[Modao Zushi Online] GLITCH REPORT: My Brother Got Chased Down And %$@*$&@ By Gusu Dungeon Boss???

Предупреждение!

В данной главе присутствует намёк на фетиш феминизации (одно предложение).

***

Немного спустя Вэй Усянь присоединился к ним в сокровищнице, где они как раз испытывали новое оружие. Затем они покинули тронный зал и отправились на их обычную тренировочную карту, оживлённо смеясь и снимая прямое видео для своих подписчиков. — Каждый класс получает по одному супер-умению при достижении 120-го уровня, — комментирует Вэй Усянь. — Их откат составляет от тридцати секунд до двух минут, но, похоже, у каждого из этих оружий есть своя особенная атака! У неё отдельный откат, не зависящий от вашего собственного супер-умения, так что, по сути, вы получаете две атаки высшего уровня в один период отката! Он вращает свой посох, а затем направляет его... Цзян Чэн резко отпрыгивает в сторону... Звериный рокот разносится по пещере, атака проносится сквозь пространство, испепеляя всё на своём пути и пробивая огромную дыру в противоположной стене. — Поаккуратнее с этим! — кричит Цзян Чэн. — Ты обрушишь на нас всю пещеру! — Супер-умение Жрецов — это усиление, а не атакующий навык, — добавляет Вэнь Цин. — Бафф, который добавляет двадцать процентов урона к вашим атакам, но легендарное оружие класса Жрецов идёт с атакой высшего уровня с откатом в пятнадцать секунд. Это значит, что после 130-го уровня Жрецы становятся неплохими ДПС. — Что?! — вскрикивает Вэй Усянь. — Это имба! — Вам двоим стоит появиться в нашем следующем выпуске, — оживляясь, говорит Цзян Чэн. — Будет здорово сделать краткий обзор ваших классов. — После моих экзаменов, — соглашается Вэнь Цин. — Кстати говоря, мне правда нужно учиться. К сожалению, учёба в меде не останавливается из-за празднования игровых достижений. — Мне тоже пора, — поддерживает Вэнь Нин. — У меня завтра срок сдачи эссе, которое я ещё не закончил. — Давайте, идите, — делает отмахивающиеся движения Вэй Усянь. — Не становитесь бездарными недоучками, как мы. Вэнь Цин машет рукой и исчезает. Спустя мгновение за ней следует Вэнь Нин, оставляя Вэй Усяня и Цзян Чэна одних. — Они просят тебя показать своё оружие! — кричит Вэй Усянь. Цзян Чэн подошёл и встал перед Вэй Усянем, чтобы чётче попасть в объектив его экранной записи. Обычно во время стримов он позволял Вэй Усяню отвечать на комментарии. Однако, когда Вэй Усянь ахнул и выронил оружие, Цзян Чэн вздрогнул. — А-цзе! — воскликнул он с восторгом. — А-цзе только что зашла к нам на стрим! Цзян Чэн мгновенно включил комментарии. Слева тут же появилась бегущая строка, где сообщения неслись с бешеной скоростью. Он успел заметить комментарий А-цзе буквально перед тем, как тот скрылся за границей экрана. Цзян Яньли: Поздравляю Цзян Яньли: Сегодня смотрела ваши недавние видео Цзян Яньли: Похоже, вы оба очень усердно тренировались весь месяц Цзян Яньли: Я рада, что ваши усилия окупились — А-цзе, ты видела ту особую атаку? — тут же выпалил Вэй Усянь. Цзян Яньли: Видела Цзян Яньли: Графика в этой игре действительно потрясающая — Это MMORPG в виртуальной реальности! — воскликнул Вэй Усянь. — Первая в своём роде! Тебе обязательно нужно навестить нас, когда в следующий раз будешь в Шанхае. Ты должна примерить шлем и всё такое! Попробуешь, когда приедешь — это невероятно! Мы правда очень по тебе скучали, А-цзе… Цзян Яньли: Я рада, что у вас всё хорошо Цзян Яньли: И что вам весело Цзян Яньли: Я тоже по вам обоим очень скучала — А-цзе, ты сможешь созвониться по видео после этого? — не сдержался Цзян Чэн. — Где твой корабль сейчас? Как скоро ты снова отплываешь? Цзян Яньли: Я уже не на корабле Цзян Яньли: Решила взять перерыв и ненадолго вернуться домой Цзян Яньли: Сейчас я в Ухане — А вот и наша А-цзе, шеф-повар с тремя мишленовскими звёздами! — с гордостью объявил Вэй Усянь. — Она работает на круизном лайнере! 胖胖哥哥: разве в море нет wi-fi? Цзян Яньли: Его недостаточно для звонков Цзян Яньли: Но сообщения проходят нормально — Может, сегодня закончим стрим пораньше? — Цзян Чэн обращается к Вэй Усяню. — Давай позвоним А-цзе. Простите, ребята, завтра обязательно продолжим и подробно разберём все навыки. LittleSwordsman: семья важнее всего. — Спасибо, друзья, — говорит Цзян Чэн и выходит из системы. Он снимает VR-шлем как раз в тот момент, когда Вэй Усянь делает то же самое рядом. Тот мгновенно открывает WeChat на компьютере. Из динамиков раздаются гудки вызова, и уже через мгновение А-цзе принимает звонок. Её лицо озаряется улыбкой при виде них. — А-цзе! — восклицают они хором. — Мы так по тебе скучали! — ноет Вэй Усянь. — Когда ты вернулась? — тут же спрашивает Цзян Чэн. — Буквально только что, — отвечает она, улыбаясь. — Смотрела ваши свежие видео ещё в поезде. Даже не успела распаковать вещи. Я так рада видеть, что вам весело в Шанхае. — Нам очень весело, А-цзе! — тараторит Вэй Усянь. — Приезжай к нам скорее! А-цзе кивает с улыбкой. Но через мгновение она поворачивается к Цзян Чэну, и её улыбка слегка меркнет. — А ты, А-Чэн? — спрашивает она. — Тебе... тебе тоже весело? Цзян Чэн расплывается в ухмылке. — Ещё как! — восклицает он. — Сейчас выходит столько новых игр, которые расширяют границы возможного... Мы успеваем пробовать всё, на что хватает времени... А-цзе выдыхает и снова улыбается. Словно невидимая тяжесть спала с её плеч. Однако через мгновение она снова хмурится. — А денег на еду хватает? — беспокоится она. — На аренду? Нужны ли вам деньги? Круизная компания платит хорошо. Я могу перевести, если нужно. Вэй Усянь рассмеялся. — Мы и не подозревали, что стримить игры может быть так прибыльно! — шутит он. — У нас всё в порядке. Цзян Чэн настоящий мастер в том, как упаковывать платный и бесплатный контент, чтобы привлекать новых подписчиков. Даже на бесплатном контенте мы зарабатываем на рекламе! А ещё к нам начали обращаться спонсоры... — Пока что небольшие компании, — уточняет Цзян Чэн. — Но у нас уже достаточно подписчиков, чтобы жить вполне комфортно за счёт донатов. Мы с Вэй Усянем никогда не были расточительными. А-цзе улыбается. — Вы всегда копили карманные деньги на видеоигры, — с нежностью вспоминает она. Вдруг раздаётся стук в дверь. Озадаченные, Вэй Усянь и Цзян Чэн одновременно оборачиваются к входной двери. Они не заказывали доставку и не ждали посылок. Проходит мгновение, прежде чем они понимают: звук донёсся со стороны А-цзе. — А-Ли, — раздаётся до боли знакомый голос. — Ты ещё не ела? Я разогрела пельмени. Цзян Чэн резко поворачивается как раз в тот момент, когда его мать замирает в дверном проёме. В руках у неё тарелка с пельменями, а на плечи наброшен тот самый лиловый кардиган, который она всегда надевала в