Всадники: Возрождение

      Следующий день прошёл как в тумане. Все куда-то торопятся, собираются. Отца я вообще не видел, что не удивительно. Ведь ему надо очень многое подготовить к переезду, придумать, обустроить, договориться... Пет тоже пропадал и почти всё время был с отцом. Мне нужно было собраться: материально и духовно. Всё-таки я уезжаю на 3 месяца с лишним. Я буду скучать по дому...       Чемодан я собрал быстро, так что остальное время я потратил на прогулку. Сейчас выходные, нет никаких занятий и это радовало. А мне надо было подумать...       Гулять я пошёл в большой сад рядом с домом. Там, в самом дальнем углу, есть старые простые качели, спрятанные в ветвях фруктовых деревьев. В этом тихом и уютном месте я люблю проводить вечера и качаться допоздна с наушниками в ушах, где играет классическая музыка и думать на самые разные темы.       Вот и сейчас я туда пришёл, ведь кто знает, когда я снова смогу посетить это родное моему сердцу место.       Никогда не думал, что уехать мне придётся так скоро... А если точнее улететь. Основная часть уплывает на пароходе сегодня ближе к ночи, я же лечу отдельно - рано утром вместе с Петом, так что у меня ещё целая ночь в запасе. Представляю, что сегодня творится в домах "королевских советников", которые судорожно решают все дела, собирают детей. А что происходит у девочек... вообще думать страшно.       При этой мысли я улыбнулся, представляя, как девчонки наперегонки со слугами носятся по дому, собирая свои безмерные пожитки. Заколки, платочки, туфельки, помада... и прочая бесполезная, но очень дорогая мелочь.       И как же жизнь устроится на том острове? Что там меня ждёт? Я много видел видеороликов, где во всяких детских лагерях и санаториях подростки живут в одном месте, в разных комнатах. Днём они занимаются со старшими, а ночью шутят друг над дружкой, устраивают постоянные розыгрыши... У нас навряд ли такое будет. Каждый будет жить в отдельных домиках, каждый сам за себя. И кому я вообще нужен? Правильно, никому... Да и мне никто не нужен...       Хотя иногда, всё–таки накатывает тоска... Нет у меня друзей... Даже маленького единственного друга нет! А мне многого не надо: просто, чтоб выслушал меня и понимал, и я бы в ответ дарил то же самое! А Рэрик... Рик, он хороший, но у нас нет связи, да и он больше находится в других кругах. Я же почти не выхожу из дома. У меня есть только эти качели, которые выдержали все мои переживания и есть Пет, который многому меня научил. А с отцом... все сложно. Когда-то мы были ближе, он часто меня брал не на светские приёмы, а на рыбалку например. Часто разговаривали, проводили время вместе. А ведь он когда-то был счастливым и часто улыбался... когда была мама.       Я её совсем не помню. Она пропала очень давно. Говорят, что почти сразу после моего рождения. Все уже привыкли считать, что она умерла, но папа в это не верит до сих пор. Хотя искал её очень долго, но так не нашёл ничего, что могло от неё остаться.       Иногда я представляю её. Что она рядом со мной, поддерживает и слушает. Представляю её ласковый взгляд, и такое же как у меня лицо. Мне часто говорят, что я похож на неё, но фотографии плохо передают эту схожесть. — Эх, мама.. где же ты сейчас? Может, ты и впрямь где-то рядом?       Я вглядывался в сумрачную темноту вокруг себя и ничего не видел. Грустно вздохнул. На что я надеюсь? Увидеть какого-то призрака...       Сад стремительно темнел, подул холодный ветерок. Надо бы уходить, но так не хочется... Я хорошенько оттолкнулся ногой о землю, чтоб лучше раскачаться. Хотелось напоследок раскачаться очень сильно. В наушниках музыка становилась громче, трагичнее, я в такт раскачивался всё сильнее, отдавая все силы, отдавая всего себя этому настроению. В какой-то момент произведение достигло своей кульминации, а я раскачивался на максимум, который могли позволить эти качели, качаясь полукругом, и мне даже казалось, что чуть большее. Голова кружилась, я уже почти не касался сидения качели, а летел вместе с ней в воздухе, держась крепко руками. Ещё немного, и я буду выше деревьев!       