Tiny Fox

Минуло несколько дней с пропажи Смирновой. Казалось бы, куда еще хуже может зайти маньяк? Или это был не он? Полиция, как кажется мирным жителям, не трогалась места еще до пропажи Семена. Школьников никуда не пускают после захода солнца, взрослые в панике. Эти события пугали... Сейчас в серой комнате, за изрезанным ножом столом, сидел юноша и что-то чиркал карандашом. Движение руки были то резкими, то неподвижными, а ручка страдала от грубых сжатий ладони. Листы были разбросаны вокруг него. На них виднелись рифмующиеся слова, всеми известное слово «муза» и много-много вычеркнутых из строк предложений. Это явно были черновики и неудавшиеся «творения поэта». Пара вздохов и Рома решает сделать перерыв. Пятифанов в школе стал совсем «незаметным», поэтому он стал меньше затевать чего-либо плохого. Его не интересовала ни школа, ни даже дом. Все стало серым, скучным, чёрно-белым, порой ему казалось, что свихнулся и стал дальтоником. Своих мыслей усмехался и порой улыбался. Дома он не мог почувствовать себя человеком, хотя... Что такое «человек»? Ссоры с матерью приводили в отчаяние, выбегал из дома, но зато была возможность закурить где-нибудь в темноте, но это его не утешало. Все ужасно, паршиво, тревожно, а мысль, что надо найти Черный гараж было первым делом, которое стоило сделать, но увы, никак не удавалось. Идя рано утром, ощущая назойливые покалывания на лице, руках от мороза, мальчишка шел в школу. Снег приятно хрустел под ногами, но когда Рома задумывался, что по нему шли еще живые Сенечка и бывший участник его банды, настроение ухудшалось. Мальчик тяжело вздохнул, пар из его уст вырвался наружу и исчез на легком ветру. Подходя к школьному заведению, в голове промелькнуло с облегченным выражением: «Наконец-то». Его глаза блеснули, увидя своих друзей, подсел к ним, а возле прошлась та самая рыжая красота, в которую он влюбился. Она ему предавала намного больше сил, когда девушка находилась поблизости. — Привет, Ром, — нежно сказала та, присев за парту рядом с Антоном. —Привет, — мальчик робко ответил ей, а наш ясновидящий Антон заметил его блестящие, очарованные глаза. — Кхм, что по поводу нашего похода завтра? — Какого похода? — округлив свои глаза, девочка заметила, что на нее виновато смотрят. Затем услышала от Бяши: «Поход к черному гаражу, на...». Четверо ребят после слов Бяши ничего не говорили, а Антон и вовсе не хотел лезть. Их молчание только прерывали возгласы и крики маленьких детей в коридоре, а после уже и сама рыжеволосая, — Вы с ума сошли? Какой гараж? Что вам было велено делать? Сидеть дома и никуда не рыпаться. —Ты понимаешь, что это наш последний шанс? А вдруг мы не пойдем искать гараж, будем сидеть и молчать, а полицейские так и дальше ничего делать не станут? — Рома явно был обеспокоен нынешней ситуацией, но как он думал, кроме геройства, получим недовольные крики родителей. Девушка заметила его немного озверевшие глаза и убедилась, что он не собирается сидеть сложа руки, а будет действовать. —А мы разве не договаривались сегодня, на? — шипиляво спросил Барашка, привлекая на себя внимание, явно не зная того, какие намерения были у нашего «поэта» сегодня. —Ну знаете... Я передумал идти сегодня.. — Ромка не успел договорить, как послышалась громкая ухмылка Бяши. —Пф! Струсил да? —Да я посмелее тебя буду, — мальчишка скрестил руки на груди и прикрыл глаза, после прозвенел звонок, а дальше все уселись по своим местам. На уроке математики Рома думал о сидящей рядом с ним Ане. Вдруг, он заметил, что впервые за все время не думал так яро о Полине, как о ней. Пословица «Гром средь ясного неба» очень подходила рыжеволосой, потому что она свалилась на мальчишку громом любви. В последнее время он не понимал, что происходит с ним и с его чувствами, и Пятифанов чувствовал, будто совершил измену: сперва любил одну, а теперь другую. Разве это нормально? Рома быстро метнул взгляд на Аню: распущенные рыжие волосы свисали и не давали рассмотреть лицо, он хотел уже потянуться рукой и убрать за ухо прядь, но подумал, как это будет нелепо выглядеть, особенно, когда на тебя может смотреть с задней парты Антон, а потом с довольной улыбкой ехидничать со словами: «Ну че Ром, по уши влюбился?». Иногда, когда мальчишка хотел сблизиться с предметом его любви, то спрашивал: «Как дела?». Желал увидеть ее глаза и услышать речь. Просто провести с ней время ему не удавалось, потому что дела по поимке маньяка были куда важнее. Но на этот раз, в этот день, Пятифанов решил взять быка за рога и пригласить Аню в гости. Звонок прозвенел немного тише чем раньше, а все потому, что механизмы были старые. Школьники закричали и выбежали из кабинета в коридор на перемену, на такое поведение учитель лишь выдохнул с хмурым выражением лица. Рома хотел пойти за Аней вслед, подумав, что та пошла тоже с одноклассниками веселится, но остановился. Девочка пошла спрашивать домашнее задание у безнадёжного преподавателя и тот, весело улыбнувшись и выдохнув, продиктовал задание. Вскоре, команда «Вольтрона» собралась у парты Антона, но самого белобрысого не было рядом. Бяша посчитал, что тот куда-то ушел с Полиной, но говорить об этом вслух не стал, Рома и сам понимал, что Полины не было в классе. Ребята обговорили дела сегодняшние, будущие, все, которые у них были. В основном их школьный день прошел как обычно. Ощущая на своем носу что-то холодное, Анна слегка поморщилась и открыла глаза, которые она закрыла на несколько секунд, выходя из здания. Снег падал. За ней выходил такой же белый, как снег, Антон Петров, а затем и поспевающие за ним Бяша с Ромкой. В какой-то момент, не удивляясь самому себе, Пятифанов покраснел, но не из-за холода на улице, а из-за пристального взгляда Романовы. —У тебя мозгов не хватило, чтобы взять шапку? — выбивая его из колеи, сказала как отрезала девушка. —М-мне жарко... — заикаясь ответил покрасневший Пятифанов, пытаясь отвести взгляд. —На улице мороз, какой жарко? —А может я закаляюсь? — взгляд ребят столкнулся с такими же серыми глазами, как их. Рома минуту не отводил взор и просто смотрел и тупил. Неловкий специальный кашель Антона отвлёк их, и Рома сказав, что скоро подойдёт к Ане, отошёл с белобрысым на небольшое расстояние. —Так значит. Я иду с ней в гости, а ты с Полиной, как договаривались. —Угу, — Рома хотел уже идти, услышав окончательный ответ Антона, и уже подходил к рыжеволосой, как внезапно тот задает вопрос, — А если Аня не согласится? — Рома встрял, будто был прикован ногами к снегу. И вправду, он не задумывался над таким поворотом событий, а что если она до сих пор воспринимает его, как ужасного хулигана? Рома решил меняться. —Согласится! — уверенно подходя к ней, мальчишка сначала встал возле нее, поковырял носом ботинка в снегу, а затем спросил тот заветный вопрос. — Пойдешь ко мне в гости? —Надо у тети спросить, — такой ответ явно не был понятен Роме, вроде и был похож на «да», а вроде это было и скромное «нет». —Ну, давай я тебя провожу, спросишь, а потом пойдём. Угу? —Ну... — девушка немного подумала, потупила взглядом вниз, — Можно сразу к тебе пойти, у моей тети загруженный график на работе. Но ты несёшь мой портфель, понял? —Понял! Всю покрытую хрустящим снегом дорогу, школьники молча шли.Аня наслаждалась спокойствием, зимним ветром, небом, в то время Пятифанову такая тишина не нравилась. Он хотел поговорить с ней, но язык, будто нарочно спрятался где-то глубоко во рту и не высовывался. Его раздражала не смелость в такой момент, когда возле них никого нет, и они абсолютно одни на узенькой тропинке, окружённой худыми деревьями. В один момент, Рома не заметил, как пришли они к его дому, и даже не расслышал фразу Ани: «Как далеко твой дом находится». Обычный дом, располагается неподалёку от леса, был весьма скромен на вид. Зайдя в саму обитель, то девушке сразу врезался едкий запах сигарет, вместе с каким-то старинным оттенком. —Давай свою куртку, — Рома протянул свою руку в знак того, что тот хотел повесить на вешалку, как делают обычные джентльмены, чтобы поухаживать за дамами. На такую заботу от хулигана Аня не отказалась и дала ему свою белую куртку. — Ну тут у меня кухня, там мамина спальня, там ванна. Короче, все, что есть у каждого, — девушка хихикнула и последовала за Пятифановым. Итак, он открывает дверь в свою комнату, слегка скрипучую, и которую пара бы уже поменять, двое увидели бардак. Мальчик ахнул и мигом побежал за листками, которые он не убрал, и про себя проклинал все, что есть на свете. Романова увидела один листок, который был небрежно свёрнут под ее ногами. Подобрав его, она прошлась по комнате, разворачивая бумагу. Перед ее глазами были написаны строки, словно это писал не Пятифанов.

