Чон чонгук-пес!

Юноша не хотел отпускать своего товарища и старался забрать его себе. Он не мог допустить, чтобы снова потерять Рыжика. Но несмотря на его крики и уговоры, он почувствовал, что ничего не может изменить, и его сердце наполнилось горечью. Нет... как же обидно. Он беспокоился за Рыжика, но после заверений дедушки немного успокоился. К утру никто из родственников толком не объяснил Тэхену, что происходит, и он не понимал, что же случилось. Но когда он осознал, его глаза намокли, а душа кричала. Дедушка был его опорой, и его потеря стала сильным ударом по психике парня. Тэхен крикнул громче всех возможных гостей. Его голос разрывался от плача. Было больно от того, что он потерял такого родного человека. Но и замолчать он не мог, даже когда его просили. Парень лишь уснул через пару часов бесконечных слез и криков. Тогда мы не оставались у дедушки на ночь, и в тот же день уехали. Увидев печальное лицо моего человека, я почувствовал, что у меня появилась новая цель: не допустить, чтобы из этих карамельных глаз больше когда-либо текли слезы. Я завизжал и положил свою голову на его колени, смотря грустным взглядом в его глаза. Его большие ладони ласково гладили меня по шерстке. Мать Омеги смотрела на нас в зеркало заднего вида, её лицо тоже было полно грусти, но она сказала резко: — Цыц! Я не понимал этого слова, но её резкий тон вызывал у меня сомнения. Я улёгся с грустной ноткой, размышляя, почему люди так делают: если им грустно, почему они не показывают это? Я оставался рядом с Омегой, стараясь быть поддержкой для него в этот трудный момент. Мы смотрели друг на друга с пониманием, словно пытаясь поделиться своей скорбью и обнять друг друга своими мыслями. Поглаживая меня по макушке, Омега не верил своим глазам и ушам, он не мог принять смерть дедушки. Но я стал ему поддержкой. Прижав меня к себе, он прикрыл глаза и улыбнулся. Окончательно успокоился он уже в комнате, обнимая меня и мирно засыпая. **** После смерти дедушки что-то изменилось. Мать Омеги больше не была сильно против, чтобы я находился в доме, но я всё ещё старался ей не попадаться на глаза. Мой Омега тоже изменился, стал замкнутым и агрессивным. Взросление Техена проходило необычно для юного Омеги. С момента, когда его дедушка умер, его жизнь изменилась кардинально. Мать Омеги стала менее строгой, разрешая ему больше свободы в доме, но не улучшившая отношения между ними. Омега сам стал замкнутым и агрессивным, переживая потерю деда, к которому чувствовал глубокую привязанность. Когда наступила его первая течка, это добавило ему ещё больше стресса и неопределённости. Омеги обычно чувствуют на себе внимание и привлекают альф, что для Техена было новым и пугающим опытом. Он был неподготовлен к тому, чтобы справиться с внезапно пробудившимися инстинктами и чувствами. Отчаянно искав защиту и понимание, Техен обратился к друзьям, которые поделились с ним информацией о подавляющих средствах, помогающих ему сдерживать привлекательность и предотвращать нежеланные внимание альф. Эти средства временно облегчили его страдания, но не решили проблему коренным образом. Я часто пытался отвлечь его игрой, но однажды я подумал, что Омега умирает. Я забеспокоился, и от сильного запаха, который чувствовался особенно ярко, я начал чихать. К нам пришёл какой-то парень. Я понюхал его на расстоянии и сразу же начал рычать. Когда он подошёл к комнате Омеги, я начал лаять и сторожить дверь. Мать Омеги пыталась меня оттолкнуть: — Отойди, псина! Я неожиданно укусил её, испугавшись сам, но стоял на своём и не подпускал парня к комнате моего хозяина. — Вызовите службу, — сказал парень, которого я воспринимал как угрозу. Я сделал пару попыток броситься на него, но он увернулся, и я упал с лестницы. Быстро придя в себя, я снова побежал к нему, но дверь уже была закрыта. На шею мне натянули упряжку. — Заберите его, он оскаженел, — услышал я. Я начал хрипло лаять и бороться, царапая линолеум, но это было безуспешно. Усыпляющее средство подействовало быстро, и я, сквозь сон, слышал, как моему Омеге было больно, ещё хуже, чем раньше. Но я уже был слишком слаб, чтобы продолжать бороться. ***** Техен не мог пошевелиться, его тело парализовало. Сильные блокаторы течки, которые он принимал, сейчас только усиливали мучительные ощущения. Он лежал, закрыв глаза, пытаясь сконцентрироваться на чём-то другом, чтобы хоть немного отвлечься от боли, которая разрывала его изнутри. Через туман его сознания доносились звуки за дверью, но он не мог ясно сообразить, что происходит. Смесь запахов — алкоголя и пепла — казалась ему как будто огнём, разжигаемым прямо в его теле. Боль была настолько интенсивной, что казалось, что он сгорает изнутри. Техен пытался сдержать крик боли, но иногда из него вырывались хриплые стоны. Он молился, чтобы всё это закончилось, чтобы боли больше не было. Его мысли смутно проникали сквозь боль, оставляя только одно желание — чтобы всё это закончилось, чтобы боль больше не возвращалась. Парень замечал, что этот мужчина постоянно находил поводы, чтобы его преследовать, и чем ближе приближалась течка, тем чаще он сталкивался с ним. Парень признавался в том, что он часто принимал таблетки, чтобы избежать того, чтобы быть в адекватном состоянии и не позволял себя трогать.