Слезы уснувшей вечности

      Впихнув Лейлу в свою каюту, Рин закрыл дверь изнутри. Девушка прошла вглубь помещения и уселась на стол, сложив руки на груди.       – И чего ты от меня хочешь? – недовольство сквозило в каждом ее слове.       – Рассказывай.       Она вопрошающе подняла бровь.       – Что произошло между тобой и Астартой? Что тебя связывает с Саргоном? Что ты имела ввиду, говоря, что организация придет за тобой? Почему ты не использовала магию? И кто такие те пираты?       – Слишком много вопросов. И отвечать на них я не собираюсь, – хмыкнув, Лейла отвернулась.       – Мне не нужны развернутые ответы. Я просто хочу понять, – капитан вплотную подошел к сидящей на столе упрямой девчонке.       Взгляд красных глаз встретился с аметистовым.       – Поругались. Многое. Я им нужна. Нельзя. Подчиненные организации.       – Краткость сестра таланта, да? – мужчина ухмыльнулся и вернулся к двери, бесшумно открыв ее. – Можешь идти.       – И это все? Я чего-то большего ожидала, – она поднялась и взъерошила волосы, собранные в высокий хвост.       – Я получил все, что мне требовалось. Поэтому задерживать тебя и дальше не имеет смысла.       – И все же не нравиться мне способность твоего духа, – поморщившись, продолжила. – Только посмей кому-либо рассказать о том, что узнал. Придушу и тебя и тех, кому проболтаешься.       Девушка направилась в ванную комнату, по пути прихватив из шкафа чужие вещи. Рин проводил ее задумчивым взглядом.       – Здесь останешься?       – Ну, тут вода теплее, да и обстановка получше, – она развернула аккуратно сложенную рубашку, посмотрела на нее со всех сторон, оценивая, и, нахмурившись, кинула обратно в шкаф, доставая другую вещь.       – А ничего, что это моя одежда?       – Не волнуйся, я не настолько привередливая.       – Так я не в этом смысле.       – Ну если не в этом, то у меня нет другой одежды, как ты заметил. А та, что на мне совсем немножечко порвалась и испачкалась, – Лейла ткнула в несколько пятен крови, которые занимали четверть всей одежды. Порванную рубашку, нагло отнятую в самом начале путешествия у того же Рина, она завязала узлом под грудью еще будучи отрезанной от мира стеной купола. – Или ты хочешь, чтобы я ходила в чем мать родила? – лукавый взгляд мазнул по лицу Рина и вернулся к оценке очередной вещицы. – Вот это подойдет.       – Ну что с тобой делать? – обреченно покачав головой, капитан вышел в коридор, прикрывая за собой дверь, напоследок услышав насмешливое:       – Баловать и прощать все шалости!       – Словно дитя малое, – по-доброму усмехнувшись, Рин вернулся на палубу к своим ребятам, пора уже было обследовать корабль, оставшийся без хозяев.       Зайдя в ванную, Лейла быстро скинула с себя всю одежду, отпихнув ее в дальний угол, и забралась под теплый поток воды. Все мылись в общей купальне, если можно так назвать помещение, где стояло с десяток бочек, наполненных водой. И только в капитанской каюте было что-то напоминающее водопровод. Вода текла из небольшого отверстия в потолке несколькими струями, что было намного удобнее купания в бочке.       Постояв немного без движения, расслабляясь и закрыв глаза, девушка пыталась справиться с перенятыми у других эмоциями. Черные валар, лениво взмахивая крыльями, потихоньку собиралась вокруг Лейлы, чувствуя ее гнев. Девушке было противно, что до нее посмел дотронуться тот человек.       Если бы она была хоть чуточку сильнее физически, то не пришлось бы ждать подходящего момента, когда одноглазый пират и его команда утратят бдительность. В тот миг, доставая кинжал, в голове проносилось испуганной птицей, что она не достанет, что она не успеет, что ей помешают. У нее был лишь один шанс избавиться от этой неприятной личности, которую и человеком-то назвать сложно. Но у Лейлы получилось. Ничего страшного или непоправимого за время вынужденного бездействия не произошло, и все же было противно. Но главное, результат был достигнут. Остальное не так важно.       