long nights

Первое июня. Начало долгожданного лета: нескончаемые выходные и бессонные ночи; обжигающие солнечные лучи, разноцветные футболки, стекающий по пальцам замороженный фруктовый сок и приятная прохлада переносных вентиляторов. Не любить яркое лето невозможно. Чонвон влюблен в каждый летний день. Влюблен в деревню в сотнях километров от шумной столицы, в аромат домашней еды, которую заботливо приготовила бабушка, и в солнечные лучи, играющие на его лице каждое утро. Чонвон влюблен в беззаботную жизнь и вольный полет собственных мыслей, когда больше не нагружаешь себя размышлениями о школе, репетиторах и не утопаешь в серых оттенках повседневной жизни. В этом году Чонвону исполнилось семнадцать, и никакие дружеские уговоры, иногда незаметно перетекающие в колкости насчет послушного бабушкиного внучка, не смогли остановить его. Уже тридцатого мая Ян неспешно перебирал недавно купленную летнюю одежду, решая, что взять с собой, а что попозже могут привезти родители; проверял, сколько снимков еще можно сделать на пленочный фотоаппарат, попутно отправляя отцу смс-ку с просьбой купить новую пленку; аккуратно упаковывал глиняную фигурку кота, которые так любила его бабушка. Весь день он испытывал неописуемый прилив сил и хорошего настроения, которое буквально окрыляло и вытесняло из головы всякие тревожные мысли. Тридцать первого мая он позволяет маме зацеловать его щеки на прощание, обещает ей звонить каждый день и нежно обнимает с просьбой сильно не скучать. В семейном автомобиле комфортная тишина, отец внимательно следит за дорогой, приоткрывает окна, чтобы избавиться от духоты в салоне, а Чонвон широко улыбается, превращая кошачьи глаза в щелочки, и шутит об испорченной ветром прическе. По пути они заезжают на заправку, парень спешит заказать в импровизированной кофейне освежающий лимонад с тремя кубиками льда, а отец в то время перебрасывается несколькими фразами с незнакомым мужчиной, который тоже кого-то ждал возле выхода. Чонвон никогда не понимал, как так легко можно завести какой-либо разговор с незнакомцем, которого ты видишь в первый и последний раз. К сожалению, Ян не был настолько же коммуникабельным человеком и не имел цели быть другом всему миру. Чонвон по своей натуре скорее мечтательный и замкнутый в собственном уютном мире человек. Он не был отшельником и не сторонился людей, у него была парочка друзей, и он может похвастаться хорошими отношениями с одноклассниками, но в основном юноша предпочитал провести время в компании своего пленочного фотоаппарата и наушников. Оставшийся путь к деревне они обсуждают разные направления в музыке, господин Ян делится школьными воспоминаниями о музыкальном кружке, где было всего два человека, а Чонвон спешит поделиться новостями из клуба фотографии, в который он недавно записался. Отец всегда поддерживал любые начинания сына и всегда желал быть для него тем человеком, перед которым не нужно кривить душой, поэтому внимательно вслушивался в каждую реплику юноши, иногда спрашивая какие-то детали. Время было около пяти часов вечера, когда они наконец-то приехали в деревню и припарковали автомобиль возле нужного дома. Бабушка встретила с распростертыми объятиями и лепетанием о том, как сильно она скучала по своему внуку, а дедушка только деловито сжимает протянутую юношей ладонь, следом взъерошивая его пшеничные волосы. В уютном небольшом домике чисто и пахнет чем-то пряным, будто кто-то недавно заваривал острую лапшу. На подоконнике умеренно сопел рыжий кот, продолжая вилять хвостом, но и не обращая никакого внимания на гостей. Отец собирается в обратный путь быстро, все-таки позволяя матери «незаметно» оставить на задних сиденьях машины несколько свертков с домашней выпечкой, и прощается с семьей, с легким сердцем оставляя сына в деревне. - Пока бабушка колдует на кухне, пойдем со мной на речку, - дедушка заботливо протягивает соломенную шляпу, и Чонвон не в силах отказаться. Ян неспешным шагом идет следом за дедушкой, осматриваясь вокруг в попытке заметить какие-то изменения. Но с прошлого лета изменилась разве что высота дикорастущей травы, и тропинка к речке стала уже. Легкая улыбка расцветает на его губах, когда они проходят мимо небольшой футбольной площадки, на которой Чонвон набил себе не одну шишку. Яркие детские воспоминания всплывают перед глазами, и юноша даже не пытается уловить нескольких произнесенных мужчиной слов. На речке раскрывается дедушкина тайна о заброшенных рыбацких сетях, а еще комары все также нещадно кусают все открытые