Разрывной борщ или как обрести счастье

      Ребята медленно шагали по дороге. Злата шла за руку с Ваней, разглядывая дома вокруг. Карина фотографировала котиков, которых они встречали. Коля и Сережа что-то обсуждали, пытаясь друга включить в свой диалог. Бессмертных не хотел участвовать в этом, поэтому молчал и кивал головой, тихо радуясь тому что идет за руку с Архиповой. Аня же просто ковыляла сзади всех. Пели птицы. Голубое небо приветливо улыбалось облаками. Солнышко ощутимо пригревало. " — Начало мая, как-никак," — подумалось Марфиной.       Пройдя по тропинке, на которую указал старичок, который встретился на пути ребят, они все же вышли к озеру. Голубая вода плескалась о берега, крона листьев весело шелестела. — Как здесь красиво, — проговорила Злата. Ребята согласно кивнули. — Вода холодная, неудивительно, почему она такая прозрачная. Но пить бы я ее не стал, — сказал Пешков. — Мало ли что придает ей такой цвет. — О, а вон полянка, давайте туда пойдем? Сможем в мяч поиграть, — предложила Карина. — Лови! Коля! — Ваня отбил волейбольный мяч. Коля поймал и передал его Злате. Злата не рассчитав немного силу перекинула и мяч улетел в воду. — Ничего страшного я схожу, — улыбнулась Аня.       Сняв кроссовки, а затем и носки, девушка зашла в воду. Хорошо, что мяч улетел на глубину, где было по колено. — Он у меня! — крикнула она.       Вдруг оступившись, Марфина ушла под воду с головой. — Аня!!! — крикнула Карина. Ребята понеслись к водоему. — Все хорошо, — вынырнула подруга. Губы девушки были бледные, но она улыбалась, держа мяч перед собой. — Быстрее выходи, — волновалась Злата.       Ступив на сушу, Аня рассмеялась. — Да все хорошо, там просто ямка оказалась. Я оступилась и вот. Не переживайте, — врала она. На самом деле бармен очень замерзла и испугалась. На улице подул ветер. " — Как и обещали, северный," — подумала Аня, вздрогнув. — Ты вся мокрая, — наконец сказал Коля. В его глазах читалось беспокойство, хотелось убежать и скрыться, чтобы никто не видел ее такую мокрую и жалкую. — Ань, пойдем домой? — сказала Злата. — Все хорошо, высохну сейчас под солнцем, — улыбнулась она, а в перед глазами все еще было голубое небо под толщей ледяной воды. — Коля, ну скажи ей, — хором произнесли друзья. — Они правы, Еж, — касаясь ее плеча ответил парень. — Ты же ледяная. Блять! Аня! — Да хватит за меня так волноваться, — рассерженно уже фыркнула она. — Все нормально. Я высохну. Давайте дальше играть. — Нет, — словно мать, Архипова уперла руки в боки.       Аня не знала, что больше ее злило. То что, они не верили ее вранью или то, что она сама боялась показать свой страх и разрыдаться прямо тут. — Да ебучий случай! — вскрикнула Марфина, ощупывая свой рюкзак на наличие сигарет и зажигалки. Взяв сигарету, она подожгла ее.       Девушка плюхнулась на лавку, которая стояла под деревом. Из рта вырвался клуб дыма. Первая сигарета за два дня. Голова приятно закружилась. Мышцы расслабились. — Ребят, давайте без этой опеки. Меня это бесит. Вот правда. Я понимаю, вы переживаете, но не нужно. Я взрослый человек, — как можно спокойнее проговорила Аня. — Меня эта опека уже заебала. Родители раньше мне мозг ебали, теперь вы будете? Пожалуйста, не нужно. — Заболеешь ведь, — как можно мягче сказала гитаристка. — Ань, правда. Пойдем. Тебе минимум надо в сухое переодеться.       Прикрыв глаза, Марфина вдохнула как можно глубже никотиновый дым: — Ладно, я сейчас докурю и пойдем.       