Через время и пространство

Асуне не спалось. Конец мая выдался на удивление урожайным на ночные кошмары, и ее сон обычно не длился дольше пары часов, прерываясь не самыми приятными моментами ее жизни. Ночная прогулка под маскирующими чарами прошла в раздумиях, мыслях и мечтах. Она примерно час любовалась Луной с Астрономической башни, погруженная куда-то глубоко в себя, и ее меланхолию смог прервать только голос, возникший словно из ниоткуда. — Прекрасные маскировочные чары, мисс Эбонхарт, — Дамблдор появился рядом с ней и устремил свой взгляд куда-то вдаль. — Думаю, вам удалось бы скрыться от глаз Северуса или Минервы. — Профессор Дамблдор… — Диана хотела было дернуться за стилетом, но, завидев директора, слегка успокоилась. — Что вы делаете на Астрономический башне в такое время? — Думаю, я бы хотел сначала задать вам тот же вопрос, — улыбнулся директор в бороду — Мне не спится. Приснился плохой сон, и я выбралась, чтобы немного развеяться, глядя на звезды, — она посмотрела на директора, и встретилась с ним взглядом. Очки-половинки сверкнули, заставив девушку напрячься. Дамблдор предпринял очень аккуратную и тонкую попытку чтения мыслей, которую Асуна на чистых рефлексах перехватила, но одернула себя, и вместо сцен невероятной жестокости показала Снейпа в белой балетной пачке. — Вижу, вы уже начали заниматься окклюменцией. Надо признать, крайне достойный результат для новичка, — директор, казалось, по-новому посмотрел на нее. — Не каждый взрослый волшебник сможет выполнить подобное. — Читая книги, которые вы посоветовали Гарри, я поняла одну вещь, — чародейка продолжала смотреть на звезды, и одновременно с этим отвлекаться на разговор с великим светлым чародеем. — И какую же? — Магия Разума — невероятно сложна и могущественна. И очень, очень опасна не в тех руках. — Как бы я не хотел возразить, но вы абсолютно правы, — он кивнул скорее своим мыслям, и Диана подумала, что у него были некие воспоминания, подтверждающие ее рассуждения для отвода глаз. — Полная Луна… Действительно, сегодня было полнолуние. Спутник Земли казался даже больше, чем обычно, и зрелище было завораживающим. Звезды казались девушке особенно яркими в эту ночь. — Скажите, профессор. Гаррет Вэнс… Он ведь не просто перевелся? — Дамблдор перевел взгляд на нее. — С чего вы так решили? — за этими словами буквально слышался вопрос «Как ты догадалась?» — После случая с троллем я решила быть внимательнее к деталям, и расспросила ребят с Когтеврана. Они говорили, что в ту ночь общежитие никто не покидал, а Гаррет никак не намекал на то, что уже на следующий день в замке его не будет. — Вы правы, мисс Эбонхарт. Мальчик вышел на ночную прогулку, и разбился, упав с лестницы. Я не хотел беспокоить детей, пусть даже понимал, что утаить что-то в Хогвартсе почти невозможно. — Тогда понятно. Но… А он точно упал с лестницы? Ну, а вдруг его столкнули? Вдруг он увидел что-то, что не должен был? — Хм… К своему огромному сожалению, я не могу полностью отрицать эту версию, пусть даже я не имею доказательств. — Это, кажется, называется интуицией. Некое предчувствие, грызущее и заставляющее сомневаться. — Очень может быть. А теперь, мисс Эбонхарт, идите спать. Завтра учебный день. — И вы даже не снимите с меня баллы за нахождение вне гостиной после отбоя? — улыбнулась Диана. — Конечно, это против правил. Но, думаю, у вас достаточно веская причина для нахождения вне общежития. И двадцать баллов Гриффиндору за старания в учебе. Когда уже изрядно нагулявшаяся Асуна пришла к спящему портрету Полной Дамы, она спросонья едва не впечаталась в картину, и остановилась в считанных сантиметрах, отвлеченная тем, что камень в кольце засветился мягким фиолетовым цветом. «Что за…» — она пригляделась к камню, и провела им перед портретом. Потом она убрала