Шаги

Последние два шага, всегда были самым страшным действом в жизни. В перед или назад, не имеет смысла, если твои глаза навсегда слепы к этому миру, но для меня эти похождения имеют другое значение. Страх с каждым разом покидал мой организм, он давал свободу мыслям, а моя голова ничего плохого не говорит, не думает, не предполагает, только действует. Первый шаг: - деньги. Достать их нет большого труда, если твоя голова чиста, поэтому охоту я устраиваю по утрам. Раньше, я занимался музыкой, гитара, скрипка. Я любил их как дочерей. Но сейчас, петь в сквере стало невероятно сложно, пальцы уже не держали струны молоточком, как раньше. Последнее время я скитался по автобусами, тесно вжимаясь к женщинам, нет не ради удовольствия, а для того чтобы выхватить кошелёк или клатч гламурного цвета. Дамы мало обращали на это внимание, ведь их первое желание было уйти от грязного и омерзительного извращенца. А уже когда они приходили в себя, чувствуя комфорт и безопасность, только тогда понимали что они потеряли. Второй шаг: - подарочек. Всё любят подарки. Но это значило для меня и моих давно затуманенных товарищей нечто другое. Передавали только уважаемые лица, честные с нами, но они так же были сильно внимательны, чтобы какой либо лопух не навредил их свободе. Встреча проходила 2 раза в день, я же заходил к ним всего один раз, ведь суставы не могли в гнилом состоянии нормально работать. Когда шаги заканчиваются, я уже дома, сам с собой. Сигарета идёт первая, чтобы подумать о предстоящем наслаждении. Перетяжка, шприц, горелка. Это занимает от силы 2 минуты, но я всегда растягиваю забаву, улыбаюсь, чувствую любовь и благословение. Шприц входит легко, прожигая вену, и якобы растягивая её от жидкости принося раздражение. Осталось подождать. Я уже не помню сколько мне лет, где моя дочь и Мария. Но я помню что жена ушла когда я отказался бросать пить, а после слухов о вещества, запретила общатся с дочкой. Голова начинает трещать от раздумий, но туман как всегда приходит вовремя. Я уже и не помню имена своих девочек, а были ли они мои? Нет, точно нет. Никого у меня нет. У меня есть Иисус, он услышит мои молитвы, только он меня поймёт. Я почти как он, всемогущий, сильный, бессмертный.