Спустя полчаса они уже сидели в доме за столом. Все молчали, пытаясь понять что с подругой. Лебедев нервничал как черт. Казалось, что он в пружину свернет ложку, которую вертит в руках уже вторую минуту. Аня же сама сидела и как ни в чем не бывало пила чай. — Че вы такие грустные то? Кислые. Даже Серега, — выгнула брови она. — Может посмотрим что-нибудь? — предложила Карина. — Можно. А что? — спросил Пешков. — Ну, а что на счет черно-белых фильмов? Как вы к ним дышите? — сказала Аня. — Нейтрально, — пожал плечами Ваня. — «В джазе только девушки» можно. О, или «Поющие под дождем». Мои любимые фильмы, — улыбнулась Марфина. — Хотя нет. Давайте на гитаре поиграем. — У меня нет настроения играть, — шмыгнула носом Злата. — Не беда, я буду играть, — все еще улыбалась подруга. — Ты тоже умеешь играть на гитаре? — удивленно спросил Лебедев. — Вообще-то да, — фыркнула Аня. — Но заранее простите за ваши уши. Я не умею петь.       Друзья переглянулись. Принеся Златину гитару, девушка уселась на подушку на полу. Настроив инструмент, бармен начала играть:  — Меня не существует, я придуман собой Касаясь твоих рук я заглушу свою боль Ана-на, ана-на, ана-на, ана-на А ночью я испорчу каждый мир, даже свой Любить тебя, как перестать дружить с головой Ана-на, ана-на, ана-на, ана-на       На глаза девушек навернулись слезы. Парни же удивленно сидели и смотрели. Голос девушки отдавал хрипотой, где-то она не попадала в ноты, но выглядело это весьма красиво и даже уютно.

Близко тонет, вижу, не помогу Своё тело, мысли, тяну ко дну Знаешь завтра, может быть всё пройдёт Но я не хочу вперёд, но я не хочу вперёд Меня не существует, я придуман собой Касаясь твоих рук я заглушу свою боль Ана-на, ана-на, ана-на, ана-на А ночью я испорчу каждый мир, даже свой Любить тебя, как перестать дружить с головой Ана-на, ана-на, ана-на, ана-на

      В полумраке все вокруг было красивее. На улице пошел дождь. Большие капли барабанили по стеклам, где-то послышался гром. Совсем тихо. Аня закончила петь. Подняв глаза, она встретилась взглядом с Колей. Ей показалось, что этот взгляд она не забудет никогда, потому что эти карие глаза смотрели с такой грустью, что сердце щемило только так, но при этом была и нежность, такая теплая, казалось, что она невидимо обнимала, укрывая теплым пледом в клетку. — Ты не говорила, что умеешь такое, — тихо проговорил Лебедев. — А ты и не спрашивал, — пожала она плечами. Лицо девушки сначала побледнело, а затем покраснело. Аня встала, предварительно отложив гитару, и направилась к столешнице, чтобы попить. Но на подходе, уже не справившись с тем, что темнеет в глазах, упала в обморок. — Аня! — Коля кинулся к девушке. Потрогал ее лоб. — Да она горит вся. — Температура… — сказала Злата. — Надо в аптеку. — Я схожу, — проговорил Ваня. — Но на улице дождь, сам ведь простудишься, — чуть ли не плача, взмолилась Архипова. — На машине ведь можно, — предложил Сергей. — Я умею водить. — Погнали, — кивнул Иван.       Друзья удалились. Коля перенес свою девушку на кровать. Карина сделала компресс из полотенца, смоченного водой, Злата налила теплой воды в стакан и поставила на прикроватную тумбу. — Коль, на тебе вообще нет лица, — коснулась плеча друга Кириллова. — Вот почему, она не послушала? Надо было силой ее в теплую ванную засунуть, — смотря на Аню, проговорил он.       До глубокой ночи они сидели вокруг Марфиной, обтирая кожу водой с разведенным в ней уксусом. Дождь все шел. С каждым часом усиливаясь. К двенадцати ночи, он немного стих, изредка постукивая своими каплями по крыше. — Майские грозы, — прохрипела Аня. — Еж. Ежик, ты так напугала нас, — вскочил стример. — Меня больше всех. — Простите, — виновато улыбнулась она. — Мне жаль, что я испортила вам отдых… Прости меня…       Бармен шмыгнула носом, залезая под одеяло с головой. — Ты чего? Совсем что ли? Аня, эй, ну, ты чего? — поглаживая спрашивал Коля. — Ты плачешь что ли?       Девушка молчала, лишь изредка всхлипывая. — Ну вылезай, Ежик, — парень медленно снял с нее одеяло. Он увидел сжавшийся комочек из огромной черной футболки и пепельных волос. Девушка дрожала. — Анечка, солнышко, ну ты даешь, блин. Иди ко мне.       