кольцо от него, и свет потух. — «И что это значит?» ********** Начало лета ознаменовалось страшной суетой, каковая обычно имеет место быть перед экзаменами. Дети со всех курсов только и делали, что вновь и вновь зубрили конспекты, отрабатывали заклинания и иногда это доводило ребят до истерик и нервных срывов. В этом океане беспокойства имели место и острова стабильности и безмятежности. Три из них можно было найти на Гриффиндоре. Первым был остров компании Поттера. Они спокойно листали конспекты, иногда весело перешучиваясь, и пили какао, к всеобщей зависти, раздобытый Поттером непонятно где. Впрочем, и среди их компании не было так спокойно, и периодически Сьюзен приходилось осаживать паникующего и суетящегося Невилла. Среди них отдельно выделялись Гарри и Скарлетт. Такую безмятежность и здоровое наплевательство еще поискать, и на фоне других они были само спокойствие. Вторым был островок близнецов Уизли. Старшекурсники, скооперировавшие с гриффиндорскими королями шуток, пили сливочное пиво и доводили исполнение формул трансфигурации до недостижимого идеала. И последним местом блаженного спокойствия был остров имени Рональда Уизли. Он и пара ребят из одной с ним комнаты общежития сидели и играли в плюй-камни, не заботясь ни о чем. Экзамен по Трансфигурации только через день, успеем мы подготовиться. А завтра будут Полеты. Состоялось заседание Клуба Новых Мародеров, в ходе которой стало ясно, что Тонкс больше не вернется в Хогвартс, и теперь ее обязанности на себя берут близнецы. Что также интересно, на момент экзаменов противостояние змей и львов еще сильнее обострилось. Вероятно, тем потоком воздуха, который дал новую жизнь витку противостояния, стала крупномасштабная стычка между старшекурсниками Гриффиндора и младшими курсами Слизерина. Ситуация там вышла совсем запутанная, но баллы летели с факультетов как осенняя листва с деревьев. ************ На экзамене по Полетам, к всеобщей радости, были абсолютно новые метлы, полет на которых был сплошным удовольствием. Не обошлось без эксцессов, вроде попыток спихнуть однокурсников с метлы, или противостояния Поттер-Уизли, когда рыжий попытался в лучших традициях факультета змей заколдовать метлу. И не сказать, чтобы у него не получилось, но в итоге это привело лишь к тому, что Гарри блеснул талантом к полетам и тягой к опасности, и, от души поворочавшись в воздухе, смог приземлиться. Мадам Трюк выдала ему другую метлу, и «П» по Полетам было у него в кармане. Трансфигурацию и Заклинания они все сдали без каких-либо проблем, эти предметы они любили и уважали. Даже Невилл, явно нервничавший, смог заставить ананас станцевать, а мышь превратиться в табакерку. А вот Зелья… Это был отдельный театр абсурда. Слизеринцы, словно по чьей-то указке, соревновались в прицельном метании всякой мерзости в котел Гарри. Снейп, мерзко ухмыляясь, в упор не замечал все более наглеющих слизеринцев. Или лишь делал вид, что не замечал. В общем, экзамен по Зельям с горем пополам был сдан, и услышавшая о произошедшем Тонкс, успешно сдавшая ЖАБА по Зельям, соизволила сделать по-настоящему злодейский выпад. На двери покоев декана Слизерина изменилась надпись, и теперь она звучала так: «Нюниус Сопливус Снейп, генеральный нытик Слизерина» Неизвестно, как глава клуба сделала это, но взрослым так и не удалось изменить эту табличку, равно как и снять ее. При попытке закрыть ее другой табличкой текст, оставленный Тонкс, просвечивал яркими буквами через толстую преграду. Слизеринцы, отметившиеся на экзамене, отделались комплексом мерзопакостных проклятий, среди которых ослиные копыта и свиные пятачки были самыми безобидными. Оценки по экзамену — это вам не шутки, и правила клуба на такие случаи не распространялись, разрешая применять самые злодейские и неприятные