Похождения принца

— Элиас, — улыбнулся старик, откладывая стопку бумаг в сторону. К слову, высилось таких на роскошном дубовом столе целых три. — Рад вас видеть. Парень улыбнулся и рухнул в кресло, стоящее неподалёку от стола и книжного шкафа. — Тоже рад вас видеть, Густав. — По какому поводу решил навестить старика? — улыбнулся тот, сцепив крючковатые пальцы в замок. — Отец просил меня начать вникать в суть дел государства. А мне жуть как не хочется это делать, — честно признался юноша, откинув длинные волосы за спину. Советник вздохнул. Он хотел что-то сказать, но парень поднялся из кресла и уселся на край письменного стола. — Отец подарил вам эту статуэтку? — Элиас стал с интересом разглядывать точёную фигурку женщины из камня. Она была гладкой и красивой, округлые формы груди, бёдер и ягодиц придавали ей сходство с настоящей женщиной. — Густав, а вы предпочитаете мужчин или женщин в постели? Старик поперхнулся и его кадык нервно дёрнулся. Советник поправил свой воротник и со всей серьёзностью поглядел на юного принца. — Я слишком стар для этого. На подобные темы лучше не говорить. Это личное. — Но, — юноша соблазнительно облизнулся и пересел поближе к старику, недвусмысленно раздвинув ноги и устроив стопы на подлокотниках, по обе стороны от советника. — Вы ведь прожили целую жизнь и… много знаете. Густав в который раз нервно сглатывает и не сводит взгляда со статуэтки, которую сжимает в руках парень. Заметив этот взгляд, Элиас рассмеялся. — Хочешь, могу её себе вставить. Она тонкая. — Вы не в себе… Нога принца многозначительно легла на выпирающий бугорок в штанах советника. Он хотел его, а принц нутром чуял желание каждого, кто хотел вогнать член ему в глотку или в задницу. Вдруг за дверью послышалось шевеление, и Элиас ловко скользнул под стол. Благо, что у стола имелась стенка, скрывающая Густава по пояс. Это оказалась помощница старика, и уходить она, кажется, не собиралась. Тогда принц приступил к одному из своих любимых занятий. Его проворные пальцы расправились с хитроумными застёжками на штанах старика и освободили ещё не достаточно твёрдый, бледный и «морщинистый» член. Парень облизнулся. У него ещё никогда не было опыта с кем-то, старше его отца. Твёрдости старательный отсос не прибавлял. Возможно, сказывались нервы Густава, ведь он старался не выдавать их общей с принцем тайны, пока Мери не скроется за дверью. — Вы весь красный, — с подозрением произнесла девушка. — Может, позвать лекаря? — Н-нет. Всё в порядке, — мило улыбнулся советник, махнув рукой. Вторую он запустил в мягкие волосы принца, нагло притянув голову того к своему паху. Член вошёл в разработанную глотку по самые яйца, а умелые губы плотно обхватили основание. — Уходи! — почти крикнул советник. — Дай мне сосредоточиться… — Простите, — помощница неуверенно кивнула и в смятении вышла, не понимая, чем разгневала обычно спокойного советника. — Что ты творишь?.. — прохрипел он, когда дверь захлопнулась. — Я же почти растил тебя… — Мф… — выдал юноша, выпуская возбуждённую плоть изо рта и глядя на старика снизу вверх. — И что? Это не мешает тебе трахнуть меня. Очередное нервное движение кадыка. Вверх и вниз. Юноша даже не уловил тот момент, когда его за плечо вытащили из-под стола и повалили грудью на него. — Я сделаю это. И ты больше никогда не… — Я могу давать тебе каждую… хм… среду, — рассмеялся принц, но тут же взвыл, когда его руку до боли заломили за спину. — Полегче! — Замолчи, — скомандовал старик и хлёстко шлёпнул ладонью по бледной упругой ягодице. Потом ещё и ещё. Элиас уже рычал от недовольства, когда в его нутро вторгся член. Он вошёл резко и глубоко, отчего юноша сладко простонал. Наверное, он был мазохистом, раз ему так нравилась грубость, привитая отцом. Глухие стоны и выдохи наполнили кабинет главного советника. Он время от времени шлёпал принца по королевскому заду, вколачивая