала с байка, потягиваясь. Влажные волосы щекотали шею, а вот юбка успела местами подсохнуть. Зайдя в кафе, ребята уселись за один из дальних столиков. Официант мигом принял у них заказ — два зелёных чая. Когда кружки стояли на столе, девушка обхватила свою и довольно улыбнулась — тепло мигом пошло по рукам. — Ну, как тебе поездка? — спросил парень, укладывая одну из рук на соседний стул. — Это было очень неожиданно. Но неплохо. — Я так и знал, что устраиваю лучшие свидания, — довольно хмыкнул Шуджи, беря свою кружку с чаем. — Это не свидание, — буркнула Изуми, опуская глаза на стол. — Если ты что-то сама решаешь, значит, и я могу. — Ты первый начал. — В любом случае, это свидание. — Ладно. — Как легко тебя убедить. Изуми бросила на Шуджи недовольный взгляд. Он же, выставив перед собой руки, сказал, что это всего лишь шутка. Уже минут через десять кружки стали пустыми. Девушка, довольная тем, что согрелась, откинулась на спинку стула. Парень же, расплатившись за чай, поправил свои волосы. Желание ещё немного прогуляться спорило с усталостью. И всё-таки победило первое. Изуми быстро побежала к выходу, оставляя Шуджи позади — лишь бы поскорее оказаться на солнце. В ветровке Шуджи становилось всё жарче, но у девушки не было выбора. Переживала она за рубашку, которая едва поместилась в школьную сумку — был риск, что она намочит тетради. Но здесь тоже не было другого выхода. Изуми остановилась недалеко от байка Шуджи и посмотрела на парня. Её лицо озарила яркая искренняя улыбка — как ни крути, но Одзаки была счастлива. Счастлива, что она могла позволить себе подчас детское поведение, чувства и… свидания. Ханма, засунув руки в карманы, остановился возле своего байка и посмотрел на девушку. Она подошла к парню и упёрла ладони на руль мотоцикла. — До чего сегодня хороший день, — произнесла Изуми. — Это на тебя так чай повлиял? — усмехнулся Шуджи. — Нет, я просто согрелась. — Куда теперь хочешь? — Домой. — Вот так быстро? — разочарованно спросил Ханма. — Я бы очень хотела побыть с тобой ещё немного, но нужно заняться домашкой. И другими делами, — Одзаки грустно вздохнула. — Побыть со мной, значит, — парень улыбнулся краем губ, — закрепим день поцелуем? — Нет! — тут же выпалила девушка, обходя байк. Бросив беглый взгляд на тротуар, Изуми чуть отшатнулась — впереди, обгоняя всех остальных, шли Ран Хайтани и парень, которого Одзаки видела на входе в «клуб». Девушка, мигом соотнеся слова сестры и своё пребывание в том заведении, решила, что эти двое — братья. И именно эти двое держат под собой Роппонги. Одзаки сразу же отвернулась, не желая, чтобы её узнали. Хотя, с одной стороны, это было глупо, ведь освещение в том месте уже не позволяло кого-либо запомнить. К тому же, у девушки был макияж. Ханма, тоже заметив Хайтани, усмехнулся. Кто бы, собственно говоря, сомневался? Братья, тем временем, находились уже на расстоянии нескольких метров. Изуми, обернувшись, встретилась взглядом с тем, что был в очках. Он, чуть вскинув брови, тут же посмотрел на Шуджи, который, сложив руки на груди, улыбался уже во все зубы. Девушка ощущала что-то странное — в воздухе буквально витало напряжение. Старший Хайтани окинул взглядом Ханму. Изуми почему-то знала — Шуджи обязательно что-нибудь скажет. Так и случилось. — Эй-эй, какие люди! Девушка мысленно ударила себя по лбу. Ран Хайтани, приподняв одну бровь, с интересом посмотрел на стоявших молодых людей. Изуми молилась, чтобы он её не узнал, ведь в противном случае ей бы пришлось объясняться перед Шуджи. А делать этого она совсем не хотела. Старший Хайтани мастерски проигнорировал Ханму. Вместо этого он, откинув одну из своих кос за плечо, склонил голову и посмотрел на Одзаки. — Лицо знакомое. — Ты уже путаешься во всех девушках, — усмехнулся парень с цветными волосами, внимательно смотря на Одзаки. Было в его взгляде что-то интересное, но при этом тяжёлое. Изуми же почему-то была уверена — парень в очках узнал её, пусть это и казалось странным. Но почему-то он решил не говорить об этом. — Напизделись? Теперь валите, — бросил Шуджи, замечая, что братья уделяют Изуми слишком большое внимание. — Не забывай, что ты на нашей территории, — улыбнулся Ран. — Пошли, Риндо, пока моя телескопка не приложилась к чьему-то лицу. — Не позёрничай перед девушкой. Все знают, что пострадает твоя рожа, — Шуджи, сложив руки на груди, улыбнулся, довольный собой. — Ханма Шуджи, советую тебе заткнуться, — ровно произнёс тот, что показался Изуми младшим братом. — Хайтани Риндо, ты мудак? 
