I Want To Hold Your Hand

Хоть этот автобус и производил впечатление огромной махины, внутри же, он оказался достаточно тесным. Пространство между окнами были обклеены обрывками газет и пестрых плакатов, а на полу красовался вырезанный под размеры салона красный в белую рябь ковер. Попросив охотников разуться, Лиля повела их дальше по салону. По бокам еще осталось несколько заводских сидений, так что вытянувшись на одном из них, девушка указала рукой на заднюю часть машины, тем самым сообщая, что спать они сегодня будут именно там. В задней части автобуса было пусто, все сиденья были сняты, а окна занавешены розовыми шторками. Пройдя дальше Дин увидел, что на полу набросано несколько матрасов и вязаных теплых пледов с подушками. Что ж могло быть и хуже. В салоне стоял приятный запах каких-то трав, хоть Дин бы в этом никогда не признался. Свет от желтой лампочки мягко разливался по поверхностям автобуса, скрывая в теплой дымке все его недостатки. Ладно, здесь было уютно, как бы горестно это не было признавать. Кас стоял позади и с не меньшим любопытством разглядывал наполнение машины. Особенно его заинтересовала, люстра. Начиная с того, что она была прицеплена в центре салона и приходилось изрядно потрудиться, чтобы, проходя не задеть ее, и продолжая тем, что украшена она была всякими безделушками вроде перьев, небольших свисающих шариков и плетеных фенечек. Стоило машине наткнуться на какую-то неровность на дороге, как что-то внутри этих самых шариков-сфер начинало приятно шелестеть, этот звук напомнил ему шорох своих давно утраченных крыльев, хотя это, вероятно, были лишь семена льна, подумал Кас. С каждой минутой усталость давала о себе знать все больше и больше, так что, закончив с ознакомительным осмотром внутренностей автобуса, охотники, не теряя больше ни минуты – удобно устроившись на выделенном им ложе из пледов, Кас в одном конце, Дин в другом, все-таки позволили дреме захватить тело, а теплому забвению окутать душу. Забыв о том, что их одежда вся в грязи, а лица перепачканы чем-то уже высыхавшим и стягивающим кожу, они закрыли глаза и вскоре мирное глубокое сопение разлетелось по салону. На полу немного пахло машинным маслом, металлом и травами, видимо одна их подушек была чем-то наполнена - мята, - подумал Дин, - пахнет мятой. На следующий день Дин проснулся первый. Луч солнца, пробившийся сквозь не до конца задвинутые занавески, осветил его лицо, и будто дразня пробирался под веки. Дин хотел было перевернуться на другой бок, но понял, что вряд ли сможет это сделать. Чье-то теплое и размеренно дышащее тело было прижато сзади, приятно грея кожу. От остывшего за ночь асфальта исходил зудящий, нагоняющий мурашки холод, так что от предоставленного источника тепла в это утро он бы не посмел отказаться. Это был Кас, у Дина даже сомнений не возникло, что это был он. Он чувствовал, как лежа спина-к-спине, при вдохах их тела соприкасаются. Дин чувствовал, как раздувается грудная клетка его «соседа», как плечи того подымаются, набирая воздух и томно опускаются, выдыхая его. Он чувствовал, как лежа так, спина-к-спине, под кожу, разгоняя мурашки, пробирается тепло, а в голову приходят воспоминания. В те времена, когда самой глобальной сверхъестественной проблемой двух братьев, и тогда еще и их отца, был не Бог, а какой-нибудь рядовой оборотень. Они, часто оставаясь в мотелях, в комнатах с двумя кроватями, отец на одной, Сэм и Дин на другой, братья спали так спина-к-спине. И несмотря на всю ту грязь и пыль, что неизменно покрывала их путь, да и жизнь в целом, именно в таком моменте Дин находил покой. Просыпаясь утром, он чувствовал, что Сэм рядом, что он в безопасности, видел спящего на соседней кровати отца, его всегда уставшее лицо приобретало давно не знавший им расслабленный и спокойный вид, за опущенными веками исчезала неугомонная фанатичность – в его закрытых глазах Дин больше не видел жажду мести. Но это было лишь в тех случаях, когда отец не уходил ночью на охоту или куда еще. Просыпаясь от беспокойного сна утром