Часть 13
29 января 2022 г., 21:37
Новые наставники не только обучали Певереллов премудростям рода, но и подарили им то, чего у Гарри не было никогда — семью. Подростки, наконец, смогли расслабиться, отдохнуть и просто учиться. Учиться настоящей магии… Хотя поначалу все было непросто. Гарри с большой осторожностью разглядывал наставников, не доверяя никому, кроме своей Гермионы, вот Гермиона сразу же почувствовала тепло Аль.
— Гарри, они хорошие, — девушка оперировала довольно детскими понятиями, убеждая юношу в своей правоте, когда они сидели в библиотеке.
— А если они захотят… наказать? — спросил Гарри, обнимая любимую. — Ты представляешь, что здесь будет?
— Никто вас не будет наказывать, — раздался голос женщины, которая, неслышно подойдя к обоим, погладила их по головам. — Вы достаточно настрадались, дети.
— Тогда ладно, — согласился юноша. — У нас там, кстати, матрица Волдеморта, надо решить, что с ним делать.
— Ну пойдем, — улыбнулась Аль. — Посмотрим на вашего Волдеморта.
Несмотря на то, что гомункул, как и прочие «гости», был иммобилизован, разобраться с ними хотелось, но не хотелось убивать. Если бы вынудили, то конечно, но вот просто «зачистить» пленников совершенно не хотелось. Гермиона стала спокойнее, а для Гарри была важна только она, поэтому… Они переложили вопрос на наставников, ведь взрослые люди должны решить?
— Этого не спасти, — грустно проговорила Аль, глядя на то, во что превратился мальчик Волдеморт. — Предлагаю упокоить, ты как считаешь?
— Вполне, пусть дети потренируются, — хмыкнул тот, что недавно был фениксом. — А что будем делать с остальными?
— Я бы, честно говоря, и остальных упокоила бы, — вздохнула Аль. — Но мальчик не хочет убивать, поэтому забери у них магию, удалим память о детях и пусть живут, как умеют.
— Да, это вариант, зовем детей? — спросил Фоли.
Свой первый ритуал полного упокоения души Гарри при помощи Гермионы и при поддержке наставников провел над остатками души Волдеморта. Но ритуал касался именно полного упокоения, поэтому крестражи Темного Лорда так же отдали элементы его души, даже те, которые на деле якорями не были, но Гарри в этом пока что еще не разбирался, поэтому просто провел ритуал.
Скелеты отошли в другую часть здания, чтобы не попасть под горячую руку недоучки, какой-то инстинкт самосохранения у них все-таки был. Гарри воздел руки, прорычал катрены и только потом капнул на гомункула чрезвычайно редким ингредиентом — добровольно отданным экскрементом Жар-птицы, сохранившимся в замке. Впрочем, в замке чего только не было…
Бывший темный лорд взвыл и исчез, полностью пропав из этого мира. А Гарри просто стоял и смотрел на то место, где совсем недавно был Волдеморт, точнее, его остатки. Юноша все не мог поверить, что все закончилось и не будет Амбридж, Отдела Тайн и Битвы за Хогвартс. Все закончилось.
В манорах чистокровных начался стихийный праздник. Люди веселились, танцевали, прыгали от счастья — у них с рук окончательно пропала метка Волдеморта. Поэтому опять, как и больше десяти лет назад, магическая Британия пела, танцевала, рассылала сов, смущая маггловских орнитологов.
