Ромео и Джульетта или Шекспир в гробу перевернулся!

Нацу нагнулся и поцеловал Дождию, а по гильдии был слышен свист и аплодисменты. - Нацу, мужик! - кричал Эльфман с первых рядов. Вот только у Люси перед глазами все поплыло. - Люсь, что такое? - спросила Леви. Даже Гажил перестал жевать железо и посмотрел на заклинательницу духов. Ответом на этот вопрос были лишь всхлипы и рыдание во весь голос, которого, разумеется, никто не слышал кроме Леви и Гажила. МакСадик сразу просекла, в чем дело и, на пару с железным убийцей драконов, незаметно вывела ее в сад гильдии, где не было людей. Люси просто задыхалась от своих всхлипов и рыдания. Лицо покраснело и опухло, голова жутко болела. Девушка не могла произнести ни слова. Леви решила, что в таком состоянии ей в гильдию показываться нельзя, а то появятся ненужные вопросы. Хорошо, что ее дом недалеко. Через семь минут они уже были дома у Люси. Леви села на кровать, положив себе на коленки голову подруги, а Гажил уселся на полу. - Жу-уть. - протянул убийца драконов, смотря на заплаканную Люси. - терпеть не могу, когда девушки плачут. - Гажил, ее ведь можно понять. - с укором посмотрела на него Леви. - Хотя эта сцена не должна была тебя так расстроить, Люсь. Ты же знала, что это произойдет. Это всего лишь игра. Или я чего-то не знаю..? - Л-левиииии... - рыдающим голосом протянула Люси и заплакала с новой силой. Гажил лишь вздохнул и отвернулся, что бы не видеть эту жуткую картину. Ну не понимал он такого поведения! Четыре чашки успокаивающего чая в исполнении железного убийцы драконов и Люси наконец-то перестала плакать. Юбка Леви промокла насквозь, прилипая к стройным ножкам девушки и заставляя Гажила смотреть туда, куда не надо. - Ну что, Люсь, плакать перестала? Пойдем, умоемся. - словно маленького ребенка, Леви начала поднимать подругу. Тихие всхлипы были знаком согласия. - Люсь, все хорошо. Сейчас я тебя умою и ты мне все расскажешь, ладно? - Угу. - это все, что могла ответить заклинательница. Сидя на кухне с чаем в руках, Люси рассказала о том, что произошло вчера вечером. Момент в кустах она, естественно, выкинула, а то еще подумают про нее... Спокойно выслушав, "доктор" Гажил вынес свой вердикт: - Ну, ты сама виновата, тут уже не поспоришь. - Но ты просто не понял. Я... струсила. Я не была готова, это как-то спонтанно произошло. - Но ведь он тебе нравится? - Люси лишь покивала головой. - Тогда чего ты зассала? - Не знаю... - выдохнула Сердоболия, опустив голову вниз. - Люсь, все нормально. Нацу с Дождией ведь просто играли. Он ничего к ней не чувствует, сам же тебе говорил об этом. - Леви взяла подругу за руку и посмотрела ей в глаза. - Но ты видела, как он ее поцеловал? Столько чувств и нежности вложить в один поцелуй! А что, если ему теперь нравиться Дождия? Если он в нее влюбился? Ведь даже неизвестно, что они делали, когда ходили гулять! - Разговаривали они, успокойся. - отрезал Гажил, с укором смотря на Сердоболию. - О чем разговаривали? И откуда ты знаешь? - Я прекрасно знаю Джу, она бы в эту головешку и не влюбилась бы никогда! - Гажил с Дождией ведь дружат уже несколько лет. Она его даже Гажиком называет, хотя он никому не позволяет так себя называть. - постаралась успокоить подругу Леви. - А разговаривали они о постановке. - А ты откуда знаешь? - голова у Люси вообще не варит. Даруй Господь ей серую жидкость, которая на данный момент больше походила на мивину. - Ну сама подумай: Дождия рассказывает Гажилу, а он все всегда рассказывает мне. - А с каких пор это вы так близки, а? Что-то я пропустила этот момент. Щеки Леви сразу стали красными-красными. Даже Гажил немного засмущался. - Нуу... После экзамена на старшего волшебника. - опустив глаза сказала Леви. Люси выплюнула весь свой чай. - И ты молчала?! - Люсь, успокойся. Только кричать не нужно, а то голова болеть будет. - И так боли-ит! - проскулила Сердоболия, хватаясь за думу свою тяжкую. *** - "Головешка... Убью к чертям!!!" - подумал Грей и начал разносить свою комнату. Конечно, на репетиции он не остался, свалил сразу, по быстрому. Отмороженный церемониться не стал бы, всех вынес, а Дождия могла подумать, что он ее ревнует. - Я НЕ РЕ-ВНУ-Ю! - каждый слог сопровождался пинков металической кровати, которая в последствии развалилась на две части. Это привело Грея в еще большую ярость и она начал крушить все: раздолбал тумбочку, разбил окно, снес к чертям гардину, оборвал шторы, перевернул шкаф и начал долбить в стенку, пока не выбил дырищу. И только на этом он успокоился. - "Мляяяяя..." - раздалось в голове у Отмороженного. Ночевать-то негде, дом он свой разнес. К Люси что-ль пойти... А нефиг свою ярость на бедную комнатку обрушивать! *** - Ну ладно, Люська, да завтра! - пролепетала Леви и вышла из квартиры, где проживала Сердоболия. - Да, и в следующий раз гвоздей к чаю прикупи. - пробормотал Гажил на прощание. - Хорошо, до завтра, ребята! - у Люси настроение уже