Ромео и Джульетта или Шекспир в гробу перевернулся!

Утром солнышко освещало маленькую комнату, в которой спала волшебница из гильдии Фейри Тейл. Люси, жмурясь от надоедливых лучей, перевернулась на другой бок и решила еще немного поспать, но храп над ухом заставил включиться мозг и задуматься: что-то здесь не так. - Какого Макарова ты тут делаешь?! - завопила заклинательница. Веки Нацу начали слегка подрагивать, щечки дергались, а улыбка расползалась по лицу. - Доброе утро, любимая. - с все еще закрытыми глазами прошептал парень. Люси моментально залилась краской. Любимая... И сердце как в огне. А до чего же приятно! - Просыпайся, любимый. - нежным голосом сказала Люси и чмокнула парня в щеку. Улыбка стала еще шире, на душе было умиротворение. Вот бы так каждое утро просыпаться. Парень продрал глаза и посмотрел на заклинательницу: нежно, трепетно... Словно она - самое дорогое сокровище, которое он никому никогда не отдаст. И время остановилось, существовали только они. У Люси появилось огромное желание бороться за свое счастье. Ведь оно настолько близко, ну не может быть такого, что бы получить его было невозможно! Девушка понимала, что сейчас все будет так как она решит... Хотя чего отпираться, она уже давным-давно решила. Люси медленно приближалась к лицу Нацу. Он ведь смелый, столько раз пытался добиться от нее поцелуя, а она ничего не делала ради своего счастья. Зато теперь все измениться. И теперь девушка поняла это сладкое ожидание долгожданного. А торопиться им некуда, сейчас весь мир только для них. И вот нижняя губа заклинательницы коснулась впадины над верхней губой Нацу. Язычек скользнул вниз, а Драгнил оторопел. Ему казалось, что он все еще спит. Но, черт возьми, сердце колотиться, как бешенное. Не может все происходящее оказаться плодом его воображения! - Люси, мастер собирает всех в холле, - в дверь беспардонно вошел Грей, возвращая парочку с небес на землю. Люси быстро отстранилась от Драгнила. Губ-то она коснулась, а поцеловать - не поцеловала. Нацу был не менее разочарован. - Я тебя когда-нибудь убью, извращенец. - злобно процедил Нацу, посмотрев на Грея. Эксгибиционист хмыкнул и вышел за дверь. Поднявшись с постели, Люси молча пошла умываться, а когда она вернулась - Драгнила уже не было. Ни Каны, ни Лисанны в комнате не наблюдалось, и, кажется, ночью эта обитель принадлежал только ей и Нацу. Блин, в комнате три кровати, а она всю ночь делила свое одноместное ложе с Саламандром! Сердоболия оделась и вышла в холл, где, уже, кажется, стояли все. - Через пятнадцать минут выходим. Потом в театре сделаем перекличку и пойдем покорять Эвриал нашим актерским мастерством! - с воодушевлением говорил мастер. - Если не покорите - я каждого из вас отдам на подстилку мастеру Бобу! Все усекли? Нервный смешок прошелся по холлу и все, гордо подняв голову, пошли властвовать и унижать. Грей и Дождия наконец-то помирились, и шагали за ручку в самом конце кучи. Локсар волновало только одно: теперь, когда этот инцидент с поцелуем исчерпал себя, как вести себя на сцене? Поцеловать Нацу будет очень трудно. И Грею будет неприятно, больно... Она не может так с ним поступить. - Грей, - к паре подбежала встревоженная Люси, - ты Кану или Лисанну не видел? - Нет, - немного удивился Отмороженный. - А тебе они зачем? - Их нигде нету. А они ведь почти в самом начале выходят. Мастер будет в ярости. - Люси, успокойся. - пробубнил Грей и был награжденным злым взглядом со стороны его девушки. - Кана, наверное, где-то напилась, а Лисанна ее под руку тащит к театру. Она и не в таких условиях может сыграть свою роль. Нашла о ком переживать. - Наверное, ты прав. - опустила голову заклинательница и пошла рядом с Греем. Дождия этому ой как не обрадовалась и решила под любым предлогом отправить блондинку