прохладные вечера. — А, — произносит она. Она подходит и ставит тарелку на стол, вне поля зрения камеры. С этого ракурса видно только её фигуру от ключиц и ниже. — Мама, — начинает Цзян Чэн, и голос его предательски срывается. Он так давно не разговаривал с ней, а уж тем более не виделся. Лишь сейчас он осознал, как сильно по ней скучал. — Так ты ещё помнишь, что у тебя есть мать? — холодно произносит она, и Цзян Чэн понимает, что проговорился вслух. — Должна признаться, я удивлена. Цзян Чэн отшатывается, но Вэй Усянь тут же оказывается рядом, обнимая его за плечи. — Мама, — вмешивается А-цзе. — Когда ты собираешься вернуться и закончить учёбу? — прямо спрашивает мать. — Остался всего год, и ты просто бросишь? Три года обучения коту под хвост? — Я... — начинает Цзян Чэн. — Чем ты сейчас занимаешься? — перебивает она и с усмешкой качает головой. — Всё ещё играешь в видеоигры? — А-Чэн и А-Сянь теперь стримеры, мама, — объясняет А-цзе. — Они честно зарабатывают, как и все. — Честно?! — восклицает мать. — Играя в видеоигры?! Она снова поворачивается к экрану. — Ты уже не ребёнок, А-Чэн, — с отчаянием говорит она. — Нельзя вечно прятаться в выдуманном мире. Опомнись, найди нормальную работу... Я думала, вы оба стажировались в Huawei? Разве вам не предложили там позиции? Что вообще произошло?! — Нам не понравилось, госпожа Юй, — отвечает Вэй Усянь. — Приходилось работать по многу часов, да и сама работа не приносила удовольствия. — Не приносила удовольствия... — она прерывается на горькой усмешке. — А вы чего ожидали? Деньги на деревьях не растут! Если бы работа должна была приносить удовольствие, разве за неё платили бы?! А-Чэн, ты не можешь вечно оставаться таким. Тебе пора повзрослеть! — Мама, — снова пытается вмешаться А-цзе, но мать словно не слышит её. — Вернись домой, А-Чэн, — умоляюще продолжает она. — Университет всё ещё примет тебя, если захочешь закончить обучение. — Но я не хочу... — начинает Цзян Чэн. — Предложение от Huawei уже недействительно, но ты можешь пройти стажировку в другой компании и получить лучшее предложение. Разве Microsoft не открыл офис в Пекине? Huawei — хорошая компания. С твоим опытом работы там, я уверена, Microsoft... Раздаётся оглушительный грохот — это А-цзе вскакивает так резко, что стул опрокидывается назад. — Мама! — кричит она, и в голосе её звучит непривычное отчаяние. Мать резко замолкает, ошеломлённая. Цзян Чэн тоже затихает. По пальцам одной руки можно пересчитать те несколько раз, когда он слышал, как А-цзе повышает голос. Рука А-цзе тянется к экрану. Связь обрывается, оставляя его и Вэй Усяня в гробовой тишине. Спустя мгновение Вэй Усянь поворачивается к нему. — Цзян Чэн... — начинает он. — Не хочу об этом говорить, — отрезает Цзян Чэн. — Ты же знаешь, можешь рассказать мне всё что угодно, — не сдаётся Вэй Усянь. — Держать эмоции в себе вредно, и я понимаю... Цзян Чэн резко встаёт. — ...что тебе должно быть очень тяжело, и... Эй! Цзян... Куда ты? Цзян Чэн, не смей... Постой! Давай обсудим это! Его голос обрывается, когда Цзян Чэн с силой захлопывает дверь ванной между ними. Он опускает крышку унитаза и садится, пока Вэй Усянь яростно стучит в дверь, его голос приглушён древесиной. Однако через несколько мгновений стуки прекращаются. — Ладно, Цзян Чэн, — доносится приглушённый голос Вэй Усяня. — Я понял. Оставлю тебя в покое. Приглушённые шаги медленно затихают в коридоре. Цзян Чэн ждёт ещё с полминуты для верности, прежде чем встать и прижать ухо к двери. С другой стороны не слышно никакого движения. Тем не менее, он прислушивается ещё секунд пятнадцать, прежде чем убеждается, что Вэй Усянь и правда ушёл. Его брат не способен оставаться на месте так долго. Тихо приоткрыв дверь, он выглядывает в щель, а затем крадётся по коридору. Дверь в спальню Вэй Усяня закрыта, и из-за неё доносится тихий звук музыки. Удовлетворённый тем, что брат не поджидает его за углом для неловкого разговора, он наконец выпрямляется с облегчённым вздохом и направляется в свою комнату. Небрежно скинув домашние тапочки, он плюхается на кровать, хватает подушку и зарывается лицом в её утешительный аромат свежего белья. Вот именно. Поэтому-то он и не разговаривал с матерью два года. Так или иначе, их разговоры всегда заканчиваются... вот так. Он издаёт громкий, приглушённый стон. Он полагает, что просить ее понять — это слишком... Спрятавшись под подушкой, он закрывает глаза, медленно вдыхая и выдыхая. Однако через мгновение он снова открывает глаза, чувствуя странное беспокойство. Слишком тихо. Он отшвыривает подушку. Сквозь стену доносится приглушённая музыка Вэй Усяня, но этого всё равно недостаточно. Его маленькая спальня внезапно кажется слишком большой, слишком безмолвной... Слишком пустой. Он снова закрывает глаза. Затем, громко и раздражённо простонав, он резко садится и начинает искать свои домашние тапочки. Может, ему и правда не хватает компании. Тихой компании. Но, видимо, он готов вынести и болтовню Вэй Усяня, раз уж его мозг решил, что без общества ему не обрести покоя. Один тапочек он находит у двери, но второй, похоже, улетел под комод. Опустившись на локти, он просовывает руку под шкаф, пальцы скользят по пыльному паркету, пока не натыкаются на что-то мягкое и ворсистое. Он с торжеством извлекает тапочек. На него глуповато и преданно смотрит забавная мордочка щенка. Эти тапочки были подарком от Вэй Усяня на день рождения несколько лет назад. К сожалению, Вэй Усянь так и не смог перебороть свой страх перед собаками настолько, чтобы завести настоящую. Вместо этого он купил эти тапочки для Цзян Чэна. Цзян Чэн улыбается, нежно проводя указательным пальцем по макушке щенка. Что-то в этом глуповатом, обожающем взгляде напоминает ему... Он резко выпрямляется, осенённый внезапной догадкой. Гуайгуай. *** Лань Сичэнь уже собирался завершить игровой сеанс, когда в тронный зал ворвался Заклинатель-Воин в развевающихся тёмных одеждах. Его брови были гневно сдвинуты, губы поджаты, но недовольное выражение моментально сменилось сияющей улыбкой при виде Сичэня. — Гуайгуай! — воскликнул он. Лань Сичэнь невольно ответил тем же. Поднявшись, он бросился вперёд и с радостным щебетом подхватил Заклинателя-Воина на руки. Тот тихо рассмеялся, прижимаясь щекой к его лицу. Он дрожал. Лань Сичэнь издал тихий вопросительный звук, и Заклинатель-Воин отстранился. — Ты никогда не говорил, что умеешь летать! — упрекнул он. — Я так испугался во второй половине битвы с боссом! Кто это вообще был... Я был в шоке, когда зашёл сюда и увидел кого-то другого вместо тебя... Лань Сичэнь несколько раз удивлённо моргнул. Спустя мгновение он пришёл в себя достаточно, чтобы отправить быстрое сообщение.