участки кожи. Чонвон послушно помогает дедушке справиться с двумя сетками, заливается громким хохотом, когда одна из рыб умудряется выпрыгнуть из рук мужчины, напоследок сумев хвостом треснуть его по подбородку, будто мстя. И испытывает вселенское спокойствие. По пути домой парень несет красное ведро с рыбой и пытается уговорить мужчину приготовить фирменный рыбный суп, но дедушка хохочет, рассказывая, как закончилась его последняя готовка и как бабушка клялась больше не подпускать мужа к своей кухне, а все из-за сбежавшего молока, о котором мужчина благополучно забыл, отвлекшись на звонок лучшего друга. Ужин проходит в привычной спокойной обстановке, Чонвон рассказывает о своих последних новостях, с радостью отвечая на каждый вопрос родных, а потом и сам интересуется, что интересного успело произойти в деревне, пока его не было. Бабушка извещает о новом магазине, в котором много столичных продуктов, о том, что недавно к ним с концертом приезжала какая-то неизвестная группа, а дедушка жалуется, что речка стала грязнее и недавно сломалась его любимая удочка. Рыжий кот все это время спит на коленках парня, урча сквозь сон и согревая. В окружении родных Чонвон наконец-то позволяет всему грузу свалиться с его плеч и чувствует себя в своей комфортной зоне. Утро первого июня начинается в семь утра. Его будят солнечные лучи, что пробирались сквозь прозрачные шторы, и пение птиц, которые удобно расположились на ветках дерева неподалеку. Ян впервые за долгое время чувствует себя поистине счастливым, несмотря на ранний подъем. Энергия бьет фонтаном, заполняет каждую клеточку юного тела, и он еле сдерживается, чтобы уже не сесть на дедушкин велик и не поехать на свою любимую поляну чуть подальше от рисового поля. Бабушка в гостиной сюсюкается с котом, обещая ему скормить свежую рыбу, а дедушка с первыми лучами солнца отправился к лучшему другу помогать с завалившимся забором. И к небольшому сожалению парня, велик отправился вместе с дедушкой, а это значит, что поездка сегодня отменяется точно. Завтракать сладкими рисовыми лепешками со свежими фруктами, следом запивая все прохладным молоком, пожалуй, лучшее начало дня. И Чонвон счастлив находиться в деревне, где все иначе, где отдыхаешь не только телом, но и душой. После завтрака, развалившись на мягких подушках дивана рядом с бабушкой, Ян неожиданно вспоминает о купленной фигурке кота и спешит побыстрее отыскать ее среди еще неразобранных вещей, чтобы наконец подарить бабушке. И, видя искреннюю радость в ее глазах, он чувствует себя в сотни раз лучше. День медленно утекает сквозь пальцы, но парень не расстраивается. Он занимается раскладыванием вещей, роется в своих старых ящиках и находит множество различных игрушек, тетрадок с не особо удачными рисунками, а еще игрушечный фотоаппарат. Похоже, Чонвон с детства был влюблен в фотографии. Вечером, когда солнце уже медленно пряталось за горизонтом, окрашивая бескрайнее небо в яркий оранжевый с тонкой бордовой полоской у поверхности земли, Чонвон решает прогуляться с бабушкой к тому самому магазинчику, где, со слов женщины, много столичной еды. Путь оказывается длинным, но, разговорившись о всех последних сплетнях касательно их семьи, они и не заметили, как уже пришли к месту назначения. В маленьком магазинчике и правда оказалось много, как называет ее бабушка, столичной еды: различные онигири, разных вкусов лапша быстрого приготовления и даже комплексные обеды, которые нужно всего лишь разогреть в микроволновке. У Чонвона с собой достаточно денег, чтобы купить себе все, чего душа желает, и даже для бабушки с дедушкой хватит, но женщина упирается, не разрешает оплатить свои покупки и просит внука подождать ее на улице, пока она сходит еще в хозяйственный магазин. Ян топчется возле магазина, шлепанцем вырисовывая непонятные узоры на песке, и увлеченно жует любимый онигири с тунцом, не обращая ни на что внимание. - Эм… извини? – кто-то за спиной обращается к нему так внезапно, что парень давится рисом, протяжно закашливаясь. – Черт, извини, я не хотел тебя напугать. Кто-то несильно постукивает юношу по спине, и Ян слышит эти извиняющиеся нотки в мужском голосе. Придя в себя, он неспешно оборачивается и натыкается на парня, который с виду был совсем немного старше Чонвона. Незнакомец не выглядит как местный, наверное, его выдают дорогие кожаные сандалии и черная, накинутая поверх майки, рубашка. Вон подвисает, рассматривая парня напротив и позволяя шальной мысли промелькнуть где-то на кромке сознания. - У тебя не будет