подальше от милого Грея. - Люси, а ты знаешь, где Нацу? - вполне спокойно спросила Локсар. Хотя иголки в ее голосе почти прорвались наружу. - Эльза его где-то впереди за шкирки тащит. Что бы он не свалил куда-нибудь. - вздохнула Люси, дотронувшись указательным пальцем к нижней губе. Как же хотелось вернуться туда, в утро, что бы завершить начатое. - Так вы с Нацу уже перестали играть в эти кошки-мышки? - не скрывая улыбки, Грей взглянул на девушку. - Нет, не перестали. - повесив нос сказала заклинательница. - А судя по тому, что я видел утром, то все уже ясно. Как Божий день. - не унимался Отмороженный. - По твоей милости, - Люси злобно сверкнула глазами в сторону Грея, - мы так и не поцеловались. - Хах, ну он и тормоз. - хохотнул Грей, закидывая голову. - А хотя этого следовало ожидать. Но он тебя любит, ты ведь это уже поняла? - Поняла. - сухо ответила заклинательница. - Так значит не выпендривайся, а подойди и поцелуй его. Если он сам не может. А то из одного поцелуя устроили черт знает что. - Тебе легко говорить. - проскулила златовласка, - у тебя вон Дождия есть. А знаешь, как трудно поцеловать Нацу, особенно когда понимаешь, что это то, чего ты так долго ждал? - Люси, засунь свою сентиментальность поглубже в задницу. Просто возьми и поцелуй. Один рывок и соприкосновение к губам. Зачем все так преувеличивать? - Может ты и прав. - протянула девушка. - Хорошо. Вот прямо сейчас пойду и поцелую! - Прибыли! - закричали из самого начала строя. - Твою дивизию... - про себя выругалась Люси и отвернула голову на бок. Судьба или нет? Может и вправду остаться друзьями. "Так, соберись, тряпка! Решила бороться за свое счастье - значит поздно отступать! Поцелуешь после спектакля или во время антракта. Как хочешь, но что бы сегодня ты уже была счастлива!" - отругала девушка саму себя и энергия забила ключем. Девушки уже стояли в гримерке и мерили пышные платья, затягивая друг другу корсеты. - Ох, ну и отвыкла же я от таких нарядов, - смущенно улыбнулась Люси своему отражению. - Странно это как-то. - Ой, Люсь, тебе очень идет. - Леви стояла ссади и еле затягивала корсет подруге. - Но вот только тебе... похудеть не помешает, ты в это платье еле влазишь. - Вот-вот, я ей тоже самое говорил. - из ниоткуда появился Козерог, чем вызвал всеобщий визг по гримерке. - Дамы, успокойтесь, я смотрю только на госпожу Люси. - Люси, ты как всегда обворожительна. - рядом с Козерогом появился Локи, чем вызвал еще больший ажиотаж. - Господа, - зло просипела Люси, - я, конечно, безумно рада, что теперь моей силы хватает на то, что бы держать двое врат сразу, но... - и заклинательница злобно сверкнула глазами в сторону духов, от чего те поежились. - Но это не дает вам права появляться, когда я переодеваюсь! - Так давай я тебя раздену. - эротично прикусывая губу сказал Локи, и, поняв, что ему грозит за такие слова, сразу исчез. - Госпожа Люси, вы великолепны. - аристократично поддержал Козерог и рассыпался звездной пылью. Леви сразу разчихалась, выпустив из ручек шнурки от корсета. Все девушки спокойно вздохнули и продолжили переодеваться, что-то активно обсуждая. Люси же стояла в углу гримерки и в разговор не вникала, ее больше беспокоило цвет платья: розовый, очень похож на тот, в котором она ходила в поместье. - Давай я уже до конца зашнурую корсет, выступление через 20 минут. - поднимая веревочку с пола и почесывая носик сказала МакГарден. - Леви, я же и Эльзу могу попросить, тебе ведь тоже одеться нужно. - Одежда кормилицы куда скромнее, чем твой наряд, в который без помощи не облокотишься. - сказала Леви и пыхтя начала затягивать шнурки. - Перевооружение! - крикнули из центра гримерки. - Ну как я вам, девочки? - Ох, Эльза, - начала Кана, попивая с горла вино. - не будь ты бабой, я бы тебя... женилась