***
После ритуалов и учебы Гермиона и Гарри отправились на отдых, точнее, наставники послали подростков отдыхать. Аль сказала: — Чтоб месяц духу вашего тут не было! И они отправились… Возможно, сама судьба вмешалась, возможно, совсем по другой причине, но соседями подростков оказались Грейнджеры, которые их не помнили, однако Гермиона после первой истерики уже вполне нормально принимала такое соседство. Познакомившись, они как-то быстро подружились. Много гуляли и общались, пока однажды… — Жаль, что у меня нет детей, — сказала миссис Грейнджер. — Они бы, наверное, были похожи на вас. — Мама… — едва слышно прошептала Гермиона, уткнувшись в Гарри в попытке сдержать рыдания. — Мы сироты, — грустно улыбнувшись, объяснил поведение любимой юноша. — К сожалению, с этим ничего не сделаешь. — Господи, — миссис Грейнджер, не отдавая себе отчета, погладила Гермиону и едва не заплакала сама, увидев, как девочка потянулась за лаской. Грейнджеры подумали, что дети рано потеряли родителей и по какой-то причине решили побыть с ними все время отпуска. Они рассказывали истории, которые Гермиона отлично знала, слушали сами истории, которые рассказывал Гарри. Смеялись над смешным, грустили над грустным. И вот, когда была пора скоро расставаться, миссис Грейнджер отвела Гермиону в сторону. — Девочка, я не знаю, что и как происходит, но я чувствую тебя близкой, будто бы ты моя дочь, — произнесла миссис Грейнджер. — Ты ничего не хочешь мне рассказать? От этого давно, казалось, забытого маминого «Ты ничего не хочешь мне рассказать?» Гермиона снова расплакалась и начала рассказывать. Она рассказала о мире магии, не сказочном мире, в который маленькую девочку забрали в одиннадцать лет, чтобы убить в пятнадцать. Рассказывала вещи, которые знали только Грейнджеры, с такой тоской и болью, что расплакалась и Эмма. — А потом они просто удалили вам память обо мне, — грустно произнесла девушка. — Формально-то я умерла, поэтому они… Вот… — Маленькая ты моя, — не выдержала женщина, чье сердце тянулось к этой девочке, просто тянулось, несмотря на то, что она казалась незнакомой. — Иди ко мне. Нет, Эмма Грейнджер не вспомнила Гермиону, но она своим материнским сердцем почувствовала, что та говорит правду. Сердце матери — как много об этом сказано и как мало. В реальном мире сердце подскажет не всегда, но у нас же сказка? — Миона, — улыбнулась обнимавшая Гермиону женщина. — А почему вы не восстановили нам с папой память, ведь это же возможно? — Возможно, мама, — вздохнула девушка. — Но для этого надо было бы убить ребенка. Мы на такое не пойдем никогда. — Умница, доченька, — всхлипнула миссис Грейнджер, память которой не восстановилась, но ей было так комфортно держать эту девочку в руках и ощущать ее своим ребенком… Неизвестно, как миссис Грейнджер смогла убедить мистера Грейнджера, но эта семья воссоединилась. Несмотря на то, что восстановить память о ребенке не удалось… Они были счастливы. И Грейнджеры, чувствовавшие, как будто что-то потеряли… И Гермиона, которой было больно не видеть родителей, ведь это очень важно…***
Дамблдора, ожидаемо, затребовала МКМ, с целью установить, что же конкретно произошло во время Второй Мировой Войны. Официальная версия не устраивала русских, неофициальная — всех остальных, поэтому при помощи специального ритуала, принуждающего говорить правду, бывшего великого и бывшего мага допросили при большом скоплении народа. — У вас были романтические отношения с Гриндевальдом? — поинтересовался следователь. — Да, когда он был девушкой, — ответил Дамблдор. — Поясните вашу мысль, — не понял допрашивающий. — Геля был девушкой, когда мы познакомились, но потом ей нужно было стать мужчиной, — пояснил Альбус, вытирая слезы. — Зачем? — удивился дознаватель. — Нацисты не признавали руководителя-женщину, поэтому она провела ритуал, я еще надеялся, что она одумается… — заплакал Дамблдор. — То есть дуэль была, потому что?.. — спросил следователь. — Ну не отдавать же Гелю этим варварам! Они его обидят! — воскликнул Альбус. — А заточение лучше? — поинтересовался допрашивающий. — Геля долго мне отказывала, — лукаво улыбнулся Дамблдор. — Пришлось ей насильно вернуть правильный пол и немного с памятью поработать, зато теперь она меня боготворит. — То есть в заточении не Гриндевальд? А где же он? — Это наша библиотекарь, — прикрыл глаза Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. — Она такая безотказная милашка… Дамблдора и Гриндеваль… дину отдали русским. «Пусть сами разбираются», — высказался новый председатель МКМ.
