teacher's pet

"Ни в коем случае нельзя - Она резко сделала шаг из автобуса, как только открылась дверь, - опаздывать на этот урок! - и бежала так быстро, что все расплывалось перед глазами и очки чуть не упали у ворот школы. Я не ударю перед ним в грязь лицом, - Минули сначала охранник, раздевалка, а потом и пара лестничных пролетов, - Успею! Успею! Успею!" И вот, заветная дверь на четвертый этаж, а затем и в кабине. Во всей школе стояла тишина, ведь урок уже давно начался. Второй урок по расписанию. Эми пытается поправить пряди волос, но из-за дрожи в руках, прическа становится только более растрепанной. Ее черные волосы никак не хотели убираться за уши и все время спадали обратно на лицо. - Хватит! Хватит тянуть время, нужно просто, - пока девушка бубнила себе это под нос, чтобы морально себя подготовить к тому, что будет с ней происходить ближайшие 45 минут, замок тихо щелкнул и дверь открылась. Точнее, Он ее открыл. - Не стыдно устраивать тут такой грохот посреди урока? Опять собралась прогуливать? В ответ на это Эми чуть шатнулась назад. В дверях появился слегка небритый мужчина лет тридцати пяти, ростом выше нее на голову; в своей обычной белой рубашке, из-за полноты туго заправленной в штаны. - Пытаться убежать сейчас очень глупо с твоей стороны - Он взял ее за плечо и ввел в класс, - надо было раньше думать, как Ложечкин, который вообще решил не приходить, а не трястись сейчас в дверях. Девушка даже не начинала что-либо говорить в ответ, ведь тревога целиком ее сковала. Из последних сил она прошла по классу и заняла свое место. Предпоследняя парта у окна. "Опять. Опять? Почему каждый раз, пытаюсь сделать как лучше, а получается, дай Бог, как всегда. Неужели я недостаточно стараюсь? Да. Я опять опоздала. Опять глупо выглядела перед всеми. Опять Он сделал мне замечание, - на тыльной стороне ладони под ногтями стали появляться красные отметины, - но ведь всем все равно! Почему я так волнуюсь? Почему я так волнуюсь? Почему я - вместе с отметинами от ногтей остались небольшие кровавые следы, - Успокойся! Почему я не могу успокоиться? Как же я щас... Жалко и мерзко выгляжу со стороны, - дыхание сбилось, причем даже сильнее, чем на лестнице, - Я опять об этом думаю! Блять. Блять! - ее взгляд хаотично забегал из стороны в сторону и наконец - Он смотрит! Ура, он смотрит на меня! Нет! Почему я радуюсь? Нет! Не смотри, перестань!" - Уже десять минут прошло с того момента, как ты пришла, и у тебя все еще пустая тетрадь. Ты из принципа ничего не пишешь на моих уроках? Опять хочешь двойку? Я с радостью поставлю. На самом деле, эти десять минут для Эми прошли, словно десять секунд. Пока эти мысли крутились в ее голове, она уже и забыла что сидела в классе. Нет, стоп. Он..? Он открыл сейчас журнал и... - Ставьте! - девушка привстала с места, в этот момент она резко переменилась в лице, словно это был другой человек. - Вот это счастье! Сама согласилась... - он окинул класс взглядом, - Ну это даже как-то невкусно, когда сама даешься На дальнем ряду раздалось хихиканье. Запиши кто-нибудь его шутки на видео, или даже диктофон, то учитель мог с легкостью вылететь из школы, но репутация Алексея Арсениевича ни у кого из детей не вызывала зависти, поэтому ему были позволительны такие высказывания. Остаток урока прошел с немного горьким осадком. Опять поставит два? Иначе и быть не могло. Откуда только такое отношение, ведь к другим ученикам он так не придирается... Тошно было даже думать об этом. Или нет...? Прозвенел звонок. Все остальные выметнулись из класса с первых секунд перемены, в то время как Эми продолжала сидеть на своем месте. Не услышала звонок, или же услышала, но проигнорировала, чтобы привлечь внимание учителя? - Будешь тут сидеть, пока я тебе еще одну двойку не поставлю? - он встал со своего места и направился в конец класса. Эми медленно перевела взгляд с окна на приближающуюся фигуру и сделала круглые от удивления