бы. - Твой слова - да Жерару в уши. - слащаво пропела Эльза, злобно посматривая на Кану. Альберона сразу поняла, что это хуже любого возмездия "от Титании" и решила заткнуть рот второй бутылкой вина. - Люси, давай помогу корсет затянуть. Девушка возражать не стала, все-таки у Титании сил побольше, да и к выступлению она практически готова. Нужно только Леви одеть и по сценарию еще раз пробежаться. Хоть она и знала все наизусть, но что-то на сердце неспокойно было, бросало в жар при одной мысли о толпе народа, которая будет на нее глазеть. Дальше думать Люси не дали, со свей дури стягивая корсет. - Дих-кх-кх не-кх... - заклинательница закашлялась и попыталась оттянуть корсет. - Что? - переспросила Титания, не вникая в смысл этих слов. - Кишки лезут, дышать, кх-кх, нечем. - Худей, Люси! - воинственно сказала Эльза, но все же ослабила шнуровку и завязала на узел. - Фух, хоть немного воздуха. - облегченно выдохнула Люси и провела руками вдоль корсета. - Красивое платье. - Оно тебе идет. - в дверях гримерки, выпуская девушек, появился Нацу. Люси сразу раскраснелась, а Леви взяла за рукав Эльзу и дернула ее на выход. В комнате остались только они. Люси смущенно опускала глаза, вспоминая случай утром, а Нацу, загадочно улыбаясь, подошел к девушке. - Ты очень красивая. - парень взял ее за подбородок и поднял голову на себя, от чего заклинательница покраснела еще сильнее. - Но все-таки ты мне больше нравишься не накрашенной. - Не пристало аристократичной особе показывать свою настоящую сторону. Это относиться ко всему в жизни богатых людей. - Люси, из тебя такая аристократка, как из Каны трезвенник. Ты же просто Люси! - парень одарил ее улыбкой, за которую поборолись бы рекламщики жвачек и зубных паст. Затем чуть тише добавил: - Моя Люси. Заклинательница вздрогнула, от чего же был сладкий этот голос. И правда, она его Люси. Давно его. Поддавшись на носочках, заклинательница приблизилась к лицу парня, что бы поцеловать. Нацу тоже слегка наклонился вперед. И уже чувствуя эту дрожь по телу, электрический разряд между ними, закрыв глаза и поддавшись ощущениям... - Ей, голубки, если сейчас не появитесь за кулисами - дедуля вас четвертует. - в дверной проем просунулся Грей. - Хватит целоваться, идите быстро. У Драгнила чуть не свело челюсти, настолько зол он был. Сделав шаг назад, не открывая глаз, парень сквозь зубы процедил: - Убью. Беги за синие тучи, ей Богу, сейчас убью. Грея просить дважды не пришлось, драпонул он и впрямь за синие тучи, повторять подвиг Гагарина. Нацу громко обреченно выдохнул и опустил голову, держа за руку заклинательницу. - Может нам и правда просто не суждено... - Чуть ли не рыдая сказала Люси и выбежала из гримерки. - Может и правда... - прошептал Драгнил, обдумывая смысл этих слов. *** - Ого, сколько народу! - крикнула Елочка, смотря на зал из-за кулис. - Звонок! Все, свет гаснет! - начал паниковать мастер, бегая за кулисами. - Где Люси? Люси где? Лира нужна, срочно! - Я здесь, мастер. - глухо отозвалась заклинательница. Все же она не плакала, Мира так старалась, красила ее. Было бы глупо из-за какого-то Драгнила пренебрегать трудом Штраус, тем более за несколько минут до спектакля. Лучше уже придти домой, смыть штукатурку и наплакаться всласть, что бы аж звенело в ушах. - Люси, я вижу, что ты здесь, - Макаров до такой степени переволновался, что не замечал ничего во круг. - А вот Лиры не вижу! Вызывай скорее, свет уже погас! - Угу. - Промычала девушка, поднимаясь со стула и без интонации продолжила: - чудесной арфы откройтесь врата. Лира. - Ой, Люсь, давно не виделись! - Лира начала обнимать свою хозяйку, как старую подругу. - А ты чего такая грустная? Водолей же говорила, что у тебя парень появился. Поссорились? - Лир, ну ты вообще не в тему. - с сарказмом