Она покачала отрицательно головой. Пожав плечами, он сам приподняли и прижал к себе: — Если хочешь плакать — плачь. Слышишь? — Я-я-я такая отвратительная, простите меня, — начала шептать, прижимаясь к нему, Аня. — Прости меня. Я-я-я-я. такая ужасная… — Ты нормальная, — поглаживая девушку по голове и спине, приговаривал он. — Ты самая замечательная, самая добрая, милая, умная, креативная, веселая. Ежик, я тобой восхищаюсь. Правда. Уверен, ребята тоже.       Бармен продолжала всхлипывать и дрожать в руках парня. Вдруг прогремело. Свет погас на долю секунды. — Коль… — М? — Я грозы боюсь. Это так глупо. — Нет. Не глупо. Я темноты боюсь, поэтому сплю либо с ночником, либо днем. Ночью кошмары начинают снится без света или если я один. — Правда? — Да. Я тебя защищу от грома. — Дурак. Интересно, как? — О, ты вернулась. Наплакалась? Или еще планируешь? Просто если еще, то надо высморкаться, а то задохнешься в своих соплях. — Коля. — Понял. Принял, — улыбнулся он, целуя в макушку Аню. — Как думаешь, с ней все будет хорошо? — спросила Злата лежа в объятиях Вани. — Да, Коля на страже ведь. Он сам понимает какого это, — ответил парень, поглаживая по руке Архипову. — Можно с тобой поговорить по-честному, но так, чтоб никто не узнал? - Злата чуть приподняла голову, чтоб смотреть Ване прямо в глаза. — Конечно, — парень тут же посерьёзнел. — Коля хороший человек? Ты не подумай, я не сомневаюсь в нем, как и во всех вас, — быстро прибавила гитаристка, увидев, как у русоволосого вопросительно округляются глаза, — я просто очень боюсь за подругу. Столько всего нехорошего с ней происходило, столько людей мерзких попадалось, что я боюсь, что она не справится с еще одним. — Злат, Коля, конечно, бывает грубоват и шутит сомнительно, но он ни за что не сделает больно тем, кто ему дорог, — твердо сказал Бессмертных, в любой другой ситуации он бы застеснялся от такого долгого зрительного контакта с этой девушкой, но ему настолько хотелось, чтоб она поверила его словам, что парень не отрывал глаз. — Прости, я правда не сомневаюсь в вас троих, просто все так быстро происходит, — тихо проговорила Архипова и опустила глаза. Хотелось плакать.       Ваня чуть крепче прижал к себе гитаристку, в его голове проносилось миллион мыслей сразу. Хоть она и сказала, что не сомневается ни в ком из парней, но почему-то стало тревожно. Неужели она думает, что Коля может предать или поиграть с чувствами? Неужели она думает, что так может поступить и он?.. Парню не хватило смелости, чтоб спросить, он просто продолжил обнимать девушку, пока та не уснула. Ваня взял ее на руки и понес в их комнату. Ему самому спать не хотелось, поэтому он уложил Злату в кровать, а сам залипал в телефоне, слушая «Космонавтов нет».       Утро принесло ребятам тревогу. В доме царила напряженная атмосфера. Коля ни на секунду не отходил от не на шутку разболевшейся Ани. Девушка все старалась его убедить, что все хорошо, но каждый раз ее пламенную речь прерывал жуткий кашель. — Ежик, тебя надо везти в больницу, — Коля беспокоился все больше. — Не неси фигни, выздоровлю и так. Все в порядке. — Хотя бы врача вызову. Можно? — взмолился парень. — Вызывай, — пробурчала Марфина, перевернулась так, чтобы быть спиной к Коле и укрылась одеялом по подбородок.       Спустя несколько часов до них все же добралась скорая. Девушке прописали антибиотики и полный покой. Лебедев внимательно выслушивал советы врача, а после самолично отправился в аптеку за всеми лекарствами. Аня уснула, но периодически в комнату к ней заходила то Карина, то Злата, проверяя подругу.       Между Ваней и Златой повис некий холодок. После последнего разговора обоим было некомфортно. Архипова злилась, что ляпнула какую-то чушь, а Бессмертных никак не мог выкинуть из головы мысль о том, что девушка может сомневается в нем, а может даже и бояться. Ирония в том, что единственный человек, который мог помочь им, валялся с температурой.       