Потеряться в своих мыслях

"—Так. И почему это ты не готовишься к экзаменам?" Несмотря на то, что белые буквы на тёмно-сером облачке сообщения так и оставались обычными безликими буквами, в голове отчётливо прозвучала та самая интонация, с которой он всегда, пусть чаще шутливо, отчитывал её. Также эта интонация была спутником в тех ситуациях, когда она делала что-то по-своему, перед этим выслушав, как надо было. И обычно в такие моменты было весело. В животе кружилась прекрасные бабочки, с щёк не спадал лёгкий румянец, а глаза обоих сверкали так, что создавалось ощущение, что этот блеск видно аж из космоса. Но не сейчас. Сейчас половина первого ночи, а её сообщения почему-то стали отдавать мрачным послевкусием. Может быть он этого даже не видел, не чувствовал или просто не умел так же, как она, читать сообщения с нужной интонацией. Но её сейчас сжирали изнутри собственные мысли и все они противно показывали на кончиках больших пальцев, так и наровя прорваться к клавиатуре и объявить о своём присутствии, мол, смотри, она же не в порядке! Однако она упорно держалась от такого, а если что-то всё же прорывалось в диалог, ей всегда удавалось перевести это в шутку, звонко посмеяться, а после и вовсе перевести тему и внимание собеседника. "—Так. Почему это ты не готовишься к экзаменам?" Глаза зачем-то второй раз пробежались по сообщению, ответ на который она так и не могла напечатать. Вряд ли стоит говорить настоящую причину и из-за этого молчание её буквально выворачивало, к глазам подступали слёзы, в горле вставал ком, а всё тело начинало дрожать, будто перед ней её самый большой страх. Ах да, ночью от темноты никуда не спрячешься, так что и в этом есть доля правды. Наконец она собралась и отправила в ответ перевёрнутый вверх тормашками улыбающийся смайлик. Кто бы сомневался. Проще же спрятаться за улыбкой. Тем более в переписке, а не вовремя живого общения. Во второй ситуации шанс проколоться намного больше, чем в первой. Не скажет же она ему, что на самом деле останавливает её от подготовки. Что она не ленивая, а просто выгорела. Что любая мысль о будущем, даже очень близком, вселяет в неё такой ужас, какой ни от одного фильма ужасов не почувствуешь. Не будет говорить, что ужасно боится даже посмотреть на справочники, купленные для подготовки, потому что чувствует себя невероятно глупой и не способной даже на то, чтобы решить простейшие уравнение. Нет, всё же будущее пугало её больше всего. Что будет дальше? Где она будет через пять лет? Да хотя бы через неделю. Захочет ли он быть с ней  через год отношений? Она до сих пор не могла понять, что он в ней нашёл, ведь сама она ненавидела себя, своё отражение, глупые мысли и слова и свою фигуру. Порой ей казалось, что она наконец приняла себя, но через время она понимала, что это не так, что опять тянет сесть на диету "вода-и-хлеб", только без хлеба, чтобы не хапнуть избытка калорий. "—Я понимаю, ты у меня самая умная, но готовиться тоже надо" Страшно было и из-за того, что всегда была вероятность того, что она не сдаст экзамены на достаточный балл и не сможет поступить, разочарует родителей ещё больше. Пока пальцы опять не потянулись печатать что-то, что непременно вызвало вопросы и сомнения по поводу её адекватности, она желает ему спокойной ночи, обязательно с сердечком, нажимает кнопку блокировки и откидывает телефон на кровать, закрывая глаза руками. В наушниках неизменно играет плейлист с красноречивым названием "бляздец", только сильнее нагоняющий тоску и подгоняющий слёзы, стекающие по щекам. Она с детства не любила плакать, лёжа  на спине. Слёзы стекают в уши и от этого противно. Вот и сейчас она поворачивается на бок, чтобы смотреть на потухший экран телефона и пытаться сфокусироваться на тексте, а не мыслях. Опять засыпать в наушниках... "—Спокойной ночи, принцесса. Не забудь таймер сна поставить, а лучше не спи в наушниках" Она не забудет. Таймер на сорок пять минут... Заснёт через час. Если повезёт.