заметила заклинательница. - Ты знаешь песни про несчастную любовь? - Конечно, при чем очень много. Спеть все под ряд? - Нет-нет, что ты. Сейчас выйди на сцену и спой самую трогательную, такую, что бы подошла к пьесе "Ромео и Джульетта" - Давай быстрее, люди ждут! - замешкался мастер, дергая Лиру за рукав. - Ога, хозяйка, все будет в лучшем виде. - подмигнула девушка и вытащила свою арфу на край сцены. По залу разлилась приятная мелодия, а пение Лиры щекотало слух и заставляло каждого окунуться в смысл песни. Дамочки уже полезли за носовыми платочками, ибо слезы текли ручьем, а это еще только начало спектакля. Мастер и Джелозад были неимоверно довольные таким стартом. За опущенной занавесью уже готовы все декорации и Макао с Бухлоу, со шпагами и щитами, вышли на сцену. Занавесь подняли, музыка затихла, начался спектакль. Самсон и Георгио вели свой монолог, хотя явно переигрывали. Но ничего, все равно роль второстепенная, а скоро появятся слуги Монтекки, с которыми она начнут драку. Что-что, а вот это они умеют. - Хорошо, что ты не рыба; будь ты рыбой - ты не годился бы ни к черту. - закончил Бухлоу и на сцену вышел Джет, который в конце концов уступил место слуги Леви Дрою. Он вполне согласился на скромную роль Абрамо, который появляется всего один раз. В зале начали перешептываться, куда делся Бальтазар, на что Хэппи, летевший рядом с Джетом, очень обиделся и громко с чувством, принялся орать: - Прочь, глупцы! Вложите свои мечи в ножны; вы сами не знаете, что делаете. Большая часть зала выпала в осадок. Никто не ожидал, что роль Бальтазара будет играть говорящий синий кот. - Красная псина! - крикнули из зала и на несколько секунд повисла тишина, которую нарушила... - Машина ехала, колеса терлися. А вы не ждали нас, а мы приперлися! - выбегая на сцену кричала Кана, размахивая бутылкой виски. Мастер сначала посинел, потом позеленел, почернел, поалел, потом вообще стал серо-буро-малиновым... Короче Люси и Дождия получили наглядное пособие того, как нужно охеревать, обалдевать, поражаться, злиться и не только. Приняв нормальный (более-менее) оттенок лица, Макаров сделал жесть "рука-лицо" и попросил немедленно вывести со сцены эту алкашку. Все прекрасно знали насколько важен для мастера этот спектакль, и какая участь ждет Кану после него, поэтому все старались не накосячить. У них это даже получалось! Правда Нацу что-то неважно играл, но по сравнению с другими, все было просто тип-топ. Джульетта и госпожа Капулетти покорили всех своими нарядами, тем, как они свободно, но в тоже время аристократично держались на сцене. Хотя маленькая кормилица тоже заслужила пару комплиментов. В милом, но довольно простеньком белом платьице она выглядела просто потрясающе. Сцена с балом приближалась семимильными шагами, и когда Люси выходила на сцену, то споткнулась и чуть не растянулась прямо на сцене. Благо ее вовремя поймали за талию. - Спасибо.- Протянула девушка и взглянула на своего спасителя. Нацу расплылся в улыбке, обнажая ровные белые зубы, а Сердоболию словно кипятком ошпарили. Она быстро отстранилась от парня и смущенно опустила глаза. - Нацу, если не суждено, значит так оно и будет. - прошептала заклинательница и подбежала к Лексусу, который стоял на сцене. Улыбка моментально сошла с лица парня, а на душе повис тяжелый камень. Что значит "не суждено?". Разве это не мы выбираем свою судьбу? И сразу в голове возникли воспоминания, как Игнил рассказывал про людей, про их чувства. Тогда Нацу не понимал этого. Помнил его слова, но не понимал их значение. И вот только сейчас, спустя восемь лет (а в мире вообще пятнадцать), он понял, что пытался донести до него дракон. - Не движутся святые в знак согласья. - дрожащим голосом, смотря на Грея, произнесла Джульетта. - Недвижны будьте, - Нацу сразу