Карина и Сережа предпочитали не лезть. Они стали очень много времени проводить вместе, из-за чего появилось огромное количество локальных шуток, которые никто, кроме них не понимал. Злата смотрела на них с восторгом. И вновь ругала себя, что так испортила их с Ваней общение.       К вечеру Марфиной стало лучше и она уже смогла даже выйти в гостинную чтобы поужинать со всеми. Синие круги под глазами и бледная кожа придавали этакий гранж ей. — Это самое вкусное пюре, которое я только ел, — улыбнулся Пешков, вылизав тарелку. — Да ладно, самое обычное, — смущенно улыбнулась Карина.       Аня со Златой довольно переглянулись. Ваня же молча прожигал свою тарелку, все больше погружаясь в свои мысли. Архипова видела это, но не знала что делать. Она намеревалась после ужина поговорить тет-а-тет с Марфиной. Коля в свою очередь отсыпался в их комнате.       После того, как они поели, ребята разбрелись по своим комнатам. Аня же просто осталась валяться на диване, переключая каналы на плазме. Архипова выглянула из прохода, удостовериваясь в том, что никого нет по близости и подошла к подруге. — Ань, можно с тобой поговорить? — еле слышно проговорила Злата. — Да, конечно, — удивленно хлопая глазами, ответила Марфина. — Недавно, я спросила у Вани кое-что и он, будто бы расстроился или рассердился на меня.       Аня сидела и непонимающе хлопала глазами, пытаясь понять своим болеющим мозгом, что от нее хочет подруга. — Он тебе что сказал? — Да ничего, просто, я чувствую напряжение между нами. Мне кажется, что я ляпнула что-то, что задело его, — шмыгая носом, ответила Злата. — Просто поговори с ним еще раз, — пожала плечами подруга. — Скажи, что тебе кажется что так-то и так-то. Что ты не хотела его обидеть и задеть как-то. — Да я говорила, но я уже не знаю, что еще можно сказать. — Какая разница? Еще раз поговорите просто с ним, в какой-нибудь интимной обстановке. — В смысле? — В смысле позови его на прогулку или посидеть на улице и на звезды посмотреть. — Я стесняюсь…       Глаза бармена стали по пять рублей. Аня рассмеялась: — Злат, дело не в том, что ты стесняешься, а в том, что ты либо хочешь решить вопрос, либо нет. Тут сама выбирай. Дело твое. — Ты права, — печально вздохнула Архипова. — Я поговорю с ним, обязательно. — Ну вот! Так держать, — кивнула подруга. — А ты что тут делаешь? — послышался голос Лебедева. — А что мне уже нельзя посмотреть телевизор? — хмыкнула Аня. — В комнате есть же он, — парень подошел ближе. — Я не хотела тебя будить, — уклончиво ответила Марфина. Злата под шумок ушла к себе в комнату, где валялся Иван. — Ты не разбудила бы меня, — Коля сел рядом. — Как ты себя чувствуешь? — Уже лучше, спасибо. А когда мы домой поедем? — Ты домой хочешь? — Нет, просто…       Аня замялась. Ей не хотелось, чтобы все это заканчивалось. Чтобы они уехали домой, где будут спать в разных кроватях, замерзая без объятий друг друга. — Что? Ежик, ты чего такая грустная? — Просто это скоро закончится да? Злата не будет так часто с Ваней. Карина уедет десятого числа, Сережа грустить будет, потому что они явно друг другу приглянулись. Мы со Златой выйдем на работу. Мы не будем с тобой так часто проводить время… — А, так ты про это? Я буду к тебе приезжать. Да и тем более, Ваня живет в соседнем подъезде. Не переживай, — парень обнял ее, поглаживая по спине. — Точно? — словно ребенок, спросила Аня. — Да, — улыбнулся Коля.       По его телу разлилось тепло, от которого хотелось петь и танцевать.       