Поморщившись от боли в ребрах, она оперлась руками о стену, опустив голову вниз, все также не открывая глаз. Судя по неприятным и болезненным ощущениям, пара-тройка трещин в костях имеется. Уголки губ еле заметно приподнялись в грустной улыбке. «Только этого мне не хватало…» Тяжелое дыхание смешивалось с ударами падающих капель воды на гладкий пол.       Как же она устала. Ото всего. Может зря девушка поддалась Саргону и покинула тот тихий безымянный городок? Сейчас бы сидела где-нибудь и выслушивала очередную нудную лекцию о ее грубом характере. Представив эту картину, она усмехнулась. Сожаления совершенно не чувствовалось. Значит решение пойти с королем было верным? Она уже давно не понимала себя и свои желания. И все, что могла сделать, это довериться инстинктам.       Попытавшись вдохнуть чуть больше воздуха, она закашлялась и сжала кулаки, пережидая вспышку боли.       Дверь в помещение, где Лейла принимала душ, негромко хлопнула. Убежденная, что кто-то пришел без приглашения, она немного возмущенно обернулась ко входу, но там никого не было. Фыркнув, приступила, наконец, к самому купанию. Она остервенело оттирала уже покрасневшую кожу, словно пытаясь стереть сами воспоминания о тех неприятных прикосновениях.       После усердного и долгого купания Лейла еле-еле добралась до своей каюты, где осторожно на кровати легла на более-менее здоровый бок. Прикрыв глаза, она пыталась отгородиться от болезненных ощущений, медленно дыша.       Тишину разорвал звук шагов. Притворяясь спящей Лейла задумалась, как она смогла пропустить вторжение на ее территорию: «Неужели уснула?» Девушка напряглась всем телом, ожидая нападения, но ощутила лишь осторожное прикосновение к влажным волосам. Чужая рука, пропустив меж пальцев несколько длинных черных прядей, провела по гематоме. Та расползалась темно-синим пятном на боку. И ее совершенно не прикрывала небрежно застегнутая рубашка. Прикосновение вызвало болезненный стон не ожидавшей такого девушки. Тепло руки мгновенно исчезло.       Сморщив нос, Лейла приоткрыла алые глаза и встретилась с золотистым взглядом. Сейчас ей не хотелось ничего, просто остаться одной. Поэтому устало смотря на Саргона, девушке было все равно, что о ней подумают, как она сейчас выглядит в глазах короля или что кто-то видит ее слабость. Сейчас на это все было глубоко плевать. Еще будет время выразить негодование утратой своего имиджа несносной, вечно раздражающей и никогда не унывающей девчонки. И закрыв глаза, тихо выдохнула:       – Уходи.       – Не уйду.       Саргон уверенно стянул с ошарашенной происходящим девушки рубашку. Она хоть и не отличалась стеснительностью, в любых ситуациях чувствуя себя уверенно, даже в подобных, но именно сейчас в груди растеклось непонятное чувство. И не успела та возмутиться происходящему, как по телу промчался холод, заставивший вздрогнуть.       – Ты что творишь? – откуда-то появились силы даже на злость.       – Молчи и не дергайся. Эта мазь поможет быстрее избавиться от ран.       – Мазь?       – Да. Повернуться можешь? – под серьезным взглядом золотых глаз, она смутилась.       Лейла приподнялась на локте, превозмогая болевые ощущения, и подняла вопросительный взгляд на короля. Она не понимала, почему мужчина так заботливо помогает ей лечь на спину, аккуратно поддерживая.       – Почему? – девушка требовательно заглядывала в сосредоточенное лицо, пытаясь разглядеть хоть что-то, но лишь встретилась с его серьезными глазами.       – Как ты себя чувствуешь?       На мгновение ей показалось, что услышала беспокойство и волнение в его голосе. И прикрыв глаза, сосредоточилась на своих ощущениях.       – Как бы тебе сказать… У меня болит все, даже те места, о которых раньше не знала. Но это мелочи. Больше всего беспокоит вот здесь, – Лейла провела рукой по ребрам, указывая пальцем на те, которые, по ее мнению, имели в себе трещины.       Саргон кивнул, принимая информацию к сведению, и, почерпнув побольше заживляющей мази, начал круговыми движениями втирать ее в белоснежную кожу. Лейла только кривилась, когда становилось особо больно, но не сопротивлялась и не возражала.       – Переломов нет. Сесть сможешь?       Лейла напрягла ноющие мышцы, чтобы привстать. Но повелитель духов сам помог ей принять сидячее положение, придерживая за спину. И сразу же продолжил наносить мазь.       – Ты меня всю в ней вымажешь? – девушка пыталась избавиться от странной атмосферы в помещении, начав ворчать.       – Может быть, – уголки губ Саргона немного приподнялись в улыбке. – А потом еще и в бинты замотаю.       – Хочешь подобие мумии из меня сделать?       – У меня столько бинтов нет, но на грудь придется сделать тугую повязку.       – Почему ты мне помогаешь? – не выдержав, она повторила свой вопрос. И снова в ответ тишина. – Саргон!       Утомленно вздохнув, король прямо посмотрел на Лейлу.       – Иногда мне лично хочется тебя придушить…       – Странно, что еще не попытался воплотить это в жизнь, – она прикусила язык, поняв, что не совсем вовремя решила съязвить.       Саргон поджал губы, а потом усмехнулся.       – А сейчас мне просто захотелось тебе помочь.       – Ладно. Так уж и быть, поверю.       Одной рукой поддерживая Лейлу, другой мужчина достал бинты. Она внимательно наблюдала за его действиями. Все это так странно… Лишь один человек вот так был рядом после серьезного ранения. Но это было столь давно, что впору сомневаться, а на самом ли деле подобное происходило?       Память услужливо подбросила несколько воспоминаний, где маленькая Лейла лежала с ожогами, покрывающими всю левую часть тела, и не могла говорить или шевелиться, каждый вздох давался с трудом. Комнату, в которой она находилась, окутывала темнота. Лишь горящая свеча разгоняла мрак и дарила тепло. Кто-то бережно держал ее за руку, гладил по волосам, успокаивая, и что-то говорил тихим, глубоким, очень приятным голосом с нотками волнения и грусти.       Сейчас была немного похожая ситуация.       За раздумьями Лейла пропустила всю перевязку. Очнулась, когда Саргон мягко, но настойчиво укладывал ее обратно на постель. Закончив с оказанием медицинской помощи, король собрался уходить. Но почувствовал на своей руке прикосновение холодных пальцев. А потом услышал еле различимое: «Не уходи». Он посмотрел на Лейлу с немым вопросом во взгляде.       Девушка не знала, что еще следует сказать, да и не могла. Она и так наступила на горло собственной гордости, озвучив просьбу, и повторять была не намерена. Видимо слишком вымоталась сегодня. Не столько физически, сколько морально, вот и не смогла сдержаться.       Не получив никакого ответа со стороны Саргона, закрыла глаза и опустила руку. Она и не надеялась, что король согласится.       – Хорошо, – но как бы странно это не было, повелитель духов все же решил остаться.       Что-то такое было в глазах алого цвета, что заставило его дать положительный ответ. Саргон был уверен, что если сейчас уйдет, то и так не самые радужные отношения станут еще хуже. И тогда Лейла окончательно замкнется в себе.       Расположившись удобнее в кресле, мужчина осмотрел помещение. Здесь была мягкая кровать, удобное кресло и шкаф, на стене висело большое зеркало, а под ногами лежал ковер с пушистым ворсом. Хмыкнув, он встретился с немного взволнованным взглядом девушки.       – А у тебя здесь уютно.       В отличие от этой каюты, в его собственной, как и у других пиратов, кроме капитана, присутствовали лишь кушетка, потому что кроватью это назвать язык не поворачивался, да тумба, в лучшем случае еще стул.       – Иногда умение доставать людей очень полезно, – она немного расслабилась, но продолжала неотрывно наблюдать за своим гостем из-под опущенных ресниц.       – Да уж, в этом тебе нет равных.       – Думаешь?       – Уверен.       Помолчав еще немного, король решил рискнуть.       – Расскажешь, что связывало тебя с теми пиратами? Точнее, что произошло между вами?       – Сегодня это самый актуальный вопрос.       Хмуро взглянув на короля, Лейла немного все же поведала о своем прошлом.       – Мне тогда было десять. Поступил приказ уничтожить некую деревеньку. Вроде бы жители готовили восстание против своего правителя. А тот как раз заручился поддержкой Астарты. Прибыв туда, я не смогла их убить. Знаешь, такую яркую духовную ауру, окружавшую деревню, я видела разве что в Аревии. Тогда, как и было приказано, я уничтожила деревню. Вот только ее жителям позволила уйти. Надеялась, что ведьма об этом не прознает. Не тут-то было. В наказание меня сослали на «Ночной ветер» – корабль пиратов, подчиненных Астарте. Они выполняли самую грязную работу. Ты и сам мог удостовериться в моих словах. Каждый из них погряз во тьме, пошел вниз по наклонной, на самое дно жизни. Тот боров, что звал себя капитаном, постоянно нагружал меня различной тяжелой работой, заставлял убирать трупы убитых или отрезанные части провинившихся и постоянно приставал при любом удобном случае. Но дойти до конца его что-то останавливало. Скорее всего, эта ведьма постаралась. В общем, провела я на их судне около трех месяцев. На прощание оставила ему парочку сюрпризов, – губы расползлись в хитрющей улыбке. – Надеюсь, он потом долго ремонтировал корабль.       Понемногу, совсем по чуть-чуть, но Лейла раскрывала свою душу перед королем. И король от этого становился счастливее.       Из-за пережитого волнения Лейла быстро уснула. А король продолжал сидеть в кресле, не желая уходить. Он тихо позвал своего духа света и попросил того помочь в лечении девушки. Дух оскалился. Ни один из шести духов не имел способности к исцелению. Но Вампал умел воздействовать на внутренние ресурсы человеческого тела и внутреннюю духовную энергию. Это могло сильно ускорить заживление ран. Невероятно лохматый волк белоснежного окраса взгромоздился подле спящей девушки, согревая ее своим теплом. Забирая энергию у короля, передавал ее Лейле.       Саргон всматривался в умиротворенное лицо. Его одолевали сомнения. Он всегда был уверен, что девчонка слишком избалована и поэтому делает все, что в голову взбредет. Но теперь думал иначе. Возможно, жизнь Лейлы была даже хуже, чем у самого мужчины. По крайней мере, в десять лет Саргон жил спокойной, мирной жизнью почти обычного ребенка во дворце Аревии со своими родными. И если сравнивать с Лейлой, то у него было все. Потом, конечно, лишился любимой сестры, уважаемого отца, братьев. Потерял свое место в жизни, но обрел цель, к которой стремился долгие годы. По пути встретил много друзей, что поддерживали его тогда и продолжают поддерживать по сей день. И сейчас они являются его доверенными.       Первые годы, с тех самых пор, когда внезапно появившаяся Лейла и рэмиты Астарты уничтожили старую Аревию, Саргон винил во всем одну девчонку и ненавидел ее за это. И за разрушенную страну, что пришлось создавать с нуля, и за расколотую мечту, что непомерными усилиями была склеена в единое целое, и за жизни дорогих людей, что уже никогда не вернешь. Но потом познакомился с одним юношей. Тот поведал ему свою историю.       На деревню, расположенную у границ Бирти было совершено нападение. Многие дома в тот день сгорели дотла, а многие семьи потеряли своих близких. Те дети, что остались совершенно одни, старались держаться друг друга, помогая выживать.       Самому старшему из них на тот момент было всего пятнадцать лет. И именно ему посчастливилось встретить Лейлу.       Он отправился на пепелище, оставшееся от дома, надеясь найти хоть что-нибудь полезное. Но встретил там темноволосую девушку. Она сидела на земле и что-то рассматривала на небосводе. На копающегося рядом мальчишку не обращала внимания. На следующий день подростку стало интересно, ушла ли та странная девчонка. Оказалось, что нет. Так она пробыла на одном месте несколько дней, а потом пропала.       Подросток продолжал иногда заглядывать туда, в надежде увидеть незнакомку еще раз. И вот спустя два месяца все в том же месте она появилась вновь.       Тогда он решил попытать счастья и несмело с ней заговорил. Она молчала, но внимательно его слушала. Воодушевившись, что смог обратить на себя внимание, юноша болтал без умолку. В тот же вечер нападение повторилось.       И кто бы мог подумать, что спасителем его самого и детей, что доверились ему, станет никто иная, как та самая темноволосая незнакомка. Она вихрем ворвалась в кружащий всюду огонь на огромном скакуне. Опасная стихия мигом отпрянула в стороны, будто боясь приближаться к девушке. Она ловко спрыгнула на землю и приказала всем забираться на лошадиную спину.       