Курортный отдых в санаторных условиях

      Се Ван лежал на диване, откинув голову на спинку и смотрел в потолок. Ветер колыхал шторы на распахнутом окне. С улицы доносились голоса детей, игравших во что-то. День клонился к вечеру, солнечный свет окрашивал стены и потолок в теплые оттенки.       Почему-то хуже всего Се Ван чувствовал себя именно летом. В остальное время скучать или думать не давало обучение, но каникулы обнаруживали огромную пропасть пустоты, скрывавшейся в душе до поры до времени. Она словно намеренно ждала спокойной минуты, когда впору просто полежать и вздохнуть полной грудью, чтобы напомнить о себе и расползтись в сознании чернильным пятном тревоги и опустошенности.       Се Ван потер лицо руками, взъерошил порядком отросшие волосы пальцами и поднялся. Нужно было привести себя в порядок и успеть позаниматься. Скоро вернется отец.       Преодолевая дневную дремоту, он прошел к новой импортной радиоле и поставил пластинку. За шуршанием полилась мелодия. Чистый голос запел о далеком мифическом городе, где живут влюбленные люди. Се Ван любил эту песню. Что-то в его душе откликалось и сжимало сердце, тоскливо, словно стремилось куда-то далеко. В те далекие сказочные места, которые порой виделись во снах о детстве. Се Ван хотел бы знать, как выглядела его мама. От нее ли у него такие черные волосы? Или темные глаза? Кто теперь скажет?       Теперь у него есть только приемный отец. Се Ван правда любил его, ждал с нетерпением, ловил и запоминал каждое слово и улыбку. Для него он готов был быть всем, чем тот пожелает. Се Ван тщательно вымылся, переоделся в чистое, брызнул французским парфюмом на шею, прямо над воротом свободной легкой рубашки. Он надолго застыл перед зеркалом, расчесывая и укладывая волосы, стараясь не встречаться взглядом со своим отражением. Пустота в глазах могла всё испортить. Он не может быть грустным, когда отец рядом. Он включил песню ещё несколько раз, вслушиваясь в переливы мелодии и голоса.       Белые стены над морем,       Белый покой и уют.       Люди не ссорятся,       Люди не спорят,       Люди друг другу поют       .       «Хотел бы я испытать нечто подобное…» - тихим шелестом промелькнула мысль. Се Ван испугался её и тут же мотнул головой, отгоняя прочь.       Он закончил с прической, выключил радиолу, вымыл руки и сел за инструмент, разложив ворох нот, находя страницу, на которой остановился. Се Вану особенно хорошо работалось, когда он чего-то ждал, или кого-то. Минуты и часы проскальзывали мимо незамеченными, пока ноты обращались в музыку, вылетавшую из-под пальцев.       В прихожей щелкнул замок на двери. Се Ван встрепенулся и поспешил навстречу. Он обладал исключительной способностью, ещё по звуку открываемой двери, определять, в каком настроении вернулся приемный отец. В этот раз он явно был в хорошем расположении духа. Се Ван не ошибся: отец приветливо с ним поздоровался и даже подарил легкий поцелуй, от чего Се Ван расплылся в самой счастливой улыбке.       Они поужинали вместе в гостиной, Се Ван заботливо принес и разложил для них еду, приготовленную домработницей Идой Михайловной ещё днем. За чаем отец раскурил сигару и погрузился в чтение оставленной с утра газеты, изредка вставляя комментарии и обсуждая с Се Ваном интересовавшие его повестки дня.                     - Я получил путевку в санаторий, - между делом добавил Чжао Цзин.       - С Вашим здоровьем что-то не в порядке? – Се Ван протянул руку и слегка коснулся пальцами ладони отца.       - Ничего нового, - отмахнулся тот, - сердце, сосуды, дело привычное. Я попросил путевку и для тебя. Ты в последнее время очень бледный, редко выходишь на улицу, это никуда не годится. Мой мальчик достоин только самого лучшего. Послезавтра мы улетаем, собери вещи.       - Это значит… Что всё это время Вы будете со мной?.. – голос даже слегка дрогнул в неверии и надежде.       - Ну разумеется, - Чжао Цзин рассмеялся и потрепал просиявшего Се Вана по щеке.       - Куда же мы отправимся? На Рижское взморье?       - Нет, на этот раз в Ялту. Там просто прекрасно в августе, говорят, просто великолепная рыбалка, нужно будет обязательно попробовать.              Гул двигателей давил на уши. Се Ван не любил самолеты за этот бесконечный неразрывный шум, от которого некуда было деться. Поначалу, когда набрали высоту, он пробовал читать, но очень скоро разболелась голова и ничего не оставалось, кроме как откинуться в кресле и ждать окончания полета. Сразу по приземлении, как только они ступили на трап, Се Ван вдохнул разогретый влажный морской воздух, так непохожий на тот, к которому привык за долгие месяцы в городе.       Через опущенные окна автомобиля Се Ван оглядывал панораму города, пышущего растительностью, восходящего по пологим склонам горы вверх от набережной с пришвартованными у пристани теплоходами. Повсюду были отдыхающие, наводнившие улицы и городские пляжи. День был в самом разгаре. Яркое солнце нагревало крыши домов, лепящихся друг к другу вверх вдоль улиц и улочек. Здесь и там выступали большие величественные здания домов отдыха и санаториев, старой, усадебной постройки, которые были живой иллюстрацией к классическим рассказам вроде «Гранатового браслета».       Наконец они прибыли. Санаторий состоял из нескольких корпусов, деля архитектуру напополам со старинными барельефами и космическим советским конструктивизмом. Се Вану, вопреки ожиданиям, дали отдельный номер по соседству с Чжао Цзином. Он разложил вещи и направился к отцу. Тот как раз закончил переодеваться и поправлял перед зеркалом воротничок легкой рубашки.       - Ах, Се Ван, это ты, проходи, - он жестом указал на кресло.       - Вы куда-то собираетесь? – Се Ван склонил голову, вглядываясь в движения отца, пытаясь понять причину беспокойства.       - Да, дело в том, что здесь также будут некоторые мои… Коллеги. Нельзя отказывать в визите вежливости, сегодня я ужинаю с ними.       - Хорошо, - стараясь не выдать разочарования, Се Ван улыбнулся.       - И ещё… Если всё пройдет так, как я планировал, то мне понадобится твоё участие. В дальнейшем.       - Что именно?       - Я хочу, чтобы ты сыграл для моих коллег, очаровал их, - Чжао Цзин повернулся и взял Се Вана за подбородок, чуть поднимая вверх и поглаживая, - Своим талантом.       - Хорошо, как Вы захотите, - прошептал Се Ван, отводя взгляд.       - Мой мальчик, ты же понимаешь, что я прошу тебя не просто так, - отец огладил его лицо второй рукой, вызывая неуверенную улыбку, - Я стараюсь для тебя, вот увидишь, скоро ты будешь блистать в Италии и Вене, только представь!       Се Ван улыбнулся сильнее, и кивнул, все ещё не смотря в глаза.       - Я знаю, отец, я всё сделаю.       - Вот и молодец, - он отошел, вновь поправляя одежду, взглянул на часы, - Мне уже пора, неудобно будет опаздывать.       И ушел. Так всегда случалось. Се Ван сгорбился в кресле. Он посидел немного, думая о том, действительно ли он оказался здесь просто так, потому что о нем позаботились. Нет-нет, этим мыслям не место в его голове. Се Ван резко поднялся и, прихватив коробку с шашками отправился в парк коротать остаток дня. Он долго подыскивал место, которое бы идеально подходило и наконец обнаружил самую подходяще расположенную скамейку.