too tired, too much information

— Тсс! Ло почти плюется в сотый раз за последний час — или меньше, но ему кажется, что это час, неважно. В течение этого часа, как ему кажется, он закрылся в кладовке, сидя на скамейке, которая почему-то кажется такой неудобной для его задницы, чтобы сидеть неподвижно, так же как и его ботинок, который продолжает молотить по металлическому полу, колотясь вместе с его колотящимся сердцем. Черт. Он так устал. Возможно, это даже преуменьшение, поскольку он чувствует себя неспокойно с тех пор, как они покинули Зоу. Он просто переварил столько информации о проблемах других стран, что ему уже наплевать. Ну, он должен, поскольку его так называемый союзник настаивает, и у него нет другого выбора, кроме как подчиниться. Кстати, изначально он ничего этого не планировал. Он должен был быть мертв еще в Дрессрозе. Так что его недавнее раздраженное настроение — не его вина, верно? По-прежнему не переставая стучать ногой, он снова меняет положение сидения, опираясь на колени, только на этот раз с долгим вздохом. Он понимает, что вести себя как пятилетний ребенок, сдерживающий мочу, когда ему 26 лет, должно быть чем-то постыдным. А он, черт возьми, врач. В его словаре не должно быть слова «психовать». Хотя однажды, очень давно, он все-таки психанул, когда узнал, что некий новичок проник в Маринфорд два года назад. Это заставило его приложить усилия, чтобы в спешке приплыть туда, только для того, чтобы молодой новичок истекал кровью без сознания. Тот самый пират, из-за которого у такого человека, как Ло, хватило бы сил разнести всю комнату в клочья сегодня, или вчера, или много-много дней назад. И он бы, наверное, так и сделал, если бы не внезапный скрип двери, которая неожиданно распахнулась перед его глазами. Каким-то образом Ло оказался уже в другом сидячем положении, со скрещенными руками и ногами, достаточно быстро переключив себя в свою обычную приземленную манеру, вздохнув. — Зоро-я. Хорошо. Ему удается сохранить хотя бы ровный голос, в то время как мечник почесывает затылок. — Странно. Я думал, это должен быть камбуз. Ло закатывает глаза. Несколько часов назад этот потерянный ребенок сделал то же самое, когда Ло бродил по бункеру, и по пути в ванную, и… да много раз. Он слышал о плохом чувстве направления Зоро, но это — абсолютное худшее. Как кто-то может заблудиться внутри чертовой подводной лодки?! Ну, неважно. С момента начала этого союза с командой Соломенной Шляпы, он должен быть готов ко всякому обреченному дерьму и тому подобному, от чего голова будет болеть ежедневно — даже ежечасно в некоторых случаях, как сейчас. — Это явно не камбуз. Идите в противоположном направлении, затем поверните налево. Удачи, — Ло быстро указывает в нужном направлении — что, как он уверен, ничем не поможет невежественному человеку — затем добавляет. — Если вы ищете спиртное, у нас его не так много, как у вас, ребята. И это не ваш гребаный корабль. Вам лучше вести себя прилично. Зоро ворчит, выглядя несколько рассерженным, и топает ботинками ближе к капитану. Удивленный тем, как Зоро входит, а не выходит, Ло едва не поднимает руку и не телепортирует зеленоволосого в морские глубины, особенно когда Зоро бесстрастно занимает место рядом с ним. — Я могу делать все, что захочу. Тсс. Ло снова чуть не сплюнул. — Я вижу, как свободный дух вашего капитана проникает во всех членов команды, даже без его присутствия здесь, — такая адская боль, хочет добавить он, но вместо этого выпускает очередной вздох. Он считает, что это пустяки по сравнению с другими неприятностями, связанными с личностью капитана в соломенной шляпе. — Должен сказать, вашему капитану действительно нужно научиться не вмешиваться в чужие дела и не навлекать на себя ненужные неприятности. По какой-то причине другой мужчина ухмыляется. — Беспокоишься о Луффи? Ло вскакивает. — Что?! Я не…! — он делает паузу, затем выдыхает, опомнившись. — Я имел в виду, что ему тоже стоит подумать об этом союзе, вместо того, чтобы в одиночку отправляться в бой с этой своей дурацкой прихотью, прежде чем получить несколько ран и… Ло снова замолкает, не только потому, что этот чертов мечник натягивает еще более раздражающую ухмылку, но и потому, что он понимает, что его слова только докажут правоту Зоро. Но не то, чтобы он ошибался, Ло действительно обеспокоен, и он ненавидит это, и поэтому предпочитает держать это при себе. Какой-то человек, указывающий на это, тем более из команды Соломенной Шляпы, конечно, меньше всего ему нужен. А теперь он хочет отправить себя в море. Наконец, он пренебрежительно качает головой. — Неважно. Зоро сильно смеется, не обращая внимания на смертельный взгляд, который он получает после этого. — Забавно. Я слышал, что ты тоже спас Луффи по прихоти, — мужчина вздыхает с улыбкой, затем продолжает. — Сначала я не поверил, так как ты выглядишь слишком