Цзэу-цзюнь умеет ЛЕТАТЬ?!

Похоже, Ванцзи ещё не вышел из игры, потому что ответ пришёл относительно быстро. …… Да, Брат. Цзэу-цзюнь умеет летать. Это одна из его основных атак во второй половине рейда. Что ж, Лань Сичэнь конечно не мог этого знать. Заклинатель-Воин и его группа никогда не доходили до второй половины рейда, пока он играл за Цзэу-цзюня. Он не удержался и любопытно расправил крылья.

Как мне полететь?

Это происходит естественно, Брат. Цзэу-цзюнь знает, что делать. Я собираюсь выйти на сегодня, Брат. Ты... с Заклинателем-Воином?

А

Да

Я проведу с ним немного времени

Он выглядит немного расстроенным...

А я думал, он будет вне себя от радости

Он и Некромант ранее казались довольно счастливыми. Возможно, что-то случилось после. — Гуайгуай? — прошептал Заклинатель-Воин. — Ты здесь? Ты... замер... Лань Сичэнь вынырнул из задумчивости, тихо мурлыкнув в ответ. Он склонил голову, чтобы нежно потереться носом о нос Заклинателя-Воина. Это вызвало улыбку у юноши, и Лань Сичэнь не смог сдержать ответную улыбку.

Ванцзи

Я поговорю с тобой позже

Конечно Полагаю, ты ещё немного исследуешь мир?

Угу

Переложив Заклинателя-Воина в более удобное положение, Лань Сичэнь направился к дверям тронного зала. Заклинатель-Воин обвил руками его шею, прильнув щекой к плечу.