поднялось, она даже улыбалась. Леви всегда могла ее развеселить какими-нибудь интересными историями, которые она прочитала. А сегодня она даже пообещала дать ей книгу, в которых описаны все мифы древней Греции. Такое собрание встречалось очень редко, да и сама книжечка была по размерам XXL. Присев на кресло, Люси хотела поучить свои слова из пьесы, но резко передумала, вспомнив сегодняшнюю репетицию. Настроение начало быстро падать, поэтому она вызвала Плю. Николя быстро развеселил хозяйку своим новым танцем, а та в свою очередь угостила духа сладостями из столицы. Было уже около десяти вечера, когда Люси решила переодеться в пижаму и готовиться ко сну. Мысли о репетиции отдавались болью, но, как ни крути, завтра нужно идти в гильдию на 12 часов и ни в коем случае не опаздывать. Через несколько дней все поедут в Эвриал, репетировать в большом театре. А после выступления Люси будет жить обычной жизнью. Только без Нацу. Будет ходить на задания одна, возможно с Греем и Эльзой. Заказы выбирать будет длительные, что бы свалить из Магнолии хотя бы на пару недель. А когда Нацу будет на задании, то можно побыть в городе, отдохнуть. Для начала нужно ограничить "Нацу" до минимума или же вовсе исключить его из своего режима дня. Хотя жизнь тогда приобретет совсем другие краски, каординально изменится. Может, скорым временем Люси забудет о Нацу, встретит парня, который ей понравиться и они поженятся. Она завяжет с магией, переедет в другой город и будет с радостью, и долькой грусти, вспоминать то время, которое провела в Хвосте феи. - Люсь, ты чего на полу расселась? - смотрел Отмороженный на девушку, сидящею на ковре, прижимая руки к груди. На лице расплылась улыбка, а из левого глаза скатилась слеза. - Грей? - сразу осведомилась девушка, переведя на него взгляд. - Ты напугал меня. Почему так поздно? - Люси, тут такое дело... - начал парень, отведя взгляд и почесывая затылок. То, что он без рубашки, Люси уже никак не смущало. - Ну, мне короче негде ночевать, вот. - У тебя же квартира в центре Магнолии. Что случилось? - Ремонт. - резко отрезал парень, отведя глаза в сторону. - Ремонт? - с насмешкой переспросила Люси. - Срочный. - А в связи с чем? - но Люси понимала, что этой ночью Грей будет ночевать у нее и она никак не отвертится, какие бы вопросы она сейчас не закидывала. - У меня сломалась мебель и выбита дыра в стене в сторону переулка, поэтому оттуда дует. - как бы "дело-то житейское" рассказывал Грей. - И кто же это так постарался, а, Отмороженный? Или у тебя мебель сама случайно переломалась, а стена в себе дырку выбила? - поставив руки в бока, начала спрашивать Люси. - Или мне из тебя все по слову вытаскивать, а сам ты мне ничего толкового не расскажешь? - а-ля "Дело расследует Люси Сердоболия". - Ладно! Я психанул из-за этой сцены на репетиции, пришел домой, а потом бац! И все! Вся мебель раскидана и в стене дырища! - То есть это сделал кто-то другой? В твою квартиру вломились и все там разрушили? - Да нет, это был я! Только я не помню, как я это сделал. - опустив глаза пробормотал Грей. Такой подробный допрос начал его бесить. Люси затихла, вспоминая, как Нацу поцеловал Дождию. Так нежно и трепетно... Более того, он говорил, что люди не могут целоваться без чувств, значит у него к Дождии есть чувства. Как же это больно... Эх, не надо было тогда от него зажиматься в угол! Люси упала на колени и обхватила голову руками. Грей присел рядом и обнял ее за плечи, будто утешал. Скоро все закончится... На небе ярко светила луна, разливая серебряный цвет по улицам Магнолии. Во всех домах уже давно погас свет, колокол собора недавно отбил два раза. На удивление тихо прошел этот вечер в квартире Люси Сердоболии. Грей все же остался ночевать у нее, но спать он должен на диванчике. И как вы думаете, что они там делали в два часа ночи? Сидели на кровати Люси и, в окно, молча пялились на звездное небо. - Красиво мерцает... - завороженно прошептала Люси. - А вон та яркая звезда, смотри как сияет! - и Люси указал пальчиком куда-то в небо. - Это Венера. - рассказывал Грей. Таким способом он успокоил Люси и уже час разглядывал с ней звездное небо, вспоминая истории, которые рассказывала Ул. - А вон там видишь, - и парень указал рукой на северо-восток. - голубая звезда Денеб. С нее начинается созвездие лебедя. А вот там, у него под крылом созвездие Лиры. - заклинательница звездных духов улыбнулась. - Посмотри немного влево, там созвездие Геркулеса. Ты же знаешь эту легенду? - Да, мне мама в детстве рассказывала. - улыбаясь, ответила девушка. - А посмотрев над ним, ты увидишь дракона. - и тут Грей понял, что оступился. - Дракона? - взволнованно посмотрела на него девушка. - Епть... - тихо, что бы Люси не услышала, буркнул Грей. - Не важно, короче. Девушка сразу опустила голову. Грей мысленно назвал себя идиотом и обнял за плечи заклинательницу. - Ты не расстраивайся. Все нормально будет. - начал