Ему нужна помощь

— Так, я сделаю вид, будто ты только что не пожирал глазами этого проводника, — возмущается Чимин, для виду прикрывая рукой глаза. — Ты хотел сказать, — воодушевленно говорит Тэхён, — этого сексуального проводника. Я хочу, чтоб он меня трахнул. Прямо сейчас и прямо на этой койке. Это тот самый момент, когда Чимин уже не давится слюной, когда его друг говорит нечто подобное. Как бы это ни было прискорбно, он привык. Это случается постоянно — раз в несколько недель или дней, в общем, в зависимости от настроения Тэхёна, который сейчас коварненько улыбается и вызывает проводника в купе. — Слушай, Тэхён, у тебя был секс, эм, — пытается вспомнить Чимин, — позавчера. Да, у тебя был секс позавчера. Что за недотрах в твоих глазах? — Вот именно, Чимин, — восклицает тот, — позавчера! Отвлекает их стук в дверь, и пассажиры в купе сразу понимают, кто это. — Заходите, — елейненько тянет Тэхён, премиленько улыбаясь, когда в проеме появляется, как говорит бейджик, Чонгук. — Вам нужна помощь? Какие-то вопросы? — Чимин готов поспорить на сто тысяч миллиардов вон, что Тэхён сейчас подумал о том, насколько у этого проводника сексуальный голос. — Знаете, мне очень нужна помощь. Помогите застелить мне койку, пожалуйста, — когда нужно, Тэхён — сама очаровашка, и вот от этого Чимин никогда не перестанет закашливаться своей же слюной, подавившись в очередной раз и сейчас, потому что привыкнуть к подобному просто невозможно. Вот сидят они на чиминовой койке и вдвоём рассматривают Чонгука. Нет, ну а что? Он и вправду крайне сексуален: подтянутое тело, даже сквозь рабочую рубашку это очень хорошо заметно, высокий, с крепкими жилистыми руками, красивым лицом и впечатляющей улыбкой. Просто сборище тэхёновых кинков. Ещё бы трахнул его хорошенько, и он точно растает, как мороженка в жаркую июльскую погоду. Чимин недоуменно смотрит на друга, когда он легонько толкает его локтем, всем видом показывая, чтоб тот вышел и не появлялся в купе какое-то время, желательно часик. Пак недоволен, но слушается Тэ, потому что тот определённо припомнит ему эту ситуацию в самый неподходящий момент. До ушей Тэхёна доносится звук закрывающейся двери, и звучит он как сигнал к действию, потому он быстренько встаёт и подходит к Чонгуку, который, почувствовав движение сзади, почти сразу разворачивается, встречаясь лицом к лицу с пассажиром. Ким не наглый, нет. Он просто не любит тянуть время, предпочитая сразу действовать. Поэтому, буквально за пару секунд, Чонгук оказывается сидящим на заправленной им же койке, а Тэхён восседает на его бёдрах. — Спасибо вам огромное, Чонгук. Но знаете, — честно, Тэхён, он не знает, только сидит ошарашенный и думает…а нет, он не думает, — Мне очень плохо, и как можно скорее требуется ваша помощь. — Что вы делаете? — Чонгуку не по себе, он убирает Тэ с колен и поднимается. Исключительно из-за того, что помогать пассажирам — его работа, и позже могут возникнуть проблемы, он все же остаётся в купе, — Что у вас случилось? И какая вам нужна помощь? — Ну что же вы так реагируете? Разве вам плохо сиделось? Мне вот показалось, что вам понравилось. — улыбается Тэхён, — Я думаю, что не смогу рассказать вам о том, что же случилось, будет лучше показать. — на этих словах Тэ подходит близко, очень близко, и берёт проводника за руку, прижимая её к своему паху, — Ваши бёдра просто невероятны, Чонгук. Может быть, вы всё же мне поможете? — он уже не говорит в полный голос, а шепчет на ухо растерянному Чону, чья рука всё ещё находится на чужом интимном месте, — Мне так нужна именно ваша помощь, — Чонгук вздрагивает, потому что чувствует горячий шершавый язык на своей шее. Чувствует и полуставший, такой же горячий член и, не отдавая себе отчёта, легонько сдавливает его, слыша тяжелый вздох недалеко от своего уха. — Кажется, вы всё же хороший сотрудник. Как насчёт того, чтобы продолжить с того, на чем мы остановились минуту назад? Чонгук ничего не отвечает, просто хватает Тэхёна и обратно сажает его на бёдра, спуская руки на ягодицы. Тэхён шумно вздыхает, подвигаясь к Чонгуку