Негранёный алмаз

На улице вечереет, завывает вьюга, заметая недавно протоптанные дорожки. Усталые глаза скользят по строчкам книги, прислушиваясь к звукам на кухни. К лёгким поскрипыванием ламината, стуку чашек и шуршанию чайных пакетиков. Шаги едва слышимые, девушка заглядывает в комнату, поправляя рукава домашней футболки с иероглифами. — Чай скоро будет готов, — смотрит на название книги в руках мужчины, чуть щурясь. — Не ожидала, что тебя заинтересует Абэ. Он довольно специфичный автор, его размышления неординарны. — Всегда интересно узнавать и пробовать что-то новое, — шатен оставляет закладку, откладывая в сторону. Встаёт, разминая затёкшую шею и прислушиваясь к хрусту позвонков, чуть морщится. Следует за хозяйкой квартиры на кухню, разглядывая незамысловатую причёску. Лёгкий пучок из верхней части волос, заколотый золотой шпилькой. Длинные волосы достигают поясницы, чуть подрагивая от любого движения. — В любом случае, если тебе понравится «Тетрадь кенгуру», рекомендую прочитать «Человека-ящика». Более интересное и лёгкое к прочтению от данного автора, — чай разлит по чашкам, равномерное постукивание ложек успокаивает. Багровые глаза сверкают в свете лампы лишь на мгновенье, — Где сейчас остановился? — Герой находится в больнице, ожидая, когда его примет врач, — мужчина делает глоток, облокачиваясь на спинку стула. — Какое твоё любимое произведение от него, Нин Гуан? — Они все довольно разные, но всё же «Человек-ящик» мне нравится больше, чем та же «Тетрадь». — Вот оно как… Расскажешь, как прошла неделя? Что нового? — шатен смотрит на девушку с лёгкой улыбкой, готовясь к рассказу. И Нин Гуан рассказывает. О тяжелых буднях в мэрии Ли Юэ, бесконечном количестве дел, от которых нельзя сбежать, своей помощнице, Гань Юй, которая невероятно сильная и сообразительная. Она говорит обо всём понемногу — от забавного случая в кофейне до бродячих кошек, гулящих вдоль рынка у пристани. А Чжун Ли слушает. Он готов к новым историям, как тогда, когда ему пел песни юный бард из Мондштадта о своих путешествиях и выступлениях на улицах города; протянуть руку помощи и дать совет, если его попросят. Но сейчас он лишь всматривается в лицо девушки напротив, грея руки чашкой чая. Нин Гуан необычна. Талантливая для своего возраста, достигшая многого, справедливая и рассудительная. Она пришла к власти незаметно и постепенно, не пытаясь хитрить или идти по головам. Её уважали в Ли Юэ, шли к ней за помощью, пока она искала ответы на сотню вопросов, идя на шаг впереди. Чжун Ли поражался. Он когда-то также стоял во главе их городка, управлял, но то время было тяжёлым. Болезни, проблемы с экспортом и импортом, голод и смерти. Мужчина лишь мог поддерживать порядок, возрождать город и ставить на ноги, понимая простую истину: с ним город не станет лучше. Он ушёл с поста незаметно, придумав какой-то весомый аргумент про здоровье, уступая место новому поколению. И на его место взошла Нин Гуан, а вместе с ней и пришло новое десятилетие перемен. Ли Юэ проснулся ото сна, расправил крылья, ожила торговля, новые корабли отправились в путь. Они пересекались в кофейне на выходных перед открытием, обменивались парочкой фраз. Заказывали латте на двоих, присаживались за один столик. Разговоры шли не спеша, темы менялись одна за другой. Заходил разговор про отношения, удачные и не очень, пришли к выводу, что любовь обошла их стороной. Но в глазах девушки проскальзывает что-то странное, когда Чжун Ли рассказывает о дальней знакомой из Инадзумы. Ревность, думает он позже, когда Нин Гуан приглашает его к себе в канун Рождества, хоть ни она, ни он не