Антагонист

Pov Author. Чонгук — неизвестность. Рози — точность. Чонгук любит в центре внимания, любит роскошь и дорогие сигареты, любит выпивать два раза в неделю ночью в компании друзей, которые, к слову, ничем не лучше и ничем его не хуже. Он любит девушек: любит их длинные волосы, спадающиеся на спину, любит их формы и любит, когда они любят его. И ему нравится быть тем самым 'плохим мальчиком' о котором пишут в современных бестселлерах, о котором снимают подростковые фильмы и о котором мечтают пятнадцатилетние девочки. Чонгук любит похоть, любит запах фруктового кальяна и закатывать глаза в жарком помещении, откинувшись на спинку кожаного дивана. Чонгук привык жить так: привык к тому, что его хочет любая представительница женского пола, которого он просто подозвет указательным пальчиком. Это было потрясающе: жить в подобном образе и просто 'взять ту, которую хочет'. Но Розанна была исключением из правил. Она была другой, она была особенной, особенно в глазах Чонгука: совсем медленно и постепенно значимость ее персоны для Чона росла. Пак была нежной. Господи, он всё ещё помнит, как она стояла в узких коридорах университета со своей подругой и откидывала назад свои длинные золотистые волосы. С её губ срывался тихий смех, она неловко прикрывала губы ладонью и крепко сжимала в руках сумку с тетрадями. Это был весенний мартовский день. В Сеуле уже в первый месяц весны было очень тепло, снега даже практически не было, поэтому она выглядела словно фея: на ней было весеннее винтажное платье чуть выше колен, милая заколка в виде цветка, сдерживающие пряди волос. Рози была глотком свежего воздуха в этом прогнившем насквозь мире Чонгука. Она пахла ванилью, столь ненавистным (любимым) Чоном и слушала каких-то слащавых исполнителей. Она была столь невинна, что рука Чонгука так и тянулась к тому, чтобы всего лишь мимолетно коснуться ее нежной и до одури беслоснежной кожи. Ему казалось, что он одним своим касанием легко затмит ее душу, превращая в такую же грязную, как его, но в итоге она лишь обжигала его руку. Рози была недоступной. Он обещал весь мир положить на колени перед ней, обещал, что весь ночной Сеул будет принадлежать только ей, но такие сладкие слова совсем ее не тронули. Ее не трогали такое огромное количеством подарков и внимание от такого парня, как Чонгук. Потому что он был популярностью, его знали все и хотели быть на месте Чеён, но она-то лишь гордо вздирала свой нос вверх. Но ничего уже не могло его остановить. Потому что в его голове щелкнуло что-то и Чон в мгновение ока стал зависим. Он хотел, чтобы она принадлежала ему. Он этого желал настолько отчаянно, что был готов вздирать свои волосы по-очередно и медленно. Его сводило с ума её тихий и звонкиц голос, её смех и её взгляд. В какой-то момент он просто перестал видеть всё, что окружало, кроме неё. Она стала его целью в центре его судьбы. Сбежать было некуда — она уже была окружена его желаниями, его глупыми планами, его эгоизмом. Чонгук никогда не встречал никого, похожего на Рози. В его окружении никогда не было никого, кто был бы таким же, как блондинка. Казалось бы, их судьбы никогда, никогда больше не должны были пересекаться, они точно и строго были расположены настолько далеко друг от друга. Они никогда не хотели от жизни одного и того же. Они видели счастье в разных ещах и глаза сияли не из-за одного и того же. Даже их друзья были совсем разными и не были даже знакомы, но как так получилось, что среди всей огромной толпы студентов Чонгук приметил именно Рози? В какой-то момент Рози сдалась. По пятам Чонгука шли самые грязные слухи, о нем никогда не говорили хорошего, кроме его смазливой внешности. Но перед глазами Пак он не казался таким плохим, он был вполне неплох, вполне заботлив и