Злата зашла в комнату. Ваня лежал на кровати, держа в руках телефон. Он поднял глаза на вошедшую и чуть улыбнулся, стукнув ладонью по свободному месту рядом. Злата облегченно выдохнула и поспешила лечь рядом с парнем. — Можно с тобой серьезно поговорить? — аккуратно поинтересовалась девушка. — Конечно, — русоволосый явно напрягся, ведь этот вопрос не сулил ничего хорошего. — Почему ты вдруг стал холоден ко мне? Я сделала что-то не так? — Архипова еле-еле держалась, чтоб не заплакать и не уткнуться парню в плечо. — Скажи честно, ты во мне сомневаешься? Боишься, что поиграю с тобой и уйду? — Ваня был очень серьёзен, но не зол, как казалось до этого. — Нет! Я не понимаю, с чего ты это взял, — умоляющим тоном произнесла девушка и приняла сидячее положение. — Ты же допустила мысль о том, что Коля может оставить Аню, значит, ты и обо мне так думаешь. Поэтому так отстраняешься, когда я пытаюсь быть ближе. Ты не стесняешься, ты боишься меня, — грустно покачал головой стример. — Это не так, — шепотом возразила гитаристка, глаза предательски защипало, — Я просто не могу понять, что тебе нужно от меня. Я будто в невесомости и не знаю, как выйти из этого состояния.       Вдруг до Вани дошло. Нет, она не его боится, она саму себя боится. Это было не сомнение в нем, а сомнение в реальности происходящего. Бессмертных чуть приподнялся и со спины обнял девушку. — Мне нужно, чтоб ты всегда была счастлива, потому что ты невероятная, когда улыбаешься, — от его шепота по телу Архиповой прошли мурашки. Она будто таяла в его руках. Девушка повернулась лицом к Ване, обвив руками его шею.       Мысли в голове путались, сердце стучало, словно бешеное. Вдруг парень чуть отстранился и приподнял лицо Архиповой за подбородок. Он долго смотрел в ее глаза, наполненные слезами, потом перевёл взгляд на губы, чуть задержавшись на них, он вновь посмотрел Злате в глаза, будто выискивая одобрение. Спустя пару секунд их губы соприкоснулись, так аккуратно и невесомо, что казалось, будто все нереально. Одной рукой Ваня держал девушку за талию, а другой поглаживал по щеке.       Время застыло, а потом и вовсе перестало существовать для этих двоих. Парень требовательно пододвинул Архипову ближе к себе, извернувшись, он уложил ее на кровать, а сам навис над ней, разрывая поцелуй.       Казалось, что от каждого их соприкосновения возникали молнии, которые проходились разрядами по каждому миллиметру кожи. В голове стояла звенящая, оглушающая тишина, в грудной клетке будто взрывались фейерверки. Они смотрели друг на друга и не могли насмотреться, секунды одновременно складывались в бесконечность и утекали, словно песок. Обоим хотелось, чтоб этот момент длился вечность, однако все хорошее когда-то кончается.       В комнату резко открылась дверь. — Ванек, я в магаз. оооой, бляяяяять, извините, — в проходе показался Коля, ошарашенный увиденным, он не понимал, что ему следует сделать. То ли закрыть нахер дверь и убежать все рассказать Ане, то ли помешать и спросить то, что он хотел.       Момент был упущен. Бессмертных резко спрыгнул с кровати, весь красный и взъерошенный. Злата осталась лежать на кровати и удивленно хлопать глазами, краснея и бледнея попеременно.       Ваня вытолкал друга за порог комнаты, вышел вместе с ним и закрыл дверь. В нем закипала злость за то, что им так нагло помешали. Парень гневно смотрел на Лебедева, ожидая оправданий или хотя бы извинений. — Вы… вместе? Или че это щас было? — Коля не знал смеяться ему, извиняться или убегать. Ему, конечно, было ужасно смешно, но взгляд друга и его кулаки, которые он то сжимал, то разжимал, были явно признаком чего-то страшного. — Во-первых, тебя стучаться, блять, учили? Во-вторых, тебе что понадобилось так внезапно, никогда ж раньше не заходил, — сквозь зубы, еле-еле сдерживаясь, чтоб не поколотить друга, спросил Ваня. — Виноват, признаю и извиняюсь. Я хотел в магаз сгонять, пришел спросить, не нужно ли вам чего, — тут Коля окончательно не выдержал, смех вырывался, его было уже не удержать, — но вам, видимо, понадобятся только резиночки. — Коля, у тебя есть секунд десять, иначе я доберусь до тебя и придушу, — Бессмертных и не подумал улыбнуться на шутку друга. Тот резко побледнел, вскинул руки и пошел по направлению к гостиной, в которой его ждала Аня.       