Думаю

Сегодня я полетаю

Путь через систему скрытых пещер уже стал знакомым. В какой-то момент Заклинатель-Воин поднимает голову и начинает рассеянно болтать о рейде, о своём новом оружии, доставая его, чтобы развлечь Цзэу-цзюня фиолетовыми искрами, которые оно может создавать. Оно даже может оставлять маленькие фиолетовые пятна на стенах пещеры — словно лазерная указка. Лань Сичэню приходится сознательно подавлять желание погнаться за танцующими фиолетовыми огоньками. Вскоре туннель начинает подниматься вверх. Оттуда остаётся лишь короткий подъём — и они выходят в ночь. Над подземным данжем простирается плато из красной скалы, обрывающееся прямо в море. С вершины открывается прекрасный вид, достаточно высокий, чтобы видеть на много миль вокруг. Отсюда видны частицы биолюминесцентного синего света, танцующие над волнами внизу, словно ленты света — северное сияние. — Мы никогда раньше не были здесь, правда, Гуайгуай? — тихо мурлычет Заклинатель-Воин, когда Лань Сичэнь подходит к самому краю обрыва и замирает, глядя на море. Юноша закрывает глаза, подставляет лицо океанскому бризу и глубоко вдыхает. Спустя мгновение он улыбается. — Виртуальная реальность и правда потрясающая, — шепчет он. — Здесь даже пахнет морем. Лань Сичэнь издаёт тихий гортанный звук и медленно расправляет крылья. Заклинатель-Воин открывает глаза на шелест чёрных перьев. — Гуайгуай? — шепчет он. Лань Сичэнь делает шаг ближе к краю. Глаза Заклинателя-Воина расширяются. — Гуайгуай... — он задыхается. — Что ты... Лань Сичэнь закрывает глаза... ... и прыгает. Около трёх секунд в ушах стоит лишь шум ветра. Около трёх секунд они находятся в свободном падении. Около трёх секунд Лань Сичэнь думает, что он ошибся в расчётах, что они ударятся о берег внизу, возродятся где-то в данже — и ему придётся исчезнуть с земли от стыда. Затем ветер подхватывает его крылья, и они взмывают вверх — к облакам. Под звуки ревущего ветра крики Заклинателя-Воина сменяются безудержным смехом. Охваченный таким же приступом беспомощного смеха, Лань Сичэнь медленно открывает глаза. Вид захватывает дух. Далеко внизу ленты света игриво танцуют на подъёмах и спадах волн. Отсюда, с такой высоты, он может разглядеть более слабое, мерцающее сияние биолюминесцентных огней глубже под водой. Медузы. Под водой плавают гигантские медузы, каждая из которых в несколько раз больше размаха крыльев Цзэу-цзюня. Длинные светящиеся ленты лениво тянутся позади них, словно кометы в тёмном океане. Отсюда видно мерцающие тени рыб, стаями проплывающих между этими щупальцами. Их чешуя красиво блестит в свете этих огромных существ. — Вау, — выдыхает Заклинатель-Воин. Лань Сичэнь не может сдержать внутреннего согласия. Слегка наклонив крылья, он направляет их вниз, пролетая низко над волнами. Заклинатель-Воин издаёт очередной взрыв перевозбуждённого смеха, сжимая шею Лань Сичэня так сильно, что на несколько секунд перекрывает ему кислород. Лань Сичэнь лишь улыбается. Он позволяет Заклинателю-Воину слегка наклониться из его объятий, проводя кончиками пальцев по поверхности воды. Однако через мгновение он снова меняет угол крыльев, резко взмывая в небо. Он разворачивается обратно к берегу, крепко прижимая Заклинателя-Воина к себе против ветра. Подхваченный широким размахом крыльев Цзэу-цзюня, они вскоре приближаются к берегу. В скалах есть проёмы, которые, должно быть, ведут обратно в систему пещер. Лань Сичэнь безопасно опускает их на песок, взмахнув крыльями один, затем два раза для мягкой посадки. Неподалёку от них находится вход в пещеру. Поставив Заклинателя-Воина на ноги, они берутся за руки и медленно идут внутрь неё. Лань Сичэню приходится немного наклониться, чтобы войти, но внутри высота потолка постепенно увеличивается, пока он не выпрямляется. Стены светятся голубым светом кристаллических осколков, а вдалеке Лань Сичэнь слышит звук тихо бегущей воды. — Спасибо, — тихо мурлычет Заклинатель-Воин. Лань Сичэнь моргает, поворачиваясь к Заклинателю-Воину. Тот смотрит прямо перед собой, тихо улыбаясь. Однако на вопросительный щебет Лань Сичэня он усмехается и сжимает его руку. — Сегодня у меня был тяжёлый разговор с матерью, — тихо признаётся он. — Я не видел её два года. Улыбка Заклинателя-Воина становится немного горьковатой. — С тех пор как бросил учёбу на программиста. А. — Я изначально пошёл в программисты только потому, что мама меня заставила, — объясняет Заклинатель-Воин с усмешкой. — Говорила, что это профессия будущего. Она всегда хотела для меня успешной карьеры, но... Я взял академический отпуск перед последним курсом университета, чтобы пройти годовую стажировку, и