и слушая дыхание брата, Дин успокаивался и засыпая думал, что может еще не все потеряно. Так и в этот раз, закрыв глаза, Дин попробовал снова уснуть ну или притвориться спящим, чтобы еще хоть немного почувствовать это умиротворение и приятную тоску за прошлыми временами. Он засыпал, думая о том, что еще есть надежда все спасти, в том числе и ангела, что так тепло спит у него за спиной. Момент вставать настал через несколько минут, когда Кас, перевернувшись другим боком превратил их позу из братско-дружеской во что-то более неоднозначное, протерев глаза, охотник начал обдумывать обстановку и положение дел. По всей видимости было раннее утро, так как в салоне автобуса кроме Дина и водителя больше никого было не видать. Посмотрев в переднее водительское окно, он увидел, в проходе, судя по выпиравшим ступням, лежа на заводских сиденьях, устроилось еще двое, странно, вчера, на сколько заметил Дин, этих людей не было, что не могло не настораживать, но он подумал, что с этим можно разобраться и позже. Что касательно девушки, то она устроилась с ними в конце салона. Лежа под пледами рядом с Касом, она спала мирным сном. Немного отодвинувшись от спящего товарища, но не выпутываясь из пледов, Дин начал обдумывать расклад событий. Его мозговой штурм начался с прошлого дела, как раз того, что они с Касом закончили буквально вчера. Это было в Северной Дакоте. Сэм нашел объявления на местных новостных сайтах, и их строки прямо-таки кричали о наличии сверхъестественного вмешательства. Несколько, а если быть точным, на тот момент, уже 13 детей, были похищены при странных обстоятельствах, и «похищены» слово далеко не доказанное, скорее было уместнее сказать пропали, но СМИ руководствовались рапортами полиции, а та писала «похищены». Ну в общем, пропали при странных обстоятельствах, это всегда происходило ночью, но не раньше 12, из закрытых домов и квартир. При следствии в комнатах жертв всегда обнаруживались черные капли чего-то вязкого и липкого, их обнаруживали либо на подушке, где еще недавно спал ребенок, либо в ногах. Так же из странностей – все дети были примерно одного возраста – от 8 до 10 лет, пол не имел значение, как и цвет глаз или причастность их родителей к какому-либо действу – все это было не важно, но все же была одна главная общая деталь – схожесть, у всех жертв были светлые волосы, такие какие часто бывают у детей – прямо-таки пепельные. Ох и много же нервов им это дело помотало. Было решено, что на него поедут только Дин и Кас, а Сэм будет им всячески помогать и координировать из бункера, так как работы у него и тут немерено. Так и получилось, Сэм, как и в большинстве случаев, был мозгом операции и источником важной информации, а Кас и Дин ее непосредственными исполнителями, и как позже оказалось, еще и активными участниками всего происходящего уже на месте мракобесия. И вот Дину снова показалось как детский голос кричит и просит о помощи, как дрожит тот при слабых криках, заглушенных страхом быть услышанным не тем, кто его спасет, а монстром, чудищем, что готово без лишних прелюдий сделать больно. Вот черт, тряхнув головой, он подумал, что ни к чему вспоминать такое сейчас, только не сейчас, когда он так хорошо проснулся и выцепил кусочек утреннего спокойствия из этого всеобщего хаоса. Пришлось перевести мысли в другое русло, а об этом он додумает потом. Надо бы узнать где они сейчас едут, и как далеко им до ближайшей заправки, ведь не мешало бы умыться и переодеться после вчерашнего. Дин вообще был удивлен как их пустили лежать на какой-никакой постеле, в таком-то виде, и почему ничего не спросили. Что ж, это определенно будут одни из первых вопросов, что он задаст, но не сейчас, ведь все спят, и сам он, пока думал, снова сполз обратно на подушки для большего удобства раздумий, и уже опять чувствовал, как его стремительно клонит в сон. Во второй раз, Дин проснулся от того, что что-то, вероятно подушка, прилетела ему в лицо. Продрав глаза, он увидел, как на него смотрит рыжая девушка, недовольно прищурившись и