даже мил. Он дарил ей столько цветов, сколько она не видела за всю жизнь, но Рози предпочитала не трогать растущих мирно в стороне растения, но отказаться от подарков не могла. Он всегда предлагал ей провести домой, угощал сладостями и даже садился рядом в кафетерии университета. Чонгук опытен, он может сломать любого и Рози тоже не смогла устоять перед чарами юноши. Но отношения не было спасением. Чонгук не чувствовал власть над ней, когда даже они стали встречаться, ведь именно этого он так отчаянно желал. Вроде как, Рози была с ним, но не была его, а раньше казалось, что разница между этими двумя понятиями не такая большая. Но оказалось, что это совсем другое. Как же был Чонгук разочарован. Рози не хотела спешить в их отношениях. Не хотела пробовать новое, в отличии от Чона, и хотела просто узнать его настоящего. Но парень яростно раскачивал головой, не позволяя сорвать с него эту маску. ‹— Я настоящий! — всегда твердил Чонгук. — Настоящий!› Но Рози никогда не верила. Ее доверие треснуло по швам, когда он устроил взбучку, коих она никогда не видала. Чонгука взбесило то, что Рози общается с другими парнями. Ему даже не нравилось просто то, как она могла взглянуть на проходящего мимо парня. Он был безумным собственником и даже не скрывал этого. Он нашло, бесцеременно предъявлял свои недовольства Рози, кричал и бился об стену. Ей было страшно. Вены на его шее вздулись, он стал красным, словно летний закат, его руки яростно тряслись, и Чеён казалось, что он вот-вот её ударит. Но даже так Рози слепо не замечала эти красные флажочки, которые обитали везде. Они кружились вокруг и буквально кричали: — Чеён, взгляни на меня! Но она либо не видела, либо не хотела видеть. Но это не та история о двух персонажей, которые, до безумия друг в друга влюбившись, смогут изменить себя для своего партнера. Это не подростковый фильм, ни что-то такое клишированное. До безумия тут любил лишь Чонгук, причем любил он ненормально, любил он сумасшедше, неправильно. Любовь не может быть такой. А Рози была лишь бессильна. Она была узявима. Но Рози никогда не терпела измену. Это было хуже, чем дать пощечину и тогда Пак теряла всё доверие. Целиком и полностью. Впрочем, Чонгуку не удалось сохранить ни капли доверия. Чонгука раздражало, что Чеён не хочет половой близости так, как хочет этого Чон. Он никогда раньше не состоял в столь серьезных отношениях и никогда раньше ему не требовалось терпеть. Но Рози всегда ставила перед грудью знак ‹Х›, этим точно остановливая его. Самое максимальное, что она могла позволить — поцелуй. Чонгук никогда не ограничивал себя в интимном плане. Для него секс всегда был частью обычной жизни, он не видел в этом что-то серьезное. Но в какой-то момент сдерживать половой орган в штанах стало чем-то тяжелым, и он просто взял за руку перво-попавшую девушку в клубе и выебал ее в туалете. А затем он поехал с ней к себе домой. Но на пороге наутро стояла Рози, которая решила заглянуть к нему за завтраком. Какого же было удивление, когда она сначала на пороге увидела какие-то кроваво красные туфли на кублаках, а в комнате Чонгука голую девушку, которая спокойно сопела на его груди. — Как ты мог так со мной поступить? — голос Рози предательски дрогнул. — А чего ты ждала? Что я буду верен тебе, как Хатико? Вот что значит эмоциональная пощёчина. Но Розэ встала с места и со всей дури влепила Чонгуку уже настоящую пощечину. Он слегка отшатнулся, коснулся мгновенно покрасневшей кожи и прикрыл глаза. На губах появилась усмешка. — Больше никогда не появляйся в моей жизни. — с ядом сорвалось с губ девушки. Она в последний раз взглянула в дверь комнаты, за которой все ещё на кровати Чонгука нежилась незнакомая девушка, и схватив сумку рядом, выбежала из дома прочь. По щекам