фокусы. **************** Когда, наконец, с экзаменами было покончено, настала пора прощального ужина. Все ученики и преподаватели собрались в Большом зале. Снейп, уже по прижившейся традиции, не мог появиться в Большом зале перед учениками без каких-либо украшений, каковыми стала переливающаяся всеми цветами радуги вырвиглазная мантия, засиявшая, стоило профессору появиться на ужине. Директор произнес торжественную речь, и победителем Кубка Школы был объявлен Пуффендуй. Что, впрочем, неудивительно, ибо обострившееся противостояние факультетов опустило Слизерин и Гриффиндор на четвёртое и третье место соответственно. *************** Дружная компания заняла себе отдельное купе в Хогвартс-Экспрессе, даже несмотря на то, что им пришлось несколько потесниться, ибо шесть человек в одном купе было многовато. Ребята запаслись пищей, заблаговременно полученной от домовиков, и на протяжении всего пути сидели и занимались всем, чем можно, лишь бы скоротать время в дороге. Был и очередной спор с Малфоем и прихлебателями, пришедшим только для того, чтобы высказать им свое фи и отношение к тому, что Сьюзен находится в недостойной ее компании. Впрочем, ответный выпад в лице закрытия двери купе и запечатывания ее заклинанием, как показалось, вполне подействовал. По крайней мере, пока бледная моль не позвал старосту Пуффендуя. Арианна Кертис, старая знакомая Тонкс, завидела Скарлетт, сидящую в купе и держащую карты от маггловской настолки, подумала и сказала, что ябедничать нехорошо, погрозила Драко пальчиком и сказала, что ничего противозаконного не видит, а также вежливо попросила не беспокоить ее по пустякам. ************* — Полностью оправдан! — удар молотка судьи Визенгамота разнесся по залу. — В качестве компенсации Визенгамот назначает выплату в две тысячи галеонов за каждый год заключения! Также мистеру Блэку дается право восстановиться на старом рабочем месте в Аврорате магической Британии. Сириус снова стал полностью свободным человеком, на этот раз на территории старушки Великобритании. Допрос с Веритасерумом, заблаговременно подтертое воспоминание о деталях побега из Азкабана, и вот уже он волен делать что угодно. Петтигрю, как удалось узнать у Эми, поселился в той же самой камере, где анимаг провел последние десять лет. — Предателю туда и дорога! — Сириус, конечно, не отказался бы узнать, что сподвигло Питера предать их, но увы, Министерство довольно шустро отправило Хвоста на «курорт» в Северном море. По возвращении домой ему пришлось начать разгребать дела семьи. Предприятия в магическом и маггловском мире, некоторые из которых были в убытке, вложение в дела немагического мира, где сейчас намечались новые движения, обещающие прибыль в будущем. Во всех этих делах ему пришлась советоваться с портретом Вальбурги, и Блэк не без удивления отметил, что матушка стала значительно адекватнее, пусть даже не утратила намерения свести его с какой-нибудь сильной ведьмой. Впрочем, пока что семейные дела для Сириуса даже не на вторых ролях. И все же в своем доме он чувствовал себя несколько не в своей тарелке. Словно за ним кто-то наблюдал, и взгляд у этого кого-то был очень тяжелым, оценивающим. Бродяге даже показалось, словно его предки появились в доме после его возвращения, и каждое его действие будет оценено и взвешено. Периодически они виделись с крестником, который постоянно пользовался многоразовым портключом и почти все свои выходные проводил с крестным. Гарри был взрывоопасной смесью ума и гения Лили с несерьезностью и непоседливостью Джеймса, без излишнего высокомерия. Именно такое мнение сложилось у Блэка, который, тем не менее, был очень рад видеть, кем растет Сохатик-младший. Иногда он видел в крестнике себя самого, только более…собранного и непоседливого, что ли? Попутно нужно было уладить дела с