Призрак прошлого

Ночь. Голые деревья образуют непроходимую чащу. Снег хрустит под ногами. На небе ни единой звезды, лишь луна, частично скрытая за облаками, бледно освещает пространство вокруг. Но и ей не удаётся прогнать сгущающуюся тьму. По тонкой тропинке между деревьями бежит парень. Сердце бьётся, как бешеное, дыхание сбилось, на лбу выступили капли пота. Светлые пряди волос, торчащие из-под шапки, с каждым шагом подлетают в воздух и вновь падают на лицо. Сложно сказать, почему он бежит, но что-то не даёт ему остановиться. Силы медленно покидают юношу. Не имея возможности бежать дальше, он постепенно останавливается. Поправив очки, оказавшиеся где-то на кончике носа, парень огляделся по сторонам, пытаясь отдышаться. Он стоит прямо посреди маленькой заснеженной полянки, озарённой слабым светом луны. Темнота вокруг создаёт впечатление, что кроме этого кусочка земли больше в целом мире ничего не существует. Несмотря на чувство некоторой защищённости, паника внутри нарастала. Сделав оборот вокруг своей оси и не увидев ничего, кроме снега, парень остановился и начал пристально всматриваться в кромешную тьму. Вдруг три мужских силуэта вышли на свет. Сложно было разглядеть их лица или какие-либо элементы одежды. Человек слева был ниже остальных ростом. Голова его, судя по всему, была покрыта капюшоном, а руки убраны в карманы, из-за этого он был похож на какую-то матрёшку на ножках. Мужчина справа был очень крупного телосложения, можно было предположить, что, даже не обладая физической силой, он почти кого угодно мог бы, упав, задавить массой. Человек посередине не выделялся ничем особенным до того момента, пока в его руке практически из воздуха не возник нож. Силуэты медленно приближались. Стало понятно, что они были примерно одного роста с парнем. Юноша осторожно начал отступать. Сделав несколько шагов назад, он поскользнулся и упал на снег. Силуэты окружали его, подходя вплотную. Парень попытался встать, но человек в капюшоне пинком повалил его на землю. Не сводя глаз со сверкающего в лунном свете лезвия, юноша пополз по снегу, пока не упёрся спиной в ноги крупного парня. Силуэт с ножом приближался. Ступор сковал тело. Бежать было некуда. Оставалось лишь наблюдать за тем, что будет происходить дальше. Человек грозной тенью навис над юношей, закрыв собой единственный источник света. Резкий взмах ножом. Яркий отблеск лезвия. Антон открыл глаза. Рассветное солнце пробивалось сквозь тонкие шторы, заливая комнату ярко-оранжевым светом. Взгляд парня был устремлён в белый потолок прямо над ним. Перед глазами всё ещё стояли тёмные силуэты. В ушах слышались только быстрый стук сердца и собственное дыхание. Сделав несколько глубоких вдохов и медленных выдохов, он смог успокоиться. Эта практика помогала не раз, ведь Петров уже видел этот сон. Один и тот же кошмар снился ему каждую ночь, когда он был двенадцатилетним мальчишкой. Переехав с родителями и сестрой в посёлок, жизнь Антона изменилась кардинально, но не в лучшую сторону. Местные хулиганы, не упускавшие возможности как-либо задеть парня, стали причиной многих бессонных ночей. Ему даже приходилось пить успокоительные, чтобы насладиться хотя бы парой часов спокойного сна. Вернувшись в Москву сразу после окончания Антоном шестого класса, он перестал видеть кошмары. Жизнь с тех пор в целом наладилась. Петров пошёл в седьмой класс в новую школу. Хоть среди одноклассников друзей у него толком и не было, но отношения со всеми были хорошие. Таких хулиганов, с которыми ему приходилось сосуществовать на одной территории, здесь не было. Так как в жизни Антона разнообразия было мало, потому что он редко посещал какие-либо светские мероприятия, была возможность посвятить много времени учёбе и рисованию. Вскоре успеваемость по большинству предметов стала расти. Тогда уже не парень работал на свои оценки, а они на него. Аттестат без троек и хорошие рекомендации учителей дали ему надежду на поступление в престижный ВУЗ. Написание вступительных экзаменов