Интересно, а какого это летать? Находится среди облаков, делать невозможные трюки, быть всех выше, быстрее, сильнее?       От этих мыслей, музыки и почти полета на качелях, меня охватил какой-то восторг. Даже в этой темной синеве, я замечал высоко парящих птиц. Быстрые, свободные! Покорители бескрайнего неба! Я знаю, что когда-нибудь мне придётся стать королём. Но если я мог выбирать, то я бы был королём неба!       Но вот, прекрасные звуки музыки стали затихать, успокаиваться. И моя душа будто бы успокаивается вместе с нотами. Я перестал раскачиваться, и качели становились все медленнее, и медленнее. Вскоре, я совсем остановился и встал на землю. Окинув это вечернее место взглядом, я глубоко вдохнул запах деревьев и свежести, раскинув руки в стороны. Почему-то сейчас я был счастлив, хоть где-то в уголке души прозрачной слезой блестела грусть. Я поднял голову, всматриваясь в синий небосвод. Где-то там, далеко над землёй, загорелись первые звёзды. — Скоро увидимся — зачем-то сказал я в пустоту.       Снова посмотрел на всё прощальным взглядом. На мои любимые старые качели. Я буду скучать по этому месту, ведь такого маленького прекрасного уголка, который был бы дорог мне, нет больше в мире.       И я наконец ушёл, с грустной улыбкой на устах.

***

      Утро началось быстро и относительно спокойно. С отцом мы достаточно сдержанно попрощались, Пету он сказал несколько напутственных слов и мы полетели на вертолёте.       Вид сверху был прекрасным. Это не первый мой полет, однако всё–таки бывают они нечасто. Но я не считаю, что это тоже самое, что у вольных птиц. Здесь я пристёгнут, обзор ограничен, лопасти создают слишком много шума, и рядом сидит необъятный волосатый дядька, который сдавил меня уже вместе с вещами. Хорошо, что самое громоздкое уплыло ещё ночью и со мной сейчас только рюкзак. Ну прям сиди и наслаждайся! Я молил Тора, чтобы это побыстрее всё закончилось!       Всё–таки иногда я могу достучаться до некоторых богов, потому что вскоре я увидел остров. С высоты Гардарики смотрелся прекрасно. Большую площадь занимал лесной массив, много скал разной высоты. Я заметил гору с водопадом в дальней части острова и тут же сделал в голове пометку обязательно туда как–нибудь сходить. Здесь был красивый длинный пляж, обустроенный причал, ближе к этим местам были отстроены коттеджи и другие небольшие здания. Небольшая открытая площадь находилась в центре самого лагеря. Жалко, что сейчас не покупаешься, по ночам здесь вода ещё покрывается тонкой морозной корочкой, а растения белым инеем.       О, а вот и вертолётная площадка. Туда-то мы и стали спускаться. Выйдя из вертолёта, я увидел несколько человек в строгих костюмах. — Добро пожаловать на Гардарики! Как долетели? — встретил нас молодой человек в костюме. — Бывало и лучше, — с хрипотцой в голосе сказал Пет, подавая свой огромный саквояж. Я с ним мысленно согласился. — О, это все так неожиданно, господин Борконсон! — немедленно встрял второй мужчина средних лет, и он постоянно кланялся, — Указ короля, скоропостижный приезд наследника... — тут он поклонился мне. — На, — быстро загородил меня Пет и сунул письмо этому дядьке, — письмо от короля. Там все его поручения на ближайшее время. И цыц! — тут он со своего необъятного роста угрожающе наклонился к дядьке, — Никакого наследника здесь нет! Не распространяться об этом дальше границ этого острова! Личный приказ Его Величества!       У мужика пот пошёл градом с его полулысой головы. Во Пет молодец! Знатно припугнул! А то он мне как-то сразу не понравился, подозрительный какой-то. — Хорошо... — как-то растерянно проговорил дядька, нервно вытираясь шелковым платком, а потом уже нормально сказал, — Джон, проводи Его Высочество в подготовленные апартаменты.       Ко мне подошел тот самый молодой человек, который с нами поздоровался. — Иди, Иккинг, — мягко сказал мне Пет, — обустраивайся пока что. После обеда встретимся на площади.       Я кивнул, и мы с Джоном ушли с площадки.