глаза. - Только если с коэффициентом, как за контрольную. - Бесишь меня, - он сказал это как обычно, без какой-либо эмоциональной окраски, просто, констатируя факт, вроде как, даже не пытался обидеть (хоть у него и не получилось бы). Только после этих слов Эми покинула класс и сразу же направилась в туалет, сжимая в руке лямку рюкзака. Ускоряющийся топот шагов, скрип дверной петли в кабинке туалета, хлопок, пульсация в висках, которая с каждым разом становилась все сильнее, лязг железной щеколды... Безопасность? Нет, и никогда ей не была. Что достать, электронный испаритель, закончившийся уже как два дня назад, или...? Осознание пришло мгновенно - лезвие бритвы. Были ли еще в туалете люди кроме нее? Это не имело значения. Да если бы и были, в том состоянии, в котором сейчас находилась Эми, это последнее что ее волновало. Она замахнулась, держа в руках тонкий кусок железа. Достаточно сделать лишь пару взмахов и станет лучше. Почему станет лучше? Надрез. Потому что сама себя в этом убедила. Еще надрез. Это глупо. Надрез. Противно. Надрез. Противно от самой себя! Надрез. Все тряслось, и земля как будто уходила из-под ног. Надрез-надрез-надрез. Капля крови скатилась по изгибу руки и беззвучно упала на юбку. "Черная - значит будет не видно, плевать". Еще надрез. Сколько еще? Надрез. Неважно, вот-вот станет лучше. Надрез. Не станет! Надрез-надрез-надрез. Сколько это продолжалось? Не имело значения, звонок уже давно прозвенел. Если бы она резала дальше, то на руках не осталось бы живого места, но сквозь вакуумную тишину (которой по сути не было, ее мозг сам погрузился в это состояние) она расслышала шорох за дверцей - кто-то ходил вдоль кабинок. Учитель? Нет. Ученик, которого отправили за ней по причине отсутствия на уроке? Тем более нет. Девушка встала в полный рост и подтянулась, чтобы посмотреть над перегородкой - никого. Показалось? Или уже ушли... Внезапно она почувствовала сильное жжение на руках. Неудивительно. Она спустилась обратно и окинула себя взглядом. Видеть себя в таком состоянии, да еще и от первого лица... Противно, но почему-то так удовлетворяюще. Стоит промыть руки. Очевидно будет больно, но иначе нельзя. Посидев еще секунд тридцать, она вышла из кабинки и направилась к раковинам. Один кран как всегда сломан, а в зеркало даже смотреть не хочется, то ли от того, что его никогда не моют, то ли от того, что ничего нового в нем нельзя увидеть. К этому моменту дрожь уже прошла. Стало лучше, после акта самоистязания? Сложно сказать. Промучившись около пяти минут у крана, Эми расправила обратно рукава, после чего бегло взглянула в зеркало. Сейчас она не видела там себя. В ответ на нее смотрел изящный силует с черными, чуть длиннее плеч волосами, бледным лицом с правильными чертами и пустыми карими глазами. Возможно эти глаза не были когда-то так безэмоциональны, как сейчас... Кто знает? Девушка наклонилась вниз, чтобы не видеть опять свое отражение. Это нельзя назвать результатом телесной дисморфии, скорее просто жест временного отвращения к себе. После того, как она умылась, она сразу вернулась обратно в кабинку и машинально достала из кармана телефон. 11:37 - Сука! - прервало тишину, - сколько мне еще тут сидеть... А с другой стороны, зачем тут сидеть? Но и в классе тоже, - она резко замолчала, так как ей показалось, что кто-то мог подслушивать, но убедившись, что в помещении одна, продолжила монолог, - и в классе бессмысленно. А может... - Она отогнула край чехла телефона, в который недавно убрала лезвие, - Нет, в пизду. Эми покинула это свое безопасное лишь к началу следующего урока. Это была химия, а на химию всем плевать, так что она просто тихо зашла в класс, и учительница этого даже не заметила. А после этого урока можно было и вовсе уйти. В расписании их очевидно было больше, но это ее не особо волновало. По крайней мере, сегодня. Паршивый день. Но может ли он стать еще паршивее? Звучит, как вызов для судьбы. Быстро