это только заставило меня понять, как мало мне нравится то, чем я занимаюсь, как сильно я ненавижу корпоративную культуру. Я выгорел. Лань Сичэнь проводит большим пальцем по тыльной стороне руки Заклинателя-Воина. Однако в его сердце что-то смягчается. «Какое совпадение», — не может не подумать он. — «Мы ещё более похожи, чем я предполагал». Голос Заклинателя-Воина вырывает его из задумчивости, не позволяя углубиться в воспоминания. — У меня был своего рода кризис, — признаётся молодой человек. — Мой брат уговорил меня бросить университет, вместо того чтобы заниматься тем, что я ненавижу. Он тоже отчислился, и мы стали стримерами видеоигр. Мы всегда обожали видеоигры с детства... отчасти это и стало причиной, по которой я согласился стать программистом. Стриминг приносит мне гораздо больше удовольствия, и мы зарабатываем неплохие деньги на подписках и рекламе — но моя мама недовольна. Она не считает это настоящей работой. Он вздыхает, опуская голову и массируя виски свободной рукой. — Она любила говорить... — начинает он и замолкает, — ...что я не могу вечно прятаться в выдуманных мирах. Говорила, что мир движется вперёд без тебя, и однажды я очнусь в реальном мире и... пойму, что я совсем один. Он сглатывает. — Что реальный мир движется вперёд без меня, — продолжает он пусто, — пока я застрял в детской мечте. Лань Сичэнь сжимает руку молодого человека. Как жестоко говорить такое ребёнку... — Но знаешь, — говорит Заклинатель-Воин с напускной беспечностью, — даже в реальном мире я всегда был одиноким ребёнком, и у меня никогда по-настоящему не было того, кто бы по-настоящему заботился обо мне. Так какая разница, верно? Реальность или фантазия — я всё равно одинок. Так уж лучше жить во сне. Он смеётся, поворачиваясь к Лань Сичэню с ухмылкой. — По крайней мере, мой брат составит мне компанию в нашем выдуманном мире! — шутит он. — Рано или поздно... то есть... он найдёт себе девушку или что-то в этом роде. Он флиртует со всем, что движется. Придётся мне придумать, что делать тогда, но... до тех пор... Он замолкает, прикусывая губу и опуская взгляд на пол. Лань Сичэнь больше не может оставаться в стороне. Он останавливается и поворачивается к Заклинателю-Воину. Медленно, не отрывая взгляда от растерянного юноши, он прижимает его руку к своей груди, к медленному биению чудовищного сердца Цзэу-цзюня. Оно ровно стучит под их соединёнными ладонями, словно говоря: Я сейчас здесь. Я здесь. Во тьме пещеры Заклинатель-Воин резко вдыхает, его глаза расширяются. Во мраке пещеры они странно блестят, отражая голубое сияние кристаллов вокруг. — Ты понимаешь меня, — шепчет он, — ведь так? Лань Сичэнь сглатывает. На мгновение он задумывается проигнорировать вопрос, склонить голову, издавать сопящие звуки и покрутиться на месте, как какое-то глупое животное. Но встретившись с блеском этих искренних, отчаянных глаз... Он облизывает пересохшие губы — и один раз кивает. Глаза Заклинателя-Воина расширяются на секунду, прежде чем он плотно смыкает веки, делая дрожащий вдох. — Я знал, — выдыхает он. — Я знал, что ты меня понимаешь. Я знал, что ты настоящий. Лань Сичэнь снова сжимает его руку. Спустя мгновение Заклинатель-Воин снова открывает глаза, с отчаянием поворачиваясь к Лань Сичэню. — Кто ты? — шепчет он. — Что ты? Лань Сичэнь закрывает глаза, а затем беспомощно качает головой. — Ты умеешь говорить? Он колеблется и снова качает головой. — Не можешь говорить или не хочешь говорить? Лань Сичэнь опускает глаза. Заклинатель-Воин смотрит на него ещё мгновение, а затем выдыхает. Он ободряюще сжимает руку Лань Сичэня. — У тебя есть имя? — спрашивает он. — Настоящее имя? Лань Сичэнь кивает. — Можешь сказать мне его? Лань Сичэнь качает головой. Заклинатель-Воин вздыхает, но кивает, задумавшись, прежде чем внезапно замирает. Он резко бледнеет. — Ты... — шепчет он, и голос его дрожит от лёгкого ужаса, — ты в ловушке в этой игре против своей воли? Лань Сичэнь яростно качает головой, а затем подхватывает Заклинателя-Воина на руки, прижимая к своей груди. Заклинатель-Воин выдыхает и крепко обнимает его в ответ. Долгие минуты они просто молча держат друг друга, закрыв глаза, щека к щеке. Затем Заклинатель-Воин отстраняется, чтобы посмотреть ему в глаза. — Опусти меня, — говорит он решительно. — Я хочу кое-что попробовать. Лань Сичэнь ставит его на землю, но замирает, когда тот опускается на колени. Он кладёт руки на мохнатые бёдра Цзэу-цзюня, глядя на Лань Сичэня сквозь тёмные ресницы. — Тебе тоже приятно? — шепчет он. — Когда ты трахаешь меня? Лань Сичэнь с сухим глотком кивает. Глаза Заклинателя-Воина вспыхивают. — Тогда, — шепчет