скатились слезы, обжигающие щеки, словно кислота. Сердце в груди болезненно сжалось и Рози в который раз словила себя на мыслях о том, что жалеет. Жалеет, что вообще связалась с Чонгуком и попала в его уловки, как наивная старшеклассница, что позволила ему играть с ней, как с куклой, делая все, что хочет. Все его выходки всегда указывали на одно: на то, что он разобьет ее сердце в дребезги, как только захочет. Он всегда позволял себе делать все, чего душонка желает. И Рози знала это: все вокруг говорили, насколько он испорчен, насколько своеволен. Он был Клайдом, но Рози никогда не желала стать его Бонни. Все действия Чонгука вызывали дрожь. Он был до ужаса пугающим и любимая нормальная девушка на месте Рози давно бы взяла руки в ноги и сбежала от такого парня, как он, куда подальше. Но, как оказалось, сбежать от него было непросто. Рози пряталась все остальное время. Ей не хотелось выходить на улицу, не хотелось видеть людей, не хотелось просто быть кем-либо. Чонгук высосал из нее всю жизнь сквозь пальчики и Пак перестала принадлежать самой себе. «Неужели я позволила ему сломать себя?» крутилось сутками в голове. Чеён, в первую очередь, была разочарована в самой себе, потому что она не предотвратило то, что случилось, хотя все было в ее руках. Она могла это сделать, но не сделала. — Рози, ты дома? — сначала послышался стук в дверь. Безжизненные глаза глядели на тусклый экран телевизора, но девушка испуганно вздрогнула, услышав уже столь ненавистный голос. — Открой дверь. Его голос все еще был требовательным и как бы Чеён не старалась, она не услышала в нем нотки хотя бы малейшего сожаления. Казалось, если бы он хоть немного сожалел, Рози бы снова спустила ему всё с рук. Тяжело было признаваться в том, что она, все же, была влюблена. Не зависима, но влюблена - Чонгук умел покорять сердце, но самой худшей его привычкой было то, что он легко ломал это покоренное юное сердце. — Открой и давай мы с тобой поговорим, — уже тише произнес парень и сердце девушки пропустило удар от маленькой надежды, подкравшейся к груди. Когда Рози стала страдать от стокгольмского синдрома? Она словно уже была в шаге от того, чтобы встать и открыть ему дверь. — Рози! — уже громче, грубее, выкринул имя своей уже бывшей девушки Чонгук спустя долгое молчание. — Хорошо, я ухожу, но ты не думай, что этим я тебя отпускаю. Спустя пол часа Рози встала с мягкого розового дивана и подошла к висящей в шкафу кожаной куртке. Она понимала, что вскоре Чонгук вернётся снова и теперь он будет гораздо сильнее требовать, чтобы она открыла дверь. И Рози боится, что в этот раз поддастся, в серьез открыв ему дверь. В глубине души она была уверена, что снова даст свою душу на растерзания собственноручно. Чеен видела в Чонгуке эту манию величия еще с самой первой встречи. Она была уверена, что ни в коем случае не попадет в его сети, но ложное очарование парня оказалось сильнее, чем девушка думала. Ему нравилось быть главным героем в истории, которому все всё прощают, к чьим ногам падают на колени, кто сверкает под светом софитов. Тогда Чеен поняла, что тонет в этом дерьме. И выйти оттуда самостоятельно не получится. Но затем на горизонте появился Пак Чимин. Если Чонгук носил черные кожаные куртки с цепями, то коричневое осеннее пальто Чимина всегда лежало на его плечах аккуратно. В отличии от татуированных рук и содранных костяшек пальцев Чонгука руки Чимина казались произведением искусства. Чонгук любил подчинять, а Чимин любил слушать; Чонгук брал тогда, когда хотел, а Чимину всегда было интересно, что ей нужно; Чонгук был груб и прямолинеен, пока Чимин - загадочен и искренен. И эта разница между нами, такая огромная, попала в глаза Чеен словно соринка. Вот - разница между нормальными отношениями и