с долей сарказма в голосе, она сказала: - Просыпайся, солнышко, вы же знаете, что загадили мне всю постель, – следующее, что увидел Дин, это как вторая подушка из ее рук летит в лицо Касу, и тот так же, с полным отсутствием понимания пространства, пытается определить нужно ли ему доставать оружие или нет. – Отличненько, теперь, когда вы проснулись попрошу вас встать с одеял и пересесть, может хоть какие-то клочки уцелели от вашей грязи. Поднявшись с постели, в то время как Кас немного поворочался и снова, словно его и не будили, лег на подушку, Дин, все же не смог сдержать любопытства, сев на оставшееся не занятое спящими телами свободное автобусное кресло, зевая он спросил: - Неужели тебе совсем не интересно почему мы все в грязи и еще, кажется, – Дин оглядел свою рубашку, – даже кровь где-то запеклась. - Если честно, - Лори быстро кинула на него взгляд карих глаз, - не-а, мало ли мы видели всяких, уж поверьте, вы не первые кого мы подвозим в состоянии мягко скажем не очень. - А вдруг мы убийцы какие или в бегах. - Ну тогда вам не повезло, Хосе, – и она показала рукой на мужчину за рулем, – знает карате, и уж поверьте случаи, когда его приходилась применять на практике – были, и все оборачивалось в нашу пользу. На это Дин лишь хмыкнул, он поразился такому бесстрашию, ведь это в корне не совпадало с их обычными постоянными проверками на безопасность среди охотников: серебро-святая вода-соль, но видимо меньше знаешь о тьме крепче спишь, хотя людей стоит опасаться не меньше. - А это кто, – кивнув в сторону задних сидений, на которых развалились два громко сопящих тела, спросил Дин. - Такие же как вы, – заплутавшие путники этого мира, ну а если короче, тоже два лоха, чья машина не вовремя сломалась, – и она с вызовом и явно на веселе, посмотрела на Дина. – Никогда не понимала людей склонных к поездкам на ненадежном транспорте. Ты согласен, Хосе? – крикнула она вперед, не заботясь о чьем-то сне. С водительского сидения полышалось утвердительное мычание и последующие слова о том, почему именно автобус надежней всех и всего. Пока водитель разглагольствовал о своей машине, Дин вспомнил почему был вынужден оставить свою детку в бункере, и полететь, господи прости, ПОЛЕТЕТЬ на самолете. Такое исключение он сделал лишь однажды и это было необходимо из-за демона, что должен был «путешествовать» по небу в поисках жертв, а в будущем подвергнуть жизнь смертельной опасности всего экипажа и пассажиров, хотя и тогда охотник всеми способами пытался избежать полета. На этом деле демона не было, но каждый день пропадали дети, а машиной, они бы ни за что не успели вовремя – к наступлению ночи, ведь именно ночью родители находили на все еще не остывших от тепла тел их детей кроватях голубые цветки. И вот снова в сознание заползли хриплые крики и полные отчаянные глаза, пришлось мотнуть головой, чтобы попытаться это унять и вернуться в реальный мир. Дорога была пустая, только иногда в поле зрения попадали небольшие кустики или деревья, но и те быстро растворялись в холмах местных ландшафтов. Небо, словно однотонная пелена, без единого пятнышка или облака, покрывало мир вокруг, не забывая накрыть и небольшой хиппстерский автобус, что уже часами колесил по дорогам штата, кстати, было бы не плохо все-таки узнать где они. Взглянув в телефон Дин увидел, что циферблат показывает 9.27 утра, а ниже на экране высвечиваются оповещения пропущенных звонков и сообщений от Сэма: «Дин, я кое-что нашел о следующем деле», «Черт, Дин, перезвони мне, это важно», «Дин, все нормально, где вы?» и все в таком духе. Открыв вкладку звонки, он набрал номер Сэма и стал ждать. Встав с кресла, он отошел в конец автобуса, где все еще, закутавшись в одеяла, спал Кас. Первым, что услышал Дин когда его брат взял трубку - это поток вопросов: - Дин, какого черта? Что случилось и где вы пропали? Я уж думал выезжать к вам на встречу, но не смог отследить ваши телефоны, – Сэм вывалил все это на брата в надежде получить вразумительные ответы. - Дааа, Сэм... – протянул Дин, – эта