Лис

      — Слушай, Лис, говорят, ты ловкач. Говорят, ты не ведаешь страха. И пред пулей горазд выживать, на тебе же с рожденья рубаха. На слова головой лишь качал мой знакомый заслуженный лис, в его взгляде застыла печаль, слёзы капнули с длинных ресниц.       — Кабы был у меня выбор иной, я бы выбрал его в тот же час. Но я проклят ведьмой лесной — жизнь моя похожа на ад.       Каждый день я от голода мру, каждый день рискую я шкурой, я от холода вечно дрожу, прячась телом в листве жухлой.       Ты не думай, что я лихой, просто страх — лучший помощник. Если не убегу, то помру, и мой мех заберёт охотник.       В моей жизни едина цель — не попасться и быть сытым, наслажденья в ней ноль, поверь, только ужас и желанье быть скрытым.       Я мечтаю в горы уйти, там поймать свою последнюю птицу, перекусить и прыгнуть вниз, где спокойно в тиши разбиться.       Никто там не найдёт мой мех, воро́ны не учуят мяса, че́рвям будет не по силам вкусить мой прах среди камня Кавказа. Лис замолкнул, я тоже молчал. Грустным был его краткий рассказ, и он странно как-то дышал, беспокойно, из раза в раз.       — Тебе плохо?       — Нет, я здоров. Просто я наконец-то понял, что сейчас я, наверно, готов.       — Но к чему?       — Отправиться в горы.