непозволительно близко и чувствуя его подкаченное тело своим. И откуда только такой распрекрасный взялся? Прижиматься к нему одно удовольствие, сминать эти слегка суховатые губы тоже до безумия здорово, чувствовать сильную хватку на своих ягодицах не менее великолепно. Но мало. Тэхёну чертовски мало, поэтому он тянется к чужой рубашке, наспех расстёгивая пуговицы, чтобы как можно быстрее коснуться этого прекрасного тела. Такое Тэ любит, правильнее сказать, боготворит. Целуются они, как ни странно, долго, трогают друг друга, и Тэхён понимает, что Чонгук немного зажат. Ну конечно, не каждый день на тебя лезет пассажир с просьбой «помочь» ему. Однако понимание всей ситуации маячит на горизонте ровно до того момента, пока Чонгук резко не поднимается, укладывая Тэ спиной на койку, удачно примостившись между его расставленных ног. Его целуют хорошо, с языком, знаете, чувственно так. Тэхёну нравится, а ещё ему нравится, как Чон орудует своими руками, быстро расправляясь с его джинсами и футболкой. От своей одежды он тоже избавляется довольно скоро. Теперь Тэ точно уверен в том, что Чонгук хочет его трахнуть, об этом даже не говорит, буквально кричит прижатый к животу, довольно большой, увитый венками член и полностью затуманенный взгляд. А ещё то, как он врывается в рот Тэхёна, целуя его настойчиво и жадно. Очень хорошо, просто прекрасно, потому он и отвечает тем же — хватает Чона за загривок, ни капли не уступая в страстности. Только ненадолго прерывается, чувствуя теплые пальцы возле прохода, и выдыхает прямо в губы проводника, когда на пробу входит первый, а следом и второй палец. Ему до дрожи в коленях нравится, как Чонгук припадает к соску, вылизывая его. Нравится, когда влажной дорожкой спускается вниз по животу, очень нравится, когда один из пальцев дотрагивается подушечкой до простаты. Так нравится, что дыхание учащается, и Чон это чувствует, потому в следующую секунду уже целенаправленно попадает по простате, заставляя приглушённо застонать. «Это тело божественное», — думает Чонгук. А ещё он думает, что было бы неплохо припасть губами к головке чужого члена, пока его пальцы растягивают стеночки, продолжая касаться железы. Кажется очень правильным провести языком по всей длине ствола, проходясь от самого основания до головки, а потом вобрать ее во влажный рот, слизывая выделяющуюся смазку. Когда пальцы уже свободно двигаются внутри, Чон приставляет член к проходу, чувствуя, как этому очаровательному парню, имя которого он всё ещё не знает, не терпится, и видя, как тот ёрзает от пустоты внутри, берет Тэхёна под бёдра, входя в него одним слитым движением, никаких резких толчков. Не зря Чонгук так долго подготавливал Тэ для себя, потому что то, как узкие стенки хорошо окружают его член без особого сопротивления, ему очень нравится. Нравится настолько, что у него пальцы на ногах поджимаются. Настолько, что он начинает двигаться, полностью настраиваясь на один ритм с Тэхёном, который, выгибаясь в спине, протяжно стонет. Очень хорошо. Запредельно хорошо. Кажется, этот парень говорил что-то про его бёдра, потому, снова поднимая Тэхёна, Чон усаживается в прежнее положение, помогая Тэ насадится. Так ещё лучше — можно любоваться золотистой кожей, ловить каждый стон и вздох и с радостью еще раз пройтись языком по взбухшим соскам. Тэхён достаточно обильно течёт каждый раз, как его член трётся о чужой идеальный пресс. Каждый раз, когда Чонгук снова и снова попадает прямо по простате, Тэ понимает, что больше не может, потому, выгибаясь, кончает, чувствуя, как Чонгук хватает его за бёдра, наращивая темп, чтобы через полминуты кончить ему на живот. «Очень горячо и определённо неплохо» — вот так Тэхён может описать этот спонтанный секс. А ещё он без сомнений может описать лучшего, на секундочку, проводника Чон Чонгука как самого ахуенного и сексуального. Как вариант, они обменяются номерами, как вариант, как-нибудь повторят сегодняшний день, а, как вариант, оденутся и разойдутся, но позже Чонгук обязательно залезет в документы, чтобы узнать хотя бы имя человека, которого сегодня спас.