Самый старший из семерых детей доверился девушке и не прогадал. Пока усаживали третьего ребенка, девушка передала свою духовную силу лошади, и та временно увеличилась в размерах. Теперь на ней могли уместиться все семеро. Подросток подал руку девушке, желая забрать ее с ними. Но та, хлопнув по крупу лошади, только усмехнулась. Животное помчалось сквозь лес вперед. Прочь от уничтоженной деревни.       После этого рассказа, Саргон начал сталкиваться с интересными фактами, что юная девушка с темными, словно безлунная ночь, волосами и алыми, как кровь, глазами, то тут, то там кому-то помогла или кого-то спасла. И тогда король задумался: «А действительно ли во всех бедах виновата Лейла? Если вспомнить и еще раз все проанализировать с имеющейся новой информацией, то случившееся тогда в Аревии могло унести намного больше жизней. Но погибло всего человек двадцать-тридцать. Может ли быть так, что она не хотела убивать?.. – тряхнув головой, пытался выбросить подобные мысли. – Да о чем я только думаю?» Но не выходило. Они становились все навязчивее и навязчивее. И он неосознанно начал менять свое мнение о Лейле. И каждый раз сталкиваясь с ней, Саргон надевал маску раздражения и надеялся, что никто этого не заметит до тех пор, пока эта самая маска ему больше не понадобится…       Саргон встал, подошел к спящей девушке и убрал прядь черных волос, упавшую на ее лицо. Та нахмурилась, зашевелила губами, что-то говоря, и сцепила тонкие пальцы на запястье Саргона. Алые глаза немного приоткрылись, всматриваясь в лицо стоящего перед ним человека, но не видя его.       – Не уходи… Не бросай меня снова одну, – с тонких губ сорвалась тихая мольба, предназначенная кому-то, кого видела перед собой девушка, но точно не Саргону.       А потом она провалилась в беспокойный сон. Ослабевшая рука безвольно упала на матрац. Король выглядел немного обескураженным.       Он тихо покинул каюту. Ему нужно было выйти на свежий воздух. Ревность кольнула глубоко в душе. Лейла просила не бросать ее одну. Просила кого-то, кто дорог ей. Кого-то, но не Саргона. И этот факт выводил из себя.       На палубе, мужчина вдохнул морской воздух полной грудью, приводя мысли в порядок. Темная часть его души никогда еще так яро не пыталась вырваться на волю, она всегда была под контролем. Тогда почему сейчас? Это все из-за того, что кто-то посмел посягнуть на принадлежащее ему? Или из-за близости падшего хранителя? Саргон не знал точного ответа, но такие варианты не отбрасывал, а даже был уверен в их правильности. Тогда возможно и эту странную, ненормальную тягу к Лейле король испытывает по той же причине – проклятая половина души хочет быть рядом со своим хранителем.       ***       Девушка хранитель сидела у большого фонтана круглой формы, заполненного чистой прозрачной водой. В его центре устремлялся вверх поток воды, вокруг которого закручивались, словно оплетая его, три огромных дельфина. Края фонтана были покрыты буйной растительностью, но в ней никто не жил. Не было ни птиц, ни зверей, а в воде не было рыб. Даже сами растения здесь искусственные, не настоящие.       Она с легкой полуулыбкой слушала истории, рассказываемые белоснежными валар. Каждая из них была уникальна, но в то же время неуловимо похожа на многие другие. Хранитель частенько в свободное время разговаривала с ними на любые темы, выслушивала их жалобы, и сама не редко что-то рассказывала. Души нуждались в этом хранителе, так как она единственная во всем мире, кто могла не только их видеть, чувствовать или воспринимать посылаемые ими образы, но и слышать их. Ни один другой хранитель такого не мог, для них было невозможно понять, что говорят души. Поэтому девушка с темными как безлунная ночь волосами была любима и белыми, и черными валар. Она была сильнейшей из хранителей.       – Значит ты все же здесь, Лейла, – бархатный мужской голос раздался из-за высоких кустарников. – Здравствуй, давно не виделись.       К девушке сквозь заросли пробрался высокий красивый мужчина со светлыми волосами, заплетенными в слабую косу. Он мягко улыбался и щурился от яркого искусственно созданного солнышка, прикрывая рукой голубые глаза. От его плавной походки слегка колыхались полы светло-желтой накидки, создавая тихое шуршание.       – Да уж, давненько это было, Сильван, – улыбнувшись своим мыслям, продолжила. – С возвращением, – приветливая улыбка озарила красивое молодое лицо девушки.       – Я дома, – как же давно ему не доводилось произносить этих слов.       – Надолго ли вернулся? – лукавые красные глаза излучали тепло и свет, который отражался от падающих солнечных лучей.       – Нет, – Сильван отрицательно качнул головой. – Скоро появиться подходящий для меня сосуд.       – Вот как.       – Видела ли ты будущее?       – Видела, – немного наклонив голову, несколько черных прядей упало на лицо, скрывая ее от чужих глаз.       – Что будешь делать? – она сжала губы в тонкую линию и нахмурилась. – Ты же понимаешь, что только ты сможешь помочь и спасти этот мир? – Сильван не спрашивал, а скорее утверждал.       – Знаю, – не ответила, выдохнула.       – Мы поможем, чем сможем, но без тебя проиграем. Поэтому, Лейла, возвращайся во внешний мир.       – Знаю я это все, – хмурый взгляд встретился с ясным голубым. – Но не хочу уходить отсюда. Здесь спокойно. И здесь я могу быть сама собой.       – Я понимаю тебя, но ты нам нужна.       – Ты только для этого сюда явился? – не дожидаясь ответа, продолжила говорить. – Ладно, как только придет время, я покину дворец и помогу людям, – вздернув вверх подбородок, сложила руки на груди.       – Я счастлив. Ты, наконец, вернешься к нам.       – Нашел чему радоваться.       Воцарилась тишина, нарушаемая только щебетанием валар. Они поддерживали Лейлу, уверяли, что все будет хорошо, и что они всегда будут рядом для защиты.       – Что ж, мне пора.       – Уже? – удивленно спросила девушка.       – Да. Я рожден для защиты веры людей и не могу долго находиться поодаль от них. Я подожду тебя там, – широкая улыбка озарила счастливое лицо Сильвана. – А пока я ухожу первым. До встречи.       – Ага, до встречи.       Сильван становился все прозрачнее и, став стайкой ярко-золотистых валар, устремился ввысь, в мир людей.       По длинному и широкому светлому коридору неспешно шла красивая молодая женщина. Распущенные длинные волосы почти полностью скрывали ее фигуру и сливались по цвету с темной одеждой. Мягкий ковер, устилающий пол, скрадывал звуки шагов.       Пройдя в незаметную дверь, она попала в небольшой пустой зал, где в центре был яркий столп света, окруженный со всех сторон белыми валар. В нем находилась большая сфера, защищающая жизнь одного из хранителей. Он был смертельно ранен и потому заснул. Лейла подошла ближе. Валар учтиво расступились, пропуская.       – Доброго сна, Иса, – Лейла говорила мягко, улыбаясь. – Мне пора покинуть дворец, поэтому я хотела еще раз увидеться с тобой. Наступают смутные времена. Но я сделаю все от меня зависящее и защищу нашу семью вместо тебя. Поэтому, как можно скорее возвращайся. Мир действительно прекрасен. А люди, хоть и глупые существа, но тоже невероятные. Уверена, что ты сможешь найти среди них, множество друзей, которые станут очень дороги твоему сердцу.       – Все-таки уходишь?       – Да. Я, как и другие хранители, создана для защиты этого мира, – с грустной полуулыбкой Лейла повернулась лицом к вошедшему в зал мужчине. – Знаешь, Назар, у меня очень странное предчувствие. Словно я больше не смогу сюда вернуться.       – Поэтому ты пришла попрощаться с Исой?       – Позаботься о нем, хорошо? – мазнув взглядом по сфере в последний раз, девушка направилась к выходу из зала.       – Конечно.       – Увидимся, – и она покинула зал, а после и сам дворец, пройдя сквозь пространственный барьер.       ***       Открыв глаза, Лейла увидела перед собой деревянный потолок. Приподнялась на локте, морщась от боли в ребрах, и осмотрелась. Взгляд наткнулся на сидящего в кресле и весело болтающего ногами Кирана. Бухнувшись обратно в постель, она потерла рукой уставшие глаза. Будто и не отдыхала вовсе, а палубу драила.       – Киран, – голос был хриплым после сна. – Скажи, это был сон или воспоминания?.. Молчишь?.. Ну и молчи дальше.       Лейла повернулась на бок и, держась за ноющие ребра, вновь провалилась в сон, так и не заметив пристального взгляда внимательных серьезных глаз серебряного цвета.