Till the end

— Слушай, давай ещё раз, — бурчит Мэй, в очередной раз пытаясь записать бэки к своей песне, — мне кажется, до сих пор получается отстойно.       Ноа вздыхает, но, ничего не говоря, включает дорожку заново. Они провели в студии бесчисленное количество времени, по ощущениям часов пять, но перфекционизм Мэй всё никак не даёт довести её детище до логического завершения. Парень начал потихоньку задумываться о бренности бытия, поскольку было столько прекрасных попыток, а Ли всё равно что-то да не устраивало: то слишком высоко, то слишком низко, то пискнула, то задумалась, пропустив момент. В общем, Ноа уже не сильно был рад, что согласился подсобить подруге, предложив работать над её песнями в его студии. — Давай передохнём, я тебя прошу.Нет. Я тебя умоляю, женщина, — начал хныкать Льюис, вставая перед подругой на колени. — Уф, ладно, — послышался голос с той стороны стекла, — но только совсем чуть-чуть! — продолжила Мэй, но её друг уже куда-то смылся.       В последнее время у Мэй что-то типа творческого кризиса: запись даётся тяжело, всё не так, а во имя написания текстов вообще можно объявить минуту молчания. Ли думала, что этот период не останется надолго, но он, похоже, преследует её везде. Так сказать, либо жизнь тебя ебёт, либо ты её. Мэй полностью осознала, что у неё явно первая стадия, правда, не знала, куда себя деть, поскольку ей всегда кажется, что она недостаточно продуктивна, недостаточно хороша и всё тому подобное. Единственное, что её подстёгивает, так это любовь к музыке и тот самый грёбаный конкурс, на который она пытается попасть уже несколько лет, но заявок слишком много. Любой другой уже бы послал это всё далеко и надолго, но не Мэй Ли. — Нам привезли еду, — кричит парень из прихожей, а уже через несколько секунд появляется и он сам с пакетами в руках и счастливым, как у сытого кота, лицом, — Я подумал, что нам стоило бы перекусить, а то, готов поспорить, ничего не ела до этого. — Святой дух считается? — спросила Ли, рыская по пакетам в поисках вкусностей. — Хах, а ты не меняешься, — усмехнулся парень, уплетая рис с курочкой, но немного не подрасчитал и подавился. — Это карма, мой друг, она родимая, — улыбнулась девушка, обнаружив большой стакан с молочным улуном и ещё одну порцию ароматного риса, — но ты не помирай только, а то потом от полиции не отделаюсь. Представь ситуацию: ко мне подходит дядя-полицейский со своими полицейскими вопросами, а я ему на серьёзных щах начну заливать про то, что в порыве очередного подкола в мою сторону тебя настигла карма в виде риса с курочкой. Это было бы максимально честное, но неправдоподобное признание, — заливается смехом Мэй, замечая, как Ноа уже бьётся в припадках со своим фирменным смехом закипающего чайника. — Женщина, — начинает Льюис, не в силах прекратить ржать, — я сейчас задохнусь, остановись, ха-ха-ха.       Ребята продолжают свою трапезу за обсуждением рандомных тем, но вдруг раздаётся звук смс. Мэй проверяет свой телефон, а Ноа замечает, как глаза его подруги быстро бегают по строчкам, каждый раз всё больше и больше расширяясь. В итоге, девушка застывает в полнейшем ахуенезе, не понимая, спит она или нет. Парень из любопытства обходит стол и садится на диван рядом с Мэй, заглядывая в её мобильник, вводя себя в курс последних событий. Некоторое время они сидят молча и пялятся в одну точку. — То есть ты хочешь сказать, что Мин Юнги будет жюри на конкурсе «You’re the one»? — нарушает тишину Льюис, всё ещё не осознавая, что он только что сказал. Мэй, кажется, одними лишь губами произносит что-то похожее на «твою мать» и утыкается лицом в свои ладошки. Из её груди вырывается крик отчаяния, потому что она теперь абсолютно уверена, что переволнуется и конкретно провалится на конкурсе. Одно дело выступать перед судьями, на которых тебе параллельно, а другое — перед Мином, чёрт его побери, Юнги. Тем самым Юнги, о встрече с которым Ли мечтала всё время, слушая его собственные и совместные с бантанами треки и восхищаясь их творчеством в целом. — Я не смогу, Ноа. Мне нужно написать им, что я передумала, и вообще, — начала было свою речь Мэй, но тут её друг сел перед ней на корточки, взял её руки в свои, тем самым отодвигая их от лица, посмотрел ей прямо в глаза и с улыбкой на лице сказал: — Мне, конечно, больно от того, что ты любишь какого-то Юнги больше меня, — скорчил он расстроенную рожицу, положив руку на сердце, — но знай, что я в тебя верю и всегда буду рядом, когда будет нужно. Я более чем уверен, что ты разорвёшь их там всех, а потом с визгами выбежишь ко мне, бросаясь в объятия и говоря, какой Ноа, то есть я, конечно же, молодец и что не зря сказал тебе пойти туда, бла-бла-бла, — говорил парень, смотря с улыбкой на подругу, которая хихикала с его слов. — Я тебе что, фанатка какая-нибудь, чтобы на тебя вешаться? Пуговичку на лоб пришей и губу пристегни, — усмехнулась Мэй, схватившись за свой драгоценный чай, а Льюис лишь вернулся на своё рабочее место, продолжая колдовать над треком своей любимой подружани. — но спасибо тебе. — За что? — развернулся он, удивившись. — За всё. Чёрт, прости, мне пора бежать на работу, а то я уже прилично опаздываю. Напиши мне, как будет что-то готово, — тараторит Мэй, хватая свои вещи и чай, не забывая при этом на прощание потрепать волосы друга и выбежать на улицу. — Вот так всегда. Напиши мне, когда будет готово, Ноа. Ноа, мне нужна твоя помощь. Я без тебя не справлюсь, Ноа, а потом убегает, оставляя всё это на меня. Сколько можно так жить? Никакой любви, — пробурчал парень и продолжил магичить на своих компьютерах.

