Третий не лишний

«М-м... Как больно... Что случилось? Что за странный запах... медикаментов? Я точно не в своей комнате, и эта кровать слишком твердая. Странные постукивания сзади, кто со мной в этой комнате? Так, старик, поднимайся. Открой глаза. Ну же, на раз, два... » Алекс сидела у кровати Рона в операционной Дениз с того момента, как его сюда принесли. Она нервно постукивала пяткой по мертвому кафелю, уставшими, но не теряющими бдительность глазами, глядя на вздымавшуюся грудь друга. Андерсон дышал, это главное. Изнутри девушку разъедала вина за то, что она так поступила с парнем, невольно став заложницей ситуации. Алекс оживилась, когда со стороны Рона послышалась возня и кряхтение. Мгновение, и шатен затих. — Рон? — Тихий голос Алекс как на зло дрогнул от его имени. Шайберт немного привстала, чтобы разглядеть его лицо. Она не видела его глаз полностью, но видела, что он хлопает ресницами, разглядывая летний пейзаж за деревянным окном. Еще мгновение, и он опять зашумел постелью, в попытках привстать, преодолевая головокружение и общую боль. — Рон! — Шайберт едва ли не плакала от счастья. — Боже, прости меня! Как ты? Все хорошо? Может, водички? — Брюнетка вмиг поднялась со стула и кинулась к привставшему Андерсону, садясь на его кровать рядом. Голос Шайберт, ее всё разом посыпавшиеся вопросы ударили в уши, сливаясь в неприятный узел шума. Он немного поморщился от неприятных ощущений, а затем ответил то, чего она так ждала. — Да, мне уже лучше... — Устало отвечает он, и его зеленые глаза спускаются вниз по ее лицу, зацепляя ее бархатные, не искусанные губы. Целоваться... Вот какое желание его накрывает и уносит за собой, но он пока не осознает это полностью. Поцеловаться именно с ней, а не с Энид, которая сейчас бродит где-то за стеной, давно позабыв о нем. Рон не замечает, как начинает тянуться вперед, сокращая между собой и девушкой расстояние. Андерсон ничего не мог поделать с собой, его тянуло к ней. Он закрывает свои глаза, желая просто почувствовать ее губы. В эти секунды он забыл о ноющей боли сзади, и о том, где он сейчас. Теплые чувства к девушке зарождались в нем, как первые подснежники весной. Он уже чувствовал, что близок к своей цели. Шайберт выпучила узкие глаза, ожидая ответ от друга. Она не отстранялась, когда тот тянулся, и когда был почти близок. Она в недоумении смотрела на него. Цветные глаза брюнетки спускались ниже, и она встала с кровати, отстраняясь. — А мне кажется, тебе стало только хуже, — фыркнула она. Неожиданно, она поднимает руки вверх, и быстро выбегает из комнаты, шарпая кедами. — Врача, врача! Позовите врача! Рону Андерсону нужен «антивозбуждин»! — Ч-черт! — выругался шатен в слух, и вмиг накрыл ладонями свою затвердевшую плоть, которая ясно выпирала из-под одеяла, смутив бедную Шайберт. Через секунду он почувствовал нежеланный прилив пустоты, он остался совсем один. Вновь эта неприятная боль в затылке, вокруг стало так серо, даже живой летний день за окном потемнел. Вечерело. Шайберт только возвращалась с Дэном домой после длительной прогулки. Хьюз ушел вперед по лестнице, а брюнетка решила заглянуть на кухню за стаканом воды. Заглянув туда, девушка обнаружила там гостью, Джесси. Блондинка просто сидела за столом, ожидая кого-то. — Здравствуйте мисс Андерсон. — в пол голоса поздоровалась Шайберт, виновато опустив глаза, подошла к умывальнику, вытягивая из шкафчика пустой стакан. — Привет Алекс. — Джесси устало улыбнулась девушке. — Вы кого-то ждете? — девушка слегка всполоснула посуду, и, преодолевая мелкий рост, поставила обратно. — Да, я жду Рика, — кивнула женщина. — он пошел проведать Джудит, она у вас такая милая... Ты уже была у Рона? Как он? Алекс хотела было уйти, но поняла, что игнорировать вопрос будет очень некрасиво. Сквозь стыд и вину она развернулась к блондинке. — Да, ему уже лучше, он проснулся. — Алекс не желала вдаваться в подробности, что именно заставило его встать, поэтому попыталась увести тему. — Простите меня еще раз, пожалуйста. Я не думала, что этот футбол мог так закончится... — Футбол? Сковородой? — Андерсон едва засмеялась от таких идей. — Мы не смогли найти мяч... Это была идея Дэна. — Ладно, все хорошо, не волнуйся. Главное, он жив, — Улыбка и добрый взгляд Джесси заставляли думать о лучшем. — Приходи к нам с ночевкой, когда Рон вернется. Он говорил, что давно этого хотел. Послышались тяжелые шаги по лестнице. Вышел мистер Граймс, и девушка поняла что ей пора уходить, не стоит сейчас мешать взрослым. Быстро кивнула Джесси, и, поздоровавшись с Риком, она пошла к себе на верх. Уже ближе у двери она начала слышать женский знакомый голос и редкое хихиканье. Чутье не подвело. За дверью оказались Энид с Карлом на кровати. Друзья что-то бурно обсуждали, пока оба не увидели уставшую Шайберт в дверях, тонувшую в сумерках. — Привет, Алекс. — чуть спокойнее первым поздоровался парень. — Привет Карл, привет Энид. — не улыбаясь, и даже не пытаясь натянуть улыбку, Алекс прошла в светлую комнату, начав разбирать свой черный небольшой рюкзак на столе. — Я... Пожалуй, пойду, — Энид так же стала заметно серьезнее, как и девушка, она встала с