Новая жизнь с сестрой-близнецом в другом мире

—А вы в "Хосине" не торопитесь, не так ли? – дама говорила глубоким, но слегка скучающим голосом, переводя взгляд своего блеклого глаза с одного человека на другого. Нацуми оставила пометку в голове, узнать точно, как корпорация Анастасии замешана в этом деле. Одета женщина была в белый плащ, который закрывал всё её тело. —Ну, у них там возникли небольшие проблемы... – Нацуми было неуютно лгать под этим затуманенным взглядом, но она решила придерживаться теории посредников до конца. Лучше лгать одну и ту же вещь всем, дабы ничего не перепутать. —Конечно... Вечно их борьба за деньги... Как мелочно, – женщина усмехнулась, подумав о чём-то своём. Казалось, женщина ушла в астрал, поскольку после своей фразы она ничего не говорила. И это напрягало. —Извините? – женщина широко раскрыла глаз, словно её вырвали из сна. Проморгавшись, она вновь посмотрела на Нацуми. —Да... Задам вопрос, что вы собираетесь делать с Круш? – Нацуми застопорилась. Её мозг начал работать на все сто процентов, дабы не попасться прямо сейчас. Нацуми бросила быстрый взгляд на троицу рядом с ней, убедившись, что они все спокойны и собраны, а после вновь посмотрела на женщину. —Мы не знаем. Просто сказали забрать, – Нацуми решила прикинуться ничего не знающей дурочкой. Впрочем, это не было так уж далеко от правды. —Ха-ха-ха! – ответ рассмешил женщину. Смех этот казался слишком неуместным и даже будто бы вынужденным. —Интересно... Я полагаю, ваш заказчик – не тот же самый человек, что выкупил Феррис-чан, верно? – у Нацуми сердце в пятки ушло. Если Феррис уже выкупили и увезли, то она может быть вообще где угодно. И не дай бог с ней что-то сделают! —Н-нет, – Нацуми старалась изо всех сил быть собранной и не показывать того, что она имеет что-то общего с Ферри или Круш. Если она раскроет себя, то ей конец. —Да, верно... – женщина нагнулась и начала что-то искать в ящике стола. Как оказалось, это была обычная сигарета, кустарного производства. Женщина подожгла её маленьким заклинанием Огня и затянулась, выдыхая большой клуб дыма. По комнате тут же разнёсся сладковатый запах, не свойственный для обычного табака. Поморщившись, Нацуми решила не вдыхать слишком часто. От этого дыма уже голова кругом пошла. Продолжая затягиваться самокруткой, женщина разлеглась на троне. Свесив бледные и стройные ноги с подлокотника, она откинула голову назад. Её волосы закрывали единственный здоровый глаз. Как будто бы время в комнате замерло. Ни Нацуми, ни Субару, ни Эльза с Мейли не могла пошевелиться. Подобное поведение было слишком ошеломлящим и слишком захватывающим. —Простите меня за мои действия, – сбросив окурок на пол, извинилась женщина. Время снова начало отмирать, возвращаясь в привычное русло. Дышать будто становилось легче, хотя сладкий запах всё ещё присутствовал в комнате. —Это одна из немногих вещей, что держит меня на этой земле, – Нацуми внезапно стало жалко эту женщину. Несмотря на то, что тон её голоса не менялся и оставался всё таким же скучающим, она будто выкладывала всё своё сожаление и печаль в свои слова. —Вы... За Круш Карстен, верно? – женщина прищурилась, стараясь словно более точно посмотреть на Нацуми. —Да, – Нацуми кивнула. Ей было дико неудобно находиться в этой комнате, к тому же дышать реже было тяжело. —За мной, – встав со своего трона, очень неуместного в этой комнате, женщина пошла, слегка пошатываясь, на выход. Стражник в берете посмотрел на женщину и кивнул сам себе. "Скорее всего, не в первый раз" – подумала Нацуми, оценивая взгляд стражника на свою... Кем бы она им ни была. Повела их женщина на четвёртый этаж. Весьма странное расположение для пленников. —Четвёртый этаж? – Нацуми посчитала, что за этот вопрос ей не будет ничего плохого, учитывая состояние этой дамы, а потому спросила. —В этом здании нет подвала для всех пленников. А пленников очень много, – не оборачиваясь ответила женщина, улыбаясь уголками губ. Как оказалось, весь четвёртый этаж был забит людьми. На этаже было пятеро вооружённых парней в почти что похожей форме, которые охраняли комнаты с пленниками. Они не задавали вопросов и расступались перед женщиной, косясь на Нацуми. Они зашли в одну из комнат в дальнем углу. Охранник, не задавая вопросов, открыл дверь. Перед ними предстала большая пустая комната без мебели, наполненная отвратным запахом мочи и, возможно, чего-то ещё. Осмотрев всех заключённых, Нацуми увидела у подавляющего большинства ошейники на шее с тёмным камешком по середине. Нацуми читала, что это служит мерой против магов, которых посадили в тюрьму. Взгляды заключённых переместились в сторону открытой двери. А далеке тут же показались зелёные волосы и сама Круш. Увидев Нацуми и Субару в сопровождении трёх неизвестных человек, она слегка расширила глаза, но быстро успокоилась. —Круш Карстен, – со вздохом, Круш поднялась и, опираясь на одного из своих товарищей, заковыляла к выходу, проталкиваясь между кучей тел, которым явно было слишком тесно в этой комнате. Круш была одета в свою форму, которую носила и обычно, за исключением лишь грязи и засохшей крови с бинтом на ноге. Скорее всего, пулевое ранение. Нацуми, как только Круш вышла за пределы комнаты, подскачила и тоже начала помогать ей. —Я справлюсь, – мужчина кивнул и отошёл обратно в комнату к своим товарищам. Стражник