рухлять, что я взял в прокат, сломалась, и мы застряли в какой-то глуши, а отследить ты нас не смог потому что там не было даже гребаной связи. - Вот черт… - выпалил Сэм. - Мы сейчас едем в Южную Дакоту, нас любезно согласилась подвести банда местных сумасшедших, – при этих словах, он обернулся на девушку, что все это время сверлила его взглядом, и подмигнул ей, как бы возвращая должок за оскорбление «его» машины. - Дин, ты уверен, что все нормально, и вы доедите без происшествий? И как Кас? Судя по-вчерашнему с ним разговору, ему неплохо досталось, хоть он и пытался это скрыть. - Да, я знаю, он спит, все нормально, он сильный – справится… – Дин бросил на ангела взгляд. - На счет нового дела, – прервал безмолвное созерцания брата Сэм, – все подробности я уже скинул вам по почте, но Дин, там явно что-то не чисто, будьте аккуратней. - Как и всегда, Сэмми, как и всегда. – на этом он сбросил звонок, и еще немного подумав, направился к водителю расспрашивать о дороге и наконец выяснить как долго еще до ближайшей заправки. Водитель, как оказалось, был большим любителем порассказывать истории. Этот низкий на вид, смуглый пятидесятилетний мужчина, со светящимися темно-карими глазами, вмещал в себе что-то и от цыгана, и от американца, он производил вид человека, что при жизни был пропитан лучшими ее соками. В отличии от Лори, его все же заинтересовал такой потрепанный вид парней, но его любопытство не вышло за рамки вопроса: «Драка или что-то, о чем нельзя говорить?», на это Дин ответил лишь, что скорее второе, но проблем с законом это не предоставляет, водителя – Хосе, такой ответ вполне устроил, так что он снова, сосредоточился на дороге, и начал рассказ о местных окрестностях. - Вот это поле, – и он показал на правое от себя окно, – служило несколько десятков лет назад боевым фронтом, две армии пытались изничтожить одна другую без лишних колебаний. Мой дед был на этой войне, – он повернул голову к Дину, и в его глазах можно было уловить восторг, – он рассказывал мне истории о том, как днями сидел в окопах в надежде выпить воды. Тогда это поле не было усеяно рожью, там были сплошные воронки от снарядов и тела: живые, но чаще мертвые… - Эй, старик, хватит разглагольствовать, – кинула Лори мужчине, хлопнув Дина по плечу, она уселась рядом с ними, – этот рассказчик может много лапши на уши повесить, а то, что у него деда и в помине на войне не было, как и этой войны на этом самом поле это факт. - Ну не скажи, – возмутился уже седеющий мужчина, – может и не на этом поле, но война была, как и дед мой там был, а у тебя на губах молоко еще не обсохло, а ты уже и моих предков хоронишь. Странно, подумал Дин, Хосе говорит без акцента, но по его внешности и манере, можно сразу было уловить, что есть в этом человеке, что-то инородное. Больше не вслушиваясь в спор этих двоих, Дин перевел внимание на дорогу, все же он успел узнать, что до заправки осталось не так уж и много, так что пора бы и Каса разбудить. С этими мыслями он повернулся назад, и увидел, то, что повергло его в шок, а глаза заставило округлиться. В задней части автобуса стоял заспанный Кас, зевая и потягиваясь, тот был точно человек, за исключением одной детали, сзади у него были крылья – синие у основания и разноцветные у каждого пера. По форме они были точь-в-точь как тени в амбаре, когда они впервые встретились. Дин даже не сразу понял, что это не настоящие крылья, а граффити, в которое Кас так идеально вписался. Ангел стоял в центре разноцветного рисунка двух идеально подошедших ему крыльев и от этого вида у Дина пересохло в горле, а в сердце словно поставили новый мотор, заставляя его работать быстрее. - Все-таки я не ошиблась, на счет того, что он любит четверги, – тоже обернувшись, радостно воскликнула девушка. Дин не сразу понял ее шутки, хотя и понимать особо не собирался, он все еще отходил от того, что увидел. - Доброе утро, – прохрипел, помятым ото сна голосом Кас. И все же было не понятно, как они еще вчера не разглядели нарисованные на всю заднюю стену крылья.