хитрым, чтобы заниматься благотворительностью, но теперь я понял. Ты из тех людей, которые выглядят так, будто тебе все по барабану, когда на самом деле тебе не все равно. Со всеми этими нервными покалываниями и внезапной мигренью в голове, Ло хочет протестовать. Слово «забота» звучит так тошнотворно для того, кого называют Хирургом Смерти, что ему хочется блевать. Но потом он находит более удачное возражение, и вместо него отвечает. — Хех. Сказал тот, кто пытается строить из себя крутого, когда он почти сошел с ума из-за какого-то сбежавшего повара. — Что?! — Зоро стоит на месте. — Просто признайся, ты действительно хотел пойти со своим капитаном, чтобы вернуть своего возлюбленного, — затем Ло насмешливо произносит. — О, я понял. Ваша проблема с чрезмерным употреблением алкоголя — результат того, что вы сдерживаете себя, чтобы не броситься к своему капитану. Одноглазый мужчина застывает, как ребенок, пойманный с поличным за разбиванием вазы своей матери, и Ло находит это забавным. — Что? Вы думаете, я не замечал все ваши «тайные встречи» посреди ночи? — он пожимает плечами. — Как насчет того, чтобы стараться не делать этого в открытом месте, или, по крайней мере, понизить голос, чтобы не беспокоить других людей, которые спят? У Зоро отпадает челюсть. — Мы не такие уж и громкие! Это твои уши… — он делает паузу. — Понятно. Ты просто ревнуешь, потому что не можешь сделать это с Луффи, так как он совершенно не замечает твоей привязанности. Настала очередь Ло, и он уронил челюсть, вставая на ноги. — Что за… Я не… Я был внимателен, в отличие от какого-нибудь мечника, который пробивает себе дорогу, когда его партнер говорит «нет». — Вау, чувак, — Зоро поднимает одну руку. — Ты не знаешь нашу игру, ты не имеешь права говорить. — Ага? И твоя игра включает в себя еще и «эй, малыш» в его задницу? — Это… Подожди. Как, блядь, ты узнал??? — Я сказал, что ты слишком громкий! — Все же лучше, чем неслышимое «Я хочу поцеловать тебя, Луффи». — Хохохо!!! Ты… ты…!!! Носитель пятнистой шляпы внезапно теряет дар речи, оставляя свой указующий перст висеть в воздухе и чувствуя, что его лицо пылает жаром. И, что удивительно, другой пират выглядит точно так же, окрашенный в красный оттенок, без каких-либо входящих слов. На мгновение застыв на месте, заметив глупо покрасневшее лицо друг друга, они почти одновременно отводят взгляд. Молчание длится еще несколько секунд, прежде чем они в унисон выдыхают вздох и опускают свои тела обратно на скамейку. Наконец, первым заговорил Зоро. — Луффи не слабак, знаешь, он может позаботиться о себе. Ты можешь перестать волноваться. Ло отвечает тем же тоном. — Твой повар, похоже, тоже не из тех, кто покидает команду ради семейных дел. Так что, пожалуйста, прекрати воровать наши запасы алкоголя, я прошу, по какой бы причине это ни было. Зоро вздрагивает, медленно отдергивает руку от ближайшего ящика, который случайно увидел, и возвращается к затылку, неловко почесывая его. Снова. — Итак. Луффи, да? — О, заткнись, — Ло ворчит с закрытыми глазами, почти звучит так, будто его душа покинула тело. — Удивительнее видеть, как двое мужчин, которые весь день дерутся, каким-то образом могут уживаться ночью — страстно. — Тсс. Отвали. — Говоришь о себе? Зоро вскидывает голову, он уже близок к тому, чтобы вскинуть руки, но тут он резко бросает взгляд на дверь вместе с Ло, который только открывает глаза. — Капитан? — белый медведь прижимается к открытой двери, произнося осторожным тоном. — Нам нужно обсудить наш план. О милый Коразон. Что за гребаный способ потратить гребаное время, прежде чем вернуться к гребаному делу. Ло может только превратить свое разочарование в очень, очень долгий вздох. Затем он неохотно поднимает свою задницу и идет к двери, но останавливается, когда чувствует, что кто-то идет позади него. Ло поворачивает голову, смотрит на Зоро, который выглядит несколько понурым, и просто бросает взгляд «какого хрена ты делаешь», давая понять, что это не его дело. Зоро, очевидно, понимает смысл, и бросает в ответ прямой взгляд «мы же союзники, не забывай», который каким-то образом успешно доходит. В пятый раз Лоу чувствует необходимость пересмотреть этот союз. Но после того, как он понял, что только что провел несколько часов, беспокоясь об одном идиоте, разбираясь с другим идиотом, и ему определенно еще придется разбираться с идиотами позже, у него не осталось сил. Поэтому он решает просто бросить это дело и выходит из комнаты, за ним следует Зоро. — Этого разговора никогда не было, — бормочет Ло. — Согласен. Затем они расходятся в разные стороны, оставляя белого медведя в замешательстве, прежде чем присоединиться к своему капитану. О, ради любви… Ло, которому надоело все это дерьмо с сегодняшнего утра, или с того момента, когда, черт возьми, он начал хотеть спрыгнуть со скалы, кричит в сторону мечника. — Сюда, придурок!