откашлялся. Что-то внутри не давало ему закончить реплику. Но все-таки собрав волю в кулак, он продолжил: - уж достиг я счастья. И сразу в сердце что-то больно кольнуло. "Нет. Не сегодня. Не сейчас. Не люблю. Не она." - пронеслось в голове Нацу. И зачем вообще притворяться, что любишь другого человека? Смысл? Ну да, пьеса, зрители и все такое, но как они могут заставить делать то, чего не хочешь? Как? Это же твоя жизнь, ты решаешь, как в ней все будет. Пауза между репликой и поцелуем сильно затянулась, да и Дождия тоже не торопилась поцеловать "Ромео". Толпы сидящих зрителей смотрят на сцену, затаив дыхание, чувствуя это напряжение. Некоторые из них уже посинели от недостатка кислорода, но все равно не могут оторваться, люди забыли как дышать. - Нет. - сказал Нацу под всеобщий вдох. - Так не пойдет. Джульетта, Ромео, эта пьеса... Плевал я на это дело с высокой колокольни! - парень повернулся к ошарашенной Люси, которая в упор смотрела на него и абсолютно не понимала, что он делает. - У Ромео и Джульетты такая судьба: они умрут. Счастья им не видать, а все потому, что они не старались быть вместе друг с другом. Какой-то английский перец написал вот эту муть, а вы считаете, что это гениальное произведение искусства? Люди, оглянитесь! Все, что воистину прекрасное, - оно всегда рядом с вами! - Я нашел подстилку Бобу. - демонстрируя свое лицо кирпичем, пробурчал мастер, понимая, что пьесу уже не спасти, Нацу, походу, прорвало. - Судьба? - продолжил свой монолог Драгнил. - Да засуньте вы себе ее знаете куда?! Судьба ничто без желания. Может вы и не поймете смысл моих слов, но одному человеку я все-таки докажу, что все зависит от нашего решения. Уверенным шагом Нацу подошел к ошарашенной блондинке и... поцеловал ее. Без ожидания, без прелюдий, без прочего геморроя. Просто нежно, но требовательно взял и поцеловал. И не сравнимо это ни с кем: ни со взрослыми поцелуями Дождии, ни с легкими касаниями Лисанны. Просто обычное теплое нежное прикосновение к губам. И ноги сразу ватными становятся, исчезает все. Зал подорвался громкими аплодисментами, а все стоящие на сцене были как вкопанные. И Только Люси поднялась на носочки, что бы еще ближе почувствовать на себе вкус губ Драгнила. Под всеобщие аплодисменты вышел мастер гильдии, поклонился, дал Нацу смачный подзатыльник, и, отрывая Ромео от ЕГО Джульетты, потянул за ухо за кулисы. - Ты что творишь, совсем уже солнышко припекло?! Ты сорвал спектакль, ты это понимаешь? - Да дедуль, не кипишуй, - отмахнулся Нацу, а с лица все не сходила блаженная улыбка. - Все пучком, сейчас будем дальше играть. - Что играть?! Ты соображаешь, что поцеловал при всех на сцене госпожу Капулетти? - Как играли, так и будем играть, успокойся, а то на тебе скоро мухоморы вырастут. Тем временем на сцену выскочил князь Веронский, что бы хоть как-то спасти положение и хоть что-то сыграть. Но вот только она забыла, что боится выступать перед публикой... - П-п-п-прос-сти-т-те з-за т-т-так-кой прием-м-м. - Эльза чуть в обморок не рухнула, пока говорила эту фразу. И только потом до нее дошло, что спектакль безнадежно испорчен. - П-п-пер-р-рев-в-воо... К огромному сожалению договорить Эльза не смогла, уж сильно переживала. А магия-то действует... В общем посредине сцены стоит голый князь Веронский. Ну или княгиня, зрители уже начали сомневаться. Покрывая всех и вся трехэтажным матом, на сцену вылетел граф Парис с одеялом и начал укутывать им свою любимую. За ним вылетели и прочие согильдийцы: пьяная Кана, подвыпившая Лисанна, мужик Эльфман, кормилица, Гажил в костюме, Бенволио и Джульетта, и прочие слуги. - Самолет летит, колеса сдутые, на нам все пофигу, мы долбонутые! - начала кричать Лисанна и запрыгнула на Бухлоу. - Лисс, хватит с тебя! - как ошпаренная подбежала Мира