Часть 9
28 января 2022 г., 16:12
Утро теперь начиналось с того, что Гарри измерял давление Гермионы, записывая результаты в тетрадку наблюдений, также купленную в больнице, потом девушка умывалась, не вставая, а вот душ был не самым простым делом, но Гарри вывернулся, используя скелетов, с которыми уже научился обращаться.
— Помыться бы, — Гермиона жалобно посмотрела в глаза юноши. — А то я пахнуть буду, а это фу.
— Есть три варианта, — рассудительно начал объяснять Гарри. — Первый: я тебя отнесу, плюсы в том, что мне приятно, минусы — придется сажать, а доктор сказал лежать. Второй: можно полить тебя прямо здесь, а потом высушить кровать. Третий: — скелет отнесет и подержит горизонтально под водой.
— То, что тебе приятно держать голую меня в руках, это не новость, — задумалась девушка. — Давай скелета попробуем, он хоть мозгом упираться не будет.
— Хорошо, — кивнул Гарри, вызывая и инструктируя скелета.
— Сурово вас там в аврорате учили, — хихикнула Гермиона.
После душа предполагался завтрак, и если вначале девушке было просто больно, то потом она уже кушала сама, хотя юноша кормил ее с ложечки с ясно видимым удовольствием. Даже завидно самой себе становилось. Гермиона немного привыкла к своей болезни, единственное, к чему она не привыкла — к уколам два раза в день. Несмотря на то, что Гарри старался вводить лекарство медленно и максимально безболезненно, чувствовалось, конечно, и через некоторое время ощущения от лежания на спине стали довольно экзотическими.
— Наверное, так себя чувствуют после того, как отшлепали, — в задумчивости произнесла Гермиона.
— Предлагаешь отшлепать для сравнения ощущений? — улыбнулся Гарри.
— Нет уж, — отказалась девушка. — Обойдусь без таких экспериментов, чай, не аврор — все на себе пробовать.
— Авроры на себе не пробуют, — сказал юноша. — Они, по-моему, вообще не пробуют — так жрут. Нет такой еды, которая сделает плохо аврору.
— Интересно, а гвозди вы не перевариваете? — поинтересовалась Гермиона.
— Хм… Не пробовали, насколько я знаю, разве что Грюм… — ответил он ей, наглаживая уколотое место, против чего девушка совершенно не возражала.
Болезнь медленно отступала. Сначала Гермиона смогла сама помыться и покушать, потом медленно отступила постоянная усталость. Заниматься ей было нечем, просто лежать скучно, поэтому девушка потребовала переносить ее в библиотеку. Гарри немного подумал, потом с помощью скелетов, к которым с каждым днем все больше привыкал, перенес один из диванов туда.
— Смотри, любимая, — объяснял он Гермионе. — Вот этот скелет прикреплен к тебе, это… хм… — Гарри посмотрел на число, нарисованное несмываемым маркером на черепе скелета. — Четвертый. Он тебя несет, куда скажешь, хотя мне носить тебя нравится больше. — На этих словах девушка покраснела. — И делает, что скажешь, но учти — указания надо отдавать предельно четкие.
— Спасибо, любимый, — засияла от счастья Гермиона, пробуя покомандовать скелетом, что ей очень понравилось.
Теперь каждый день после завтрака, уколов и таблеток Гермиона проводила в библиотеке, изучая трактаты о менталистике, книги по древним методам врачевания и тому подобную литературу. Антибиотики закончились за десять дней, другие таблетки надо было еще немного подавать, поэтому оставшиеся четыре дня девушка тоже провела лежа, с нетерпением ожидая, когда же можно будет встать.
Читая книги, Гермиона отмечала неожиданные находки, записывая их на пергамент, чтобы вернуться к ним попозже. Пока Гермиона работала, Гарри возвращался мыслями к запертым в темницах результатам рейда скелетов. Все, кого принесли его верные слуги, находились в стазисе и недельку могли подождать, потому что Гермиона важнее. Допрашивать же их без своей любимой юноша счел нечестным.
— Гарри! Гарри! — закричала девушка, уставившись во что-то в книге. Гарри тут же подскочил к ней, в своем беспокойстве ища уже, что случилось.
— Что, родная? Что случилось? — быстро ощупав Гермиону и не найдя проблемы, он вопросительно уставился на девушку.
— Потом пощупаешь, — произнесла она, со слезами тыкая пальцем во что-то написанное. — Ты только посмотри! Посмотри, что здесь написано! Да я их всех!
Гарри внимательно читал написанное и чувствовал желание заавадить и разрушить. За что так поступили с Гермионой, было совершенно непонятно. Впрочем, лечение закончилось, завтра свое слово скажут маггловские врачи, возможно, любимая сможет ходить, а вот потом… Потом посмотрим.