Русоволосый проводил Лебедева взглядом и зашел назад в комнату. Злата все также лежала на кровати, но почему-то она закрывала лицо руками. Девушка плакала. — Эй, солнце, ты что? — Ваня не на шутку испугался, всю его злость как рукой сняло, он кинулся к гитаристке, в два шага оказавшись на кровати. — Мне так стыдно, это кошмар, — лепетала девушка. — Иди сюда, мышонок, — стример чуть рассмеялся и заключил Злату в объятья. Он чуть поглаживал ее по волосам, а сам улыбался. Да, их потревожили в довольно важный момент, но она не боялась его. Она не пыталась закрыться или уйти, парня это очень радовало. Он чувствовал, что эта девушка та, которую он искал всю жизнь. — Ты мне нравишься, — выпалил Ваня и почувствовал, как Злата замерла в его руках. Она медленно подняла голову и внимательно посмотрела ему в глаза, а потом чуть приподнялась и аккуратно поцеловала. Парню этого было достаточно, чтоб понять, что все хорошо. — Еж, там такие страсти, — Лебедев прыгнул на диван. — Что там? — непонимающе подняла правую бровь девушка. — Целуются, прикинь! — горячо прошептал он.       Аня поперхнулась слюной. — Да-да, — закачал стример головой. — Коль, мы такие молодцы, — заключила в объятия парня бармен. — А то. Кстати, тебе что-нибудь надо в магазине? — Чипсы с крабом хочу и Лаймон Фреш. — Фу, краб. — Ты что-то против чипсов с крабом имеешь? — Да. Это же фу-у-у, — протянул Николай. — Коля. — Понял, куплю. — Умница, кролик. — Нет, ну вы прямо как Крош и Ежик, — покачал головой Пешков, отпивая из стакана воду. — И сигареты, Коль, Филипп Морис с арбузом, — игнорируя слова кучерявого друга, добавила Аня. — Я что пустое место? — возмутился Жожо. — Тебе что-нибудь взять или Карине в магазине? — протянул нагло улыбаясь, словно кот, Коля. — Я шоколадку хочу, молочную, — улыбнулась смущенно Кириллова. — Запомнил, все будет, — кивнул Николай и удалился на улицу.       Последние пару дней пролетели незаметно. Они купались, пели песни, играли в мяч. Аня поправилась. Пришло время уезжать. Девушки собирали вещи, парни — мусор. — Ну, вроде, все, — протянула бармен, оглядывая зал. — Все — так все, — кивнул Коля.       Ребята вышли, закрыв дверь. Ехали обратно такой же рассадкой. Кое-как добрались до Москвы к девяти вечера. Сначала выгрузили девушек и Ваню. Распрощавшись друг с другом и пообещав через пару дней сходить в батут центр, Коля и Серега уехали. — Хороший был отдых, — растянувшись на диване, промурлыкала Карина. — Да, — согласно кивнула Злата. — Извините, если испортила отдых, — улыбнулась виновато Аня. — Да все нормально. Правда, такое могло случиться с каждым из нас, — ответила Кириллова. — Да. Со мной это и случилось, — решившись все же рассказать о том случае, проговорила Злата.       Подруги переглянулись, а девушка продолжила: — Когда Аня попросила меня за телефоном сходить, я упала в воду и Ваня спас меня… — Почему ты раньше не рассказала? Блять, надо было самой сходить, прости, пожалуйста, — затараторила Аня. — Все в порядке, правда. Ваня столько сделал для меня, — заверила их темноволосая. — Я курить, — хлопнула себя по коленям Марфина, вставая со своего дивана.       Небо синело. " — Ни единого облака, " — подумала Аня, подкуривая сигарету.       Едкий дым проник в легкие. Почему-то вспомнился разговор с психотерапевтом…  — Так какой у меня диагноз? Не томите, доктор, — уже начиная злиться, спросила рыжеволосая девушка. — Анна, у вас депрессивное расстройство. — О, вот как… — Вы не удивленны? — Это было ожидаемо. — Вам нужно ходить к психологу, и пропить курс таблеток. — Да, конечно…       Из воспоминаний выдернула тлеющая сигарета, обжигая кончики пальцев. — Вот же блять.