утешать ее парень. Но Люси лишь загадочно улыбнулась и посмотрела на него. - Не в этом дело. Столько всего произошло, пока я была с вами. Я уже не представляю свою жизнь без Хвоста Феи. - Как и мы не представляем свою жизнь без тебя... - многозначительно прошептал Грей. *** - Анфис, а может не надо? - тихо спросила маленькая девочка у своей спутницы. Вторая лишь приложила указательный палец к губам, пытаясь заткнуть младшую сестру. Анфиса - старшая, на вид ей было пять лет. Вторая, Анжела, - на год младше. Обе ведьмочки рано открыли свои способности из-за их мамы. Обычно они своей магией не пользовались при людях, но пошалить любили, да-а. - А что если мама заметит, что нас нет? - не унималась младшая девочка, теребя подол своей ночнушки. - Не бойся, все будет нормально. Мы же не можем колдовать при ней то, что хочтим. Но я придумала одно заклинание, думаю, что оно тебе понравиться. - тихо шагая босыми ногами по крыше говорила старшая сестра. - Мама ведь учит нас самым простым заклинаниям, боиться, что мы еще маленькие. А мне надоело распылять волшебную пыль для сна и колдовать потерю памяти на пару часов. - На большее тебя не хватает. - Ты вообще это делаешь только на несколько минут. - Ну я же еще маленькая. - девочка обижено надула губки. - Тс-с. - Анфиса приставила указательный палец к губам и пригнулась. - Смотри, - шепотом начала она. - Блондинка Люси в окне. Она там с каким-то парнем. Идеальная возможность. - Откуда ты ее знаешь? - рядом присела Анжела, смотря на сестру. - Она как-то мне конфетку дала, а когда я спросила у нее имя, то она ответила, что ее зовут просто Люси. С ней тогда еще пацан с розовыми волосами был. - девочки спустились на землю и уже босиком шли к окну Сердоболии. - Как думаешь, этот парень - ее любимый? - поинтересовалась младшая сестричка. - А вот это мы сейчас и узнаем. - ехидно сказала девочка и потерла маленькие ладошки. - Смотри внимательно. Девочка, с помощью магии, подлетела на крышу второго этажа и присела прямо над окном Сердоболии. Ее младшая сестра внимательно следила за действиями. Шепотом, что бы "жертва" ее не услышала, Анфиса начала произносить заклинание... *** - Как и мы не представляем свою жизнь без тебя... - многозначительно прошептал Грей. Люси ошарашенно посмотрела на него. - Грей, ты же... Люси перебили поцелуем. Таким теплым, нежным, пробуждающим внутри что-то приятное. Девушка прикрыла глаза от удовольствия. До ее уха начали доноситься детский смех и лепет, но она не обратила на это внимание. Думала, что ей послышалось. Через минуту Грей отстранился от нее, краснея и пряча глаза. Парень не мог даже слово сказать. Девушка тоже смущенно посмотрела на него, на щеках играл яркий румянец. - Ты это... прости...- это все, что смог сказать Грей в такой ситуации. Он даже не знал, что на него нашло, он не хотел целовать Люси! - Грей... - при произношении этого имени сердце парня дрогнуло. - Что это было? - девушка озадачено посмотрела на него, ища ответ. - Я не знаю... я не хотел, извини. Я не знаю, что на меня нашло. - Хм... - девушка сначала посмотрела на свои руки, сложенные в замочек, потом на небо... - Ты украл мой первый поцелуй. Эта реплика озадачила Грея просто до невозможности! Он думал сейчас, что нужно долго-долго извиняться, молить о прощении, ведь это непростительно! Но ведь Люси на него не кричит, и даже не злиться. А просто с интересом смотрит в небо. Да и Грей не из тех парней, которые привыкли извиняться. - Эй, - Грей заставил девушку выйти из ступора и посмотреть на него. - ну... и как тебе? - Приятно... - это все, что могла сказать Люси. Сегодня они с Греем были близки, как никогда, говорили весь вечер по душам. Не хотелось враньем испортить этот момент. - А тебе? - Ответить честно? - Люси только кивнула, ожидая ответа. - Как все. Извини, но до этого у меня было много девушек. Ни одна из них не вызывала во мне сильных чувств. Это было, скорее, мимолетное увлечение. Ты мне тоже с самого начала понравилась, но потом я понял, что ты очень хороший человек и ни на какие отношения я не променяю нашу дружбу. - Значит, просто забудем об этом? - улыбнулась блондинка, глядя на своего друга. - Хорошо. - брюнет улыбнулся в ответ. Вдруг из окна раздался детский лепет и в раскрытое окно влетел мерцающий песок. Грея и Люси сразу выкинуло в царство Морфея, а маленькие ведьмочки пошли домой. *** Картина маслом: спят в обнимку парень и девушка на розовом покрывале. И окно на распашку... Начали бить колокола собора. На первый удар Люси проснулась. На третий она уже потягивалась, на пятый - встала с кровати. На восьмой - начала будить Грея, на одиннадцатый - пошла умываться, а на двенадцатый выскочила из ванны с зубной щеткой во рту, обнаружив, что в это время они уже должны быть на репетиции! Дорога до гильдии не заняла много времени, но ребята знали, что как только они там заявляться - их ждет лютая расправа. А спать-то как хотелось... Громко