Котенок в подарок

Первый день Нового года начался вечером. Открыв глаза, я обнаружила себя полностью голой, уставшей, довольной и в полном одиночестве. Абсолютно не стесняясь своей наготы, я прошлась по квартире и никого не обнаружила. Пожав плечами, я вернулась в комнату и пошлепала в ванну. Хотелось только одного — погрузить свое и без того расслабленное тело в воду и больше ни о чем не думать. Егор, скорее всего, убежал куда-то в магазин или же еще по каким-то делам. Хотя, какие дела могут быть в вечер первого января? Дождавшись, пока вода дойдет до нужного уровня, я бросила туда бомбочку, зажгла пару свечей и, не скрывая стона, с наслаждением села в ванну, откинув голову на бортик и прикрывая глаза. Между ног немного саднило, каждую мышцу тянуло, а в голове было волшебно пусто — приятное напоминание о прошлой ночи.

flashback

Домой мы зашли, когда на улице уже стало светать. Без малейшего понятия, как мы смогли найти бесплатный алкогольный глинтвейн, еще больше я не понимаю, как мы оказались у каких-то подростков в квартире, где играли в дартс или бильярд, но ушли мы оттуда словно нам самим 17 лет. Привалившись к стене, я пыталась отдышаться от безудержного смеха. Напротив меня стоял Егор в точно таком же состоянии, только без алкоголя в крови. Скинув с себя куртку, он без рук снял кроссовки и опустился передо мной на колени. Кажется, за секунду сердце перестало биться, а потом с еще большей силой понеслось вскачь, стараясь разбить грудную клетку, кажется. Я не знаю, о чем думал в этот момент парень — он просто спокойно расстегнул мои ботинки, снял их и поставил в ровный рядочек со своими. Поднялся на ноги, не глядя мне в глаза, развязал мое пальто и снял его. Так же убрал на место. Эта забота была такой правильной, что крутившиеся в голове пошлые мысли о сексе у стены казались неправильными. Выключив в коридоре свет, Егор взял меня на руки, от чего я невольно вскрикнула и ухватилась за его плечи, и понес в комнату. Усадив меня на кровать, он даже не подумал включить свет, а снова оказался у моих ног и уже смотрел неотрывно в глаза. — Тебе безумно идут платья, — словно не желая нарушать тишину, прошептал парень, а его руки скользили по щиколоткам вверх. — Мне кажется, я никого кроме тебя сегодня и не видел. Мне нечего было ответить, потому что сердце защемило не столько от его слов, сколько от взгляда. Наверное, именно так смотря на нечто по-настоящему прекрасное — с немым и каким-то робким обожанием. А руки парня продолжали скользить по ногам, задирая платье и поднимаясь все выше. Добравшись до талии, из-за чего ему пришлось немного привстать и нагнуться ближе, опаляя дыханием мою шею, Егор ухватился за пояс колгот и стянул их, отбросив куда-то в сторону. Взяв за щиколотку правую ногу, он поставил ее себе на плечо, мягко целуя под коленкой, немного надавливая. По спине побежали мурашки. Это была настолько интимно, без ощущения пошлости или сексуального напряжения — это было просто завораживающе. Я очнулась в тот момент, когда на щиколотке появилось что-то непривычно тяжелое и холодное. — Это что? — это мой голос так охрип? — Мой подарок на Новый год, — парень мягко провел по тонкому браслету. — Я не знал, что подарить, но когда его увидел, сразу понял, что он сделан специально для тебя. Боже мой и все святые, этот ребенок… он просто нечто. Мне хотелось сказать ему спасибо, поцеловать, крепко обнять и просто визжать от умиления, но Егор резко поддался вверх, повалив меня на спину, продолжая держать правую ногу на своем плече за щиколотку. Атмосфера за секунду изменилась, в глазах нависающего надо мной парня не осталось ничего милого. Там была чистая страсть. Япона ж мать… Взяв меня за подбородок, парень приник к моим губам в практически грубом поцелуи, покусывая и посасывая язык, губам так, что мне не хватала воздуха. Его руки спустились к моей груди, сильно