теми, которые будут высасывать из тебя силы до тех пор, пока из твоих легких не выйдет последний вздох. Чеен нравилось проводить время с Паком: он всегда вел очень интересные разговоры, всегда внимательно слушал и угощал горячим кофе и сладкими булочками из кофейни напротив. Когда она сбегала из собственного дома, боясь, что скоро придет Чонгук и снова начнет долбиться в дверь, Чимин ждал ее терпеливо и с раскрытыми объятиями. Рози не рассказывала Чимину об прошлых отношениях с наглухо больным Чоном, потому что боялась его отпугнуть своим неправильным нравом: как она могла позволить такому произойти? Как она позволила Чонгуку следовать за ней по пятам и ожидать ее возле дома несколько часов в сутки. Однако Чимин однажды все узнал. В этот день он снова купил для нее сладкое кофе и ждал у скамейки, где они и познакомились. Тогда Рози, нервная после получасовых криков у двери, требующих открыть дверь, пришла в парк. Она купила дешевые сигареты в круглосуточном магазине и хотела попробовать прикурить, потому что в груди было больно настолько, что ей казалось, что таким образом может ее притупить. Но при первой же попытке она протяжно закашляла, прижав кулак к груди. Тогда рядом оказался Чимин: он тихонько посмеялся с попытки девушки, а затем протянул ей не открытую бутылку с водой. Потом дал совет - больше не курить, потому что это вредно для здоровья, а такая милая и чудесная девушка, как Чеен не должна угробить себе здоровье. Девушка сразу приняла совет во внимание. К слову, когда Чимин дожидался Рози у скамьи, он увидел, что за спешащей к нему девушкой следует парень - довольно подозрительный и странный. И даже не успела Розэ взять в руки кофе, как парень встал перед ней. — Так вот куда ты ходишь, когда я прихожу к тебе домой? Я несколько часов стою у твоей двери и пытаюсь достучаться, а ты проводишь время с незнакомым парнем в это время! — сразу предъявил недовольства Чонгук. — Я свободная девушка и имею право делать то, чего душонка пожелает. — отрезала Рози, но голос ее предательски дрожал. — Свободная? Я не припоминаю, чтобы мы расставались. — Чимин, не влезая, стоял на стороне. — Мы расстались в тот момент, когда ты позволил ей залезть к тебе в постель. — Это ты решила для себя, что мы расстались? С каких пор это решаешь ты, Пак Чеен? — Слушай, чувак, — не сдержавшись, влез между ними Пак, для которого пазл начал складываться. — Почему ты решаешь, расстались вы или нет? Она не хочет с тобой встречаться, просто уйди, если у тебя есть хоть капля совести. — Это не твое дело, чтобы влезать в наш разговор. — Тогда что мое дело? — Сидеть у себя в комнате и читать старые книжечки. — усмехнулся Чон. — Ну я хотя бы читать умею. Ты кроме названия и состава презервативов что-то читал? Или даже это не читал? Между ними мнговенно началась драка. Очень сильная, что Рози, захлебывающейся в собственных слезах, пришлось вызвать полицию. И Чеен благодарна тысяча раз, что решилась их вызвать, потому что вскоре Чонгуку запретили приближаться к Чеен не менее, чем на двадцать метров. И заждающий написать свою историю Чонгук таким образом стал антагонистом. Его сердце чёрное, словно смоль, очернило и его разум. Ведь он любил Чеен. Так сильно, безумно, просто до сумасшедствия. Но привыкший к своей прежней жизни Чон уже не мог никогда стать другим, даже для той, которой он мог отдать свое сердце. Чонгук всю свою жизнь был пьян собственным величием, был пьян любовью к себе. А что у трезвого на уме - у пьяного на языке, вот и Чонгук творил всякую дичь, из-за которое позже жалел. Но ничто не оправдывало его поступки так, как он оправдывал себя, но было уже поздно - Рози посвятила свою жизнь другому человеку, а Чонгук теперь раз и навсегда останется отрицательным персонажем. Антагонистом.