зевая, Грей со всей дури (которой у него предостаточно) пнул ногой главную дверь, которая, не смотря на свой размер, чуть не слетела с петель. Все взгляды приковала к себе пара, которая стояла у входа. Блондинка с растрепанной прической прикрыла рот ладошкой, в попытке зевнуть. И Люси, и Грей выглядели безумно уставшими. К парню сразу подошла Титания. - Грей, какого черта ты опоздал? Мы только тебя ждем, Бенволио ты недоделанный! Сцену без тебя отрепетировать не можем! - Эльза, только не ори. - буквально умоляющим голосом проговорил Грей. - Я и так не выспался. - А причина?! - буравила его предсмертным взглядом Титания. Все смотрели, затаив дыхание, на разборки у входа. Одна Люси походу не въезжала, что тут происходит. Грей же сначала посмотрел на Эльзу, затем на блондинку, стоящую рядом, снова на Эльзу. Воспоминания о прошлой ночи заставили его расплыться в блаженной улыбке. - Причина тоже не выспалась. Что же... Нацу обалдел, преувеличивать не будем. Но виду не подал. Как ни крути, а позавчера вечером ему выбили сердце из груди. Физическая боль не сравниться с той, которую он испытал при отказе его любимой девушки. Проще всего - отказаться от чувств. А теперь Грей и Люси заходят в гильдию, как пара. А Нацу все равно. Но как ни крути, а кусочек его просто разрывался от слов Грея, хотя Нацу и пытается от него избавиться, но все равно хватается за него, как за последнюю надежду. Ведь в этом кусочке все, что когда-либо чувствовал Нацу: любовь к Люси, симпатия к Лисанне, дружба с Греем, радость от каждой победы, желание победить от каждого поражения и самое главное: желание никогда не сдаваться. Но оно ничего не значит, Люси ведь отказала, а второй раз он не может испытать такую боль. Это за пределами возможного. Проще отказаться от чувств и подождать. Время ведь лечит. Но все-таки внутри что-то покалывает, когда взгляд цепляется за заклинательницу звездных духов. - Так, хватит балаганить! - в эту стычку встрял сам Макаров. - Грей, больше не опаздывай. Народ, репетируем дальше! Бенволио, быстро на сцену! - Я? - удивился Грей, показывая на себя пальцем. - А какую сцену мы сейчас репетируем? - В жилах закипает кровь от зноя. Сейчас с Меркуцио на площади спорить будешь! - Постойте, а венчание Ромео и Джульетты уже было? - продирая глаза, оживилась наша спящая красавица Люси. - Еще вчера! - удивленно посмотрела на подругу Эльза. - Где ты была, если этого не помнишь? - Да там это... Я короче того... - начала отмахиваться Люси, открывая пошире рот, что бы зевнуть. - А ты чего стал?! Полетел на Марс, Гагарин! - крикнул Эльфман, пиная бедного Грея до самой сцены. Репетиция началась неплохо. В качестве фонтана выступала Дождия на стуле. Но на этот раз она все-же была декорацией, а не Джульеттой. Гажил прекрасно играл свою роль, задирал Грея, как только мог. Но вот последний... Бубнил слова безо всяких чувств. Было такое ощущение, что он сейчас упадет и уснет. И больше ничего ему не нужно. Но ситуацию спас появившийся Тибальт. У Грея аж жопа зачесалась, припомнила все "хорошее", что испытала от брата Джульетты пятнадцать минут назад. Питерские разборки между этой компанией, как это и должно быть по сценарию, прервал Ромео. - Отстаньте! Вот мне нужный мужик! - заявляет Тибальт и продолжает. - Ромео, сущность чувств моих к тебе вся выразима в слове: ты мерзавец! На лбу у Нацу читался один вопрос: "И чё?". Мда, играть в таком состоянии у него не получиться. Но тут происходит нечто странное: Нацу громко выдыхает, за тем делает глубокий вдох, закрывает глаза на пять секунд... А затем открывает и словно становиться другим человеком. Осанка сразу выровнялась, лицо приняло нормальное выражение и Нацу вошел в свою роль. Играл он безупречно, между прочим. Но в глазах не было того огонька, как на первой репетиции. Они словно застеклянели. Эльфман с Гажилом начинают разыгрывать поединок на шпагах, в последствии которого последний умирает. Таким образом Меркуцио на руках у Ромео говорит свою реплику, немного отклонившись от текста: - Да что б вы сдохли, раздолбаи хреновы! "Мда-а, Гажил действительно вжился в роль." - подумала Леви, перечитывая строки из сценария. (Возьми чума семейства ваши оба!) И опять Нацу изумительно выразил потрясение от потери лучшего друга. Так же он прекрасно сыграл ярость и поединок на шпагах с Тибальтом, от чего Эльфман упал мертвым. Но в глазах до сих пор было пусто и Люси это замечала. Бенволио в страхе велит (а нет, он просто встал и пробубнил) Ромео срочно бежать из города, поскольку этот поединок будет расценен как убийство. Короче Нацу драпает из Вероны и Макаров объявляет перерыв. - Лю-юсь, ты чего такая? - протянула полупьяная Кана, размахивая бутылкой виски. - Все нормально, не обращай внимания. - притворно улыбнулась блондинка. А в голове творился бедлам, мысли в кучу никак не могли собраться. Нацу... Что же с ним такое? Непривычно было его видеть