его в поверхность стола, как последнюю шлюху. Это нравилось обоим. Ствол юноши болезненно ныл от недостатка внимания в процессе. — Густав… ну потрогай меня… чёрт… — И в такую узкую дырку ты хотел засунуть статуэтку? — отозвался старик, однако опустил иссушённую временем руку на аккуратный член. Элиас кусал руку, чтобы их не услышали, совсем как тогда, четыре года назад… *** Отец был жесток. Но бил, не оставляя шрамов. Лишь синяки расплывались на фарфоровой коже сына после каждой встречи с ним. Мальчик был так похож на свою покойную мать изяществом черт лица, цветом глаз и волос. Стан его был ещё по-юношески нескладным, но время всё должно исправить. Была одна беда: Элиас ненавидел длинные волосы и имел бунтарский характер, потому постоянно обрезал светлые пряди ножницами местной портнихи. За что и получал. Это было привычным, и этот раз не должен был стать исключением, однако всё закончилось иначе. Эрик держал мальчишку за уцелевшие длинные пряди, намотав их на кулак. Малец рычал и брыкался, вопя что-то про то, что он не хочет быть девчонкой. Тогда-то в голове обезумевшего от потери мужчины всё сложилось в единый пазл. Он кинул сына на кровать и стал похлопывать ремнём по ладони. — Я покажу тебе, каково быть девчонкой, — в его словах слышалась откровенная угроза, но Элиас даже представить не мог, что задумал отец. Парнишка отполз от края кровати и хотел сорваться к двери, но его глубо придавили к матрасу, а руки туго связали ремнём. — Боже… ты так похож на свою мать… — поражённо шептал мужчина, оглаживая бока мальчика, его бёдра, потом повёл носом по его щеке и выдохнул: — Моя Лизабет… Элиас нервно сглотнул и пнул отца в живот коленом, за что получил очередную пощёчину, а надеялся на возможность сбежать. Внутреннее чутьё подсказывало, что отец безумен. Рывком сорвав с юнца штаны, Эрик впился взглядом в юношеский пах, чуть обросший короткими светлыми волосками, аккуратный небольшой член и мошонку, гладкую, нежного цвета. Принц закричал, что есть сил, но мужчина заткнул ему рот подобием кляпа из скомканного угла простыни, и смачно облизал свои пальцы. Вытолкнув ткань изо рта, мальчик умолял: — Не надо… Папа… прошу… — Лизабет, моя Лизабет, — самозабвенно шептал он, а потом резко дёрнул мальчика на себя и перевернул на живот. Одной рукой правитель поднял зад сына и, раздвинув нежные белые ягодицы, просунул в розовое колечко мышц сначала один, а затем и второй палец. Парнишка кричал и бился, но никто в здравом уме не сунется в спальню Эрика, зная о его любви к грубому сексу. Женщины постоянно срывались на крик, но мужчина и не гнушался и молодыми юношами. Когда член сменил сразу три толкающихся в тесный вход пальца, мальчик зарычал. Отец отвесил шлепок и потянул за бёдра на себя, погружаясь в девственное нутро, ощущая невероятное наслаждение от потрясающей узости. — Я так скучал по тебе… Лизабет… Он навалился на узкую спину Элиаса, не выпуская из рук бледные бёдра, и начал грубо трахать, уткнувшись носом в светлую макушку. Принц вцепился зубами в ремень, пытаясь развязать его, но за этот проступок отец лишь усилил давление, добавив к члену палец. — Милая, ты же не хочешь, чтобы я сделал тебе больно. Верно? Верно, я сказал?! — Д-да… — всхлипнул подросток и впился в собственную руку, оставляя на ребре ладони окровавленные ссадины. *** Густав кончил в салфетку, решив не пачкать принца, так же вытер и свою руку, в которую излился Элиас. Он поправил одежду и пристально посмотрел на развратного юношу, который натягивал штаны. — Дам тебе совет. Не увлекайся. Если твой отец узнает… — Да мне плевать на отца, — бросил парень, слегка погрусневший от болезненных воспоминаний. Тот день в спальне отца навсегда изменил его. Безвозвратно. Выйдя из кабинета советника, Элиас направился в свои покои, даже не заметив, что всё это время неподалёку стоял Трэй, провожающий его хмурым взглядом.