завещанием Джеймса. После нескольких часов, проведенных в Министерстве, Сириус внутренне желал всех смертных мук и общества дементоров тому человеку, который ввел такие объемы бюрократии, чтобы разобраться с опекой над Гарри и завещанным имуществом. Множество вопросов вызвал и тот факт, что оригинал завещания, зарегистрированный в Министерстве, внезапно, потерялся. В общем, к моменту, когда все проволочки были улажены, Бродяга хотел выть на Луну. Бюрократическая машина Министерства Магии официально вошла в список вещей, с которыми Сириус Орион Блэк не желал столкнуться вновь. ********** Сириус и Александр уже ждали прибытия Хогвартс-экспресса на платформе 9 и ¾. На платформе было крайне оживленно, что, впрочем, неудивительно. Волшебники и не-маги ждали, когда их дети, которых они как минимум с Рождества не видели, вернутся домой. К своему крайнему удивлению, он встретил множество знакомых лиц. Френк и Алиса Лонгботтом, которые пришли в себя чуть менее полугода назад, и с которыми он пока не успел пообщаться. Амелию Боунс, которую, по мнению Блэка, годы почти не затронули, он также смог разглядеть среди присутствующих. Но крайнюю степень удивления вызвала девушка, которую он никак не ожидал встретить в мире магии. С ней приключилась нехорошая история, в которой Сириус выступил как защитник. И Мордред, как же после этого случая его нелюбовь к Слизерину выросла. — Прошу прощения, Эмма Эйлхарт? — Сириус заметил лицо девушки, которую спас на своем пятом курсе. Он заметил блондинку, с которой крутил интрижку на четвертом курсе. Впрочем, она ни к чему серьезнее припухших губ не привела. — Сириус? Сириус Блэк? — спросила она, завидев приближающегося мужчину. Но продолжить разговор им не дали. Паровоз издал громкий свист, извещающий о прибытии на платформу. Школьники разных возрастов высыпали на вокзал. Углядеть в толпе детей Гарри и его компанию было непростой задачей, но вот из одного из вагонов показались шесть детских макушек. Крестник, сходящий с поезда, явно его заметил, и стал продвигаться к нему. — Привет, Сириус. Здравствуйте, отец Александр — Гарри поздоровался с ними, и за ним показалась довольно большая компания, из которой ребята стали расползаться кто-куда. Рыжеволосая девочка потянулась к Амелии, мальчишка из их компании подтянулся к Лонгботтомам, а с ними остались только остальные три девочки. *************** Комната Гарри в особняке уже была весьма неплохо обставлена, правда, яркие красные и желтые тона не вызывали у Кирито ничего, кроме уныния. Его нельзя было назвать фанатом ярких цветов, во всяком случае, его Логово в Вечном городе было окрашено в более темные тона. И мрачные цвета в остальном доме была гораздо ближе чернокнижнику. Лелуш уже принялся вовсю обживать новое жилище, и первые пару дней рыжий будет беспокойным. Но рыжий был животным крайне умным и верным, и его беспокойство продлится недолго. Он устроился на кровати, вытянувшись, затем свернулся калачиком и стал умываться. Разложив свои не столь многочисленные вещи, он упал на кровать и положил руки под голову. Если бы кто-то смотрел на него со стороны, скорее всего, подумал, что парень глубоко ушел в себя, и вернется не скоро. «Итак, резюмируем первый год. Чего мы добились?» — серьезным тоном в мысли Кауст-Блэка ворвалась Лаура. «Асуну и Лиз мы так и не нашли. Они, скорее всего, где-то в Хоге, но, что крайне вероятно, они прячутся и не высовываются. В замке есть следы Межгранья, и не знаю, как тебя, а меня это наводит на определенные мысли» «Думаешь, Диана ввязалась в очередную передрягу, навлекла на себя погоню и демонов? Хоть это и звучит странно, но демонова печень, насколько же эта твоя Асуна непредсказуема! От нее стоит ждать чего угодно, и я бы вовсе не удивилась, найди мы в следующем году яд ее авторства в