Глава 7
25 января 2022 г., 17:24
Когда охотники вошли на порог жилища, перед ними открылась странная картина. Вокруг не было не звука, будто все разом оглохли. Шелест уличных деревьев пропал, как и шуршание колес по асфальту от проносящихся мимо, время от времени, машин – все было тихо. Сам дом, казалось, застыл, и по тому как угрожающе эта тишина окутывала все вокруг, он застыл в испуге.
- Мистер Джордан! – крикнул Дин с порога, но ему никто не ответил.
- Мистер Джордан, это агенты из ФБР! – но все еще безрезультатно, было тихо до боли в ушах.
- Дин справа, – прошептал, рядом стоящий Кас.
Посмотрев туда куда указал ему ангел, Дин увидел, как в широком проходе, вероятно, на кухню, виднелся силуэт стоящего к ним спиной человека. Находясь в центре комнаты обклеенной пестрыми желтыми обоями, он словно восковая статуя, не издавая никаких звуков, как и все в этом доме, запрокинув голову вверх, смотрел на побеленный потолок.
- Мистер Джордан, это ФБР, мы приехали как только смогли, – аккуратно продвигаясь вперед сказал тогда Дин. Казалось, мужчина, что был одет в белую футболку и пижамные клетчатые штаны, его даже не слышал. Казалось, что он даже не дышал – его плечи не поднимались от вдохов и не опускались при выдохах, и сам он будто гипсовая статуя – своим холодом нагонял ужас.
- Мистер Джордан… – подходя все ближе и ближе, шаг за шагом, Дин уже был практически у входа на кухню, что-то здесь не так.
- Стой, Дин! – и ангел схватил того за плечо, – думаю не стоит к нему подходить, я что-то чувствую, что-то плохое, с ним что-то не так, как и со всем этим местом…
Не успел Кас договорить, как мужчина перед ними, что секунду назад стоял неподвижно – затрясся, будто его тело прошибло разрядами тока. Следующее, что почувствовали охотники, это как весь дом словно взял озноб. Пол под их ногами, как и стены вокруг, перенявши сумасшествие своего хозяина, глухо дрожали и вибрировали. От давления, все, казалось, начало сужаться. А из-за кромешной тишины, из-за давящей на голову немоты, этот озноб, коим страдало теперь все находящее в доме, кроме двух охотников, воздействовал на голову еще больше, оставляя без каких-либо шансов на успех их попытки мыслить здраво. Так же без шансов остались и их усилия сдвинуться с места, да и усилиями это вряд ли назовешь. Пробираясь по всему телу, мороз страха, что уже нагонял неприятный зуд, словно захватив своими скользкими щупальцами мозг, выкинул оттуда какие-либо мысли о побеге или спасении, или о чем бы то было еще. Холод, что теперь словно источался из человека напротив, передался и им, теперь и они двое, словно примерзши к полу, не могли вдохнуть или хоть что-то попытаться сделать, чтобы прекратить это или сбежать. Все вокруг превратилось в переполненную сумасшествием и напряжением огромную каплю и казалось, еще немного и она не выдержит – лопнет, сотрет с лица земли Дина, что так и стоял посреди прохода в кухню, с открытыми в ужасе глазами, сотрет Каса, что все еще так и держал Дина за плечо в попытках остановить, тоже замерев рядом и уставившись затуманенным взором в пустоту.
Еще никогда Дин не чувствовал такого немого страха, такого холодного и непонятного. Тоже можно было сказать и про Каса, он вообще только недавно начал понимать эмоции, только недавно начал чувствовать, но даже этих знаний ему хватило, чтобы определить всю неправильность того страха, что сегодня захватил их. Ладони, что все это время держали оружие стали влажными и по телу проступил холодный пот. Казалось, это длилось вечность, но прошло от силы минуты две.