Но его никто не слышал,он был в собственном аду, Этот парень чувствовал себя одиноким и несчастным. Он отчаянно пытался найти поддержку и защиту, но его жалобы и просьбы часто оставались без ответа. Ему казалось, что никто не хочет слушать его, или же не понимает, какие муки он переживает. Он часто находился в состоянии стресса и депрессии, потому что чувствовал себя брошенным на произвол судьбы, лишенным поддержки и понимания. Отношения с матерью только усугубляли его страдания. Он испытывал отвращение к ней и избегал общения. Её присутствие вызывало у него физическое отторжение, и он терял аппетит. Несмотря на все трудности, он не сдавался и продолжал стойко противостоять тяжёлым обстоятельствам своей жизни. Испуганный и подвергающийся несчастьям парень вскоре столкнулся с новыми испытаниями. Вернувшись с короткой прогулки во время своей течки, он решает найти и защититься от своих подавителей, которые, как ему казалось, преследовали его, но не смог найти их. Он ощущает безысходность и отчаяние, что приводит его к выходу из себя. Когда его матерь начала звать кого-то, кого он опасался, парень испугался и, держа нож у себя, встретил чужака, который пришёл к нему. Испугавшись до такой степени, что не смог дать человеку подойти ближе, он в отчаянии вонзил нож в бок этого незнакомца и убежал. ****** И снова клетка. Но я верил, что Омега меня найдёт. Найдёт же, правда? Проходила неделя, месяц, но Омегу я всё ещё не видел. Я видел, как других собак выводят на прогулку, а меня нет. Зато я познакомился с интересным парнем. Он был странный, боялся насекомых, но нас обожал. Его звали Хосок, и он был местным ветеринаром. Только благодаря ему я мог гулять и тренироваться новым командам. Хосок удивлялся, какой я умный, и что знаю многое необычного. Я часто бывал у него дома, где всегда вкусно пахло. — Ну что, дружище, будешь со мной жить? — спросил он однажды, глядя на меня с надеждой. Я посмотрел на него, не желая огорчать, но моё сердце всё ещё стремилось к моему мальчику. Видя расстроенное лицо Хосока, я подал голос, будто соглашаясь. Может быть, если я попрошу, он поможет мне найти Техена. Жизнь с Хосоком была уютной. Он заботился обо мне, учил новым командам и часто выгуливал. Я был ему благодарен за всё это, но каждый раз, когда мы выходили на улицу, я искал знакомое лицо Омеги. Хосок заметил мою тоску и однажды сказал: — Давай попробуем найти твоего мальчика. Он начал расспрашивать людей и искать информацию о семье Омеги. Я не понимал всего, что он делал, но чувствовал, что он искренне хочет помочь. С каждой новой попыткой я надеялся, что скоро снова увижу моего Омегу и смогу вернуть ему его улыбку. Парень дрожал от страха и отчаяния, пока бежал по темному переулку. Течка не давала ему покоя, заставляя остановиться, но его аромат привлекал других альф. Он не осмеливался останавливаться, боясь того, что может случиться, и бежал, пока не врезался в кого-то с собакой. Тяжело дыша, он ощущал, что его окружили опасности, и в ужасе вцепился в незнакомого парня, дрожа и просив приютить его. "Прошу... Я не знаю, кто вы... Но можно я переночую у вас? Прошу..." — голос парня был прерывистым и наполненным страхом. Хосок, гулявший со мной по улице, неожиданно стал свидетелем этой сцены. Его сердце сжалось от состояния парня, от его беспомощности. Он понял, что этот молодой человек нуждается в защите и помощи. — Конечно, пойдём, — сказал Хосок мягко, обнимая парня, стараясь успокоить его. — Ты в безопасности. Мы двинулись к дому Хосока, а я следовал за ними, чувствуя напряжение в воздухе и беспокойство своего хозяина. Внезапно раздался резкий свист шин, и перед нами оказался альфа, возбуждённый и готовый напасть. Хосок приказал мне охранять, и я мгновенно встал на защиту Омеги. — Охранять! — приказал мне Хосок. Я быстро подбежал к Омеге, облизывая его и рыча. Альфа продолжал идти на нас, и я понял, что угроза сильная. Озверев, я второй раз не позволил ему забрать мальчика. Я напал на мужчину и начал его кусать, пока не почувствовал резкую боль в боку. Но я не сдавался до последнего вздоха. Хосок, придя в себя и видя эту картину, нашёл первую попавшуюся бутылку и ударил ею по голове альфы. Я отпустил его и подбежал к Омеге. — Надо в больницу, причём обоим... Хосок посадил меня на заднее сиденье. — Прости, Хосок, твоя машина испачкается, — подумал я. — Тише, малыш, скоро будет легче... Легче? Мне вовсе не легко, видя заплаканные глаза своего мальчика. — Эй, малыш, я ещё здесь, — с последних сил я встал, плюнув на боль, и начал облизывать лицо Омеги. Вдыхая его аромат, как наркотик, и анестетик, мне становилось легче. Тепло Омеги облегчало боль. "Я буду защищать тебя," — смотрел я в его карамельные глаза, заплаканные. И после нежного поцелуя, я отдался смерти полностью. Омега был в слезах, держа в объятиях своего маленького Рыжика, который так решительно защищал его. Он не мог поверить в потерю своего единственного верного друга. Слёзы текли по его щекам, а руки сжимали безжизненное тело собачки крепче. "Прости..." — шептал он, преклоняя голову. Он чувствовал, как его сердце разрывается от боли и утраты. Только когда они добрались до больницы, Омега осознал, что его маленький Рыжик больше не дышит. Все его чувства всплеснули на поверхность, и он начал истерически плакать, отчаянно обнимая своего покойного друга.