чае. Нужно что-то придумать» «Еще один вопрос заключается вот в чем. В замке произошло убийство, которое провернуло нечто из Межгранья, и очень похоже, что эта тварь стянула диадему Когтевран. Если подумать, кому она была предназначена, то это одновременно проясняет некоторые моменты и заставляет волосы шевелиться» ************** Диана смогла с облегчением выдохнуть, стоило ей оказаться в комнате дома семьи Эбонхарт. Свое спальное место она защищала поистине параноидально, и под прикрытием этих чар она чувствовала себя в какой-никакой безопасности. Давящее чувство чужого присутствия преследовало ее в Хогвартсе, словно по ее следам кто-то очень аккуратно шел. «Во имя Трех Богинь, Айзек, где тебя носит?» — думала Диана, лениво рассматривая свой любимый стилет. Это оружие, уже изрядно напившееся чужой крови, было настоящим произведением искусства на стыке зачарования и клинкового оружия. Четырехгранный стилет, чье лезвие так и посверкивало разными цветами от насыщения металла Энергией и заклинаний, наложенных на него. Свою любимую рапиру она оставила Рике, ибо как оружие дворцовых переворотов «Падший», как свое творение окрестил автор, подходит куда как лучше. С этим оружием ее связывала отдельная, трагичная история, и Диана до сих пор поминала автора этого оружия добрейшими словами. Пусть даже старик Ардаль был тем еще ворчливым старым пердуном, вампиром-ремесленником, которому требовался подмастерье-маг. И во имя Трех Богинь, Диана не была уверена, что его бы устроил архимаг на должности подмастерья, у него бы навыков не хватило. Во всяком случае, Асуне потребовались все приобретенные ей знания и опыт, чтобы удержаться на этом месте. И пусть ее хватит удар, если упорный труд того не стоил. От Ардаля Диане перешли запретные знания. Магия крови, запрещенная много где, стала ей подвластна. Поистине загадочная и сложная отрасль магии, о которой она встречала столь немногие упоминания, открыла перед ней свои двери. Работа на ремесленника стала кладезью бесценного опыта, и в дальнейшем ее не раз выручали приобретенные навыки и знания. И конечно же, великолепное и очень действенное оружие, созданное мастером, также попало в ее руки. Стилет был создан именно при помощи магии крови, равно как и еще двадцать девять образцов такого оружия. Оружие магии крови, как Ардаль назвал свое творение, было невероятно могущественным и жестоким, настолько, что сердце старика не выдержало. Оружие было способно убивать даже высших вампиров едва ли не за одно касание. Он слег с лихорадкой, которая, как оказалось, была последствием лишь незначительного ранения в процессе производства. На смертном одре он слезно просил уничтожить все образцы, и Диана так и сделала. Но вот последний образец, сделанный ей уже после смерти Ардаля, чародейка так и не взялась уничтожить. Этот мир понемногу начинал ей нравится, главным образом, из-за крайней неоднозначности магии и нового опыта. Все же, одно дело управлять Энергией из резерва, но совсем другое — управлять тем, что вокруг. Ей требовалась практика в этом деле, а также ей требовался идеально подходящий концентратор. Та палочка, что сейчас была у нее, подходила ей, но нет предела совершенству, и что-то подсказывало чародейке, что здесь может найтись нечто, что превосходит все творения Рики. Пусть даже ей требовалось получить специфичные знания и кое-чему научиться. Но в конце концов, когда это Асуну пугала перспектива получения нового опыта и знаний? Летние каникулы после первого курса должны были пройти относительно спокойно. Нужно было продолжать учить Лифу, и ни в коем случае нельзя бросать ее здесь. Прагматичная сторона Асуны говорила ей, что при должном обучении Сугуха станет крайне достойным магом, и не станет для нее обузой. Имел место факт, что она наконец-то встретила