потребовало усердной подготовки в течение двух месяцев, а теперь оставалось лишь ждать результатов. И как раз сегодня они станут известны. Вспомнив о том, что ему вскоре предстояло ехать в университет, где будут вывешены списки поступивших, Петров сделал над собой усилие, чтобы отвлечься от посторонних мыслей и, наконец, встать с кровати, ведь заснуть снова всё равно не получится. Первым делом Антон направился в ванную комнату. Открыв кран, он засунул руки под струю воды. Приятная прохлада обволакивала кожу, что даже мурашки пробежали по телу. Простояв так некоторое время, парень принялся умывать лицо. Избавившись от сонливости при помощи холодной воды, он надел очки, лежавшие на полке над раковиной, и взглянул на себя в зеркало, висевшее на той же стене. Оттуда на него смотрел высокий парень симпатичной внешности с слегка взъерошенными светлыми волосами и голубыми глазами, которые из-за линз казались ещё больше, чем они есть на самом деле. Под белой домашней футболкой скрывалось стройное тело. Отметив в очередной раз то, насколько он изменился за эти шесть лет, Петров пошёл на кухню. Стоя посредине комнаты, немногим больше ванной, парень беглым взглядом прошёлся по помещению. Небольшой стол стоял впритык к стене и был окружён тремя стульями. Судя по схожести узоров на резных деревянных ножках, можно было предположить, что покупались они в комплекте. На этой же стене висели часы. Несмотря на свою невзрачность, тикали они так, что слышно было во всей квартире. Вдоль противоположной стены расположился кухонный гарнитур, с аккуратно вписавшейся в него плитой, которая явно не пользовалась популярностью у Антона, ведь готовил он плохо, да и с газом лучше было лишний раз дела не иметь. Глаза остановились на холодильнике, стоявшем прямо у входа на кухню. На когда-то белой двери, сейчас же слегка пожелтевшей от времени, красовалось несколько ярких магнитиков из разных городов России, в которых сам Петров ни разу не был, но получил эти сувениры от каких-то знакомых. Собрав бутерброд из того, что нашлось в холодильнике, и заварив чашку чёрного чая, он приступил к завтраку. Сидя за столом, Антон поднял взгляд на часы, показывавшие полседьмого. В университете надо было быть в восемь. Зачем собирать всех первокурсников в такую рань да ещё и за две недели до начала учебного года, было понятно, наверное, только администрации ВУЗа, но точно не его будущим студентам. Как будто в девять часов все списки резко исчезнут, а те, кто не успели их посмотреть, будут исключены, не поступив. Но приходится мириться с правилами учебного заведения, если есть желание там учиться. Дорога на метро составляла где-то минут двадцать, значит в запасе есть час свободного времени, только тратить его не на что. Быстро проглотив свой бутерброд и залив его стаканом чая, парень вернулся обратно в свою комнату, ведь в квартире всё-таки она была одна. Антон жил в однокомнатной квартире недалеко от центра города. Когда парень с семьёй вернулись в Москву, жизнь наладилась не только у него. Отцу Петрова посчастливилось найти хорошую работу, поэтому за пять лет скопился неплохой капитал, позволивший продать их трёхкомнатную квартиру и купить однокомнатную, в которой, как и предполагалось, будет жить Антон во время обучения, и небольшой домик в Подмосковье, где родители с сестрой сейчас и проживали. Квартира была обставлена скромно, но уютно. В небольшой прихожей с одной стороны от входной двери стоял шкаф для одежды, слева от которого висело зеркало, с другой – двери в ванную, туалет и спальню. Прямо по коридору была кухня. Парень открыл окно и вдохнул свежий утренний воздух, который ещё не успел нагреться летним солнцем. Вид с пятого этажа панельного дома открывался на дорогу, где ещё пока не было пробок, и на такие же серые здания типовой застройки, которых полно по всей стране. Позволив прохладному воздуху с улицы медленно распространяться по комнате, Петров заправил постель и приземлился сверху на покрывало. Прислонившись спиной к