Казалось, Ханме всё это только нравилось. Одзаки нервно смотрела на него, прикусывая от напряжения губу. Встревать в разговор она точно не хотела, ведь всё, чего ей надо было — поскорее убраться подальше от этого места. Едва коснувшись пальцами руки парня, она привлекла его внимание к себе. Он посмотрел на неё и, вздохнув, легонько улыбнулся. — Я бы вас побил, но моя девушка хочет домой. Шуджи одной рукой обнял Изуми, прижимая её к себе. Она же от шока не нашла, что сказать. Опустив взгляд на асфальт, девушка почувствовала, как загорелись её щёки. Ран, окинув «парочку» странным взглядом, цокнул и ушёл вперёд. Риндо же задержался буквально на секунду — чтобы ещё раз зачем-то посмотреть на Изуми. Вероятно, парень всё ещё пытался понять, её ли он видел тогда или нет. Поправив свои очки, сползшие на самый кончик носа, он пошёл вслед за братом. Только тогда девушка смогла выдохнуть и освободиться от хватки Шуджи. — Что ещё за «моя девушка»? — смущённо спросила она. — Пусть знают, что здесь ловить нечего, — Ханма, потянувшись к куртке, надетую на Одзаки, достал из кармана пачку сигарет, — хорошо, что я оставил их тут. — И как это понимать? — Да сигареты могли бы намокнуть в брюках. — Я не об этом! — прикрикнула недовольно Изуми, — ты заревновал что ли? — Нет, — парень выдержал паузу, а потом добавил: — Ну да. — Ты глупый? Они со мной даже не разговаривали. Просто смотрели. — Ты домой, вроде, хотела. Поехали? — Шуджи, усаживаясь на байк, сразу перевёл тему — не желал, чтобы Изуми слишком сильно проникала в его душу. Пусть он и часто выражал свои чувства, но не хотел, чтобы девушка видела в этом его уязвимое место. — Какой ты упрямый. — Да-да, а теперь сажай свою жопу на байк, — парень устроился на мотоцикле и посмотрел на девушку. — У тебя… жопа. — А у тебя что, подушка безопасности? — Придурок. Путь домой оказался спокойным, несмотря на неожиданную встречу с теми, кого видеть не совсем хотелось. Изуми, закрыв глаза, просто наслаждалась дорогой и попутным ветром. В следующий раз байк остановился у дома девушки. Та, лениво вставая, взглянула на Шуджи. — И всё-таки ты милый, когда ревнуешь. — Милый? Так меня ещё никто не называл, — Ханма бросил скептический взгляд на Одзаки. — Значит, я буду первая, — Изуми хихикнула, прикрывая рот рукой. — Говорят, девушки любят быть последними. Ну, в жизни парней. — Ну, это от ситуации зависит, — Одзаки задорно подмигнула, думая о чём-то своём. — Ладно, побегу домой. Будь осторожен по дороге. И не гони. — Ого, беспокоишься за меня? — Шуджи, ехидно улыбаясь, запустил руку в свои волосы. — Конечно, за друзей всегда переживают. — Ты… Соплячка. Изуми, театрально поклонившись, быстро убежала домой. Шуджи же, покачав головой, умчал на своём байке. Только скинув с себя обувь, девушка поняла, что на ней по-прежнему надета куртка «Вальхаллы». Посмотрев на себя в зеркало, она немного покрутилась, оценивая форму парня. Несмотря на то, что размер явно был большим, ветровка сидела неплохо на женской фигуре. И всё же вещь надо было бы вернуть её законному владельцу. Но, конечно же, не сейчас. Изуми, проходя мимо гостиной, остановилась, замечая Наоки. Та мигом вскинула брови, когда увидела на сестре куртку «Вальхаллы». Встав с дивана, она подошла к Одзаки, пытаясь понять, что не ошибается. — И как это понимать? — Долгая история, — Изуми отвела взгляд, вспоминая прошедшие события. — Только не говори, что ты вступила в «Вальхаллу». — Скажешь тоже! Нет, конечно. Просто моя рубашка оказалась мокрой, а Шуджи одолжил мне свою куртку. — Мокрой? Прости, но теперь я хочу задать ещё больше вопросов, — Наоки усмехнулась, многозначительно смотря на Изуми. И девушка ей всё рассказала. Не в подробностях, а лишь поверхностно, чтобы у сестры сложилась нормальная картина произошедшего. Конечно же, она не забыла упомянуть про встречу с Хайтани. На этом моменте Хирата была особенно внимательна — всё, что касалась Рана, ей однозначно было интересно. — Если что, у Риндо нет девушки. Ну, это я так. И он, несмотря на свою жестокость в драках, очень хороший парень. Десять из десяти, в общем. — Вообще-то у меня уже есть человек, который мне нравится. И ты знаешь, кто