кого-то, кто мог рассказать ей о мире, который она потеряла в тот момент, когда надела Нейрошлем. И довершал картину тот факт, что в теле Сьюзен Боунс была сестра Кирито. Ее Кирито, который, как ей хотелось думать, ищет ее, но пока что их пути никогда не пересекались. Сью получила от Рики еще одно сквозное зеркало, и попутно доработала исходные варианты для возможности связи с более чем одним зеркалом. Так что теперь у них всех была скоростная связь между собой, и это несколько успокоило девушку, помогло немного отвлечься от тяжелых мыслей. Кроме всего прочего, на это лето у нее были обширные планы. Она была готова ввести первые изменения из набора мутаций и усилений, которые превратят Сабрину Эбонхарт в чемпионку мира по всем видам атлетики и акробатики. Конечно, требовалось сначала все как следует подготовить, сварить необходимые реагенты и составы, позвать Рику и назначить день, но это были лишь мелочи. ************** «Слушай, Кирито. Можно кое-что узнать» — по тону голоса клинка можно было понять, что Лаура словно… смущалась? «Что такое?» — к своему клинку Кауст-Блэк всегда прислушивался, и этот раз не стал исключением. «Кажется, Церзанмаз зовет меня. Он шепчет, что я уже созрела, и голос зовет меня домой» «Неужели уже пришло время?» «Просто… я чувствую, как меня зовут» «Хм… Ладно, думаю, за это лето мы обернемся. Надеюсь, что ничего серьезного» — чернокнижник беспокоился за свой верный клинок, и надеялся, что это было что-то несерьезное, пусть даже раньше мастера Кровавой стали никогда не призывали свое творение домой. ************* — Аа-чан от кого-то скрывается, это я могу сказать точно, — Александр хотел узнать, как прошел год, и Хосака рассказала ему о том, что происходило в замке. — Не знаю, как Ки-бо, а я была бы не против, если бы вы также были в замке. Александр Самайн вызывал у Хосаки внутренний страх. Внешне он казался просто чудаковатым крутым парнем, но зная, на что способен этот человек, она не могла чувствовать себя так, словно она была маленьким хомячком перед огромной бойцовской собакой. — Демонова печень… Я бы вам помог, да вот только мое заявление о приеме на должность профессора ЗоТИ отклонили в связи с тем, что профессора уже нашли. — Кажется, профессором будет профессиональный автор бульварного чтива, нарцисс и стиратель памяти, — Хосака припомнила, что было во второй книге на месте преподавателя ЗоТИ. — Ничего хорошего, в общем. — Не стоит недооценивать предполагаемую угрозу, и уж тем более подставлять свои слабые места. Даже если этот ваш «проффэсор» не может разнести скалу одним заклинанием, он может запудрить вам мозги, отводя глаза от действительно страшных вещей. ************ — Церзанмаз зовет твой клинок, говоришь… — Александр задумался, услышав слова Кауст-Блэка. — А ты там когда-нибудь был? — Доводилось бывать там мимолетом. Лауру тогда изрядно преобразовали. — Тогда понятно. Это, своего рода, этап взросления оружия. У меня такое с посохом было, когда приходило время. Чем скорее ты окажешься у мастера, тем лучше для клинка. И для тебя тоже, — Александр потер переносицу и отхлебнул чай из граненого стакана. — Если коротко, то это новый этап эволюции живого оружия, и уж поверь, результат тебя не разочарует. Договорись с Эмисом, и марш к мастерам. Поверь мне, чем раньше ты окажешься в Церзанмазе и предъявишь свое оружие, тем легче тебе будет в дальнейшем. — Новый этап? — Если коротко, то Лаура взрослеет, а под взросление приходится и развитие. Если ты уже прошел одну стадию, то значит, что мастера хотят превратить ее в полноценное колдовское оружие, и просто призывают тебя. Эмис, кстати, об этом в курсе, и наш брат может посреди задания сорваться без каких-либо проблем. Наше начальство все устраивает так, чтобы можно было обернуться за пару часов здесь…