Но внезапно, все замерло… дрожь прекратилась… голову охватила холодная пустота, только тело, будто после прослушивания громкой музыки, все еще дрожало изнутри. В один миг, им показалось, что они оглохли, тишина дома ощущалась особенно остро, будто они стали ее новой частью. Почувствовав потерянность, охотники отвлеклись, они оторопели, растерялись… они не заметили, как мужчина в клетчатых штанах напротив, перестал биться в конвульсиях, они не заметили, как он повернулся к ним лицом, не заметили, как тот разглядывал из своим холодными отчужденными серыми глазами. Все-таки из колеи их выбило знатно.
Сжав пальцы на плече охотника, привлекая его внимание, Кас, все еще отходя от произошедшего, спросил:
- Дин, ты как? – его хриплый голос будто звучал из далека, как-то глухо.
- Нормально, – проглотив слюну, тихо сказал охотник, – ты?
- Тоже, – сказал короткое Кас и только тут они заметили, как их разглядывают серые глаза напротив стоящего мужчины.
Дин, как и Кас, мог поклясться, что никогда еще не видел таких глаз, точнее такого взгляда, точнее такого холода и безжизненности, которые источало лицо парня, словно перед ними стоял мертвец. Его щеки впали, а сам он шатко и бесформенно стоял, одетый в такую же бесформенную белую футболку, все на том же месте – посреди кухни обклеенной желтыми обоями, и то и дело скользил взглядом по находившимся напротив охотникам.
- Он сказал, что это вы виноваты в том, что Он забрал его, – тусклым, таким же как глаза, голосом начал мужчина, – Он сказал, что если бы не вы, Он бы мог его не забирать.
У Дина по спине пробежали мурашки, голос парня был словно что-то холодное, скользкое и омерзительное, словно слыша его, в ушную раковину заползал червь и шевелился там, щекоча своим холодным тельцем внутренности. Охотник почувствовал, как Кас подошел к нему ближе.
- Он сказал, что я должен запомнить и сказать вам то, что Он говорил мне. Он сказал, что это вас научит… – в голову пришло сравнение, что мужчина похож на воскрешенного вендиго человека из романа*, все слова были протянутыми и не четкими.
- Ты о чем, парень? – голос у Дина сел, но что имеет ввиду этот человек?
- Он сказал, что вы должны оставить его, вам его не победить и не побороть, вы ничто в сравнении с его силой, Он бог, а вы те, кто мешает богу, вы те, кто заслуживает кары за непослушание перед богом, – его монотонный голос сводил с ума.
- Как давно «Он» забрал твоего сына, Джордан? – спросил Кас.
Переведя взгляд с охотников на стену позади, мужчина, немного помолчав, вероятно, раздумывая:
- Совсем недавно… Он сказал, что вы виновны…
- Как недавно, Джордан? – спросил Дин.
Снова соскользнув взглядом с охотников назад – на стену, мужчина, сумасшедше улыбнувшись, ответил:
- Недавно…
Улыбка, что появилась на его лице не знаменовала ничего хорошего – и куда он постоянно переводит взгляд… Первым обернулся Кас, и прохрипев «Дин» он заставил того обернуться. На стене висел нарисованный на большом холсте портрет мальчика, его белые волосы будто выбиваясь из общих оттенков картины, светились бело-желтыми красками, а глаза играли на свету детскими искорками, «Чертовски живой портрет» - подумал Дин. Но что-то было не так, спустя мгновение, краска, словно топленое масло, начала медленно стекать по холсту превращая красивые черты ребенка, во что-то бесформенное. Первым поплыл правый глаз, за ним и нос, а потом и губы из красивой мальчишеской усмешки, превратились в корявое и бесформенное месиво. Краски перемешивались, превращая светлые волосы ребенка во что-то сотканное из грязных серых и коричневых оттенков. Видимо изначально художник покрыл холст черным, потому что теперь, когда краска, стекая с портрета капала на пол, на стене, взору открылся захватываемый темнотой изуродованный портрет мальчика. Лишь глаза, что теперь были, хаотично разбросанны по картине, светились, все теми же яркими искорками, что и раньше.
- Дин, я думаю нам стоит уходить, – просипел Кас, так и не выпуская плеча охотника из хватки ладони.
