Уходи!

Уходя — уходи.

Уходил — так хоть б в осень! Чтоб плакала я с дождями. Красно-жёлтые листья горели бы, как костёр. Вместе с ними — те дни, что когда-то наполнил «нами». Эти дни, что потом так легко и так быстро стёр. Я бы все их спалила в осеннем цветном пожаре, И природы багрянец горел бы в моей душе. А потом все исчезло бы, будто в ночном кошмаре, Не болело, не ныло, не жглось бы огнём уже. Только ты уходил не в осень — в шальную зиму. И мне ветер снег так упрямо бросал в лицо, И вода по щекам, конечно же, от снежинок. Уходил — так остался б мерзавцем и подлецом! Я тебя обругала последними бы словами, Может быть, пару раз в запале бы прокляла, А потом отпустила, поплакав в ключицу маме. И спокойно и счастливо дальше бы зажила. Только ты почему-то остался хорошим парнем. Полюбить что не смог — не поставишь тебе в вину. И принять это… что могло быть элементарней? Уходил — так оставил хотя бы меня одну! Только ты, уходя, оставил мне ворох листьев. Таких ярко-осенних, что даже январь расцвел. На бумаге остался жить в моих строках, в письмах — Целый ворох стихов моих. Все их, конечно, в стол. Уходя, ты оставил мне образ, мечту и морок. И прощальный дар этот твой для меня тяжёл. Уходил — так забрал бы чувство, что ты мне дорог! Уходить уходил… Да только вот не ушел.