кровати, взяла свой ранец, и направилась к выходу. — До скорого. — Граймс проводил девушку взглядом, и поднялся за ней, чтобы закрыть дверь комнаты. Когда Энид уже была за порогом, Граймс заметил, как Шайберт кидает в его сторону недовольные взгляды, в которых читались частицы обиды. — Что? — спросил он, не убирая ладонь с ручки двери, — Ты еще обижаешься за тот случай? — Нет, — Алекс выдохнула, и отвернулась, продолжая возню в сумке. — просто пока твой друг лежит с головной болью в изоляторе, ты хихикаешь с его девушкой на кровати. — О-о нет, с Энид мы просто друзья, — Он позволил себе закатить голубые глаза, и немного приулыбнуться. — а вот твой «друг», в мое случае бывший друг, почти напал на меня тогда. — брюнет наконец отпустил ручку двери и сделал пару шагов в сторону. Девушка опять вздохнула, пытаясь собрать нужные мысли в голове. — Да, он виноват, — она резко развернулась, облокотившись о стол бедром. — он через чур ревнив, я ему это уже говорила, но на это есть причины! Ты слишком много времени проводишь с его девушкой, и он очень скучает по ней. — А я по тебе не очень скучаю? — Карл сощурил глаза, разводя руками. — Ты с ее парнем больше времени проводишь, чем даже с Дэном! По твоему, это тоже правильно? — А куда ему деваться, когда его девушка бегает за стенами с тобой? — То есть, ты винишь еще и её? — он опять сделал шаг, но в этот раз в сторону Алекс. — Ее я не виню, я не знаю, почему она так поступает. Может, у нее тоже есть веские причины, — Девушка ощутила повисшую на ней густую усталость, опустив голову вниз. — Я не хочу, что бы ты поступал так же. Если все же она тебе нравится, и это взаимно, попроси что бы она рассталась с ним. Нельзя быть одной ногой там, другой ногой здесь, я уж как нибудь буду стараться его поддерживать. Последние слова подруги застали Карла в расплох. Внутри закипела какое-то неприятное чувство. Появилось желание просто запереть ее в этой комнате, и никуда не отпускать, ни на какую ночевку к Андерсонам. — И как это ты собираешься его поддерживать? — Он повысил тон, постепенно приближаясь к девушке, — Сама станешь встречаться с ним, и заниматься всякими глупостями, как тогда у крыльца нашего дома ночью? — Тебя это будет как-то касаться? — брюнетка уловила злость в голосе друга, что заставило поднять голову на него. — И ты что, следил за нами тогда? Ему нужна была поддержка после того, как он увидел вас с Энид на гараже! — А ты это откуда знаешь? Значит, ты тоже следила? — Нет! Я искала тебя, что бы показать тебе первый цветущий гелиотроп! — Алекс заметила, как и сама начала повышать голос на парня, от чего сглотнула и попыталась говорить спокойней. — Послушай... Рон очень опасен в приступе ревности, и вообще это не приятно. Я не хочу, что бы он чувствовал ее, а еще я не хочу чувствовать, как за мной бегут, и затем резко всем весом прижимают к земле и... — Он домогался до тебя?... — последние слова девушки оборвали Карла настолько, что он распахнул голубые глаза и раскрыл рот. — Нет, нет! Все совсем не так! — Шайберт быстро замотала руками в отрицании. — Все, хватит, — Граймс окончательно поставил точку, — ты никуда не идешь. Мне еще не хватало, что бы и ты пострадала от чего рук. — Да мне плевать, что тебе там не хватает. — Это была последняя капля в девушке. Она ударила себя в грудь, — Я хочу пойти на эту ночевку, и я пойду на эту ночевку! Ты себе уже выбрал цель – Энид, вот и следи за ней! За себя я постою сама! — Нет! — громкое слово Карла разлетается чуть ли не эхом, а выражение лица, полное злости и раздражения, смотрит на замершую Шайберт. Он громко дышит сквозь стиснутые зубы. Выпускает весь негатив через бурное дыхание. В обрывках темноты он замечает, что цветные глаза его подруги, вжавшейся в стену, начинают лихорадочно блестеть от испуга. Её вид просил, заставил Граймса растаять перед ней, и осознать, что невозможные запреты и ограничения она не понимала. Пора бы уже объяснить, зачем он это делает, и отчего. Брюнет мотнул головой и быстро подошел к Шайберт. Парень нежно притянул ее за талию и спустил руки по её спине, прижимая к себе так, как только мог. Было желание спрятать этот драгоценный цветок ото всех глаз, которые только могли на него смотреть. Запереться в этой комнате с ней, и долго, долго не выходить, оставаясь наедине. — Прости, — в пол голоса, у ее самого уха сказал он, подарив почти невесомый поцелуй в лоб. — я просто очень тебя люблю, волнуюсь за тебя, понимаешь? Я ничего не могу с собой поделать... Будь осторожней. — От неприятной жгущей вины он опускает голову, щекоча девушку лохматыми волосами, давя теплым дыханием из носа прямо в нежную, еще не тронутую шею. Алекс же не сразу обняла своего друга. Она сначала внимательно слушала его слова и извинения, чувствуя, как его мальчишеская грудь часто и глубоко дышит, а сердце бьется в признании. Признании? Это ведь... Просто дружба, так? Шайберт не знала, но так хотела верить в эту любовь, которую он испытывал к ней. Казалось, что она тоже ревновала. По хрупкому тельцу пробежала дрожь, когда она почувствовала слабое дыхание на шее. Её руки потянулись к нему, и она ответила на его теплые объятия.