«Сколько лет минувших наших дней

Прошло с тех пор, взглянув

На очарованье наших очей»

—Я и не думала, что ты умеешь стихи писать, — с вдохновленными глазами, расширенными зрачками, нежной улыбкой, посмотрела на раскрасневшегося Рому. —Отдай, э-это не мое. —Как не твоё? А кто у нас таким мелким почерком пишет, м? —Аргх! — Рома сел на кровать и закрыл красное лицо, думал, что одноклассница не увидит, но это не спасло. Аня села рядом с ним и продолжала читать стихотворение.

«Не случайно соединились мы,

Преодолев моей тяжелой зимы.

И став взрослыми детьми,

По другому думать стали»

—Стихи пишешь, а учишься плохо... —Это временно... — чуть успокоившись, Рома смотрит на внимательно изучающее лицо Ани. Она была чуть ли не идолом в его глазах, сокровищем, которое долгие годы искал пират, алмазом, находящийся глубоко под землей. Смешно наблюдать над такой горячей влюблённостью, и мы все смеемся с того, что это подростковая любовь. В такие годы бабочки намного ярче ощущаются в стенках живота, чем в позднем возрасте. Хотим уехать на край света с человеком, которого любим, посвятить всю оставшуюся жизнь, и надеяться на то, что симпатия будет вечна. Однако, все мы прекрасно знаем, что такая любовь, самая чистая. Вставая с кровати, Рома хрустит пальцами и хочет решится на важный разговор. Делает глубокий вдох, сжимает крепче стул, на который он облокотился, открывает рот, но тут маленький камушек влетает в стекло и отвлекает двоих, застревая свое внимание на окне.