Одержимость

      В сауне с каждой минутой становится все жарче. Эрен дышит через рот, прикрывая глаза. Он боится дотрагиваться до своей кожи, опасаясь, что она тут же сойдет с его костей, как лавина с гор. Хотя, конечно же, это физически невозможно, поэтому он осторожно кладет ладонь на бедро. Кажется, она сейчас приварится к его ноге. Косым взглядом он рассматривает других, гадая, не заметили ли они его ребяческого страха. Жан, как и Армин, с закрытыми глазами, глубоко дышали, с блаженным видом наслаждаясь нагретым воздухом. Леви, их босс, превратился в мокрую напряженную хмурую статую, иногда шевеля ноздрями. Йегер немного оборачивается, смотрит вверх, вспоминая о Конни, и тот подмигивает ему, вытирая полотенцем пот со лба. Взгляд Эрена не специально игнорирует Райнера, сидящего рядом с Аккерманом, просто так легче думать о… чем-либо. Не об этих сильных руках, конечно же нет. Эрен же не обречен навеки мечтать, чтобы чужие пальцы сжали его за волосы, немного потянув? Он убирает пряди, и они мокрыми горячими змейками скользят по лбу. Ему совершенно не хочется пройтись языком по гладкой твердой груди, чтобы обжечь язык о горячие капли. В его горле дикая едкая сухость, он с трудом сглатывает. В сжатых кулаках не зарождается скребущее желание дотронуться до мощных бедер и, раздвинув, оказаться между ними. Он точно не хочет, чтобы они сжались вокруг него. Эрен разминает шею.       Нет, он совершенно не думает, что немного одержим своим коллегой. Уже несколько месяцев его мысли не занимает новичок Райнер Браун.       Полотенце на его бедрах становится влажным и тяжелым, похожим на металлическую разогретую на солнце пластину. Эрен приподнимает ногу, чтобы совсем уж не показаться извращенцем и скрыть легкое, пока только щекотавшее где-то внутри желудок, возбуждение. У Райнера такой безучастный, направленный в никуда взгляд, и почему-то это распаляет еще сильней. Широкие блестящие в свете плечи Брауна медленно тягуче поднимаются и опускаются. Дух Эрена крошится на осколки. Ему никогда не доставляло удовольствия сдерживать свои позывы, но он впервые не хочет спугнуть объект своих желаний. Потому что Райнер, по его наблюдениям, с виду крепкий и серьезный, но явно мягкий на чувства человек. Эрен намекал как мог, но ответной реакции так и не дождался. Либо Райнер осознанно игнорировал именно Йегера, либо не был заинтересован в мужчинах в принципе. Второй вариант, естественно, Эрена пугал сильнее, чем хотелось бы. Потому что тогда у него вообще нет шансов. И его приставания тогда превратятся в несмешную шутку, и возможно, будут рассмотрены как откровенные домогательства.       Но пока Эрен еще не утратил надежды, хотя она и оседала внутри него, так же как пар в этой комнатке, и потихоньку источалась.       Он облизывает потрескавшиеся губы. Каждое моргание приносит небольшую резкую боль в глазах. Может, пора уже уйти? Скрыв ненадолго сознание в блуждающих мыслях, он не замечает, как вышли Армин и Конни. Пучок волос на голове, впитав всю влажность, неприятно оттягивает вниз. Но Райнер еще здесь. Сидит, сложив руки на груди, закрыв глаза. Расставив ноги чуть шире. Цепкий взгляд Эрена тут же падает на лежащее на них полотенце, сканируя небольшую выпуклость, прикидывая размеры. Зубы больно прикусывают внутреннюю сторону щеки. Эрен серьезно болен своей извращенностью. Он хватается за край скамейки, сдерживая себя, чтобы не встать, не поддастся чувству стыда на миг затопившее его, и не выйти из помещения.       Жан легко хлопает по влажной коже на спине Брауна (Эрен дергается, сжимает зубы) и, спустившись, покидает их редеющую компанию.       Этот дьявол может просидеть в этом аду вечность, как-то зло думает Эрен о своем боссе. Но Леви, к его удивлению, моргает пару раз, даже как-то внешне расслабившись и выходит, сказав напоследок, чтобы тоже не задерживались. Райнер приоткрывает один глаз, проводив начальника и, кивнув на реплику, снова погружается в себя.       Эрен не может в это поверить. Они точно вдвоем? Кажется, что за клубами пара все еще кто-то есть, но это лишь его разогретое сухим горячим воздухом воображение играет с ним в злые игры. Его рот тут же наполняется десятками слов и фраз, которые он хочет произнести, лишь бы на этот короткий период времени все внимание Райнера принадлежало лишь ему одному. Когда еще выпадет такой шанс? Но во рту только вязкая слюна, а в голове опасная жгучая пустота. И желание упасть перед Брауном на колени, хотя бы один разок увидеть его с этого ракурса.       Он ломается под своими мыслями, и хоронит совесть вместе с шансом иметь хоть какие-то адекватные отношения с Райнером, когда потакает своему желанию. Может его сейчас ударят? Он надеется на это, когда смотрит снизу вверх на Брауна, который видимо даже не услышал, как Эрен пошевелился. Чужие мускулистые ноги так удобно расставлены, и Эрен считает, что идеально смотрится между ними. Жар кожи обхватывает его, лишая последнего разумного зерна в сознании.       