***

      Большую часть времени мы шли молча. Только когда подходили к коттеджам, Джон мне стал рассказывать о расписание на сегодня. Сейчас было где-то 10 часов утра, времени обживать свой участок у меня примерно 3 часа. Потом Джон проводит меня до местной площади, где нам, подросткам, будет проведён инструктаж, а также экскурсия по лагерю. А потом будет общий ужин. Кстати сейчас я тоже могу заказать себе поесть. Так, что когда мы подошли, я попросил себе что-нибудь лёгкое, вроде овощного салата. Напитки все находятся в самих домиках, так что я сейчас заварю себе чаёк.       Молодой человек ушёл, а я таки зашёл в свою обитель. Коттедж был двухэтажным, сделанный в современном стиле, в белых и коричневых тонах. Внутри было просторно. На первом этаже гостевой зал, стойка отделяла его от небольшой светлой кухни. Дальше вела лестница на вверх, где была моя спальня, гардеробная, там уже стояли чемоданы с моими вещами. А так же была ещё одна комната и выход на балкон.       Круто, что тут скажешь. Особенно круто, что я в 14 лет живу отдельно. Хотя нас довольно рано приучают к самостоятельности, а если учитывать, что я полжизни провёл дома практически в одиночестве, то мне вообще не привыкать. Хотя здесь не учитывается, что мы будет проводить время одни, нами тут будут заниматься!       Пока было время, я заварил себе свой любимый черный чай с сахаром, и как раз пришёл Джон с салатом и булочками. Я не завтракал, так что с радостью накинулся на булочки. После своей трапезы, я стал потихоньку раскладывать свои пожитки по местам. Пока бегал по дому, нашёл ещё одно пустое помещение в подвальчике, и решил в будущем устроить там свою мастерскую. Мне очень нравится что-то делать руками, мастерить из самых разных материалов, изобретать, придумывать что-то новое... Правда, желательно ещё сделать навес позади дома, а то бывают случаи, когда лучше творить что-то на свежем воздухе. Но этим я займусь позже.       Когда время настало, за мной пришёл Джон. На улице было холодно так, что от моего дыхания шёл пар, поэтому я надел черную куртку, накинул капюшон и так пошёл на встречу неизвестности.       На площади уже было людно. Я встал в стороне, подальше от посторонних глаз, а сам наблюдал за прибывшими. Они не скрывались. Там были дети, разных возрастов и положения. Это были дети, чьи родители состояли в правительстве. Однако правительство делится на несколько кругов, зависящих от монарха.       Представьте маленький кружочек - это сам правитель. Вокруг этого кружочка идёт первое кольцо - это самый близкий круг лиц приближённых к королю, называется "Верховный Тайный Совет Его Величества". Туда входят только представители древнейших фамилий, самые близкие люди короля, его единомышленники, которые решают наиважнейшие вопросы государства. Образовался этот совет много веков назад, и так получилось, что составляющее практически не менялось. Они, вместе с королём выросли, примерно все одинакового возраста, единых взглядов. Так что дети совета - самые высокие по статусу, не считая меня. И так получилось, что мы все ровесники... И я про них уже рассказывал. Есть конечно ещё, но они младше.       Есть ещё круги правительства, где с каждым кругом все больше и больше людей входит и занимаются самыми разными сферами жизни общества. Всего таких кругов пять (если не считать самого монарха). Я уж не буду вдаваться в подробности нашего политического строя. Но судя по наблюдениям, здесь присутствуют дети до третьего круга, примерно с 10 до 17 лет. Пока не пришли старшие, ребята разбились по группам. Конечно же здесь были мои старые знакомые, которые как и я стояли в стороне одной компанией и наблюдали за другими прибывшими, иногда между собой перешёптываясь. — Тишина! — неожиданно прозвучал знакомый голос над головами.       Пет предстоял перед нами на возвышении, у подножия огромной статуи бородатого викинга, который обеими руками опирается на боевой топор. Все сразу затихли. Мужчина продолжил: — Многие из вас задаются вопросом - зачем мы здесь? Почему сейчас? И я вам отвечу: Чтобы учиться и развиваться. Была принята новая программа обучения привилегированных сословий. Здесь вы будете подробнее изучать науки, а также будет упор на боевое искусство. Всё для вашего блага и благо для нашей Олунии! А теперь приглашаю сюда директора лагеря Фина Хофферсона!       