это. — Как-то твой Ханма меня отталкивает. — Это потому что он из «Вальхаллы»? — И это тоже. Так что, если у тебя ничего с ним не сложится, могу познакомить с младшеньким Хайтани. Изуми, проворчав что-то себе под нос, закатила глаза и направилась в свою комнату. Несмотря на то, что пока у них с Шуджи всё было на какой-то промежуточной стадии, девушка знала одно — никто другой ей не нужен был. А потому все разговоры про посторонних парней вызывали у неё только одно сплошное раздражение. Конечно, Одзаки понимала, что нельзя сводить все свои чувства и мысли на одном Ханме. Однако пока только он вызывал в ней настолько сильные эмоции. А чего только стоила его ревность — она приносила особое удовольствие девушке. Изуми, зайдя в свою комнату, прошла к столу и уселась за него. Взгляд мигом зацепился за исписанный ею же лист, на котором она записывала всё, что связано с Кисаки. Взяв его в руки, она начала внимательно вчитываться в схему. Девушке так и хотелось заполнить её частью, которой, очевидно, не хватало для полного понимания. Но затем Изуми вспомнила, что решила отложить это до лучших времён. Вернее, до худших — в лучшие о таких личностях вспоминать совсем не хочется. Остаток дня Одзаки провела за учёбой. Доделать уроки она могла бы куда быстрее, не пиши ей без остановки Ханма. Он то и дело рассказывал о чём-то, что видел, и моментально превращал это в шутку. Девушка не могла его игнорировать — руки сами тянулись к телефону, а на лице против воли появлялась улыбка. Видимо, это и есть первые звоночки, которые говорят тебе, что ты уже пропал. В хорошем смысле, конечно же. Когда с домашним заданием было покончено, Изуми вышла из комнаты. Вся семья собиралась ужинать. Мама домывала посуду, пока папа, пришедший раньше обычного, ставил на стол. Наоки же, вернувшаяся домой с очередной вылазки, уже спешно мыла руки в ванной. — Простите, что не помогаю вам, — Изуми виновато улыбнулась, смотря на родителей. — У тебя учёба, свои дела. Как же иначе? — улыбнулся в ответ отец. — И всё же… На кухню быстро пришла Наоки. Увидев папу, она заметно занервничала — вероятно, отношения с ним у неё по-прежнему не ладились. Затем, приняв своё дежурное скептическое лицо, она хмыкнула и села за стол — прямо напротив мужчины, который уже закончил со своей частью подготовки к ужину. Такие моменты, когда вся семья сидела за одним столом, были удивительной редкостью. Теперь же место, которое когда-то занимал брат Изуми, не пустовало. Это значило только одно — какая-то часть незаживающей годами раны перестала так сильно болеть. Изуми вызвалась помыть посуду, а Наоки, оперевшись на столешницу, внимательно следила за сестрой. Казалось, она о чём-то хочет сказать. Одзаки поняла это и, домыв последние тарелки, посмотрела на Хирату: — Что-то случилось? Наоки молчала. Затем, видимо, обдумав свои слова, ответила: — Я решила, что всё-таки припугнуть Араки будет верным ходом. Мне просто нужно узнать, где находится лидер. — И какой план? — спросила Изуми, вытирая руки. — Его особо нет. Просто пригрозить сломанными конечностями. Это я смогу устроить. Одзаки улыбнулась. — Я и не сомневаюсь. Моя помощь нужна? — Нет. Но ты не думай, я помню, что обещала научить тебя самообороне, — Наоки, отходя от столешницы, сложила руки в замок за спиной и начала мерить шагами кухню. — Конечно. Но, если что, говори, — Изуми, зевнув, лениво потянулась, — пойду отдохну. День был тяжёлым. Сестра кивнула головой. Одзаки, приняв это за прощание, ушла в свою спальню. Первым же делом она наткнулась на куртку Шуджи, оставленную на кровати. Осторожно взяв её в руки, она прижала ту к груди и легонько улыбнулась. Удивительно, но на ней по-прежнему ощущался приятный аромат: сочетание грейпфрута с кардамоном и розмарином чуть ли не кружило голову. Изуми даже захотелось узнать название этих духов — настолько ей понравился их запах. Девушка даже не заметила, как уснула. Когда же она проснулась, на часах было пять утра, а в руках Одзаки — всё та же куртка Ханмы. Изуми мигом пробудилась ото сна, осознав, что она и правда уснула, обнимая форму Шуджи. Малость смутившись, девушка решила по-быстрому прополоснуть ветровку, чтобы можно было