таким... серьезным, чтоль. Да и Грей тоже изменился. Он это умело скрывает ото всех, но Люси знает, что на самом деле с ним твориться. Влюбился он. С ним это, наверное, впервые, но этот баран втюхался по уши и не хочет этого признавать. А зря. Он ведь может осчастливить Дождию, и себя перестал бы мучить. Из них вышла бы замечательная пара... - Так, перерыв окончен! - объявил Макаров. - Леви, Дождия, на сцену! Репетиция закончилась, когда уже стало темно. Домой шла Сердоболия в не самом лучшем расположении духа. В голове прокручивалась сцена, где Нацу и Дождия говорили о своих чувствах, когда по сценарию Ромео ночью пробирается к Джульетте, после смерти Тибальта. И как же, черт возьми, они хорошо играли! А может вовсе и не играли... Здравый смысл отстаивал свою точку зрения: "В конце-концов это всего лишь игра! Так нужно по сценарию! Нацу и Дождия играют свои роли!". Ну а сердце, изнывая от своих переживаний, противоречило здравому смыслу, как могло: "Как можно ТАК играть?! Без чувств это просто нереально! Более того, как он ее поцеловал... Прям ноги подкашиваются...". Но здравый смысл вывел всех из ступора одним фактом: "Алле, гараж! Нацу признался, что любит тебя!". Тут Сердоболии стало не до дискуссий с самой собой. Нацу ведь и правда признался, что хочет, что бы его первый поцелуй достался Люси! Это может значить только одно: она ему не безразлична! Блин, вот почему до блондинок все так поздно доходит?! Три дня ушло на то, что бы это понять! Но ведь почему тогда Люси ничего ему не ответила? Он ведь тоже ей нравится... Не дойдя до своего дома метров десять, Люси присела под стеной одного из зданий и обхватила коленки руками. Нет, плакать ей не хотелось, просто нужно подумать. В нейтральном месте, где нету давящей на уши тишины. В квартиру возвращаться она не хотела, там все напоминает о Нацу. Просидела так Люси час или два, но домой пришлось вернуться, потому что над Магнолией начали скапливаться тучи, пошел дождь. Леденящий душу, пробирающий до самых костей. Серый и тоскливый, заселяющий внутри пустоту. Такой дождь. Дождия... Из-за неё скоро всю Магнолию к чертям затопит. Целая ночь прошла в раздумьях. Грей думал о том, что же с ним все-таки произошло. Странное поведение Дождии просто выводит его из себя. После того случая в парке она перестала обращаться к нему и вообще ведет себя так, будто его и не существует вовсе. За все четыре дня он поймал ее взгляд на себе только один раз. Навсегда запомнил эти глаза... В них отражалась ненависть и злоба. Неужели он довел ее до такого? Люси лежала на кровати и не могла уснуть. Вот почему же все так сложно? Нацу ведь сказал, что она ему не безразлична, и он также не безразличен ей! Зачем все запутывать? У него хватило смелости придти и просить у Люси поцелуй, так в чем тогда проблема? А теперь Драгнил, наверное, места себе не находит из-за отказа. Таким образом Люси мучает и себя, и его. Но заклинательница не решается принять меры... Все из-за нерешительности? А хотя... Фиг с ним, живем только один раз! Хуже, чем сейчас, уже все равно не будет! Все, решено! Завтра Люси поговорит с ним и разберется во всем, от начала и до конца! *** - Дождия, милая, ну не убивайся ты так, а то скоро всю Магнолию зато-опишь. - протянула Кана, убирая прилипшие волосы с лица водной волшебницы. В ответ на это Локсар начала плакать с новой силой. Ужасные всхлипы и рыдание было слышно на весь коридор, в котором стояли Венди, Леви и Лаки, подслушивая, что же все-таки произошло с Дождией. Успокоить водную волшебницу получилось только под утро. Ливень начал стихать, а Кана, упавшая без сил на кровать Локсар, быстро уснула. Народ начал сдвигаться в гильдию к двенадцати, хотя сегодня обошлось без опозданий. Перед репетицией Джелозад вышел на сцену и начал вталкивать речь, что это типа последняя часть, которую они должны прорепетировать и послезавтра все поедут в Эвриал. - Ты куда? - спросила Кана, хватая за руку отошедшую Дождию. - Мне нужно к мастеру, поговорить надо. - спокойным голосом ответила Локсар, словно и не было ночью той истерики. - Мне сходить с тобой? - Нет, спасибо. Я и сама справлюсь. - освободившись от хватки Каны, Дождия поднялась на второй этаж. Макаров сидел в своем кабинете и пил чай, когда к нему зашла Локсар. Спокойно присев напротив, девушка поведала о своем решении мастеру. - Пфф, ЧТО?! - весь чай полетел на пол. - Ты с ума сошла?! Дождия, почему?! - Простите, мастер, но мне здесь не место. Из Эвриала я уже не вернусь. Это мое решение. - Но почему? Тебя Эльза обидела? - прыгнул на стол Макаров. - Нет, что вы. Эльза очень добрая, как и все ребята в гильдии, но... - Дождия опустила глаза, стараясь не смотреть на оторопевшего мастера. - Но что? Ты не можешь с бухты-барахты уйти от нас! Ты же одна из нас, волшебница Хвоста феи! Да и куда ты вообще пойдешь? - Думаю в Белокоготь. Там я смогу найти обычную работу и буду жить обычной жизнью. Простите