Выбирай сама

      — Ан гард! — раздался громогласный голос тренера, и Адриан вытянулся по стойке, приложив к груди руку со шпагой. Его противница сделала то же самое. — Алле! — скомандовал тренер, и Кагами в красной экипировке угрожающе двинулась на Адриана.       Бой продлился недолго, потому как Кагами в два счета нанесла несколько ударов шпагой по своему партнеру, отчего Адриан немного охнул. Девушка раздраженно стянула с себя красную маску и топнула ногой, вскинув руку вверх, останавливая бесполезный бой. Кагами Цуруги видела, что ее друг и партнер не готов к тренировке, но она никак не могла понять, в чем дело.       — Адриан, возьми себя в руки, я же могу покалечить тебя! — строго и сердито, но в тот же момент отчаянно закричала девушка, глядя на парня, который опустился на одно колено от боли в боку. Хоть и экипировка защищала его, но он настолько был несобран, что, казалось, его тело даже не могло напрячься. — Что с тобой происходит? — Кагами присела на корточки перед ним.       — Прости меня, Кагами, я не могу сегодня тренироваться, — виновато протянул Адриан, поднимаясь с колена. Кагами тоже встала на ноги и удивленно уставилась на партнера. — Я постараюсь к следующей тренировке быть в форме, извини меня еще раз, — Адриан развернулся и побрел в сторону раздевалки.       Да что же это с ним? Карие глаза японки впились в спину уходящему Адриану Агресту, девушка лихорадочно прокручивала в голове все варианты: ссора с отцом или проблемы в школе? Девушка искренне переживала за парня, потому как любила его всем своим сердцем, но также Кагами понимала, что Адриан видит в ней всего лишь друга, поэтому девушка не торопила парня. Кагами Цуруги — единственная дочь властной, холодной и расчетливой женщины, в прошлом мировой чемпионки по фехтованию, Томоэ Цуруги. Томоэ ослепла давно, но благодаря потере зрения, у женщины обострились органы слуха и внутреннее чутье. Казалось, она будто видит насквозь людей. Свою дочь Кагами она воспитывала в строгих, практически спартанских условиях, объясняя ей это тем, что она состоит из рода великих японских самураев, которые всегда действовали четко, не имели промахов и ошибок. Кагами никогда не могла возразить матери, потому как знала, что за ослушание бывает и наказание. Поэтому у воспитанной в строгих традициях Кагами никогда не было друзей. Адриан Агрест — первый и единственный друг, который смог расположить к себе девушку, научил дружить и доверять, и не мудрено, что девушка влюбилась в него без оглядки. Хотя Кагами всегда знала и видела, что вокруг него крутятся множество девчонок: выскочка Хлоя Буржуа, нелепая Маринетт Дюпен-Чен, лживая Лила Росси, да и вообще, львиная доля Парижа мечтает о ее друге, это никогда не мешало ей чувствовать поддержку от Адриана. И сейчас она чувствовала, что ему нужна помощь, пусть и дружественная.       — Адриан, поговори со мной? — Кагами вошла в раздевалку и застала друга, сидящего на лавочке, склонив голову. — Я не только твой партнер, я твой друг, — девушка уселась на край лавочки рядом с парнем.       — Мне очень плохо, Кагами, — признался печально Адриан, — я — страшный человек, — сокрушился парень, закрыв лицо ладонью.       — Что ты такое говоришь? — воскликнула Цуруги, распахнув глаза от услышанного. — Ты самый лучший человек на свете, добрый, отзывчивый, верный, красивый, — чуть смущяясь, произнесла Кагами последнее слово.       — Нет, Кагами, вчера я совершил ошибку, о которой очень жалею, — не обращая внимания на признания девушки, продолжил парень.       — Ты поругался с отцом? — Кагами положила руку на плечо друга и почувствовала жуткое напряжение во всем его теле.       — Хуже, — выдохнул Адриан, — я потерял близкого мне человека, потерял навсегда, я чувствую пустоту без этого человека, мне не хватает общения с ней, мне нужно все исправить, но я не знаю, как?       — Общения с ней? — переспросила девушка, почувствов укол ревности, будто шпагой ее кольнули в самое сердце. — О ком ты?       Адриан встал с лавочки и шагнул к открытому окну. Парень облокотился на подоконник и уставился в одну точку. Кагами не решилась нарушать тишину, давая парню возможность высказаться. Хоть девушка и понимала, что сказанное Адрианом, может причинить ей боль, но Кагами не могла обойти стороной тот факт, что они друзья, и выслушать друга сейчас важнее всего.       — Маринетт, — выдавил из себя парень после минутного молчания.       — Маринетт? — сердце Кагами рухнуло со своей оси вниз, девушка всегда выделяла Маринетт Дюпен-Чен из всего окружения Адриана Агреста. При упоминании о ней Агрест всегда погружался в какую-то негу, в его словах проскальзывало столько теплоты к этой девушке, столько позитива, Адриан очень много и часто упоминает ее в разговорах, пусть иногда и косвенно, но она присутствует всегда, хоть Адриан и утверждает, что она для него всего лишь друг. Цуруги набрала побольше воздуха в легкие и подошла к парню со спины. — Что она сделала?       — В том-то и дело, что она, в принципе, ничего плохого и не сделала, — прикрыл глаза Адриан, — я повел себя неправильно, я должен был остановить ее, все ей объяснить, поговорить, а вместо этого я просто струсил. Я оказался трусом, Кагами! — раздраженно Адриан ударил кулаком по подоконнику, и Кагами отметила, что парень переживает сильнее, чем следовало, если только…       — Почему ты так говоришь? — насторожилась девушка. — И что она сделала, раз ты себя повел как трус?       Адриан поколебался несколько секунд, затем посмотрел на подругу. Кагами замерла в ожидании оконцовки рассказа.       — Маринетт призналась мне в любви, — тихо сказал Адриан, и Кагами на секунду показалось, что Адриан очень озабочен этой новостью, но парень утверждает, что лишь чувствует свою вину.        Кагами словно током прошибло, девушка почувствовала, как немеют ноги, как руки сжимаются в кулаки, но попыталась прийти в себя. Хмм… Цуруги всегда догадывалась о чувствах Дюпен-Чен, достаточно было посмотреть на ее поведение в присутствии Агреста, становилось очевидным, что девушка испытывает к нему далеко недружеские чувства. Почему же Адриан только сейчас прозрел, почему раньше не замечал этого? Или, может, замечал, но не хотел признаваться в этом самому себе? И почему Маринетт решилась открыться ему? К тому же дурацкая ревность снова поднималась изнутри, Кагами понимала, что не имеет никаких прав запретить другим любить Адриана Агреста, но разве можно это объяснить влюбленному сердцу?       — А ты? — с замиранием в сердце спросила Кагами.       — А я ее отпустил, — хмыкнул Адриан, глядя в окно, — я даже не попытался с ней объясниться, не смог сказать что-то, потому как был в шоке. Я никогда не рассматривал Маринетт с этой стороны, я привык, что она верный и надежный друг, на нее всегда можно положиться, она всегда рядом, а теперь… Теперь я не знаю, что с ней делать. Но я точно знаю, что потерять ее — означает потерять что-то ценное, она хорошая, я люблю ее как друга.       В голову Кагами забрались мысли о том, действительно ли Адриан говорит это от души? Неужели он действительно ничего не видит? На секунду Кагами задумалась, а будет он так же переживать, если такое произойдет между ними? В груди что-то больно кольнуло, когда ответ на ум пришел отрицательный… Японка тряхнула головой, чтобы вернуться в реальность.       — Адриан, не переживай ты так, — попыталась поддержать друга Кагами, — ты же не виноват, что не можешь ответить ей взаимностью. Да и Маринетт не виновата в том, что любит тебя, — закусила губу девушка, пытаясь скрыть волнение о том, что Адриан может понять о ее чувствах, — Маринетт нужно время, чтобы осознать потерю тебя как друга…       — Но я не хочу терять Маринетт! — возмутился Агрест, возмущенно глядя на Кагами.       Девушка виновата посмотрела на Адриана. Одна часть Кагами очень радовалась такому повороту событий, ведь одной конкуренткой меньше на поле боя, тем более, Маринетт Дюпен-Чен была его близким другом, Адриан к ней очень привязан, хотя Цуруги искренне не понимала, что Адриан в ней нашел. Другая ее часть была огорчена тем, что Адриан так сильно мечется, она видела его терзания, они были искренними. Это-то и расстраивало девушку.       — Адриан, тебе нужно поговорить с ней, объяснить, что кроме дружбы, между вами ничего не может быть, она должна понять это, — заключила Кагами, — если она не сможет принять это условие, мне очень жаль.       Слова Кагами не понравились Адриану, ему показалось, что это похоже на ультиматум, а такие вещи не допустимы в дружбе, но в тот же момент Адриан понимал, что ничего другого между ними быть не может. Парень не мог признаться всем, что его сердце отдано одной единственной девушке, такой родной, но в тот же момент такой далекой. В ту же самую секунду парень почувствовал, что на самом деле он находится в такой же ситуации: делая попытку на сближение с его Леди Баг, он снова и снова получает отказ от нее, его Леди давно сказала, что ее сердце занято другим, но это никак не останавливало иногда нахального Супер-Кота. И сейчас, Адриан остро осознал, что переживает то же самое. Отвергнутая Адрианом Агрестом Маринетт Дюпен-Чен такая же, как и отвергнутый Супер-Кот его Леди Баг, а это, нужно признать, очень больно и неприятно!       — Спасибо, Кагами, но мне нужно побыть одному, я пойду, — Адриан многозначительно посмотрел на подругу, давая понять, что время их общения подошло к концу.       — Помни, Адриан, я всегда рядом, если ты захочешь поговорить, я к твоим услугам, — напомнила Кагами и направилась к двери.       Как только Адриан остался один, парень начал переодеваться, чтобы попытаться исправить то, что произошло. Он должен наконец поговорить с Маринетт и доказать ей свою дружбу, может, это девушке и не нужно, но это нужно ему, Адриану Агресту!