***

      Мэй пулей выбежала из студии, надеясь, что успеет на метро, но двери поезда по закону подлости закрылись прямо у неё перед носом, из-за чего она, конечно же, пролила весь чай на себя. Чертыхаясь, девушка принялась пытаться избавиться от пятна, красовавшегося на её белой футболке, во время ожидания следующего рейса. Благо, что это был всего лишь чай, но из-за большого следа, который он оставил, теперь сложно было не заметить просвечивающуюся грудь девушки, которую она тщетно пыталась прикрыть кардиганом. Табло показывает две минуты ожидания, а часы — десять минут опоздания. Мэй жопой чувствовала, что выговора ей не избежать, но всеми силами посылала сигналы во вселенную, чтобы та её спасла от гнева начальства. Оставалось надеяться на то, что подруга прикрыла Ли.       Через двадцать минут после открытия Ли врывается в бар, направляясь в подсобку, чтобы переодеться в рабочую форму, но по пути встречает любопытные взгляды, направленные куда? Правильно. На пятно, которое красуется в районе её груди. Не обращая на это внимания, она со скоростью света меняет одну одежду на другую и встаёт за барную стойку, а именно, рабочее место Мэй. Пытаясь отдышаться, девушка наливает себе стакан воды, тут же осушая его. Только сейчас она заметила, что в баре было всего пару человек, поэтому расслабилась. — Тебе повезло, что в это время всегда мало людей и начальства ещё нет, а то летела бы уже отсюда, как фанера над Парижем, — подошла к барной стойке русоволосая девушка с лёгкой ухмылкой на лице. — И слава богу, не упоминай про него вслух, — перекрестилась Мэй, опираясь одной рукой на барную стойку. — Опять со своим красавчиком Ноа тусила? — играет бровями Мелисса и выжидающе смотрит на меня. — Мы песню записывали, которую, к слову, я, возможно, буду исполнять на конкурсе. Ты, твою мать, слышала, что в жюри будет Юнги?! — бурно начала жестикулировать Ли, выдавая подруге последние новости. — Я думала, что ёбу дамся, но Ноа сказал, что всё будет хорошо и что он верит в меня, однако я всё равно чувствую, что что-то обязательно произойдёт. — Не ссы, всё будет прекрасно, потому что у тебя всегда всё получается идеально, а если он этого не оценит, то флаг ему в жопу, — выдала Мелисса, похлопывая подругу по плечу, — Выкинь из головы этот конкурс и давай работать, пока тот, чьё имя нельзя называть, не явился сюда, — подмигнула девушка и упорхала в зал, потому что за время разговора людей знатно поприбавилось.        Вставив один наушник в ухо, Мэй принялась за работу, выполняя полученные заказы с быстро и исправно. Однако конкурс все никак не хотел выйти из её головы, поэтому она морально себя подготавливала всеми возможными способами, поскольку до того самого судьбоносного момента оставались считанные дни, а тревога внутри Ли с каждым разом всё больше увеличивалась. Мэй здраво оценивала свои способности, но её состояние в последнее время оставляло желать лучшего, забирая всю былую уверенность с собой в ебеня. В один момент девушка так сильно задумалась, что чуть не выронила стакан, благо она успела его поймать до того, как он встретился с полом, и эта ситуация явно заставила её прийти в чувства. Оглядев зал, Мэй убедилась, что никто ничего не заметил, и выдохнула, продолжая заниматься своими делами, вот только она не знала, что от её подруги, которая за ней наблюдала с другой стороны зала, принимая заказ, это скрыть не получилось.       Выходя из бара после утомительной смены, подруги разом вдохнули свежий ночной воздух и так же резко выдохнули. Жили они рядом с работой, поэтому решили пройтись, наслаждаясь ночным городом в тишине. Машин было мало в это время, значит, ничто не могло помешать подумать. Так думала Мэй, но не тут-то было. — С тобой всё нормально? — нарушила тишину Мелисса, смотря на подругу. Она действительно переживает за состояние близкого ей человека, и её беспокоит хмурое лицо Ли. — Да, всё окей, — безучастно произносит Мэй, уставив взгляд в землю, не решаясь поднять его на подругу, потому что так бы она поняла, что это ложь, однако она и так это поняла. Девушки вместе ещё со старшей школы, потом даже решили пойти в один университет, а когда у Мэй совсем испортились отношения с родителями, решили снимать вместе квартиру, потом так и остались. Им комфортно вместе. Никто никому не мешает и не указывает. Каждый живёт своей жизнью, но работают подруги всё равно в одном месте. Насчёт парней у подруг вообще никогда никаких споров не было, но вот Мэй замечает, что Мелиссе нравится Ноа, а та в свою очередь замечает, что он давно неравнодушно смотрит в сторону Ли, одна она ничего не замечает. Возможно, просто не хочет это замечать. В общем, замкнутый круг. Всё сложно.       Придя домой, каждый разошёлся по своим комнатам и завалился спать, но Ли все равно ещё долго ворочалась, пытаясь выкинуть все мысли из головы. Со словами «Я со всем справлюсь, потому что я - это я, Мэй Ли» девушке всё-таки удалось заснуть, но как раз в этот момент ей пришло сообщение от Ноа с готовым треком, который она, очевидно, послушает уже утром.