меня, мастер, но мне тягостно находиться здесь. - девушка опустила голову, что бы Макаров не увидел на ее глазах проступившие слезы. Громко вздохнув, мастер подошел к Дождии и взял ее за плечи. - Дитя, я надеюсь, что ты уверена в своем выборе. Если тягостно, то я тебя понимаю и не держу здесь. Но я хочу верить, что ты изменишь свое решение, ибо всем здесь будет тяжко без тебя. Ты - наш товарищ и тебя здесь держат узы дружбы. Не тяжелее ли тебе будет их порвать? Дождия молча встала и вышла из кабинета, обдумывая слова мастера. Что тяжелее: видеть милого Грея или разорвать отношения со всеми друзьями, которых она приобрела в Хвосте феи? Как ни крути, а в своем выборе Локсар начала сомневаться. - Джульетта! Где Джульетта? - Джелозад начал беспокойно осматривать зал в поисках актрисы. - Я здесь. - Дождия вышла из кабинета и направилась на сцену. - Слова знаешь? - Выучила. - твердо сказала девушка, спрятав листок с текстом. - Монах, на сцену! Когда Макаров спустился - все затихли и смотрели на актеров. - Всему конец, надежды больше нет! - как можно сильнее драматизировала Дождия. Хотя в ее реплике был определенный смысл, который понять смог только Макаров. - Дождия, ты в этом уверена? - еще раз переспросил мастер, в упор смотря на девушку, которая сразу поняла, к чему клонит ее собеседник. - Макарыч, это не по тексту. - насупился вышедший Джелозад с листком в руках. - Да, мастер... Уверена... - девушка опустила голову, пытаясь не смотреть на Макарова. - Что же, ты мне не оставила другого выбора. - пробубнил про себя мастер и обернулся к ребятам из гильдии. - Наш товарищ, наша очаровательная Дождия решила покинуть Фейри Тейл! - громко выкрикнул он на все помещение. Сначал тишина, ибо прикола сначала не поняли. А потом гильдии дружно прошлось синхронное: "Чтооо??!!". Грей же молчал, но в упор удивленно уставился на Дождию. Внутри словно что-то оборвалось. Как это она собралась уйти? Куда?! - Ребята, простите, но у меня на это есть свои причины. - сказала Джубия со сцены, не решаясь поднять глаза на товарищей. Только через секунду ее взгляд устремился на Грея. В нем не было ярости или злости. Одними глазами она извинилась за все, а Отмороженный наконец-таки понял причину решения этой девушки. Понял! И исправит ее, обязательно. - Дождия, ты что, с ума сошла? Покидать гильдию - это не по мужицки! Мы ведь тебя любим, дурочка! - доносилось из зала, а девушка, стоявшая на сцене, не могла ничего сказать. На глаза предательски навернулись слезы и она убежала со сцены. - Грей, - ткнула его под ребра сидящая рядом блондинка. - это твой шанс. Ни сказав ни слова он подорвался и пошел в небольшую комнатку, которую Мира обычно использовала для отдыха и что бы не стать жертвой одной из передряг. Грей был уверен, что Дождия там. Дверь в темную комнатку отворилась и парень зашел в нее. Девушка же сидела на полу, прикрыв лицо руками. - Мастер, уйдите, пожалуйста. - не поднимая глаза прошептала Локсар. - Мне и так не легко далось это решение. - Хм... - Грей подошел к единственному окну и дернул за штору, что бы в комнате стало светлее. - Ну и чего ты, глупая, решила от нас сбежать? От голоса милого Грея Дождия сразу подняла свои глаза, даже плакать перестала. Парень лишь лукаво улыбнулся и подал руку девушке. Но Локсар отвернулась, отказавшись от помощи со стороны Грея. Губки как-то сами собой надулись. Как же хотелось их поцеловать... - Так и будешь молчать? - Отмороженный присел на пол рядом с волшебницей и заложил прядь ее волос за ухо. Девушка шлепнула его по руке, показывая недоброжелательность такого жеста. - Дождия, в чем причина твоего решения? Все-таки Локсар не выдержала такого напора со стороны и решила развязать язык. Все равно он уже никак не повлияет на ее решение. - Милый Грей, вы ведь не только личиком вышли, но и умом. - Дождия посмотрела на него заплаканными глазами, но голос у нее был твердый. - Сами ведь уже все поняли. - Это из-за меня? - парень был в этом убежден, но ему требовалось услышать это из уст Локсар. - Да. - твердо сказала девушка, смотря парню прямо в глаза. - Прости, я не хотел тебя обидеть. - не часто такое услышишь от Грея (а точнее он никогда никому такого не говорил), но Дождия решила, что он не должен повлиять на ее решение, иначе испортит всю жизнь. - Зачем вы здесь? Я все равно уйду, а вы меня забудете. - тихо опустив глаза, прошептала девушка. - Я не забуду. От этих слов внутри у Дождии словно что-то важное щелкнуло. Коленки начали дрожать, а по телу разливалось что-то теплое и приятно-ноющее. Но девушка решила не подавать виду. Все равно несколько секунд счастья не стоят целой сломанной жизни. - Я все равно уйду! - повысила голос Локсар, смотря в глаза Грею, словно сама себя пыталась в этом убедить. - Хочешь - уходи! - громко рявкнул Грей на девушку. Его уже порядком начинала бесить эта сентиментальная сцена. Он перед ней душу вывернул, а она до сих пор носом