привыкли праздновать. Посидели с бутылкой вина на новой отремонтированной кухне, вновь вспоминали прошлое. Разговоры повторялись, приедались, девушка смотрела на шатена и не понимала. Ему было чуть больше тридцати, но казалось, что он прожил не одну жизнь. Чжун Ли говорил о себе мало, оставаясь слушателем, собирателем историй. Не говорил о своём приёмном сыне, о котором Нин Гуан узнала случайно, не говорил о том, что живёт в старой квартирке на окраине города и почти всегда с пустым кошельком. Его просто поставили перед фактом: он переезжает. Чжун Ли не сопротивлялся, лишь удивлённо посмотрел на неё, медленно кивнул и пообещал завтра приехать с вещами. У Нин Гуан большая квартира с хорошей отделкой. Но комнаты пустуют, шкафы с книгами заполнены лишь наполовину. Она смотрит на незанятую комнату с лёгкой улыбкой, когда в дверь звонят. У мужчины немного вещей, по большей части книги старых изданий, несколько экземпляров, которые вовсе запретили в Тейвате. Он обустраивается в предложенной комнате быстро, разложив вещи по своим местам. На полке оказалась странная янтарная фигурка дракона, фоторамка с выпускниками академии, искусственные ветряная астра и маленькое деревце сакуры. Полупустой шкаф заполнился книгами, о которых Нин Гуан даже не слышала. — У вас большая коллекция, Чжун Ли. — Она была больше, но кое-что было утеряно, — мужчина тяжело вздыхает, захлопывая одну из книг, качая головой. — Но я рад, что смог вас удивить. Шло время, шатен встречает девушку после работы приготовленным ужином, мнением о прочитанной книге из коллекции хозяйки квартиры. Они спорят редко, без переходов на повышенные тона. Чжун Ли выслушивал Нин Гуан спокойно, чуть хмурясь, а потом также без эмоционально отвечал, настаивая на своём. Гремит посуда в посудомоечной, девушка тяжело вздыхает и уходит к себе, закрывая дверь. Чжун Ли не любит курить, считает это отвратительной зависимостью, но раз в месяц-другой нервно затягивается, выходя на лестничную площадку. Он не любит ссоры, разговоры, переходящие в конфликты. Ему не нравится ловить в свою сторону оскорбления, злые замечания, желающие кольнуть да посильнее. Не нравится разочаровывать и признавать себя виноватым. На утро Нин Гуан находит букет глазурных лилий, аккуратно поставленный в вазу. Короткая записка, написанная аккуратным почерком: «Прости, я был не прав». Мужчина не выглядит опечаленным, скорее подавленным, потерянным. Улавливается запах сигарет, перебитый одеколоном. Он встречает Нин Гуан после работы, предлагая прогуляться. Идут молча, как когда-то давно по той же дороге. Но что-то меняется. — Извинения приняты. Я тоже была неправа. Думаю, мне ещё предстоит полностью привыкнуть к тебе, твоим привычкам и образу жизни, и меньше реагировать на такие пустяки, как вчера. — Мне тоже есть чему ещё учиться, — Чжун Ли слабо улыбается. — Надеюсь, все проблемы в будущем мы будем обсуждать сразу, не затягивая. — Это будет наилучшим вариантом. Идёт время, камни непонимания стачиваются, оставляя после себя мелкую крошку. Нин Гуан устало присаживается рядом, прислоняется плечом к мужчине, тяжело вздыхая. — Тяжёлая неделя? — Ни то слово. Чжун Ли кивает, открывает книгу на оставленной закладке и читает вслух, иногда добавляя от себя несколько слов. Он, кажется девушке, пережил события книги на собственной шкуре, пусть и описанное всё там лишь придуманная история, основанная на реальных событиях прошлых лет. Мужчина всё ещё покрыт тайнами, секретами, которыми делится лишь вскользь и незаметно. Чжун Ли похож на неогранённый алмаз, который со временем предстанет во всей красе. Нин Гуан не торопится.