На этих словах народ стал аплодировать. Пет незаметно ушёл назад, а вперед вышел высокий мужчина в светлом костюме, с длинными светлыми волосами. Ого, это же дядя Астрид! Он когда-то был генералом нашей армии, пока не ушëл в отставку, очень уважаемый человек. Его даже прозвали Бесстрашным, впрочем, все Хофферсоны бесстрашные. — Приветствую вас в детском лагере "Викинг"! — начал Фин, — Как уже было сказано ранее, я директор этого заведения. "Викинг" всегда был летним лагерем для отдыха детей аристократов. Сейчас же, ситуация в корне поменялась. Мирный лагерь превращается в военную академию, но не всё так просто. Этот остров выбрали по нескольким причинам. Во-первых, как некоторым известно, Гардарики - аномальная зона. Её невозможно заметить никакими приборами, электроника здесь не работает, что делает это место безопасным для вас. Именно поэтому вы прибыли сюда под покровом темноты и без каких либо гаджетов. Во-вторых, этот остров - наша история. Даже эта статуя, - тут он показал на викинга позади себя, - историческое достояние от наших предков, а так же символ нашего острова. Вот, почему вы именно здесь.       Он сделал паузу, в которой ему похлопали. Директор отпил воды и продолжил: — Ваши занятия начнутся с завтрашнего утра. Вас всех разделят по группам, расписание посмотрите сегодня вечером. Правила поведения, устав лагеря прочесть обязательно сегодня и выучить, во избежание неловких ситуаций. Запомните - здесь неважно, какое положение вы занимаете. Вы вообще пока никакого положения в обществе не занимаете, а только ваши родители. Вы все здесь равны. Так что сохраняйте уважение ко мне, учителям, персоналу и друг к другу. Так, у вас будет один полноценный выходной в неделю - это воскресенье, можете гулять по лагерю, лесу, но дальше ограждения не ходить. По субботам у вас сокращённый учебный день и остальные пять - полноценные рабочие дни. Есть вопросы? — А мы здесь надолго? — поднял руку какой-то парень. — До летних каникул, — ответил директор, — Ещё вопросы будут?       Ответом ему была гробовая тишина. — Ну, хорошо. Если что, обращайтесь к преподавателям. А сейчас, пройдемся по окрестностям!       Мы неспешно потопали за старшими. Вообще, было интересно осмотреться, но только в одиночестве, а то из-за гула ребят почти ничего не слышно, что говорит директор. Нам показали где будут вести занятия, где проводится творчество, стадион... Здесь даже есть арена. Это такое место, для которого делается специальное углубление в земле, круглой формы, а сверху закрытое прозрачным куполом. Это наследие от наших предков, которые использовали арену для боёв или для ритуального жертвоприношения, или для публичной казни... Её и сделали такой, чтоб сверху людям открывался хороший обзор на происходящее.       Сейчас, арену используют для спортивных турниров, спаррингов. Она оснащена разным холодным оружием, даже кузня есть при ней, что меня приятно удивило, ведь их там изготавливают, а значит, там есть интересные для меня инструменты... Вот интересно, откуда в детском лагере арена... А-а-а, сказали что это ещё одно историческое достояние, только отреставрированное. Похоже, тут всë древнее и историческое, ничему нельзя удивляться.       Последняя в экскурсии была столовая, которая больше походила на просторное кафе. Там-то мы и остановились, чтобы дружно поесть. Ну, как дружно - все разбились на кучки, и я сел отдельно от всех. Зато готовят вкусно: горячая картошечка со стейком из говядины под томатным соусом. М-м-м...       После трапезы я подошёл к доске рядом с входом в столовую, там висело расписание. Удобно, пошёл завтракать и тут же все новости дня вывешены. А того, что было написано, следовало ожидать: я буду в одной группе со своими знакомыми, про которых я уже рассказывал. И занятия у нас будут на арене... круто, что ещё скажешь.       Я пошёл в сторону своего домика, а вместе со мной подтянулись и остальные. А там, целая улица жилых домов, с одной стороны живут дети, а с другой взрослые. Я стал замечать что в один домик заходят сразу по два человека. Понятно, что коттеджи двухместные. Хорошо, что ко мне никого не подселили.       Я зашёл к себе и громко выдохнул. Это был слишком длинный день для воскресенья. Интересно, что меня ожидает завтра?