он, опуская взгляд, и ресницы застенчиво касаются его щёк, — позволь мне доставить тебе удовольствие. Лань Сичэнь немедленно чувствует, как член Цзэу-цзюня начинает выходить из ножен. Заклинатель-Воин наклоняется, застенчиво целуя кончик, и Лань Сичэнь вынужден закрыть глаза, дрожаще выдыхая. Спустя мгновение он приходит в себя достаточно, чтобы снова открыть глаза. Всё ещё внимательно глядя на Лань Сичэня, Заклинатель-Воин высовывает язык, облизывая нежную розовую головку. Остальная часть члена немедленно начинает выскальзывать. Заклинатель-Воин вспыхивает от восторженного ожидания, широко открывая рот. Лань Сичэнь снова закрывает глаза для самообладания. Молодой человек шумно ласкает открывшуюся часть несколько мгновений, задыхаясь между громкими причмокиваниями. Боже. Боже. В конце концов Лань Сичэнь снова открывает глаза, полный решимости насладиться зрелищем, пока оно длится. Заклинатель-Воин, смотрящий на него снизу вверх, словно вспыхивает при встрече взглядов и продолжает с удвоенным энтузиазмом. Однако вскоре члена становится слишком много, чтобы поместиться в рот полностью. Заклинатель-Воин сосёт то, что может, ладонями работая по всей длине. Вскоре член Цзэу-цзюня полностью освобождается, но когда он начинает набухать, Заклинатель-Воин отстраняется с захлёбывающимся всхлипом. — Ты такой... большой, — всхлипывает он. Когда он снова наклоняется, пытаясь взять кончик в рот, оказывается, что тот увеличился в толщине слишком сильно. Заклинатель-Воин с решительным видом пытается несколько долгих мгновений, глаза зажмурены, полны слёз, пока он отчаянно пытается втолкнуть головку обратно в рот. Его губы почти белеют от напряжения, растянутые до предела. Наконец, он снова отстраняется с мокрым чмоком. Он секунду смотрит на чудовищный член, тяжело дыша, затем наклоняется и начинает лихорадочно лизать его от основания до кончика, целуя и посасывая ствол, дроча обеими руками. Его пальцы даже не смыкаются вокруг толщины. Теперь он отчаянно стонет, закрыв глаза. — Ты можешь... кончить мне в рот, — выдыхает он, приглушённо облизывая головку. Из груди Лань Сичэня вырывается гортанный стон. Он кладёт руку на затылок Заклинателя-Воина, стиснув зубы, заставляя себя не двигать бёдрами. — Кончи мне в рот, — тяжело дышит Заклинатель-Воин, постанывая. Теперь он начинает слепо двигать бедрами, раскачиваясь взад-вперед в пустом воздухе, но не отрывает рук от бедер Лань Сичэня, чтобы прикоснуться к себе. — Пожалуйста, — хнычет он. — Я хочу этого. Лань Сичэнь до безумия хочет поцеловать его, хочет взять в рот его милый розовый член и заставить кончить. Его бёдра дёргаются, он вынужден отпустить волосы Заклинателя-Воина, наклонившись вперёд, упираясь руками в ближайшую стену пещеры, когда начинает кончать. Надо отдать должное, Заклинатель-Воин изо всех сил пытается проглотить, с жадностью прижимая губы к отверстию и быстро и сильно глотая. Всё же через несколько секунд он отстраняется, задыхаясь и вскрикивая, высоко и отчаянно. Всё остальное заливает его, покрывая всё лицо слоем жемчужно-белого и полностью пропитывая одежду. Заклинатель-Воин продолжает громко стонать, пальцы судорожно вцепились в мех на бёдрах Цзэу-цзюня, глаза закрыты, рот открыт, пока его окатывает потоками спермы. — Ох, — он задыхается. — О. Когда Лань Сичэнь заканчивает, бедный юноша не может даже открыть глаза. Его ресницы мокрые, а губы влажны и белы от семени. Заклинатель-Воин продолжает стоять на коленях, тяжело дыша, ещё долгое мгновение. Наконец, он поднимает руку, пытаясь стереть сперму с век, но только размазывает её. — Ах, — тяжело дышит он, всё ещё с закрытыми глазами. — Здесь поблизости есть оазис? Или... мой плащ ещё сухой? Лань Сичэнь с сожалением качает головой, прежде чем осознаёт, что тот не может его видеть. Заклинатель-Воин тихо смеётся. — Полагаю, ничто не осталось сухим, — мурлычет он, прежде чем слепо подняться. Лань Сичэнь ловит его за руки, мягко помогая подняться. — Мне нужно чем-то очиститься. Прикусив губу, Лань Сичэнь нежно начинает стягивать с него промокшую рубашку. Заклинатель-Воин позволяет ему помочь раздеться. Однако, когда он помогает ему снять брюки, не может не заметить, что тот полностью мягок. Лань Сичэнь замирает, чувствуя себя виноватым. Неужели он потерял возбуждение во время минета? Неужели ему... не понравилось? Заклинатель-Воин, кажется, угадывает его мысли, потому что застенчиво отворачивается. — Я кончил, пока сосал тебя, — шепчет он. Лань Сичэнь замирает. Руки Заклинателя-Воина всё это время лежали на бёдрах Лань Сичэня. Однако он не может не вспомнить, как тот стонал ближе к концу, задыхаясь