***
Обследование в этот раз было быстрым, знакомым и внушало надежду. Кардиограмма, ультразвуковое исследование, даже рентген суставов, опять взяли кровь на анализ. Гермиона стоически терпела все, что с ней делали, а Гарри волновался, очень волновался о последствиях. Книжка, которую он прочел, была толстой и рассказывала, чем заканчивается ревматизм, если не лечить. — Что-то молодой человек сильно нервничает, — заметил доктор, прослушивая легкие девушки. — Не обращайте внимания, это он книгу прочитал, — улыбнулась Гермиона. — Теперь его мозг пытается ее переварить. — Эк вы, — покачал головой врач, видя, что Гарри вдруг начал улыбаться. — Не обижается? — На нее нельзя обижаться, — серьезно произнес юноша. — Я ее люблю, а раз язвит, значит, хорошо себя чувствует. — Я тебя тоже люблю, — откликнулась девушка, застегивая блузку. — Но это не отменяет того факта, что тебя напугала книга. — Там такое написано… — Гарри вздохнул, приводя прическу в непричесанный вид. — Что я могу вам сказать, — улыбнулся врач, наблюдая за играми молодых людей. — Придраться есть к чему, но, думаю, витамины и общеукрепляющий комплекс решат эти проблемы, а болезнь отступила. Пожалуйста, не забывайте о профилактике рецидивов и можете идти. — Идти? — осторожно спросила Гермиона, недоверчиво глядя на врача. — То есть ножками идти? Сама? — Ножками-ножками, — подтвердил улыбчивый врач. — Вы здоровы. — Ура! — закричала счастливая девушка, прыгая, как маленькая. Прыгать, правда, было тяжеловато, но она справилась. — Спасибо-спасибо-спасибо! — Гермиона бросилась обнимать врача, а потом Гарри. Счастливая девушка выходила из больницы, хотя ходить было не очень просто, немножко отвыкла она ходить за это время. Предложив прогуляться по парку, Гермиона задумалась о том, как хорошо, что у нее есть Гарри, как здорово, что есть Петунья, которая так помогла им… — Все-таки как ты думаешь, любимый, — поинтересовалась девушка. — Почему в Мунго не нашли этот самый ревматизм, хотя в трактате, написанном чуть ли не в семнадцатом веке, он описан? — Или потеряли эти знания, — вздохнул Гарри, обнимая Гермиону. — Или здесь что-то не так… В любом случае, разберемся, я это так не оставлю. — Будешь мстить за мою попу? — хихикнула девушка, прижимаясь к юноше прикрыв глаза. — Можно же было одним зельем… Всего одним и сразу, а не мучить тебя, — объяснил Гарри. — Зато, как ты там сказал? Интересный опыт, — ответила Гермиона. — Пошли домой, а? Они аппарировали в замок, где девушка сразу же помчалась в библиотеку — проверять свои мысли на тему «почему» и «за что». Идеи у нее были, но проверить было необходимо. Гермиона чувствовала, что ответ прост до банальности, и она его найдет. А Гарри, радостный от того, что его возлюбленная наконец здорова, приказал устроить маленький праздник по этому поводу. Кроме того, он вспомнил, что у Певереллов должны быть говорящие портреты, но ни одного не видел. Значит, нужно обнаружить и их, пока любимая ищет ответ на свой вопрос. Но юноша не успел сделать и шага, когда сияющая выдра взволнованным голосом позвала его в библиотеку. — Посмотри в диагностику, Гарри, — девушка была очень взволнованной, поэтому юноша спорить не стал. — Посмотрел, и что? — удивился Гарри, не найдя ничего странного, когда Гермиона ткнула наконец пальцем. — Опаньки… — Аврор должен быть внимательным! — девушка подняла палец вверх. — И небрезгливым, — закончил юноша старую поговорку, задумчиво рассматривая найденное возлюбленной. — Это получается… — Более чем половина диагностики основывается на крови, — подтвердила Гермиона. — А магия крови, как и магия, связанная с кровью, у нас что? — Запрещена Дамблдором, — понурился Гарри, осознавая глубину ямы, в которую загнал страну Великий Светлый. — Потому они ни… чего не знают, — сделала простой вывод девушка и зарыдала. Не всякий может спокойно пережить осознание того, что кажущееся незыблемым и единственно верным таковым на деле не является. Гермионе было очень трудно пережить тот факт, что целителям она доверяла зря, но тем не менее медицина магов могла найти и вылечить ее проблему и сделала бы это, если бы не «благие намерения» Дамблдора, не к ночи будь помянут.***
Пригласив возлюбленную в подземелья, чтобы полюбоваться на «гостей», Гарри удостоился поцелуя за то, что подождал ее и не стал разбираться со всем самостоятельно. Поэтому, степенно спустившись вниз, Гермиона сначала равнодушно взглянула на оставленного «на потом» условного Волдеморта, а потом перешла к остальным гостям гостеприимной тюрьмы. — Обрати внимание, любимая, — обратился к ней Гарри с выражением лица экскурсовода где-нибудь в Тауэре. — Питер Питтегрю, хорошо известный нам предатель. А вот в этой камере угадай, кто? — Да, неожиданно, — проговорила девушка, глядя на застывшего в стазисе Артура Уизли. — Вот чтобы совсем так, я не ожидала, честно говоря. — Это еще не все, бесценная, — улыбнулся Гарри, целуя висок Гермионы, отчего она жмурилась и переходила в достаточно расслабленное настроение. — Вот у нас жемчужина коллекции. — Кингсли? — расширив глаза, поразилась девушка. — Да ты шутишь! Признавайся, это оборотка? — Да вроде нет, — вздохнул Гарри. — Даже боюсь на гомункула смотреть, вдруг там микродамблдор? — Скорей уж микрофадж, — ответила девушка и сразу же кровожадно оскалилась. — Ну что, будем спрашивать?