закрыл дверь, а женщина повела команду обратно на третий этаж. Казалось, идти ей было ещё сложнее, но ни один охранник не спешил помогать. —Ну... Поздравляю с покупкой! – Круш посмотрела на Нацуми и Субару с широко раскрытыми глазами. —Тс... – Нацуми прислонила палец к губам, дабы Круш не выглядела слишком удивлённой. Та успокоилась. Но теперь к ней вернулась прежняя хмурость. —Прошу вас, прежде чем вы уйдёте, останьтесь здесь, дорогие гости, – это было плохо. Нацуми не имела ни малейшего желания оставаться в этом сумасшедшем доме ещё хоть секунду. —Мы бы рады, но... Нам надо спешить, понимаете? – Нацуми издала неловкий смешок, дабы немного сгладить ситуацию, но женщина лишь загадочно хмыкнула. —Вы ведь знаете, что ложь – это грех? – Нацуми и остальные остановились на месте в страхе, пока дама продолжала идти к своему кабинету. —Д-допустим... – они быстро побежали обратно к своему месту за спиной женщины. Пробежка даже на пару метров, казалось, причиняла боль Круш. —Тогда отриньте ваши личности и станьте самими собой. Нет смысла лгать сейчас, – лицо Нацуми побледнело, а сердце ушло в пятки. Её раскусили! Охранники, находящиеся на этаже, не стали направлять мушкеты на них, впрочем это не уменьшало их агрессии по отношению к ним. Лишь только авторитет их леди давил эти желания убить Нацуми и других на месте. —Единственное, что имеет сейчас значение – быть самим собой, не так ли? – они вновь зашли в комнату женщины, ощущая себя скорее пленниками даже большими, чем те, что находятся на четвёртом этаже. Вновь сев на свой трон, женщина достала острый нож и ещё один косяк с травой. Вновь делая затяжку, женщина подняла рукав левой руки вверх и провела ножом по тыльной стороной ладони, прилагая такие усилия, что, казалось, она вполне может разрезать руку напополам. Атмосфера была дико неудобной. Запах крови, капающий с пореза, смешивался со сладковатым запахом травы, делая довольно неприятную смесь. Женщина чередовала затяжки и самоистязание. Она резала себя до тех пор, пока не выкурила всю сигару. Остановившись на предплечье, она убрала нож и достала всё ещё горящий окурок. Выверенным движением, она прижгла окурок об порез, не показывая никакого дискомфорта на своём лице. После пары секунд прижигания, она отбросила окурок за спину. —Мы все должны быть самими собой, не прикрываясь ложью или благородностью, – женщина смотрела в сторону Нацуми, но фокусировалась явно не на ней, а на ком-то или чём-то ещё, чего здесь не было. —И пусть я не имею ничего против греха... Грех должен быть частью вашей натуры, – эти пространные рассуждения, вкупе с пустым и затуманенным взглядом женщины, напоминали Нацуми религиозные нравоучения. Наверное, поэтому она почти ничего не могла понять из этой речи. —Ложь не ваш грех, – заключила женщина, сделав длинну паузу, в ходе которой никто ничего не говорил и даже не двигался. —Скажите мне, кто вы такие. Назовите ваши имена и покайтесь перед этим миром, – Нацуми хотела было представиться, но у неё словно ком в горле застрял. Она раскрыла рот, желая сказать хоть что-то, но слова просто не выходили. —Эльза Гранхирт... – весьма сдавленно ответила Эльза. Ей, как и всем остальным, было дико неудобно находиться в этой комнате. А это о многом говорило. —Эльза Гранхирт... – Нацуми заметила, как Круш шокированно раскрыла глаза, не желая верить своим ушам. Но женщина на троне лишь улыбнулась. —Скажи мне... Раскаиваешься ли ты в своих действиях? В комнате на секунду повисло молчание. Уставившись в потолок, Эльза неестественно долго раздумывала над ответом. —Я не раскаиваюсь, – ответила Эльза, говоря таким тоном, будто была готова расплакаться. —Прекрасно... Она больше всего походит на человека, нежели все остальные, – слова этой женщины входили в одно ухо и входили через другое. То ли это дым, то ли... Что вообще... Все они посмотрели на удивлённую Эльзу. Круш была удивлена больше всех. —Не отрицая свою сущность, она приняла себя тем, кем и является. Человеком. Сущетсовм, что уничтожает этот мир, – женщина объяснила свои слова, хотя ещё больший поток слов привёл к большему замешательству. Казалось, мозги сейчас начнут вытекать... —Вы должны стать такими же. Не отрицайте свои грехи. Не пытайтесь их скрыть за благодетелями или честью и благородством, – женщина достала ещё один косяк и подожгла его заклинанием, издав стон, смешанный с болью и удовольствием. —Грешите, потому что человек грешен. Насилуйте, убивайте и богохульствуйте, поскольку ничего не имеет значения! – безумный огонёк появился в глазах женщины, кода она закашлялась от слишком большого количества дыма в лёгких. —Ведь смысл существования жизни в умирающем мире? – женщина вновь разлеглась на троне, как на диване, игнорируя находившихся в продолжительном ступоре Нацуми и Ко. —О, Од... Когда же я приду к тебе... – женщина протянула руку к потолку, явно пребывая в мире миражей и галлюцинаций от количества выкуренной травы. В дверь постучались и женщина махнула рукой, предоставляя Нацуми и остальным полную свободу действий. —Входите, – дверь открылась и дым начал понемногу улетучиваться из комнаты. Свежий воздух приятно бодрил. В дверях стоял неизменный охранник с мушкетом. Посмотрев на происходящее в комнате секунд пять, он жестом приказал Нацуми и остальным идти к нему. —Я отведу вас в ваши комнаты, – лишь сказал он.