отдать её парню. Закончив с этим, она вновь вернулась в комнату и, уже переодевшись в пижаму, вновь легла спать. Хотя, впрочем, это было бессмысленно — в школу надо вставать уже через пару часов. Изуми проснулась по будильнику, который удачно не забыла поставить. Глаза девушки были опухшими, малость болели. Вставать совершенно не хотелось — хотелось умереть. Но Изуми, пересилив своё желание остаться в кровати ещё на пару часов, всё-таки встала и отправилась в школу. День прошёл на удивление спокойно. Если не считать тот факт, что взгляды некоторых учеников то и дело были направлены на Изуми, а виной всему — Шуджи и его резкое появление на территории школы. Девушка смущалась, не знала, как вести себя. Всё это неизбежно замечал и Кейске, который, не выдерживая очередных взглядов, серьёзно обратился к подруге: — Что ты опять натворила? — Опять? — возмутилась Одзаки, — ничего, что стоит твоего внимания. — Я думал, что мы договорились обо всём рассказывать. Изуми, отведя взгляд в сторону, не понимала, как ей всё рассказать другу. Немного подумав, она решила, что правда — единственный верный вариант. Баджи в очередной раз назвал Ханму уродом и в очередной раз ударил кулаком по своей ладони. Чифую, который учился в одном классе с учеником, «пострадавшем» от Шуджи, бежал по коридору навстречу друзьям. Изуми, сжав губы в полосочку, поняла, что ей вновь придётся объясняться. Парень же с истории девушки только посмеялся — для него это было не более, чем забавная ситуация. Изуми радовалось, что последние дни выдались лёгкими. Казалось, всё постепенно стало налаживаться. После школы Одзаки забежала домой, чтобы захватить куртку Ханмы. Парень был занят, а потому он смог выделить девушке только пятнадцать минут. Их он провёл не без своих привычных шуток. Однако Изуми всё равно была рада. Как ни крути, но после того, как парень назвал её своей девушкой, в душе Одзаки словно зародилось новое чувство. Или же старое только обострилось. Конечно, она не могла отключить своё упрямство, а потому продолжала называть Ханму другом. Он уже с этим просто смирился. Видимо, знал, что это не более, чем плохое чувство юмора девушки. Вечером Наоки написала, что она и тридцать человек, последовавшие за ней, готовы уже сегодня «поговорить» с Йошинори Араки. Изуми вполне справедливо переживала. Хотя, казалось бы, её сестра смогла собрать самых сильных членов банды. Так или иначе, девушка решила не забивать свою голову напрасными переживаниями. Поговорив с мамой, она сказала, что сестра будет поздно — на всякий случай предупредила женщину. Сама же она, чувствуя усталость, легла спать.

***

Жар. Беспокойный сон. Тревога. Изуми открыла глаза и потянулась рукой к телефону, лежащему на тумбе. Часы показывали третий час ночи. Девушка на секунду зажмурила глаза из-за яркого света. В горле саднило — видимо, дело было в тревожных снах, которые без остановки снились всё это время. Изуми нехотя встала с кровати и направилась на кухню. Увидев горящий свет, она удивилась — за столом, подпирая голову руками, сидела Наоки. Девушка мигом подошла к сестре, садясь напротив неё. Та же, подняв взгляд, прикусила губу. — Что случилось? — обеспокоено спросила Одзаки. — Не хочу об этом говорить, — было видно, что Хирата пытается сдержать слёзы. Изуми, тяжело вздохнув, встала из-за стола и мигом налила воды — себе и сестре. Осушив свой стакан, она поставила второй рядом с Наоки. Та, поблагодарив, сделала небольшой глоток. — Как всё прошло? — задала ещё один вопрос девушка. Сестра, прочистив горло, выпрямила спину. Глаза её были красными — вероятно, она много плакала. — Пожалуйста, расскажи. Мы же всё вместе делали, если я могу сейчас чем-то помочь… — Не можешь, — ответила Наоки, вытирая опухшие глаза, — я облажалась. Изуми сразу поняла, что сестре надо побыть одной. Рассказывать она явно ничего не собиралась, а настаивать на этом девушка не хотела. Одзаки верила, что завтра сможет с этим разобраться. Сейчас — точно нет. Встав, она сделала несколько шагов к выходу с кухни. Только Изуми хотела обернуться, чтобы пожелать Наоки спокойной ночи, как та тихим охрипшим голосом остановила Изуми: — Он начал меня шантажировать.