высоко и отчаянно. Со стоном он подхватывает Заклинателя-Воина на руки и решительно направляется к ближайшему источнику. Всё это время Заклинатель-Воин тихо лежит в его объятиях, не видящий и всё ещё слегка запыхавшийся. Лань Сичэнь целует его в лоб. Юноша морщит нос. — Я грязный, — протестует он. И Лань Сичэнь целует его распухшие губы, целует долго и глубоко, вылизывая сперму из его запыхавшегося рта. Когда он заканчивает, Заклинатель-Воин застенчиво прячет лицо в груди Лань Сичэня, выглядя немного смущённым. В конце концов они достигают источника. Заклинатель-Воин медленно и слепо шагает в воду, ведомый терпеливыми руками Лань Сичэня. Оказавшись в воде, он начинает очищаться, проводя пальцами по волосам и энергично протирая лицо. Затем он поворачивается, моргая на Лань Сичэня сквозь влажные ресницы. Он улыбается, игриво плескаясь. — Иди сюда, Гуайгуай! — зовёт он. — Вода прекрасна! Лань Сичэнь ухмыляется и без колебаний присоединяется к нему. Когда он игриво рычит, протягивая руки, словно чтобы схватить юношу, Заклинатель-Воин вскрикивает, смеясь, и начинает уплывать, плескаясь. Лань Сичэнь рычит и протягивает длинные руки, чтобы заставить юношу визжать. Наконец он ловит Заклинателя-Воина, когда тот теряет равновесие в воде, и притягивает его обратно к своей груди. Он снова и снова целует его волосы, чувствуя невыносимую нежность. — Я споткнулся о коралл, — запыхавшись, объясняет Заклинатель-Воин. Лань Сичэнь смотрит вниз, замечая под ногами какой-то странный коралл. Он замирает, узнав его. Это квестовый предмет, который игроков могут попросить найти в рамках цепочки заданий. Из-за его формы и... естественного всасывания, команда разработчиков игры в шутку назвала ту цепочку заданий... Квест Флешлайт. Его член снова начинает выходить. Он наклоняется и хватает юношу. — Эй, всё в порядке! — успокаивает Заклинатель-Воин, встревоженный резким действием. — Не нужно злиться на него. Я не поранился... мммф! Его растерянные заверения обрываются, когда Лань Сичэнь поднимает его и опускает на свой член. — О, Гуайгуай! Да! Между бледных ног член Заклинателя-Воина слегка дёргается, но не поднимается. Так не пойдёт. Держа юношу в одной руке, а коралл в другой, Лань Сичэнь медленно направляется обратно к берегу. Заклинатель-Воин начинает восхищённо стонать, когда движение слегка подбрасывает его на члене Лань Сичэня. Лань Сичэнь удобно усаживается на камне, кладёт коралл рядом с собой, освобождая руку, чтобы прикоснуться к члену Заклинателя-Воина. Задыхаясь, Заклинатель-Воин спешит подставить колени под себя. — Глубоко, — задыхается он. — О боги. Так глубоко. Член Заклинателя-Воина определённо растёт, а не капает. Однако даже в полном возбуждении Лань Сичэнь сомневается, что массивная рука Цзэу-цзюня сможет его как следует дрочить, не говоря уже о том, что сейчас он находится в вялом состоянии. После нескольких неудачных попыток стимулировать его между двумя пальцами, он сдаётся и начинает нежно тереть его подушечками пальцев. «Словно маленький клитор», — не может не подумать он. — Ах, — рыдает Заклинатель-Воин, перевозбуждённый, запрокидывая голову на плечо Лань Сичэня. — Ммм. Ах! Гуайгуай! Я... Ах! Лань Сичэнь просто нежно целует его в щёку. Когда юноша наконец твердеет, он наклоняется и снова поднимает коралл. — Гуайгуай, — хнычет Заклинатель-воин. — Что ты... Лань Сичэнь надевает его на член юноши. Глаза Заклинателя-Воина расширяются, а затем закатываются. Он начинает биться в конвульсиях, а затем кричать, хватаясь за предплечье Лань Сичэня, и кончает... неоднократно. — Кончаю! — кричит он, словно Лань Сичэнь не чувствует его оргазм на своём члене. — Кончаю! Коралл слегка искрит в его руке. Лань Сичэнь внезапно вспоминает, что у него запрограммирована защита от прикосновений. Он представляет, что на чувствительной области это должно ощущаться довольно ошеломляюще. Он с удовольствием устраивается поудобнее, наслаждаясь ощущением кончающего вокруг него Заклинателя-Воина, позволяя оргазмам юноши доить его. В конце концов, ему ещё нужно отплатить своему возлюбленному наслаждением за тот минет ранее. Он нежно целует шею Заклинателя-Воина, успокаивающе поглаживая его живот. К тому времени, когда Лань Сичэнь кончает, Заклинатель-Воин расслаблен и наполовину спит, хрипло стоная в шею Лань Сичэня. Закончив, Лань Сичэнь снимает коралл и бросает его рядом. Он целует запыхавшиеся губы Заклинателя-Воина, целует его глубоко. — О, Гуайгуай, — тяжело дышит он, бёдра бешено дрожат. — Гуайгуай. Нежно улыбаясь, Лань Сичэнь дальше запрокидывает его голову и сладко запечатывает его рот поцелуем, принося тишину. ***