стене, заклеенной светлыми обоями с мелким узором, Антон окинул взглядом помещение. Слева от изголовья кровати слабо колыхались полупрозрачные белые шторы. Под окном стоял письменный стол, где аккуратной стопкой лежали какие-то тетради и блокноты, рядом - большой стакан с цветными карандашами и ручками, там же находилась большая металлическая настольная лампа, которая в тёмное время суток могла осветить всю комнату. Под него был задвинут стул, точно такой же, как на кухне. Напротив кровати стояла тумба, а на ней - маленький телевизор и DVD-плеер, в котором, наверняка, был забыт какой-то диск. Рядом со входом в комнату возвышался книжный шкаф, заполненный художественной литературой и учебными пособиями. Взор парня прошёлся по разноцветным корешкам и остановился на одном. Взяв книгу в синей обложке с частично стёршимся от времени названием с полки, он вновь повалился на кровать и открыл её. Страницы приятно шелестели при переворачивании. Быстро пробегая взглядом по строчкам, Петров пытался скоротать время. В половине восьмого парень уже стоял на ближайшей к дому станции метро, в ожидании поезда. Люди толпились вокруг, заполняя собой всё пространство, но Антон их будто не замечал. Услышав заветный грохот приближающегося поезда, он отвлёкся от разглядывания пола станции и поднял глаза ему навстречу. Сначала появился ослепительный свет фар, а затем много длинных вагонов старого образца, со скрипом остановившихся и растянувшихся на всю длину перрона. Войдя в тот вагон, двери которого шумно открылись прям перед носом, Петров приземлился на ближайшее сидение, откинулся на спинку, прислонившись затылком к стеклу, и прикрыл глаза. Умиротворение отобразилось на его лице. Тело стало тяжёлым, недостаток сна ощущался только сейчас. Но тут же вспомнилась причина раннего подъёма. Сон как рукой сняло. "Почему мне снова приснился этот кошмар?" - задался Антон вопросом, на который не мог дать никакого разумного ответа, кроме того, что стресс из-за поступления негативно влияет на его нервную систему, возвращая детские кошмары. Удовлетворившись этим объяснением, парень до конца поездки старался больше о сне не думать. Когда женский голос невнятно объявил название нужной станции, Петров одним движением поднялся с сидения и вывалился из вагона в только открывшуюся дверь. Ноги сами понесли его к выходу из подземелья. Солнце, бывшее уже высоко над горизонтом, заставило парня слегка прищурить глаза. Температура на улице стала ощутимо выше. Не желая задерживаться, Антон быстро зашагал в сторону университета, находившегося недалеко от выхода из метро. Перейдя через дорогу, он вошёл на территорию учебного заведения, ограждённую изящным забором. Огромное здание возвышалось перед Петровым, накрывая не менее обширной тенью пространство вокруг. Он прошёл по широкой дорожке вдоль цветочных клумб и идеально-зелёного газона к крыльцу. Поднявшись по мраморным ступеням, Антон открыл высокую стеклянную дверь. Прохладный воздух помещения окутал успевшее разогреться на солнце тело. Он прошёл мимо поста охраны по основному коридору первого этажа. В просторном холле уже столпилась большая толпа студентов. Они потерянным взглядом пробегали по спискам в поисках своих имён, переходили от листа к листу, силясь найти нужный, радовались поступлению и разочаровывались провалившейся попытке получения высшего образования. Кто-то побежит к ближайшему телефону обзванивать всех знакомых и рассказывать, что они теперь студенты, а кто-то поедет домой искать работу, не требующую квалификации, и ждать год для повторной сдачи вступительных экзаменов. Петров переходил от одного листа с фамилиями к другому, ища название своего факультета, написанного жирным шрифтом на самом верху. Найдя его, парень присоединился к небольшой кучке людей, затаив дыхание, разглядывающих список. Когда ряды абитуриентов поредели, Антону удалось подойти достаточно близко, чтобы чётко видеть фамилии на листе. Они были расположены в алфавитном порядке, поэтому быстро дойдя до буквы