прикурить? – спрашивает незнакомец, но у Чонвона в голове мысли бушуют. Чужие ореховые глаза врезаются в память. - Прости, не курю, - буквально выдавливает из себя парень. В его руке все еще онигири, а незнакомый юноша глазами бегает от его лица к онигири и обратно. Ян даже тушуется от внимательного взгляда и резко отводит свой, снова начиная ковырять песок шлепанцем. Они стоят в неловкой тишине еще секунд пять, а затем чужие длинные пальцы неожиданно прикасаются к его левому уголку рта, и Чонвон теряется в пространстве, боязливо отстраняясь от темноволосого парня. - Оу, - неловко смеется тот, - у тебя была рисинка… - Спасибо? – Ян позволяет малиновому румянцу коснуться его пухлых щек и желанию провалиться сквозь землю овладеть всем телом. Но, к большей радости парня, бабушка окликает его с другого конца улицы, и он неуклюже откланивается от незнакомца, спешит к женщине. Они впервые встречаются первого июня. И расслабляюще пустая голова Чонвона наполняется десятками мыслей. Ночью уснуть не получается ни с первой, ни с двадцать первой попытки. Ян кипит глубоко внутри себя, подрываясь с кровати, и раздраженно меряет шагами комнату. Он не понимает, что происходит с ним и почему незнакомец так остро врезался в его память, заполнил мыслями о себе каждый свободный уголок чонвоновой головы. Чонвон помнит абсолютно все. Помнит красивый разрез ореховых глаз и маленькую очаровательную родинку под левым, покрытые блестящей гигиеничкой мягкие губы и красиво переливающиеся на последних солнечных лучах угольные волосы. Ян не может выбросить из своей головы секундное прикосновение чужих теплых пальцев, а еще еле ощутимый клубничный аромат; чувства, вызванные прикосновением. Парень хочет побыстрее уснуть, в надежде, что утром его мысли снова будут чисты, как лист бумаги, но сердце заходилось в бешеном ритме, посылая опьяняющую теплоту по всему телу только от воспоминаний. Чонвон никогда прежде не влюблялся и не знал, как это, поэтому сейчас, мучаясь в догадках, он в очередной раз укрывается с головой и мысленно молит всех святых наконец-то подарить ему необходимый сон. Но утром Вон просыпается разбитым и раздражительным. Солнечные лучи его бесили, хотелось завешать окна плотными шторами, а свежее молоко отдавало кислинкой. Особо не расщедриваясь на слова и объяснения, Ян одевает любимую футболку, которая была размера на три больше его, и собирает в рюкзак самое необходимое. Он обещает родным вернуться с заходом солнца и на велосипеде отправляется в свое самое любимое во всем мире место. Там-то он точно сможет привести свои мысли в порядок, а еще и пофотографирует, скорее всего, ведь обычно с поляны, которая расположилась на холме, открывались неописуемой красоты пейзажи, в которые не влюбиться было нереально. Дорога оказывается тяжелой, мышцы ног начинают ныть уже спустя десять минут, солнце набирает обороты, обжигает открытые участки кожи и печет в голову так, что в висках начинает пульсировать. Ему не хватило ума захватить с собой кепку, поэтому, мысленно ругая себя всеми известными словами, Чонвон продолжает крутить педали. Мысли из головы медленно, но уверенно начинают улетучиваться, оставляя после себя желанную пустоту, и Ян уже поглощен желанием сделать красивые фото, когда подъезжает к нужному холму. Подняться на велосипеде не получится, поэтому, слезая, парень еле удерживает равновесие на уставших ногах и из последних сил поднимается на поляну, волоча за собой и велосипед. Он уже представляет, как разваливается под тенью старого дуба и отдыхает от адского солнца, но, взобравшись, юноша останавливается на полпути, замечая какого-то человека под тем самым дубом. Бездумно бросив велосипед, Вон посеменил к дереву, всматриваясь в незнакомца. Чонвон теряет дар речи, когда узнает в человеке вчерашнего незнакомца, а желание плюнуть на все и раздраженно поплестись обратно домой с трудом получается затолкать подальше. Это будет как минимум странно, а как максимум Ян проделал такой длинный и тяжелый путь, что у него элементарно нет сил крутить педали, тем более начинается пик, самые жаркие часы. Он не уверен, что сможет добраться без происшествий, если уедет сейчас. Поэтому Вон просто подходит ближе и плюхается на траву рядом, спиной облокачиваясь о ствол дерева, и спешно прикрывает глаза. Он не сказал бы, что его состояние сразу же улучшилось, как только он оказался под тенью дерева, но голове стало куда легче. Да и надежда остаться незамеченным настолько прозрачная, что парень только считает секунды до их разговора.