с Фридом и сняв сестру, затащила ее за кулисы. - Граф Парис. - Эльза трепетно взглянула на своего спасителя, который заворачивал ее в одеяло. - Князь Веронский... - так же трепетно произнес это имя Жерар. - Играть нету смысла? - не скрывая сарказма спросила Титания. Все, даже зрители, дружно покивали головой. - Князь Веронский, - начал Жерар, игриво поглядывая на сидящую девушку в одеяле, - пойдем гулять до самого вечера, а потом вместе проведем закат... встретим рассвет... - Я согласна! - артистично крикнула Эльза, и Жерар подняв ее на руки, понес в сторону выхода. Зрители прослезились: еще один хэппи энд. Такого ни у одного Шекспира не найдешь! - Да хрен с ним! - срывая пидарский берет со страусиным пером, выругался на всю сцену Грей. - Я люблю вот эту девушку, стоящую у меня слева! - закричал Фуллбастер так, что бы все в зале его услышали. Ему уже порядком надоело скрывать свои чувства. - Дождия, ты самая милая, самая красивая, самая лучшая девушка из всех, кого я знаю! И я тебя люблю! - последнее он прокричал так, что его слышал чуть ли не весь Эвриал. - Милый Грей... - прошептала Локсар и уже в следующую секунду повисла на Отмороженном. - Дождия тоже тебя любит, очень-очень! Все с умилением смотрели на чреду счастливых любовных историй. И хоть они пришли сюда, то бы посмотреть драму, их ничуть не напрягал такой поворот сюжета. - Ну, это... - Гажил немного откашлялся, а затем взяв руку крошечной кормилицы, продолжил: - Мелкая, ты... ну ты короче согласна читать мне, пока смерть не разлучит нас? - Чо? - вылупив на Редфокса глаза-блюдца Леви никак не могла въехать в смысл этих слов. Осознание происходящего приходило кусками, хотя мозг уже вопил во всю:"Да! Да! Да! Дура, не молчи, говори "Да!"". - Да! Гажил просиял и поднял Леви на руки, кружа эту маленькую феечку под всеобщие аплодисменты. - Всех. Беспощадно. На подстилку. - стоя за кулисами злобно шипел мастер, пока Джелозад размазывал сопли и слезы по очередному носовому платочку. - Официально признаемся? - вздернув бровь спросил Фрид у своей спутницы. - Я буду рада, мне надоело прятать наши отношения. - в ответ улыбнулась Мира. Выйдя из-за кулис, старшие Монтекки стали посредине сцены, на которой уже во всю дрались согильдийцы. Какого хрена, спросите вы? А фиг их знает. В прочем, как и всегда. - Прошу минуточку вашего внимания! - крикнул Фрид на весь зал. Зрители уставились на сцену, а из Фейри тейл никто и ухом не повел, все продолжали свой кровавый махач. - Смирно все! - крикнула Мира, обращаясь в демона. Все застыли, даже Макс, который летел в воздухе. После того, как Фрид убедился, что все слушают его, он продолжил: - Я официально перед всеми признаю Миражану Штраус моей девушкой! - Она же твоя жена по сценарию. - на сцену вылетел Бальтазар. - А в жизни - она моя любимая девушка. - и Фрид чмокнул в щеку Дьяволицу. - Бухай! - заорал Нацу, выбегая на сцену. - Грей, ты где? Я хочу на радостях тебя отколошматить! - Не дождешься, головешка! - из другой стороны сцены вылетел полуголый Бенволио, кидаясь на Драгнила. - Тибальт - тряпка, мужики не умирают! - закричал Эльфман, превращаясь в зверя, и тоже бросился в драку. - Я счастлив, сдерживаться не буду! - заорал Нацу и начал жечь все вокруг. - И не надейся, Головешка, у меня-то сил побольше будет! - ответил Грей и морозил все вокруг. - Мужики, в бой! - Перевооружение! - закричали откуда-то слева и это был как сигнал другим согильдийцам. Джелозад верил, что восемьдесят слоев титанового сплава выдержит любую атаку на его театр и, даже после апокалипсиса, сохранит его в целости. Всем свойственно ошибаться. А тем временем Макаров был обеспокоен, как бы его детишки не разнесли Эвриал в пух и прах. Зато все счастливы! Именно этого я, автор Nikki Reeed, вам и желаю. Бобра вам :3