Белый заяц, с серой жизнью

Последние выдохи, ветер пробирающийся под каждую складку одежды, будто невидимые руки касаются тела, впиваються острыми холодными когтями,пронизывая до костей, а внутри ощущение будто этот холод корнями все дальше и глубже пронизывает до всех концов частей тела, остужает все ниже тело, а Ира лишь человек который не в силах даже дойти до подъезда. А как назло в ближайших ей подъездах не открыты двери либо имеют еще живые рабочие магниты. Тяжелый выдох и девушка преодолев еще расстояние, почти дойдя до места, куда честно говоря не хотела идти, не замечает камень после чего рухнула на землю. Усталось берёт верх, шатенка бы хотела залечь на этой сырой земле и оставить разлагаться своё тело, но что-то не давало. Казалось что бы Иру держало? Пропивший мозги отец? Мать которой нет? Школа, развитие? Пф. Не смешите. Или вы и вправду уверены что наша героиня верит в будущее? Что там будет лучше? 《Я верила и в детстве что будет лучше позже, но это детская сказка. В которую я больше не верю》 Дева сдирает кожу рук об камни и осколки от разбитой стеклянной бутылки "Dizzy" Шатенке не помогают, казалось как назло никого именно сейчас не было, хотя время было "самый пик движухи" Девушка забив на боль, приподнимается тем самым мелкие камни и осколки все сильнее впиваясь в кисть руки. Зеленоглазая жмурится он давящей в ребрах боли. Девушке не за что ухватиться, и все за что она хватается так это за ребра, на ноги доверия нет, она смотрит на землю, да бы не ебнуться снова, так как более чем уверенна что еще раз и она не встанет. Нет конечно встанет но не так быстро, а выглядеть жалкой со стороны не очень притягательно. *** Зайдя в квартиру, Ира пытается быть максимально тихо. Но слышит в закрытой комнате ржать будто коней, ну или точнее собутыльников отца. Шатенка быстро и незаметно пробегает в комнату. От кровоточащей руки на линолеум падают несколько капель крови. Закрывая дверь она садится на кровать, сделав это она более благополучно скатывается по стене.. Ребра будто скручивало, а рука сильнее жгла от порезов. Еле взяв себя в руки, зеленоглазая доползает до кровати. Взяв ремень, который когда-то был отца но перешёл в ее руки и для её быта оказывается закусанным в её зубах. А также и берет под кроватью одну из бутылок водки от отца, чтобы хоть как-то обрабатывать рану. На бинты и вату нету. Все что есть тряпье из старой простыни, но хотя бы им можно было и перевязать. Сжав кожаное изделие, она пытается вытаскивать стекло из кисти рук. Каждый оскол отдавал в руках покалыванием, но сильнее пронизывала боль от спирта что лился тут же на открытую рану. Водка шипела на руке. А ноги сводило, ремень казалось вот вот Ира прокусит. *** Несколько мучительных минут, пальцы сводило от количества спирта и как трудно было вынимать все осколки. Кровь ещё и покрывала сверху участки мелких осколков. Ира более закончив уже перевязывает все оборванным тряпьем. На куске простыни свисающей с кровати лежит горсть стекла, перемешанное с кровью. Ира видит дырку между общей кучей простыни и уголком который лежал, и разрывает его. Принимать силу больнее так как это начинает давить на перевязанную рану. Но благо разрыв ткани даётся легко. Ира завязывает ткань в мелкий мешок со стеклом, на дне которого красное пятно. Встав уже более вроде увереннее, Ира переодеваться в черное худи. Как за дверью слышаться удивлённые незнакомые мужские голоса. Ира быстрее одеваясь и пряча мешок со стеклом и все остальные атрибуты, ремень водка и остальное, в секунду успевает как в ней в комнату вливается в хлам зажравшийся отец который красными вылупившимися глазами смотрит, начиная орать что за срач в коридоре и что за капли дерьма на полу. Мужланы сзади даже вроде и не смотрят. Пока один из них "пытается заступиться" за деваху, после многочисленных оскорблений в её сторону. –Дима-ас не слишком ли грубо а? Малая та. Отец поворачивается к мужику скашивая голову на бок спрашивая. -Те чё блядь? Жаль эту свинью ? Ну раз жаль так забери эту тварь подзаборную к себе. Мужик тут же замолкает зная что ему Ира нахуй не сдалась, а сказать нечего. Та и папка щас с развязанным языком и руками, на многое сейчас способен, спорить никому из присутствующих не сдалось. --То то же. Папаша возвращает взгляд на дочь. --Чтобы блядь когда я пришёл все полы чтоб отдраила, каждый угол проверю. Зеленоглазая молчит. -Ты че глухая блядь? Я кому нахуй говорю?! –Да, хорошо. Иру раздражало это примыкание и подчинение. В "доме" всегда царило будто правило. 《Кто сильнее тот и прав тот и главный》 А прямым текстом. Не подчинишься тебе же хуже. Захлопнув входную дверь, Ира проглатывает все оскорбления, не плачет, а просто таращиться на дверь в которую все ушли. Хочется разорвать все что попадается на глаза и всех кто раздражал. А первой же целью и был бы отец. Но как же блядь выводило еще сильнее что сил Иры не хватит чтоб въебать якобы "родному человеку" Зеленоглазая делает замах себе по шее, царапая ногтями почти крови. Кожа начинает гореть а нервы отвлекаются на это. Еще два замаха и шея начинает жечь будто на неё облили горячую воду. Почти кипяток. Но Шатенка приходит в норму. 3 замаха и спокойствие само приходит. Моральное спокойствие. А вот физически увы его уж слишком сложно добиться. Ребра успокоились а раны вроде перестали кровоточить. Сейчас лишь жгла шея. Пройдя по коридору засраному бутылками в туалет, Ира берёт в углу швабру и мочит её. Выходить к месту, где всего немного мелких капель застывшей бордовой жидкости.