П, он замедлил темп чтения и начал внимательно вглядываться в каждую фамилию. Увидев заветное "Петров Антон", парень почувствовал волну радости, окатившую его полностью. Машинально продолжив просматривать фамилии поступивших, взгляд зацепился за одну, до боли знакомую, которую он точно никогда в жизни не ожидал больше увидеть или услышать. Ликование сменилось шоком, когда глаза наткнулись на строчку "Пятифанов Роман". Стоя в полном оцепенении, Антон позабыл обо всём: где он находится, зачем он здесь, кто эти люди вокруг. Все шумы разом замолкли. Парень невидящим взглядом продолжал смотреть в одну точку списка, пока от внезапного толчка не потерял равновесие и не полетел на бетонный пол. В результате падения очки слетели с Петрова и откатились в сторону. Хоть парень и отошел от ступора, но видеть он теперь мог лишь размытые силуэты окружающих его объектов. Кто-то осторожно взял Антона под локоть и помог подняться. Затем он наклонился, чтобы свободной рукой поднять очки, которые, по счастливой случайности, благополучно пережили падение, и передал их Петрову. Вернув себе возможность чётко видеть, парень оглядел человека, стоявшего перед ним и всё ещё держащего его за локоть. Это был юноша немного выше ростом, чем Антон, спортивного телосложения, которое можно было оценить и через одежду, с широкими плечами и слегка выступающими венами на руках. Подняв глаза с тела парня на его лицо, Петров ощутил, как его сердце на миг остановилось. Он сильно изменился с тех пор, но не узнать его было невозможно. Ромка Пятифанов - главный хулиган посёлка, причина ночных кошмаров Антона и просто последний отморозок. Занимался боксом, чем обусловлены хорошая физическая форма, сохранившаяся со школьных лет, но сейчас ставшая только лучше, и сильный удар, нанёсший много синяков мальчишкам, в том числе Петрову. Мастерски владел ножом-бабочкой, без которого не выходил из дома. Использовал его в основном для того, чтобы выделываться умением виртуозно крутить нож в руке и угрожать тем, кто вздумал перечить Пятифану. Редко пускал бабочку в ход, но прецеденты случались. Какой-то кодекс чести у Ромы всё же имелся. Девочек не трогал. Ребят слабее себя лишь запугивал, но серьёзно не избивал, мог подраться лишь с равным. Был одним из тех, кто издевался над Антоном, пока тот жил в посёлке. Сам Пятифанов редко причинял парню ущерб, был в основном наблюдателем, тем кто не препятствовал тому, чтобы его приспешники щемили какого-то очкарика, но мог вовремя их остановить, чтобы всё не перешло разумных, в какой-то степени, границ. Никогда не снимал спортивной формы. Ходил в ней и в школу, и погулять с пацанами, и в магазин за сигаретами. Даже в самые лютые морозы он только накидывал поверх костюма куртку и выходил на улицу. Теперь же Ромка был абсолютно не похож на того гопника, каким его помнил Петров. Спортивки сменились обычной повседневной одеждой, даже с намёком на какую-то элегантность в стиле. Былая агрессия поутихла. Взгляд, бывший когда-то грубым, когда-то злым, когда-то насмешливым, сейчас был спокоен и даже грустен. Антон молча рассматривал старого знакомого недоумённым взглядом. Старые страх и обида проснулись в нём после нескольких лет беспробудного сна и накатили с новой силой. Резко отдёрнув локоть, парень развернулся и стремительно побежал к выходу. Если Пятифанов и крикнул ему что-то вслед, то Петров этого уже не слышал или не хотел слышать. Болезненное ощущение в груди разрасталось, наполняя собой всё тело. Антон не был готов столкнуться с призраком прошлого спустя шесть лет. Уезжая из посёлка, он надеялся забыть обо всём и всех, как о страшном сне, но один персонаж этого ужастика вновь вернулся в жизнь парня. С тех пор утекло много воды, он сильно изменился, Рома, судя по всему, тоже, но так просто смириться со всем Петров не может. Огромная рана заживала слишком долго, а шрам всё ещё о ней напоминает. "Неужели нам придётся снова вместе учиться?" - звучал вопрос в голове Антона, пока он бежал обратно к метро.