Сорвавшись с места, они побежали к выходу, что находился справа от них. Но попытка не увенчалась успехом. Дверь перед ними закрылась, а из кухни словно живой труп, покачиваясь вышел Джордан, в его спрятанной за спину руке, промелькнуло что-то блестящее, вероятно, металлическое.
- Он сказал, что вы должны услышать то, что Он вам передал, – будто и не заметив их попытки убежать сказал Джордан. Потом достав из-за спины руку, с вложенным в нее кухонным ножом, мужчина обернулся назад, было понятно, что он смотрит на изуродованный портрет сына.
- Мистер Джордан, – попытался Дин, – что бы вы не собирались сделать, думаю это того не стоит.
Кас видел, как по щеке мужчины пробежала слеза, как еле заметная улыбка очертила контуры пересохших бледных губ. Все еще глядя на сына, он поднял руку вверх, замахиваясь ножом, и впервые сорвавшись, воскликнул:
- Вы виноваты, что он забрал Шона, вы виноваты, что он забрал моего сына. Он просил вам передать, что вы наступили на хвост змее, и теперь она будет не только убегать, но еще и мстить, – сказал он, все еще стоя вполоборота к охотникам, из-за чего его футболка задралась и оголила небольшую часть спины. Можно было увидеть выведенные на ней желтой краской части узоров, какие-то волнообразные рисунки, Дин не смог понять, что это из себя представляло, было почти ничего не видно, зато понял Кас.
- Дин, нам надо срочно убираться отсюда, – быстро протараторив, он снова дернул дверь, но та не подчинилась.
- Что это такое? – спросил Дин, – Ты узнал эти символы?
- Да, это древнее заклинание, нам его уже не спасти…
В это время Джордан, глухо вскрикнув, вонзил нож себе в грудь, в самое сердце. Комнату озарила вспышка, на столько яркая и горячая, что казалось кожа вмиг покрылась ожогами. В следующий момент стало невозможно дышать, словно легкие залили бетоном. Во рту пересохло, а желудок сжало спазмом. Дин несколько раз чувствовал смерть, но подумал, что если это опять она, то на этот раз слишком медленно, слишком мучительно. Мышцы свело судорогой, все тянуло и ныло, казалось, еще немного и его вывернет на изнанку. Кас чувствовал тоже самое, его тело готово было разорваться, в голове шумело, а на глазах из-за давления выступили горячие слезы. Сквозь туманную пелену боли он видел, как Дин рядом с ним, вероятно, переживает то же самое, как тот хватался за свое тело в попытках прекратить это, наверное, его тоже разрывало изнутри. Боль будто специально накатывала волнами, дразня, доказывая, что конца этому не будет и всегда может быть еще хуже, еще больнее. Она пыталась вытолкнуть жизнь и сознание из их тел, она пыталась уничтожить то, что они из себя представляли, но Кас не мог этого допустить. Они нужны людям, чтобы закончить дело, они нужны миру чтобы отыскать эту тварь и убить ее раз и навсегда, они нужны Сэму, Дин нужен Сэму, Дин нужен его семье, Дин нужен… .
С этими мыслями Кас ухватился за плечи охотника и обернул руки вокруг них, так сильно, как только мог. Со стороны могло показаться будто он его обнимает, так крепко и так отчаянно как никогда никто не обнимал, но все это лишь чтобы не уронить его, чтобы не упустить, пока ангел, на остатках своих сил, перенесет того в безопасное место, или хоть куда-нибудь перенесет, чтобы больше не чувствовать этой боли. Сцепив зубы, Кас тогда подумал о крыльях, вероятно это последняя жертва с их стороны, потому что больше они за его спиной не появятся. По щеке стекла слеза, и даже Кас не в силах ответить, была она вызвана болью заклинания или чем-то еще, впрочем, это уже и не важно. Последнее, что Кас помнил перед тем как упасть в темноту, это как прохлада ночного ветра обдувала лицо, а безумный жар нещадно палил его спину.
Примечания:
"воскрешенный вендиго человек из романа" - имеется ввиду образ персонажа из романа американского писателя Стивена Кинга "Кладбище домашних животных"