минуя двор школы, так же быстро, как в начале дня Эми торопилась на урок, а точнее на встречу с горячо и слезно любимым учителем, она замечает у ворот знакомый силует. Тот самый силует, что сегодня утром уже успел довести ее до предобморочного состояния. Алексей Арсеньевич, увидев ее, улыбнулся и дружелюбно помахал. Да что это за хуйня? Он издевается? Что вообще творится в голове у этого человека. Казалось бы, думать об этом лишь себе дороже. Но девушка уже не думала, она просто замерла на месте. Развернуться? Идти к нему навстречу? Подойти поговорить? Пройти мимо? Как назло минута молчания разрешилась сама собой, а если быть точнее, то по воле учителя. Эми и не заметила, как он стоял уже рядом с ней. - Ты грустная какая-то сегодня была, - он опять взял ее за плечо, но на этот раз не так, а будто... нежнее? - и снова уходишь раньше из школы. На этот раз придумала оправдание или просто сбегаешь? Чего молчишь-то? После этого повисла тишина, как до начала их разговора. - Ну ладно тебе, Эми, не драматизируй, ты же со всем справишься, - на последок он похлопал собеседницу по плечу и удалился, как всегда оставив после себя неприятный осадок. И как ему это каждый раз удается? Да еще и по имени назвал. Хотя это не совсем имя, просто все называли ее "Эми" и учителя не исключение. Это как Курильщика все называли Курильщиком, а Иакова - Иаковым. Но почему это все же так приятно? Нет! Противно. Его внимание... Его хочется заполучить, но каждый раз, оно так сильно обжигает и оставляет пульсирующий от боли след. Зачем? Он же делает это специально. Как будто приманивает, но как только подойдешь слишком близко, попадешься на него удочку, сразу отталкивает. И так низко. И чтобы снова хотелось его заполучить. Хоть каплю этого внимания. И чего-то большего, чем внимания. Эти мысли без конца роились в голове. Эми даже не заметила, что за все это время она так и не сдвинулась с места. Блядство. Нужно просто быстрее отсюда уйти, и желательно пешком, а лучше даже бегом, чтобы сбить себе нахуй ноги по пути и снова отвлечься на боль. Отвлечься на боль? Кажется это начинает входить в привычку. Уже дома, снимая рюкзак, она случайно проехалась лямкой прям по местам порезов. Эти пару секунд казалось, что все нервы в теле были напряжены до передала. Эми закатала рукава и внимательно рассмотрела места свежих шрамов: каждый из них припух и налился кровью еще сильнее. Она провела ладонью - раздалось тянущее жжение, прямо как тогда, в школе. Приятно. Но стоит отвлечься на что-то другое, тем более еще весь день впереди. Но на что? Первая мысль была ошеломляющей. Ошеломляюще противной, и ошеломляюще приятной. Хотя, на самом деле, не такой уж и противной. Противной она посчитала ее лишь для приличия, но приличие здесь соблюдать не перед кем, ведь так? Да и в этом ведь нет ничего постыдного, обычная потребность организма выплеснуть эмоции. И совершенно не важно, каким образом это сделать. Тем более привычный способ - изрезать руки, уже недоступен, но можно же сделать руками кое-что еще... Особенно, когда вспоминаешь, как Он сегодня дважды хватал за плечо. И даже если бы не прикасался физически, но как смотрел, проникая глубоко в душу. Чувствительность, или чувства? Забавно, но это опять таки не важно, когда правая рука уже спустилась в трусы... Странно, почему нет стыда, а лишь тянущееся удовольствие. Как будто все правильно, как будто так... И должно быть? Сердцу не прикажешь, а похоти - тем более. Сколько времени уже прошло? Пятнадцать? Двадцать минут? Нет, должно быть больше, но останавливаться не хотелось, наоборот... И почему, чем дольше это длилось, тем отчетливее Эми представляла себе его лицо? А мысли путались все сильнее. Опять. Опять из-за него. Все струны души натянулись в один момент до предела, и - Эми кончила. Она лежала так еще пару минут, после чего посмотрела на руку: пальцы липкие, запястье закровило из-за трения о ткань. Снова паршиво.