ладно

ты победил

12:34AM

Во что именно я выиграл? 12:36AM

я перестану постить фотки босса

12:36AM

...... 12:36AM

хех

что такое?

будешь скучать?

12:36AM

В. Твоих. Снах. 12:36AM

ХАХА

ЗНАЧИТ ДА

12:36AM

...... 12:36AM

слушай

мой брат

редко когда имел того, кто любил бы его так,

как он того заслуживает

12:38AM

так что, возможно,

я НЕ ХОЧУ, чтобы этот баг починили

и, кажется, ты тоже

12:39AM

так что давай заключим перемирие

я перестану тебя донимать

а взамен...

не мог бы ты

присмотреть за счастьем моего брата?

12:40AM

...... 12:41AM

присмотри за гуайгуаем

пожалуйста

12:41AM

Хорошо. Даже если бы ты не просил, я бы это сделал. 12:41AM

спасибо

ты не такой уж и плохой парень, мод цзи

12:41AM

Ты тоже не плох, Лаоцзу. 12:41AM ...... Гуайгуай? 12:42AM

......

не спрашивай

12:42AM

*** Вэй Усянь уже готовился ко сну, аккуратно сворачивая провода от их VR-шлемов и убирая их в сторону, когда пришло новое сообщение. На мгновение он подумал, что это снова Мод Цзи, и не смог сдержать усмешку. Однако, повернувшись к монитору, он увидел во входящих незнакомый игровой никнейм. есть какие-то новости про наших местных красавицу и чудовище? 12:46AM Он хмурится.

повтори?

12:46AM

ах извини... надеюсь, ты не против, что пишу тебе в лс... 12:46AM

о нет!

всё в порядке, хаха

12:46AM

мы с друзьями подписаны на вас с тех пор, как вы играли на старом сервере... мы были очень рады увидеть, что вы начали играть на новом сервере после всей той истории с гильдиями... с тех пор мы следим за вашими постами на форуме. Саньду и Гуайгуай невероятно милы вместе, и мы, должен признать, немного вовлеклись... 12:48AM поэтому мы просто хотели спросить... теперь, когда вы получили свои легендарные оружия и всё такое... что будет с Саньду и его Гуайгуаем после этого? 12:49AM Мысли Вэй Усяня начинают лихорадочно работать, возможности быстро проносятся в его сознании, пока он обрабатывает новую информацию. Открыв новую вкладку, он начинает быстро кликать по своему форумному профилю. Количество людей, следящих за его аккаунтом на форуме, значительно выросло. Действительно, похоже, что немало людей включили уведомления для постов о Гуайгуае — все из которых в конечном итоге были удалены. Откинувшись на спинку кресла, Вэй Усянь на мгновение застывает, уставившись в экран. Затем он вскакивает. — Цзян Чэн! — кричит он. — Цзян Чэн! У меня есть идея для нового платного контента! Очень, очень хорошая идея! Дзынь! Мама говорит, что ей жаль. 12:54AM