сжав через ткань. Я не смогла сдержать стон. Небольшое движение вперед — и он уже вжимается в меня пахом, имитируя толчки, трется вставшим членом через несколько слоев ткани, а у меня вдоль позвоночника бежит электрический разряд. Выгибаюсь. Непослушными пальцами пытаюсь расстегнуть рубашку. Егор оказался более ловким, поэтому через несколько мгновений платье летит за пределы кровати, а рубашка расстегнута только на половину. Приподнявшись на вытянутых руках, парень обвел меня тяжелым взглядом — мне кажется, я чувствовала как он глазами скользит по моей кожа, словно прожигая ее насквозь. Давно забытое чувство шевельнулось где-то в груди. Сделав имитацию еще одного толчка, Егор губами поймал мой стон. Спустился поцелуями по шее, чуть прикусывая кожу на груди. Ниже. Живот. Еще несколько кусачих поцелуев. Обвел самым кончиком языка край трусов. Я вцепилась ему в волосы, пытаясь хоть как-то унять дрожь в руках, но он воспринял это как сигнал и, отодвинув ткань в сторону, коснулся самым кончиком языка клитора. Из меня вышибли весь воздух, который разнесся стоном по комнате, ноги судорожно сжали его голову. Чуть приподняв взгляд своих чудных глаз, Егор посмотрел на меня и широкими мазками продолжал лизать. Господи, я эту картину чуть ли не с первого дня хотела увидеть, а в смеси с удовольствием, которое тугим узлом закручивалось внизу живота, мне просто сносило крышу. Я металась по кровати, поддавалась бедрами навстречу, желая как можно быстрее достичь разрядки. В голове полыхнуло ярким сполохом, сметая на своем пути все мысли — тело немыслимо напряглось и через несколько мгновений полностью расслабилось. Кажется, я понимаю, почему французы прозвали оргазм маленькой смертью. Вытирая рот об рукав так и не снятой рубашки, Егор снова навис надо мной, лизнув в кончик носа, снова начал целовать меня. Отвечая ему немного ленива и все еще подрагивая, я плавилась от его рук, скользивших по моему телу. Поэтому диверсию с резким переворотом меня на живот я никак не ожидала. Тихонько вскрикнув, я почти сразу же застонала, крепче сжимая подушку, когда парень подтянул меня за таз, заставляя прогнуться в спине и поставить ноги шире. Я все еще могла каким-то чудом стоять на разъезжающихся коленях, когда за спиной послышался шорох фольги и вжик молнии. Прижавшись ко мне всем телом, Егор покрывал плечи поцелуями, гладил выступающие лопатки, а его член потирался о мою промежность. Словно дразня, он проскальзывал по самым чувствительным точкам, но не входил. Возбуждение снова нарастало, била в ушах кровь, а стоны переходили в тихое поскуливание. Последний раз прикусив кожу на загривке, Егор одним движение вошел в меня, фиксируя руками бедра. Мне хотелось поддаться назад, выгнуться сильнее, ощутить его еще и еще больше, но он не давал мне двигаться. Оставалось только комкать простыни и кусать подушку. Выпрямившись, парень взял резкий, почти хаотичный темп — полностью входя и выходя из меня. Кажется, мои стоны уже ничего не могло заглушить, а тихое порыкивание за спиной доставляло особое удовольствие. За эту ночь — или утро — меня трахали так, что голос превратился в хрип, все тело стало одной сплошной эрогенной зоной, а между ног тянуло и болело. Сколько раз я кончила — не знаю, сбилась уже в самом начале. Засыпала я с полным пониманием смысла «затрахать насмерть». Я даже не помню, как засыпала, но чувствовала, что меня бережно протирают и укрывают одеялом, целуют в затылок и крепко-крепко обнимают.

еnd flashback

Я открыла глаза, когда хлопнула входная дверь. Насколько позволяло пространство, потянулась, вытянула ногу, любуясь тонкой цепочкой. Такая простая, но с такой «презентацией» я никогда не смогу ее снять. Через пять минут рядом с ванной на корточки сел Егор, положив голову на бортик ванной. — С Наступившим! — улыбнулся парень. Собственно, в эту чудную улыбку я его и чмокнула.