Он знает, что сейчас волшебство рассеется, потому что уже приподнимает руку с дрожащими пальцами, почти касаясь внутренней стороны бедра. Мускулы под кожей сжимаются от внезапного прикосновения, так отчетливо выделяются, что Эрен хочет погрузить в них свои пальцы. Он бросает на Райнера быстрый взгляд, затаив дыхание, не убрав мокрую ладонь с ноги. Эрен видит его всего. Все еще закрытые глаза, нахмуренные брови, напряженные скрещенные руки. Браун… позволяет, но не принимает. Но он бы уже оттолкнул Йегера, если бы не хотел? Эрену хватает и этого знания с головой.       Вопреки его храбрости, ему становится страшно. Эрен легко скользяще поглаживает, стараясь не думать и не тревожиться, наслаждаясь тем, до чего думал никогда не добраться. Насколько Браун позволит ему разгуляться? Эрен поднимает вторую руку, чтобы не искушать дотронуться до себя. Браун больше насторожен, чем возбужден. Эрен тянется под полотенце, прослеживает подушечками всю гладкость кожи бедра. Мышцы на животе Райнера дергаются, он рвано вдыхает разогретый воздух. Уже опасная зона или еще чуть-чуть можно? Эрен молится, когда совсем достигает выпуклости. Он даже не может понять, что горит. Его сердце или рука?       Райнер смотрит на него. Это происходит так неожиданно, Браун просто открывает глаза, что Эрен даже забывает вздрогнуть. Он медленно расцепляет сильные руки, опуская их на скамейку, по пути снимая полотенце. От жара у Эрена кружится голова. Происходящее ему кажется теперь хорошим сном, где бог имеет золотые глаза. Но член в его руке был таким реальным, плотным и тяжелым. Таким, каким он себе его пытался представить, но реальность, конечно же, оказывается в сто раз приятней фантазий.       Целую вечность они смотрят друг на друга, пока Эрен не двигает рукой, продолжая жадно наблюдать. Кадык Райнера подпрыгивает. Ноги Йегера немного разъезжаются по теплому деревянному полу. Второй рукой он продолжает исследовать подрагивающее упругое бедро. Во рту скапливается слюна. Он наклоняется и берет в рот сразу на половину, потому что это единственное, куда он может и хочет направить скопившуюся жидкость. Сверху чертыхаются. Внезапно услышанный хриплый голос бьет по низу Эрена наковальней. Он пережимает себя у основания до больных искр, только чтобы не закончить все слишком быстро. От его рта к багровой головке тянется слюна, когда он выпускает. Эрен пальцами размазывает ее по всему размеру, наблюдая как естественная смазка медленно выходит из конца. Он переживает о том факте, что Райнеру может это не нравиться. На лице Брауна не отражается то наслаждение, которое хотелось бы видеть. Там было больше волнения, каких-то неясных опасений и целая гора сомнений.       Эрен, не смотря на его больное желание, граничившее с животным, конечно же, хотел совсем не этого. Он медленно целует, стараясь через прикосновения успокоить, показать, что для него это серьезней, чем может казаться на первый взгляд. Тепло обхватить длинными паучьими пальцами, пройтись скользяще вверх-вниз. Дотронуться губами, применить язык, с радостью отметив сократившееся мышцы.       Неужели он был так груб в своих намеках, что отталкивал и не замечал этого? И в неудачах винил больше Райнера, чем себя? Браун, к счастью, готов дать ему еще один шанс. Иначе как объяснить, что его пальцы, до этого сжимавшие скамейку, вплелись во влажные волосы Эрена, направляя, легко надавливая.       Сначала Эрену кажется, что Райнер хочет его оттянуть, забрать то, что наконец заткнуло тысячу голосов в его уродливой голове. Эрен бы не выдержал этого шума снова. Он беззащитно мычит, жмурит глаза, собирая ртом всю влажность с горящей кожи члена. Райнер еле слышно стонет. Рука в волосах слабо подрагивает, ласково гладит как маленького бездомного щенка. Эрен льнет ближе, наплевав на свою гордость, на свое дрожащее тело, которое так же требовало внимания. Он усердно, под тяжелые чужие вздохи, двигает головой. Его сознание приятно раскалывается, когда Браун тянет его за волосы, отодвигая от себя. Эрен продолжает водить рукой, почти не ощущая падающие горячие капли на раскрасневшееся лицо. Если бы Райнер позволил, Йегер бы проглотил все.       Вероятно, горячая сауна расплавила не только мозг Эрена, но и Брауна. Избегая все внимание Йегера на работе, не замечая откровенности, что сияла маяком в зеленых глазах, он, скорее всего, ловко притворялся, играя в неприступного гордеца. Потому что игнорировать Йегера не может никто. И броня Брауна, наконец, спадает, превращая его в податливый мягкий пластилин.       Эрен держится за его ногу, как за якорь, пока доводит себя разрядки. Райнер не перебивает, не отталкивает, восстанавливая дыхание. Эрена накрывает штормом. Он так разгорячен моментом, что не сразу замечает, как выцеловывает внутреннюю сторону чужого бедра, ощущая губами мурашки, продолжая в рваном темпе двигать бедрами навстречу руке. Прикладывается лбом, проклиная невероятную жару, крупно вздрагивает, изливаясь. Мысли распадаются.       Он счастлив в этой жаркой боли. Счастлив, когда чужая тяжелая рука гладит его по голове, убирает волосы с мокрого лба, ласкает пальцами скулу. Когда он поднимает взгляд, то больше не видит на лице Райнера страхов и сомнений. — Знаешь, ты мог просто сказать, а не строить из себя павлина, — говорит Райнер. — Кто ж знал, что тебе не нравится флирт и намеки, — отвечает Эрен.       Райнер весело щурится, отчего у Йегера скачет что-то в груди, и тянет к нему руки. Эрен с готовностью приподнимается, на слабых ногах падает в объятья.