крутит! Но все таки Отмороженный не намерен отпускать ее просто так. - Если хочешь - можешь уходить, я тебя не держу. Думаешь, что я тебя забуду? Ты не права. А вот ты забудешь? Буквально в долю секунды Грей зарыл свои холодные пальцы в волосы Дождии и, притянув ее к себе, поцеловал. Девушка распахнула глаза от удивления, а сердечко колотилось быстро-быстро. Все тело будто током шибануло. Этот поцелуй не сравниться с Нацу, или с кем-либо еще. Это совсем другое, так ее еще никто не целовал. И пока мысли слились воедино, Грей начал углублять поцелуй, а Дождия наконец-то ответила ему. По щеке предательски потекла слеза, но это был предвестник счастья. Наконец-то она счастлива. *** - Что-то Дождия долго не возвращается. - как бы невзначай протянула Люси, подойдя к Нацу. - Угу. - отойдя от девушки, ответил парень. - Нацу, нам надо поговорить. - О чем? - даже голову в ее сторону не повернул. Будто со стенкой разговаривает! - О многом. В общем, жду тебя у себя дома в семь. И не опаздывай. Люси, немного оскорбленная таким поведением парня, развернулась и ушла в сторону Леви. Через двадцать минут наконец-то появилась Дождия, держа за руку милого Грея. Парень улыбался, хоть и с долей иронии. Или же это просто так кажется. В любом случае Люси поняла, что все прокатило, и мысленно порадовалась за друга. Вот бы и у нее с Нацу все сегодня гладко прошло. Сцены игрались одна за другой, актеров вызывали по очереди. Даже не верится, что это уже последний день, а послезавтра все они поедут в Эвриал. Метушня с ролями все никак не давала Люси застать Грея, что бы поговорить. Наконец-то последняя сцена, а Люси нагнала Грея за столиком. Парень все еще таинственно улыбался. Никогда Люси не видела его таким. - Ну, как все прошло? - немножко наклонившись к Грею, спросила она. - Зашибись. - в одном слове столько восторга! Люси была очень рада за них с Дождией. Друзья продолжали смотреть сцену с похоронами Джульетты. - Жерар, выйди на сцену! - крикнул Макаров, а за тем наблюдал, как Фернандес медленно парирует к нему в воздухе. - По идее рядом должен лежать Эльфман. - наклонившись к Грею, информировала Люси. - Так написано в пьесе. - Но ведь это только репетиция. На выступлении там будет лежать Эльфман. - Но ты представь, как этот слоняра будет выглядеть на сцене. Хи-хи-хи. - прикрыла рот ладошкой Люси. Дальше все завороженно смотрели на "место происшествия", боясь упустить хотя-бы шорох из финальной сцены. С помощью магии, граф Парис забрасывал тело своей "возлюбленной" цветами. Затем появился Ромео. И как же все-таки он играет, сердце завораживает! Поединок между Жераром и Нацу сложно было назвать игрой. Такое ощущение, что они и на самом деле на шпагах дрались, а в конце Фернандес просто поддался. Вот он, самый чувственный момент из всей пьесы: Ромео остается один перед гробом Джульетты. Реплики Нацу лились, как самая прекрасная песня, а глаза немного потеплели, когда он смотрел на Дождию и говорил, что она прекрасна... Хоть это было и по сценарию, но сердце Люси все никак не унималось. Нацу целует Дождию и, держа в руках бокал, говорит: - Пью за тебя, любовь моя! Лоренцо опаздывает всего на секунду (ну это же драма, по другому быть и не может), но уже не может спасти Ромео. В этот момент просыпается Джульетта. Как и должно быть по сценарию, идет поток слащавых речей, горесть Дождии, сочувствие Макарова... В конце концов Дождия дохера натурально (ей не привыкать) вонзает в себя кинжал и типа умирает. На сцену выходят Мира с Фридом и Люси с Лексусом. Монтекки и Капулетти, забыв о старых распрях, пожимают руки и гильдия взрывается громкими аплодисментами. - Наконец-то мы это сделали!!! Мужики!!! - кричал воскресший Тибальт с первых рядов. - Да, да, да, все молодцы! - подойдя у краю сцены начал повествовать Макаров. - Но не забывайте, что это не конец! Выступление в театре через пять дней, послезавтра мы уезжаем в Эвриал! Завтра можете не приходить, вы заслужили выходной. Но что бы в пятницу в 10:30 все были на перроне, как штыки! Кто опоздает - я лично приду и притащу за шкирки. Все свободны! - Буха-аем!!! "Хвост феи никогда не измениться. Нужно по тихому свалить, а то говорить с Нацу в неадекватном состоянии я не смогу." - подумала Люси, разворачиваясь домой. Нужно все приготовить к приходу Драгнила. Путь к сердцу мужчины лежит через его желудок. Что же, в Люськином случае эта фраза подходила как нельзя кстати. Надо в магазин зайти, а потом кушать приготовить. Сегодня все пройдет идеально, Люси была в этом уверена! *** Теребя подол своей юбки, Люси снова посмотрела на часы. Половина девятого. Хватит мучить себя надеждой, Нацу не придет. А Люси так его ждала... Громко выдохнув, девушка упала на кресло, подперев голову руками. Внутри была пустота, неприятное чувство. Будто тебя бросили. Хотя Нацу ведь ей ничего не должен, она сама виновата в этом. Стук в дверь заставил девушку выйти из ступора. Мысли забили