Wish You Were Here

Фрэнк нехотя высунул нос из-под одеяла и сонно оглядел комнату. Потолок всё ещё усеян трупами плюшевых игрушек, вещи и всякий хлам всё ещё разбросаны по всем углам, стены всё ещё в плакатах и гитара всё также стоит в углу - значит, ничего страшного не произошло и можно снова заснуть, как-никак на календаре суббота. Последняя суббота этой чёртовой зимы, а за окном всё так же лежат сугробы, как в декабре. Фрэнк провёл в кровати ещё около часа, временами просто уютно устроившись в одеяле, временами проваливаясь в дрёму, пока не решил, наконец, подняться и пойти в ванную. Холодный душ быстро вернул его всё ещё сонное тело и разум к жизни. На кухне не было никого, кроме одинокой пустой бутылки виски и противных лучей солнца, слепивших глаза. Фрэнк сморщился и полез в холодильник за молоком. Медовых мюслей осталось немного, но этого хватит для быстрого завтрака на одного. Быстро закончив с хрустящими хлопьями, Фрэнк поплёлся наверх, в свой маленький подростковый рай. Он громко включил на ноутбуке David Bowie - Changes и на несколько минут выпал из реальности, разыгрывая спектакль одного актёра перед грязным зеркалом. Было в этом что-то терапевтическое. Отец слишком редко бывал дома даже по выходным, поэтому Фрэнк мог ни в чём себе не отказывать. Айеро уже устроился на кровати с ноутбуком с целью досмотреть седьмой сезон «Южного парка», когда решил проверить телефон.

1 новое уведомление

«Фрэнк, хочешь в то новое кафе под квартирой Боба прямо сейчас?» «Здесь так восхитительно пахнет выпечкой, прошу» Фрэнк не планировал на сегодня ничего важного, так что уже через секунду Торо получил ответ: «Без вопросов, мужик, сейчас прибегу» Фрэнк неторопливо, чтобы не поскользнуться, шёл по улице без малейшего намёка на шапку на голове. Было морозно, небо было голубым, словно девичье платье, и солнце обманчиво освещало каждую щель Бельвиля. Гадкое зрелище для фаната осени. Кудрявую голову Торо можно было узнать среди миллиона, Фрэнк не сомневался. Он стоял около входа в то самое новое кафе и нервно озирался, постоянно заглядывая в телефон. — Здарова, мужик, — и Айеро с Рэем ударили рука об руку. — Как жизнь? — Было бы идеально вместе с пивом. О, здесь действительно восхитительно пахнет. Они стояли в двухэтажном кафе с мятными стенами. Пахло карамелью и выпекающимся тестом, и людей за круглыми деревянными столиками было не то чтобы много, особенно для субботы. — Не так плохо, как я ожидал, — Айеро прилип к витрине, рассматривая розовые торты, маленькие пирожные и радужные макаруни. — Здравствуйте! — Рэй уже делал заказ, приветливо улыбнувшись девушке с короткой стрижкой за кассой, — мне пожалуйста большой капучино и чизкейк брауни. Фрэнк всё ещё рассматривал выпечку. — Давай шевелись, я пока столик займу, — бросил Торо и ушёл к месту выдачи заказа. — Облепиховый чай и клубничный доннат, — выпалил Фрэнк и похлопал ресницами, глядя на сотрудницу. Фрэнк как можно осторожнее нёс поднос к столику около окна, за которым уже сидел Рэй. — Чего ты там так долго торчал? — Не люблю выбирать, — Фрэнк тут же отпил свой чай, — чёрт, горячий. Рэй вздохнул. — Там Майки с Питом, — прошептал Рэй и кивнул головой за спину Фрэнка, но увидев, что Фрэнк всеми силами хочет повернуть свою шею на сто восемьдесят градусов, тут же добавил: — Не смотри, придурок! К удивлению Фрэнка, Майки и Пит прошли мимо их столика и бросили в сторону Торо: — Привет, Рэй. — Голубки на свидании, — сказал Фрэнк как можно громче, чтобы те, кому это предназначалось, точно его услышали. — Фрэнк! — всё таким же шёпотом прикрикнул на него Рэй. — Да что? Неужели вы с Вентцом и младшим Уэем теперь друзья? — Успокойся! Я серьёзно. Дай мне сказать. — Да я и не мешаю, — Фрэнк недовольно фыркнул, но заткнулся. — Мне недавно довелось с ними поговорить, в студии Айзека. Они будут участвовать в битве групп тринадцатого марта. Фрэнк подавился чаем: — Чего, блять? — теперь он кашлял и пытался начать дышать нормально. Рэй закатил глаза и терпеливо стал ждать конца страданий Фрэнка. — Чего, блять? — повторил Айеро охрипшим голосом. — Я серьёзно! Я увидел их группу на входе в четвёртую комнату, ну, мы ведь репетировали, когда ты был под домашним арестом. Я узнал Пита, мы с ним ходили раньше на волейбол вместе, и спросил, что он здесь делает. Он задал мне такой же вопрос, и вот, что вышло. Фрэнк промычал что-то невнятное и без всякого энтузиазма откусил кусок донната. — Да ладно тебе! Они неплохие ребята. — Снова разнесём лузеров в щепки, — Фрэнк улыбнулся уголком рта, — и теперь ты, Рэй, в команде победителей. — Не будь так уверен, — Рэй улыбнулся, как сфинкс, — они действительно круты, ты просто не слышал. — У них точно нет такого же отпадного фронтмена, как я, — продолжал Фрэнк, — чай здесь полнейшая дрянь, кстати. Рэй осуждающе посмотрел на Фрэнка. — С чего ты вообще взял, что они встречаются? — задал Рэй давно волнующий его вопрос. — Да вся школа знает! — с энтузиазмом начал Айеро, — все, все знают, что они педики. Я однажды видел, как они в туалете обжимались. — Фрэнк, — Рэй не понимал, — но... ты ведь.. тоже встречаешься с мужчинами... В чём тогда проблема Пита с Майки? — Ну, никто кроме тебя не знает, что я гей, и мне нужно поддерживать образ, это раз. Во-вторых... я действительно испытываю... злость наверное? когда вижу другие пары мужчин... Не знаю, почему так. — Ты гей-гомофоб? — Рэй поднял одну бровь. — Типо friendly fire, — Фрэнк улыбнулся непонятно чему и всем видом показал, что больше не собирается об этом говорить, — завтра прёмся на репетицию, позвони Айзеку, мы должны порвать их в клочья.

***

«привет, фрэнк» «Здаров!» «Как у тебя дела?» «у меня всё отлично, лучше, чем когда-либо. ты участвуешь в битве групп, да?» «Ага. Ты как узнал?» «постер на стене клуба театр хаос. обязательно припрусь посмотреть на тебя» «Эй, а я смогу тебя увидеть?» «нет, только после битвы» «Но почему, Пати?» «будь терпеливее, пэнси» Айеро напряжённо выдохнул и решил, что не будет торопиться, если у него действительно есть возможность увидеть художника. «Ладно» «Надеюсь, ты веришь в мою победу» «В мою с группой, разумеется» «безусловно» «очень жду нашей встречи. думаю я не совсем тот, кого ты ожидаешь, но всё-таки» «Это в каком смысле?» «я уже говорил, фрэнк. терпение, и ты всё узнаешь» «Ты притащишь мне свой комикс, когда дорисуешь?» «не хотел говорить, но я рисую два комикса: один для себя, а другой для кое-кого особенного, чьё имя начинается на ф» «ТЫ ЧТО—?» «И почему же ты такой хороший»