ключом, она подорвалась с места, и быстро подбежала к двери. Он все-таки пришел! А что, если это не он? Нацу дверью не пользуется, не в его приоритете. Сердце от этой догадки больно кольнуло. Наверняка за дверью Леви, она же обещала книжку с легендами принести... Люси стояла под дверью и не решалась открыть ее. Стуков больше не было, значит вполне возможно, что это просто принесли почту, и, убедившись, что никого нет дома, оставили ее под дверью. Ну кто бы пару раз ударил в дверь и стоял бы и ждал ответа? Грей бы давным давно ее вынес, а про Эльзу вообще лучше не вспоминать. Открывать дверь в свой маленький мирок не хотелось, даже для того, что бы просто забрать почту. Здесь она и ее мысли. Люси присела под дверью, поджав коленки. А ведь она его так ждала... Громкий выдох по ту сторону... Девушку будто током шибануло. Резко открыв дверь она увидела уже развернувшегося к лестнице... - Нацу! Парень резко обернулся на голос. Перед ним стояла Люси. И все-таки больно на нее смотреть. Очень больно. А в глазах все отображалось. Опустив взгляд на пол, парень подумал, что зря сюда пришел. Люси же, собираясь с мыслями, нашла в себе силы сказать: - Может,войдешь? И почему возникает такое напряжение? Ведь они всегда так легко общались. Не поднимая взгляд, Нацу поплелся в квартиру. Люси поняла, что у нее все получится, хоть и придется приложить титанические усилия. Главное не накосячить. - Кушать будешь? - радостно спросила блондинка, закрывая дверь. - Нет, спасибо. - холодно ответил парень, присаживаясь на кресло. Девушка сразу поникла. Что бы Нацу отказался от еды?! Завтра, наверное, снег пойдет! Не смотря на то, что за окном середина мая! - Люси, - голос звучал твердо и четко, это даже пугало. - давай сразу к делу. Взгляд Нацу не поднимал, просто не мог. Люси присела на кресло рядом, понимая, что сейчас нужно собрать всю свою силу и волю в кулак (ну а гордость, естественно, засунуть куда подальше) и сказать Нацу обо всем. Только бы не накосячить! - Нацу, - начала девушка, пытаясь унять дрожь по всему телу. - мы с тобой не так давно знакомы, но очень многое пережили вместе. Наша встреча в Харгеоне была судьбоносной. Только встретив тебя, я исполнила свою мечту и ближе тебя у меня никого нет. Но назвать тебя просто другом у меня язык не повернется. - Люси взяла за руку Нацу. Парень поднял на нее свои глаза, желудок завязался в узел и подскочил к горлу. Боли не было. Был страх. Страх того, что Люси снова сделает больно, разобьет сердце. Но ради нее он может снова начать чувствовать. Попробовать? Нацу никогда не сдавался. И сейчас не сдастся. На одном дыхании он, не дав Люси закончить, выпалил: - Я тебя люблю. Секундное молчание. Нацу только через мгновение понял, что Люси сказала тоже самое. Одновременно. Так синхронно, буква в букву. Ребята сидели молча, смотря друг на друга. И никто не решался испортить этот момент. На лицах у обоих начала проступать улыбка. Наконец-то эти три слова вырвались наружу! Счастью не было предела, Нацу подхватил Люси на руки и начал кружить. Веселый смех лился ото всюду, такой объем счастья был просто за пределами возможного. В голове эхом отдавались слова: " Я тебя люблю", а сердце колотилось как нельзя быстро. Сейчас мозг отключился, радовалось сердце. И все исчезло, мир исчез. Были только Люси и Нацу. Парень плавно остановился, продолжая держать девушку на руках, смотря прямо в глаза. Люси тоже понимала, что сейчас произойдет то, что должно произойти. Но на секунду перед глазами показался Грей и вспомнился поцелуй с ним. Девушка слегка поморщилась, вспоминая этот случай. Но Нацу заметил перемену в лице девушки. - Люсь, что случилось? - ставя девушку на пол, осторожно спросил Нацу. Еще одного отказа он не потерпит. - Да, ничего, - смущенно улыбаясь, опустила глаза блондинка. В голове будто шарики шампанского играли, а слова с уст слетали мимовольно. - просто вспомнила, как целовалась с Греем. Ой... Нацу моментально изменился в лице. Некая смесь удивления боли и разочарования. Но как, черт возьми, ярко они были выражены. Люси не решалась сейчас что-либо сказать, сейчас, по технике безопасности, лучше всего отойти от источника огня, как можно дальше. Но Люси делать этого не стала, а Нацу не знал, сдержится он или нет. Нацу смотрел прямо в глаза, выворачивая душу наизнанку. Счастье резко сменилось напряжением, болью и чувством вины. Громко выдохнув, парень опустил взгляд и развернулся к двери. - Нацу, ты куда? - Мне нужно побыть одному. И только щелчок замка на двери нарушил эту тишину. Люси еще долго стояла, смотря туда, где стоял Нацу. Осознание произошедшего приходило кусками. Десять минут назад она была самой счастливой, а сейчас хочется плакать от безысходности. Это и есть взаимодействие мира? Пять минут счастья равняется той боли, что сейчас испытывает Люси? Ответа на этот вопрос нету, а Люси так и продолжала стоять в комнате, теребя подол своей юбки.